Сердечные дела

То, что должно было стать днем празднования, было унылым и печальным событием. Рентгеновские снимки выглядели хорошо, и гипс сняли. Дарси настояла на том, чтобы попытаться встать, но замолчала, когда ноги не держали ее. Дарси отвернулась, когда Андреа попыталась утешить ее, объяснить, что на это потребуется время. Когда Дарси потянулась к руке Дженнифер, Андреа изо всех сил старалась не сломаться. Они втроем обедали в саду, когда Дарси сказала Дженнифер, что Андреа уезжает, и она надеется, что они с Франсин переедут к ней, пока она не встанет на ноги. Дженнифер побледнела. — Почему... Дарси подняла руку. — Пришло время, вот почему. Голова Дженнифер вертелась между Дарси и Андреа, пытаясь понять, что происходит. Последовавшая тишина была полна напряжения, и они избегали смотреть друг на друга. Дженнифер извинилась и вышла в ванную. Когда она вернулась, они втроем поднялись наверх, чтобы Дженнифер могла начать работать над ногами Дарси. На этот раз не было никаких шуток, поскольку Дженнифер мягко манипулировала коленями Дарси, чтобы согнуть их. Дарси застонала и, казалось, была готова заплакать. Андреа хотела утешить ее, но боялась, что на нее нападут, если она осмелится предложить поддержку, поэтому она с несчастным видом наблюдала, как Дарси переносит терапию. Все трое вздохнули с облегчением в конце сеанса. Дженнифер немедленно удалилась. Андреа и Дарси были в саду, совсем не общаясь, когда позвонила Франсин. Дарси сказала ей, что Андреа уезжает, и спросила, могут ли они с Дженнифер переехать к ней на несколько недель. Последовала долгая дискуссия, в ходе которой Дарси буркнула "да", "нет", "хорошо", "Я спрошу", а затем повесила трубку. Она с минуту смотрела на Андреа. — Им нужно пару дней, чтобы собраться с мыслями, прежде чем они смогут переехать. Ты можешь остаться или мне позвонить в агентство? Андреа подумывала сказать «пошла ты», но на самом деле она не хотела уходить, не попытавшись уладить это с Дарси. — Я останусь столько, сколько ты захочешь. Они поужинали в угрюмом молчании. Андреа сложила посуду на тележку и вкатила ее на кухню. Когда она вернулась в сад, Дарси заговорила: — Доктор Трапани, не могла бы ты помочь мне подготовиться ко сну? Франсин не сможет приехать раньше одиннадцати вечера. — Конечно, если хочешь. — Она использовала свой докторский голос и свое докторское лицо, чтобы скрыть боль. Дарси кивнула и отвела взгляд. В девять тридцать она отвезла Дарси наверх. Ритуал, который раньше казался приятным, теперь был болезненным для Андреа. Дарси была не только гораздо более независимой, но холодной и отстраненной. Помогая Дарси с самыми интимными вещами, Андреа чувствовала себя невидимой, как будто она была прислугой и не имела никакого значения. Потеря была сокрушительной. При свете ночника Андреа делала пометки в таблице. Сегодня вечером кровяное давление Дарси снова было выше, и ее сердце продолжало биться с трудом. — Доктор Трапани? — Вот и все, снова все было формально, никаких поддразниваний, никакого флирта. — Пожалуйста, посиди со мной, пока не придет Франсин. Я привыкла, что со мной кто-то есть. — Конечно. — Но я чувствую себя такой одинокой, сидя рядом с тобой, не в силах прикоснуться к тебе. — Не позади меня, рядом с кроватью, где я могу тебя видеть. Андреа подвинула свой стул к краю кровати и посмотрела на Дарси. В тусклом свете ночника было трудно что-либо разглядеть, но ей показалось, что Дарси пристально смотрит на нее. — Благодарю вас. Мы хорошо провели время, не так ли? — Да, но... — Пожалуйста ... доктор Трапани, я не могу объяснить это лучше. Дарси звучала так опустошенно, что Андреа была готова простить все, но не было никакого упоминания о желании, чтобы она осталась. Так тому и быть. Она переживет следующие несколько дней как можно лучше, а потом двинется дальше. Дыхание Дарси во сне стало глубже, хотя и было неровным, как будто ее сердце работало изо всех сил. Однажды она проснулась и вскрикнула. — Андреа, пожалуйста. Андреа положила руку ей на грудь. — Я здесь, Дарси. — Ее глаза открылись и Андреа погладила ее по лицу. — Это всего лишь сон, милая, расслабься и постарайся заснуть. — Дарси закрыла глаза и через несколько минут снова заснула. Около одиннадцати Франсин поманила ее в холл. — Дарси сошла с ума, черт возьми? Как ты можешь уйти? — Честно говоря, я больше не могу терпеть эту токсичную атмосферу. — Андреа пожала плечами. — Кроме того, она хочет, чтобы я уехала. Она сказала, что ты можешь делать то же, что и я, поэтому я ей больше не нужна. — Ты думаешь, может быть, ее мозг не получает достаточно кислорода, потому что ее сердце недостаточно качает кровь? — Я не знаю. — Я сказала ей, что нам нужно пару дней. Надеюсь, что этого времени тебе хватит, чтобы вбить в нее немного здравого смысла. — Как ты узнала? — Дженнифер позвонила мне из ванной после того, как Дарси рассказала ей. Андреа обняла Франсин. — Вы, ребята, самые лучшие. Сомневаюсь, что смогу переубедить ее, но я попытаюсь. Они оба обернулись на звук стона Дарси. — Она была в таком состоянии каждую ночь в течение последних двух недель. Через час или два она уже не сможет снова заснуть. — Иди к ней, Франсин. Андреа стояла в дверях, где Дарси не могла ее видеть. Франсин села на кровать и взяла Дарси на руки. — Все в порядке, милая, это просто плохой сон. — Где Андреа? — В своей комнате. Я позову ее. — Нет, не буди ее. — Я думаю, что её все таки стоить позвать. — Нет, Франсин, пожалуйста, не надо. От этого будет только хуже. — Что хуже? — Франсин обняла ее. — Поговори со мной, детка. Нет ничего настолько плохого, чего нельзя было бы исправить. — Пожалуйста, переезжай жить ко мне, Франсин. Я не могу держать Андреа. Дарси было больно, и она была частью того, что было причиной этого. Последнее, чего хотела Андреа — это быть источником боли для женщины, которую она любила. Как только Франсин устроит Дарси, она попросит ее закончить дела и переехать к ней. Позже тем же вечером она убедила Франсин, что для Дарси будет лучше, если она уедет. Они договорились, что она позвонит Джули утром и скажет ей, что с послезавтра Франсин сменит ее. Андреа будет работать завтра днем, а также возьмет на себя ночную смену Франсин. На следующее утро Франсин и Дженнифер должны были въехать, а Андреа — съехать. Андреа провела ночь, слушая, как Дарси раз за разом просыпается от рыданий или криков, и бормотание Франсин, утешающей ее. Время от времени Андреа дремала, но каждый раз просыпалась вместе с Дарси, чувствуя ее боль и свою собственную боль от потери того, кого она любила.