Сердечные дела

Андреа держала Дарси за руку в приемной, надеясь успокоить ее. Сегодня был день, когда могли снять гипс с руки. Она подчеркивала “возможно” Дарси в течение двух дней, и этим утром Дарси огрызнулась на нее. — Я не ребенок. Я понимаю, что они могут остаться. — Затем она рассмеялась. — Угадай, кто ведет себя как ребенок? — Она перестала жаловаться, но все еще была напряжена. Наконец они оказались в рентгеновском кабинете, ожидая, пока хирург прочтет снимки. Когда появился доктор Стерн, он сел на табурет и посмотрел на рентгеновские снимки в своей руке. — Итак, мисс Силвер... — Ради Бога, ты, наверное, видел меня голой, зови меня Дарси. Он посмотрел на нее, немного озадаченный, затем он улыбнулся. — Я собирался сказать, что не видел тебя голой, потому что мы прикрываем пациентов в операционной. Но, на самом деле, я видел тебя голой, потому что ты была так сильно сломана, что мне нужно было проверить каждую косточку в твоем теле. — Его глаза заблестели. — Теперь гипс с правой руки можно снять, но, боюсь, левой руке потребуется немного больше времени. Андреа ждала вспышки гнева, но Дарси только выдохнула и улыбнулась. — Одна рука лучше, чем никакой.— Она посмотрела на Андреа. — Вот видишь, ты скоро сможешь начать кормить себя сама. Дарси усмехнулась. — К сожалению, мой дорогой доктор, я левша. Так что ты застряла со мной еще на пару недель. * * * Дарси была возмущена. — Что значит “выпрямить”? Джин Филлипс, физиотерапевт, с которой Андреа договорилась после их встречи с хирургом, повторила то, что она сказала. — Мы начнем с выпрямления вашего локтя, а затем перейдем к вращению и укреплению. — Ни за что. Она была согнута больше шести недель, и теперь ты думаешь, что я могу просто выпрямить ее? Я даже не уверена, что эта чертова штука действительно моя рука. Со всем этим черным мехом она выглядит так, словно мне пересадили обезьянью руку, когда я была на операции. Кроме того, она отказывается делать то, что я ей говорю. Андреа рассмеялась. — Да ладно, Дарси, не накручивай себя. Джин заведует отделением физиотерапии в больнице. Ты можешь доверять ей. Джин придвинулась ближе. — Я исправлю это. — Что, если она снова сломается? — Доктор Стерн — один из лучших хирургов-ортопедов в стране. Если он говорит, что она здорова, значит, она здорова. Это следующий шаг, если ты хочешь в полной мере использовать свою руку. — Она положила руки на руку Дарси. — Закрой глаза. — Она провела руками вверх и вниз по руке Дарси, а затем мягко надавила. — Чувствуешь? — Она еще не выпрямилась? — Постарайся расслабиться. — Слегка надавливая, Джин понемногу выпрямляла локоть. — Больно? — Нет. Ты её не сломала? — Сейчас мы начнем работать над ротацией. — Она осторожно повернула руку влево, затем вправо, попросила Дарси повернуть ее без груза, затем с весом в один фунт. — Хорошая работа. Теперь награда. — Она намазала руку лосьоном. Глаза Дарси были закрыты, но ее лицо выражало удовольствие. — На сегодня достаточно. Завтра мы будем больше работать над ротацией и усилением. Завтра в это же время? — А у меня есть выбор? Андреа рассмеялась. — Извини, Джин, я забыла сказать тебе, что она нытик. — Я не... — Дарси показала язык. * * * Отдыхая в саду после ужина, Дарси, казалось, наслаждалась ощущением воздуха на своей руке, время от времени поднимая ее и разминая пальцы. — Это будет долгий путь, не так ли? Андреа оторвала взгляд от книги. — Что ты имеешь в виду? — Сначала эта рука, потом левая. Я вижу, что это займет какое-то время. А с ногами будет сложнее, верно? Андреа тщательно сформулировала свой ответ. — Да. Я не могу сказать, как долго, но это будет не так быстро, как ты хочешь. Ты должна восстановить мышцы всех четырех конечностей и снова научиться ходить. Я знаю, ты хочешь покончить со всем этим, Дарси, но даже после того, как снимут гипс, пройдет некоторое время, прежде чем сможешь вернуться к своей жизни. Дарси протянула руку и коснулась руки Андреа. — Ты останешься со мной, верно? Андреа кивнула. — Видишь, ты уже пользуешься этой рукой. Я буду здесь, пока ты меня не уволишь или я не решу, что ты держишь меня здесь только для того, чтобы помучить. В фантазиях Дарси все это закончится, как только снимут гипс. Теперь, столкнувшись с реальностью, она впадала в депрессию, которая на самом деле была подавленным гневом, что означало повышение кровяного давления. Андреа задавалась вопросом, что она могла бы сделать, чтобы предотвратить изматывающий душу взрыв, который обязательно должен был произойти. Позже тем же вечером, после того как она помогла Франсин уложить Дарси в постель, Андреа отправилась на пробежку. Именно тогда ей пришла в голову эта идея. Она отвезет Дарси на Файр-Айленд, чтобы поднять ей настроение. И она точно знала, к кому обратиться за помощью. Она приняла душ и, надевая пижаму, слышала, как Дарси и Франсин болтают и смеются, как старые друзья. Дарси дремала после обеда, и в результате она больше не засыпала в половине девятого или в девять, и часто они с Франсин тусовались вместе или смотрели фильм. Иногда, как сегодня, Андреа хотелось растянуться на кровати с Дарси и потусоваться с ними двумя, но она знала, что от нее зависит, чтобы все было профессионально, поэтому она контролировала себя. Андреа села в кресло у окна и позвонила Тори. Она рассказала о снятии гипса и о чувстве безнадежности Дарси. — Я бы хотела отвезти ее на Огненный остров. Ты думаешь, это возможно? — Если ты скажешь, что нужно, мы доставим ее туда. Она будет в восторге. — Прямо сейчас мне нужна информация. Насколько легко было бы посадить инвалидное кресло на паром и сойти с него? — Секунду. — Андреа слышала, как она повторила вопрос Элле. — Элл думает, что это не будет проблемой, но она собирается проверить это, пока мы разговариваем. Что еще? — Насколько легко будет добраться от парома до дома Дарси? — Нет проблем. Все дорожки выложены дощатыми настилами, так что ты можешь легко отвезти ее от причала. А в доме есть пандус, который был построен для ее бабушки и дедушки. Он обеспечивает доступ инвалидных колясок на первый и второй этажи. — Какой там дом? — Кухня, столовая, гостиная и ванная комната находятся на первом этаже, а пять спален — на втором этаже. Отдельный номер Дарси соединен со вторым этажом и состоит из большой спальни, гостиной и огромной ванной комнаты с душем и гидромассажной ванной. — Настоящий особняк. — Так и есть. Ее бабушка и дедушка построили его много лет назад — Так что, похоже, мы могли бы легко доставить ее туда. А как насчет пляжа? — Дом находится прямо на пляже, просто нужно было бы выкатить ее на террасу с видом на океан, или она могла бы посидеть у своего бассейна, который находится на боковой террасе, если бы захотела это сделать. О, подожди. — Андреа снова могла слышать Элль на заднем плане. — Элль говорит, что на пароме нет проблем с инвалидным креслом. — Есть ли ресторан, который доставляет еду? — Как насчет того, чтобы ты позаботилась о том, чтобы доставить ее туда и заботиться о ней, пока она там, а я позабочусь о еде, вине и пиве. Ты просто скажи мне, сколько человек и на сколько дней, и я составлю меню. — О Боже, Тори, ты действительно замечательный друг. Я собираюсь рискнуть и пригласить вас с Элль погостить с нами. — Скажи мне, когда, и мы будем там. — Я думаю, мне лучше сообщить об этом Дарси, а не пытаться застать ее врасплох. Могу я позвонить тебе завтра? — Звони мне в любое время, мой милый доктор. — Тори понизила свой голос до сексуального шепота. Андреа рассмеялась. — Господи, Тори, ты такая же большая кокетка, как Дарси. — Просто подражаю мастеру. — Тори фыркнула. — Но серьезно, позвони мне после того, как обсудишь это с Дарси. По-настоящему взволнованная, Андреа вскочила со стула, легонько постучала в дверь и вошла. Дарси и Франсин подняли головы. Дарси выглядела шокированной, затем она указала своей недавно освобожденной рукой. — Я потекла словно мороженое. Посмотри на нее, разве она не очаровательна? Франсин усмехнулась и Андреа резко остановилась. Она посмотрела вниз. О черт, она вбежала в своей пижаме, облегающей майке без лифчика и коротких хлопковых шортах, которые едва прикрывали ее промежность. Кровь бросилась ей в лицо, и она повернулась, чтобы вернуться и надеть какую-нибудь одежду. Дарси так смеялась, что едва могла говорить. — Вы не можете загнать джинна обратно в бутылку, мой милый доктор. Я уже видела эти длинные стройные ноги и эти сексуальные руки, не говоря уже об этих пышных грудях, так что возвращайся сюда. Андреа уперла руки в бока и заговорила с притворным негодованием: — Что? Ты думала, у меня нет ни ног, ни рук, ни груди? Дарси снова рассмеялась, на этот раз вместе с Франсин. — Ладно, ребята, я забыла, что на мне пижама. Это не так уж и смешно. О, ну, у меня была захватывающая идея ...— она посмотрела на них.— Захватывающая идея, которой я хотела поделиться с вами. Дарси взглянула на Франсин. — Я бы с удовольствием послушала эту захватывающую идею. — Она снова с Франсин рассмеялась. — Боже, вы двое что, выпили? Я буду в своей комнате, когда ты будешь готова. — Нет, подожди. Я буду вести себя хорошо. И я ручаюсь за Франсин до тех пор, пока она не посмотрит на меня. Какая идея? Андреа вздохнула и подошла к кровати. — Не хотели бы ты поехать на Файр-Айленд на несколько дней? Дарси ахнула. А позади нее Франсин показала поднятый вверх большой палец. — Я могу это сделать? — Если ты хочешь. Но мне нужна твоя помощь, чтобы спланировать все. — Скажи мне, что тебе нужно. — Во-первых, мне нужна будет помощь. Ты можешь поехать с нами, Франсин? Глаза Франсин расширились. — Да, конечно. Дарси едва могла сдержать свое волнение. — И ты можешь привести Дженнифер, я давно хотела с ней познакомиться. Андреа нахмурилась. — Кто такая Дженнифер? — Моя жена. Андреа пристально посмотрела на Франсин и женщина нахмурилась. — Что? — Так ты тоже лесбиянка. Какое совпадение. Дарси швырнула в Андреа подушкой. — Похоже, что Джерри снова пришла мне на помощь. Очевидно, она настаивала, что мне нужны медсестры-лесбиянки, чтобы я могла чувствовать себя комфортно, и если агентство не сможет их предоставить, она найдет другое агентство. Андреа схватила подушку. — Вау, ты действительно в долгу перед Джерри. — Я знаю, и я найду какой-нибудь способ загладить свою вину перед ней. Но теперь, когда я разоблачила Франсин, что еще нам нужно? Андреа положила подушку на кровать. — Я возьму напрокат фургон для инвалидных колясок, чтобы доставить нас на паром и обратно. Я поговорила с Тори, и, похоже, добраться до дома не составит проблем. — Так и есть. И мы можем остановиться в моем личном номере. — Я возьму напрокат больничную койку и доставлю ее туда... Дарси положила руку на руку Андреа. — Поскольку это всего на несколько ночей, разве я не могу просто поспать в своей постели? — Что ты думаешь, Франсин? Франсин медленно кивнула, обдумывая вопрос. — Мы можем положить несколько подушек с ее стороны, просто чтобы быть уверенными, что она не упадет, и мы можем использовать подушки, чтобы приподнять ее, если она захочет сесть в постели. Глаза Дарси сияли от возбуждения. — Что еще? — Я подумала, что мы дадим Марии и Карло отдохнуть, поэтому Тори сказала, что она организует еду и напитки, а также приготовление пищи и уборку. Что-нибудь еще ты можешь придумать? — Я позвоню завтра, и дом приготовят для нас. — Надеюсь, все в порядке, что я пригласила Тори и Элль погостить у нас? Есть кто-нибудь еще, кого ты хочешь пригласить? Дарси усмехнулась. — Дай мне подумать об этом, но я приглашу еще пару человек. Андреа, любовь моя, если бы ты мне позволила, я бы крепко поцеловал тебя в губы. Это потрясающе. Андреа была так рада, что сделала Дарси счастливой, что наклонилась и легонько поцеловала ее в губы. — Не за что. Дарси просияла. — О, я только что вспомнила кое-что важное. — Скажи мне, я добавлю это к списку. — Пожалуйста, возьми с собой пижаму. — Она снова начала смеяться. Андреа легонько шлепнула Дарси по голове. — Ты ужасная. И я не знаю, почему ты так взволнована, ведь ты видела меня в трико для бега. — Да, но они прикрывают твои ноги, и я могла только представить твою кремовую, чувствительную верхнюю часть бедер. И, о, эти груди. Теперь я могу фантазировать, — она мечтательно закрыла глаза. Андреа не смогла сдержать прилив крови к лицу или к едва прикрытому паху, поэтому повернулась к Франсин. — Давай составим список вещей, которые нам нужны. Дарси усмехнулась. — Мне нравится, когда вы краснеете, милый доктор Трапани.