Сердечные дела

Они сидели в саду, когда завибрировала рация, которую дал ей Карло. Это была Мария. — Тори здесь, чтобы навестить Дарси. Андреа бросила вопросительный взгляд на Дарси. Лицо Дарси просияло. — Аллилуйя, одна среди моих подруг таки жива. Да... Да... Да. Счастье на лице Дарси тронуло сердце Андреа. Как могло так называемое ближайшее окружение Тори бросить ее, когда она так явно нуждалась в их любви и поддержке? — Проведи ее, Мария. — Она положила руку на плечо Дарси. — Полегче. Андреа наблюдала, как высокая блондинка с внешностью и походкой модели с подиума неторопливо приближается к ним, неся корзину цветов. Увидев Дарси, развалившуюся в инвалидном кресле, лицо женщины исказилось. Она уронила корзину и встала на колени, чтобы обнять Дарси. — О, дорогая, я не знала. Я только что услышала о несчастном случае, но не знала никаких подробностей. Мне так жаль. — Только что услышала? Прошло по меньшей мере шесть недель. — Дарси выглядела озадаченной. — Кэндис не звонила тебе? — Нет. — Тори встала, затем достала салфетку и промокнула глаза. — Сестра Алекс, Ирена столкнулась с Марией и Карло прошлой ночью. Она думала, что они уже уехали в Италию, но Мария объяснила, что твой несчастный случай задержал их. Алекс сразу же позвонила мне. Мне так жаль. —Она погладила Дарси по щеке. — Ты, должно быть, думала, что мы бросили тебя. — Так и было, — Дарси повернула голову, чтобы поцеловать руку Тори. — Но я до смешного счастлива, что ты сейчас здесь. — Эти цветы для тебя. — Тори изучала Дарси. — Тори, это доктор Трапани, мой постоянный смотритель. Доктор, это Тори, моя старая подруга и... — Дарси заколебалась, — я давно ее не видела. Андреа чувствовала связь, независимо от того, произносила Дарси это по буквам или нет. И она узнала Тори как молодую женщину, обнимающую Дарси на фотографии в ее спальне. Бывшая любовница. Что ж, ни одна из них не была девственницей, это уж точно. — Приятно познакомиться, Тори. — И я очень рад познакомиться с вами, доктор. — Она взяла Андреа за руку и держала ее, пока проводила общую оценку. — Тори, — сказала Дарси снисходительным тоном, который можно использовать с ребенком, — это рука, которая кормит меня. Отдайте ее обратно доктору. Тори отпустила руку Андреа. — Извините, доктор, я небольшая кокетка, чему я научилась у Дарси. Нежность на лице Дарси была трогательной. — Боже, я скучал по тебе, Тори. Пожалуйста, останься на обед? — Я бы с удовольствием встретилась с тобой и познакомилась с прекрасной, — она улыбнулась Андреа, — Доктор Трапани, не так ли? Андреа усмехнулась, забавляясь флиртом Тори. Когда она включила рацию, она задавалась вопросом, почему флирт Тори не беспокоил ее и почему она чувствовала себя так комфортно с Тори, несмотря на ее очевидную связь с Дарси. Когда Грег ответил, Андреа сказала ему, что Тори останется на обед. — Хорошо, мы будем готовы примерно через полчаса, — донеслось из динамика. Андреа налила Тори стакан лимонада. Дарси прочистила горло. — Итак, Кэндис не рассказала тебе или кому-то еще об аварии? — Нет. И мы не беспокоились о том, что от тебя не будет вестей, потому что ты должна была быть в Италии с Марией и Карло, помогая им устроиться. Но мы так давно тебя не видели, как Майя пошутила прошлой ночью, что, возможно, Кэндис наконец-то увезла тебя на частный остров, чтобы ты вышла замуж и жила долго и счастливо вместе с ней. — Неужели это так очевидно? О том, что Кэндис чувствует ко мне, я имею в виду. — Конечно. Хотя она и пытается это скрыть. — Почему я не знала? Как долго это продолжается? — По моему мнению, с тех пор, как мы с тобой вместе учились в колледже. Она всегда хорошо это скрывала, но в прошлом году это стало очевидным для всех. Она оживает, когда ты рядом. И мы все заметили ее попытки отделить тебя от нас. Андреа видела, что Дарси начинает чувствовать себя плохо. — Так как же вы двое стали друзьями? — спросила Андреа, чтобы перевести разговор в другое русло. — Я расскажу тебе зловещую, сексуальную историю о том, как Дарси, большая, красивая студентка, соблазнила меня, невинную первокурсницу, и убедила меня позволить ей залезть в мои трусики. — Тори пошевелила бровями и Дарси рассмеялась. — Ах, старые добрые времена. Андреа ухмыльнулась. — Дарси соблазняет невинную? Этого не может быть. — Я, должно быть, действительно устала, мой дорогой доктор, если вы не заметили мою силу обольщения. Тори улыбнулась шутке, но затем ее лицо потемнело. — Алекс сказала, что ты была в гипсе, но я никогда не представляла увидеть тебя в таком состоянии. Я бы, наверное, уже перерезала себе вены. — Я бы, наверное, тоже, но мешают гипсы. И с тех пор, как появилась доктор Трапани, жизнь стала проще. И даже лучше. — Мария действительно упоминала об этом в разговоре с Иреной. В любом случае, моя дорогая, я хотела сказать тебе, что мы с Алекс разговаривали по телефону, чтобы сообщить о твоем несчастном случае. Я надеюсь, что все в порядке, потому что я предполагаю, что у тебя будет куча посетителей. — Спасибо, Тори. Я задавалась вопросом, почему вы все бросили меня. — Дарси моргнула, но слезы сбежали. Она повернулась к Андреа, которая осторожно вытирала их салфеткой. Тори наблюдала за их взаимодействием с теплой улыбкой, но ничего не комментировала. — Итак, позволь мне рассказать тебе, как Дарси соблазнила меня. — Тори начала рассказ. — Я была восемнадцатилетней тощей, плоской, как доска, первокурсницей, ростом шесть футов два дюйма. В какой-то момент я заметила, что кто-то смотрит на меня. Я обернулась, чтобы посмотреть и увидела, что за соседним столиком сидит великолепная, замечательная, популярная Дарси Сильвер, подперев подбородок рукой. — Она улыбнулась. — Когда я обернулась, она указала на меня. Я почувствовала, как вспыхнуло мое лицо, хотя Дарси позже утверждала, что фуксия была больше похожа на нее. Я не знала, что делать, поэтому отвернулась. Я слышала, что моя что-то говорила, но я не могла понять, что именно. Наконец, подруга схватила меня за руку и потащила на наш следующий урок. — Вот моя версия этой истории, — начала Дарси. — Я сидела там и читала, когда эта громкая дискуссия за соседним столом нарушила мою концентрацию, поэтому я слушала эту широкоплечую девушку с длинными золотистыми волосами, страстно и блестяще объясняющую свои доводы о расизме. Я была очарованная ее блестящим умом. Когда она встала, казалось, что это будет продолжаться вечно, напомнив мне картинку с детенышем жирафа, которую я однажды видела: сплошные уши, глаза и голова на тонком теле с неплотно соединенными конечностями. Пару дней спустя я заметила, что она снова погрузилась в беседу и села за соседний столик. На этот раз она обсуждала политику и опровергала все аргументы. Когда они собирались уходить, я помахала ей рукой и представилась. — Я была так застенчива, что едва могла произнести свое имя, но я произнесла, и она улыбнулась и сказала «приятно познакомиться, Виктория» и помахала мне рукой. — Тори подняла свой бокал, но продолжила говорить. — Примерно через неделю я занималась в библиотеке, и кто-то сел рядом со мной. Через несколько минут моя голова наполнилась этим сексуальным ароматом. Не в силах сосредоточиться, я закрыла книгу, которую читала, и начала собирать свои вещи, чтобы уехать. Потом я увидела, что это Дарси, и она пристально смотрела на меня. И снова я стала ярко-красной. Она положила руку мне на бедро и наклонилась, чтобы прошептать на ухо: «Виктория, любовь моя, не хочешь ли ты быть членом KapaTeta?» Я почувствовала напряжение во всем теле, которое, как мне показалось, было вызвано тем, о чем она спрашивала, но позже я поняла, что ее дыхание мне в ухо заставляло меня чувствовать то же самое. Не в силах говорить, я кивнула. — Она похлопала меня по щеке, сказала: «Хорошая девочка» и ушла. — Тори потягивала свой лимонад. —Итак, я была принята в команду, и Дарси взяла меня в качестве своего личного раба. К тому времени я бы начисто вылизала ее грязные сапоги, если бы она приказала. Но она этого не сделала. На самом деле, она не заставляла меня делать никаких глупостей, о которых просили других новичков. Однако она распорядилась, чтобы мы каждый вечер ужинали и занимались вместе. Я была удивлена, обнаружив, что популярная девушка из кампуса была интеллектуалкой. За ужином мы обсуждали наши курсовые, политику, мировые новости и все остальное под солнцем. Каждый вечер она провожала меня до моего общежития до наступления комендантского часа, и мы стояли на улице под деревьями и разговаривали. Однажды ночью я импульсивно наклонилась и поцеловала ее. Когда я поняла, что делаю, я отстранилась, боясь того, что может случиться. — Тори засмеялась. — Дарси посмотрела на меня и приложила палец к моим губам, чтобы остановить мой лепет. Она притянула мою голову к себе и поцеловала, сначала нежно, потом каким-то образом заставила меня приоткрыть губы и впустить ее язык в мой девственный рот. После блаженной вечности Дарси отступила назад. «Если ты собираешься поцеловать меня, ты должна сделать это правильно. Твое задание на завтра — прийти подготовленной, чтобы показать мне, что ты умеешь целоваться. » Она ушла, а я была ошеломлена. Если бы кто-то из общежития не прошел мимо и не напомнил мне, что уже почти комендантский час, я бы, наверное, до сих пор стояла там в шоке . Дарси ухмыльнулась. — Видишь, Андреа, Тори поцеловала меня первой. — Правильно. Поэтому на следующий вечер после ужина мы отправились в ее комнату. Дарси, как обычно, сидела за своим столом, и я подумала, не забыла ли она о моем задании. Внезапно Дарси повернулась и указала на меня: «Разве я не давала тебе задание на сегодня?» Андреа засмеялась. — Ах, Дарси, ты жестока. — Это была сладкая жестокость, — сказала Тори. — В общем, я ерзала, краснела и смотрела куда угодно, только не на Дарси. «Я должна показать тебе, что умею целоваться.» Дарси постучала пальцами по столу. «И ты готова?» Ну, я провела весь день, заново переживая чудесный поцелуй Дарси и целуя собственную руку, пытаясь попрактиковаться, поэтому кивнула. «Мне придется наказать тебя, если ты не сделаешь это правильно, Тори, это одна из самых важных вещей, которые ты узнаешь в колледже. Так что продолжай.» Поэтому я бочком подошла и посмотрела на Дарси сверху вниз. Я была сбита с толку тем, как начать поцелуй, когда она сидит, а я возвышаюсь над ней. Поэтому добрая мисс Сильвер сказала: «Почему бы нам не сесть на кровать?» Мы сидели. Я наклонилась и попыталась поцеловать ее, не прикасаясь к ней. «Это было ужасно, Тори. Обними меня и попробуй еще раз.» Второй поцелуй был таким же неуклюжим. Дарси покачала головой и отстранилась. «Твое наказание за это фиаско — написать сочинение о поцелуях.» Дарси начала вставать, затем снова села. «Нет, это не сработает. Ты должна поцеловать меня сто раз, и я буду направлять тебя, чтобы ты сделала это правильно.» К тому времени, когда Дарси проводила меня в общежитие той ночью, мои трусики промокли, ноги были как резиновые, и я едва могла дышать, но я знала, как целоваться. Так что каждый вечер после ужина мы проводили время в страстных поцелуях, пока однажды ночью я не запустила руку под свитер Дарси, не коснулась ее груди и не кончила сама. Я испугалась, но Дарси обняла меня и успокоила, сказав, что это был оргазм, а не приступ. «Похоже, ты, возможно, готова перейти к чему-то большему и лучшему, Тори. Мы обсудим это завтра вечером, а пока просто наслаждайся этим ощущением.» Верная своему слову, Дарси усадила меня на следующую ночь и поговорила о сексе. Что бы мы сделали, что значит быть лесбиянкой и так далее. Она дала мне выбор. Мы могли бы целоваться, но не прикасаться друг к другу, или мы могли бы попробовать секс. Угадай, что я выбрала? Дарси ухмыльнулась. — Ты можешь поверить, что эта доска соблазнила меня? На ее теле нигде не было ни одного изгиба, но она была очень сексуальной и очень прилежной ученицей. — И вот она, история о том, как Дарси соблазнила меня. — Тори похлопала Дарси по щеке. — Я всегда была благодарна, что ты была моей первой. Ты была такой любящей, такой романтичной и чувственной, что, думаю, я ходила с мокрыми трусиками большую часть того года и следующего. И ты была очень добра и нежна. — Ее улыбка была мягкой от воспоминаний. Она повернулась к Андреа. — Но все же остерегайся ее. Она скользкая, как угорь, никто не смог ее удержать. Я удерживаю рекорд в два года. Дарси выглядела так, будто хотела что-то сказать, но остановилась, когда дверь на кухню распахнулась. — И я могла бы добавить, что Дарси также заставила меня осознать, что я красивая. Всю мою жизнь люди говорили мне о моем росте, но она никогда этого не делала. Она заставила меня почувствовать себя красивой, заставила меня почувствовать себя особенной, заставила меня почувствовать, что быть высокой — это подарок судьбы. Она показывала мне фотографии статных африканских женщин-воинов, красивых моделей. Она поцеловала мою грудь и сказала, что стыдно прятать ее за впалыми плечами. То, что она любила меня, придавало мне уверенности, заставляло гордиться собой. Затем она посоветовала мне подумать о модельном бизнесе как о возможной карьере. — Тори погладила лицо Дарси. — Ты одна из самых важных людей в моей жизни. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь простить Кэндис за то, что она молчала, когда я была тебе нужна. Глаза Дарси заблестели. Андреа встала и зашла за инвалидное кресло. — Пойдем к столу. — Пока Тори помогала Марии расставлять тарелки на стол, Андреа помогала Дарси высморкаться. — Тори восхитительна. Дарси кивнула. — Эй, Дарси, ты что, набралась религии? Я почти никогда не видела, чтобы ты ела что-нибудь, кроме стейка с картошкой фри или яичницу с беконом. Она рассмеялась. — Не религия. — Она взглянула на Андреа. — Доктор Трапани посадила меня на здоровую диету, и мне это действительно нравится. — Мы все пытались, доктор, но она упрямая сука. Мы все сидели за столом и ели салаты, боясь, что растолстеем, а она, которая никогда не набирает вес, уплетала свой стейк или бургеры с картошкой фри. Она ела свиные и бараньи отбивные, но забывала о рыбе или овощах. А теперь я собираюсь увидеть, как она ест морского окуня и салат. — Ах, Тори, если бы я знала, что это так важно для тебя, я бы время от времени брала лист салата. Но сегодня ты не только увидишь, как я ем рыбу и наслаждаюсь этим, но и увидишь, как милый доктор кормит меня. — О, как сексуально. — Сексуально? Ты заболела? Тори положила руки на бедра, изображая возмущение. — Ты жестокая женщина. Разве ты не помнишь, как после того, как мы занимались любовью, ты кормила меня оливками, фаршированными виноградными листьями и целовала после каждого укуса? — Ну, моя дорогая, ты, возможно, не заметила, — тон Дарси был ироничным, — но мы с добрым доктором не просто занимались любовью. И, если ты будешь очень внимательно наблюдать, то заметишь, что она не целует меня после каждого укуса. Андреа почувствовала себя неловко. Все эти разговоры о занятиях любовью, поцелуях и кормлении друг друга напомнили ей о связи, которую она часто чувствовала, когда глаза Дарси встречались с ее глазами, когда она кормила ее. — Ну, я все еще думаю, что это сексуально. И я не могу дождаться, когда увижу, как ты ешь рыбу. — Если ты будешь пялиться на нас и говорить "сексуально" всякий раз, когда доктор кладет что-то мне в рот, я прикажу тебя вышвырнуть отсюда. — Не волнуйся, дорогая, я сосредоточусь на своем собственном сибасе. Он выглядит потрясающе. Тори была очаровательной и забавной, и ее привязанность к Дарси была трогательной. Она отнеслась к кормлению спокойно и не упомянула об этом. Но Дарси не смогла устоять. — Итак, ты чувствуешь возбуждение, наблюдая, как меня кормят? — Нет, дорогая, ты же знаешь, что у меня есть собственная кормилица, когда я ее захочу. — Как Элль тебя терпит? — Она любит меня. — Да любит. Ты нашла хорошую партнёршу, Тори. — Глаза Дарси были прикованы к Андреа. — Нам всем так повезло. — Огненный остров для тебя этим летом? На пляже всегда так весело: солнце, море, приятная беседа и коктейли на террасе. Тебе было бы полезно провести там какое-то время. — Ты знаешь, я люблю бывать в доме, но не похоже, что я приеду этим летом. Я не была там с тех пор, как произошел несчастный случай. — Она выглядела такой задумчивой, что это причиняло боль и Андреа хотела утешить ее. Тори похлопала Дарси по лицу. — Терпение — не твоя сильная сторона, но ты добьешься своего. И помни, сентябрь и октябрь еще лучше, потому что толпы уже нет. Андреа предложила последний кусочек морского окуня, и Дарси открыла рот. Их взгляды встретились. Андреа улыбнулась и нежно вытерла губы Дарси. — Ну, может быть, немного сексуально, — сказала Дарси. Они все засмеялись. Было ли это сексуально? Андреа не думала об этом в таком ключе, но это определенно было интимно, более интимно, чем большинство занятий сексом, которые у нее были за последние несколько лет. Возможно, Дарси была права. Это было немного сексуально. После десерта и кофе Андреа извинилась и ушла. — Я не хочу, чтобы Тори приходилось скрывать какие-то действительно сексуальные вещи, чтобы защитить мои невинные уши, поэтому я прогуляюсь по саду и оставлю вас двоих наедине ненадолго. — Она усмехнулась. — Хорошо? Дарси изобразила панику. — О Боже, нет, она заставит меня пытаться мастурбировать с моим гипсом. Тори прижала два пальца к губам, делая вид, что обдумывает эту идею. — Хм, я не думала об этом. Они наблюдали за Андреа, пока она не свернула на дорожку, ведущую в другой конец сада. Тори пошевелила бровями. — Итак, что там с очаровательным доктором Трапани? Ты влюблена в нее? — Да. — Это объясняет твоё поведение. Кажется, ты ей тоже нравишься. — Ты так думаешь? Я даже не знаю, лесбиянка ли она. И она думает, что мои чувства — результат моей уязвимости, и они рассеются, когда я снова стану на ноги. Но я знаю, что я чувствую. В любом случае, — губы Дарси изогнулись, — она хочет сохранить наши отношения на абсолютно профессиональном уровне, но в моих мыслях это совсем по-другому. — О, я люблю грязные секреты. Я никому не скажу. — Кто сказал, что мои мысли были грязными? — Черт, у нее потекло из носа. Должна ли она спросить Тори или попытаться подождать? Тори открыла свою сумку и достала салфетку. — Дай я сделаю это, дорогая. — Она вытерла нос Дарси. — Напомни мне, почему я тебя отпустила. — Ты сказал, что мы любили друг друга и были великолепны в постели, но мы не были влюблены. — Тори пожала плечами. — Я не была так уверена в этом. — Но ты согласилась со мной? — Я любила тебя, Дарси. И я верила, что ты любишь меня. Это было больно, и я видела, что тебе тоже больно, но я верила, что у тебя была причина для разрыва. — Мне так жаль, Тори. — Дарси фыркнула. — Черт возьми, Андреа права. Я ранимая и эмоциональная, я такая плаксивая в эти дни. Тори вытерла глаза Дарси и поцеловала ее в щеку. — Но это старые новости, дорогая. Ты рассказывала мне о прекрасной Андреа. — Когда она приехала, я чувствовала себя всеми покинутой и совершенно выбитой из колеи. Кэндис обещала остаться со мной, помогать заботиться обо мне, а потом она исчезла, оставив меня с Джерри, с которой я решила расстаться утром в день аварии. — Я собираюсь убить Кэндис, разрезать ее на куски своим поварским ножом ... — Она снова пьет. — Дарси заколебалась, вспомнив недавнее поведение Кэндис. — Несколько дней назад она устроила здесь довольно пьяную сцену. Она сказала Джерри, что я хочу, чтобы она вернулась, и привела ее сюда на ужин, а потом сказала нам всем, что если Джерри вернется, я смогу избавиться от Андреа. Она назвала Андреа сукой. — Конечно, она ревнует. Я сразу почувствовал вашу связь. Но ты рассказывала мне об Андреа. — Правильно. После несчастного случая я была сумасшедшей. На самом деле, в то утро, когда она появилась, я была вне себя от ярости из-за Джерри, которая только что объявила, что уходит. Я была мерзкой, Тори, действительно мерзкой по отношению к Джерри и Андреа. — Похоже, ты не отпугнула ее. — Нет, на самом деле она была спокойной и нежной, несмотря на мои проклятия и крики. И рядом с ней я чувствовала себя в безопасности. Внезапно я смогла дышать. — А теперь? — Мое сердце нестабильно, и в будущем ждёт операция по шунтированию. Я устала быть инвалидом, но рядом с ней я чувствую себя спокойно и счастливо. Мы сидим в саду или в моей комнате, и она читает мне, или мы разгадываем кроссворд, или разговариваем о разных вещах, и я чувствую связь. Впервые после тебя речь идет не просто о сексе, это нечто большее, это глубже. Странно говорить об этом в моем возрасте, но я не была влюблена после тебя. — Я так рада за тебя, Дарси. Ты замечательная женщина, и я боялась, что ты останешься одна. Но никакого секса? Ты меня разыгрываешь, верно? Дарси улыбнулась. —Конечно, речь идет о сексе. Но я ничего не могу сделать для себя, а она не хочет, так что пока все, что у меня есть — это фантазии. Ухмылка на лице Тори насторожила ее. — Даже не думай просить меня поделиться ими. — О, черт. — Тори вскинула руки в знак капитуляции. — Ты хочешь, чтобы я попыталась выяснить, лесбиянка ли она? Дарси на секунду задумалась. — Нет, она скажет мне, когда захочет, чтобы я знала. Но я решила, лесбиянка она или натуралка, пока у нее нет серьезных отношений, я буду преследовать ее, пока не получу. — Бедняжка не знает, с кем она столкнулась. И, говоря о докторе Трапани, вот она идет. — Тори встала и легко поцеловала Дарси в губы. — Мне нужно возвращаться к работе, но я скоро увижу приду. — Она обняла Андреа. — Приятно познакомиться с вами. Дай мне свой телефон, и я оставлю свой домашний номер, чтобы ты могла связаться со мной, если понадобится, чтобы я что-нибудь сделала, или даже если тебе просто нужно выговориться о Дарси Ужасной. Они смотрели, как Тори идет к двери. — Она потрясающая. Ты жалеешь, что отпустила ее? — Нет, моя дорогая. Я любила ее тогда и люблю сейчас, но я уже давно в нее не влюблена.