Сердечные дела

Дарси чувствовала себя потрясающе, когда вернулась домой из больницы. Больше никаких больничных коек. Она хотела спать в своей собственной двуспальной кровати с Андреа. Поэтому, еще находясь в больнице, она попросила Карло привлечь маляров и грузчиков и переделать комнату, которую она использовала в качестве больничной палаты, обратно в гостиную. Когда она вернулась домой, все выглядело так же, как и изначально. Все было великолепно. Затем Андреа прекратила прием оксиконтина, и у нее появилось беспокойство, поэтому она начала принимать таблетки самостоятельно. Но она беспокоилась, потому что рецепт подходил к концу и его нельзя было возобновить. Она взяла таблетки и пока считала, чтобы посмотреть, сколько у нее осталось, ходунки упали на стол. Андреа открыла глаза. — Тебе больно, Дарси? — У меня вообще ничего не болит. На самом деле, я чувствую себя потрясающе. Андреа села в постели. — Что ты делаешь с оксиконтином? — Ты шпионишь за мной? — Дарси? — Пересчитываю. Я боюсь, что у меня все закончится. — Держу пари, что так и есть. — Что за сарказм? Андреа свесила ноги с кровати. — Милая, эти таблетки вызывают привыкание. Я прекратила их, чтобы уберечь тебя от зависимости. Когда ты начала принимать их самостоятельно? — Пару дней назад. — Тебе было больно? Дарси повернула ходунки к окну. — Нет. Просто волнуюсь. Я чувствую себя лучше, когда принимаю их. Андреа последовала за Дарси, обняла ее и уткнулась носом в шею. — Ты хочешь стать зависимой? — Дарси уставилась в окно. Что это был за глупый вопрос? — Я не слышала твоего ответа. — Нет, черт возьми, конечно, я не хочу становиться зависимой, но они мне нужны... Андреа закрыла рот Дарси рукой. — Ты должна остановиться сейчас же. Она знала, что Андреа была права, но ей нужны были эти таблетки. — Я уже приняла две сегодня утром. — Что ж, наслаждайся сегодняшним днем, потому что вечеринка закончилась. — Она повернула Дарси, поцеловала ее в лоб, затем обняла за плечи. — Пойдем со мной. — Андреа взяла пузырек с оксиконтином и повела Дарси в ванную. Женщина запаниковала. — Ты же не собираешься смывать их, не так ли? Андреа обняла ее, как всегда осторожно, чтобы не слишком давить на рану. — Нет, милая. Ты это сделаешь. Дарси застонала. — Я не могу. Они мне нужны. Андреа кивнула и передала бутылочку Дарси. — Поверь мне, милая, ты должна это сделать . Дарси посмотрела на Андреа и, увидев любовь на ее лице, поняла, что сделает все, чтобы не потерять ее снова. Она сделала вдох, затем сняла крышку и перевернула бутылку вверх дном над унитазом. Когда он опустел, она протянула его Андреа. — Спусти воду в туалете, Дарси. Рыдая, она повернулась в объятиях Андреа. — Я не хочу чувствовать себя плохо. — О, милая, последнее, чего я хочу, это чтобы ты чувствовала себя плохо. Но я только что вернула тебя, и не потеряю из-за наркотиков. Я буду здесь, чтобы помочь тебе пройти через это, но ты должна сказать мне, что ты чувствуешь. Я дам тебе обезболивающие, не вызывающие привыкания. Продолжай. — Дарси нажала на рычаг и наблюдала, как драгоценные таблетки кружат и исчезают. — Пойдем. — Андреа снова обняла ее, затем провела губами по губам Дарси. — Давай готовиться к завтраку. С тех пор как они вернулись домой из больницы, они ели в саду, на кухне или в столовой. Если Дарси чувствовала слабость, они могли поесть в спальне или гостиной. Но в этом не было необходимости. Пока. Чувствуя Андреа рядом с собой, мягкость ее грудей без лифчика, ее запах, ощущение кожи на коже, тело Дарси ответило. Она уткнулась носом в шею Андреа, затем просунула руки под пижамную рубашку Андреа, лаская ее груди, соски. Ходунки прижались к бедрам Андреа, когда Дарси переместилась к ее рту, проводя языком по губам, дразня их, чтобы они открылись. Андреа отстранилась. — Нет, Дарси. Ты же знаешь, что мы не можем заниматься сексом еще от трех до шести недель. Одна рука Дарси потянула за пояс пижамы Андреа, другая скользнула вниз и помяла ее ягодицы. — Конечно, можем. Я чувствую себя прекрасно. Андреа схватила Дарси за руки. — Это всё таблетки, Дарси. — Ее дыхание вырывалось короткими рывками. —Пожалуйста, прекрати. Дарси подняла глаза, сбитая с толку. — Это из-за таблеток? — Да. Они заставляют тебя чувствовать эйфорию, возбуждение, но твоё тело к этому не готово. Тебе нужно успокоиться. — Андреа обняла ее. — Я люблю тебя и хочу тебя, но мы должны подождать. Сделай глубокий вдох, а потом давай одеваться. Андреа провела Дарси в спальню и помогла ей одеться, затем, как обычно, пошла в ванную, чтобы одеться самой. Может быть, немного еды и посиделки в саду помогут ей успокоиться, пока действие таблеток не закончится. Черт, почему она не заметила, что Дарси принимает оксиконтин самостоятельно? Ей придется быть бдительной. Остаток дня Дарси казалась в порядке. Конечно, она все еще испытывала кайф от последних двух таблеток. Андреа надеялась, что она еще не приняла достаточно, чтобы испытывать ломку. * * * Несколько дней спустя Андреа заметила, что Дарси начинает волноваться, когда приближается время ложиться спать. Она утверждала, что ей не хотелось спать, но она постоянно дремала и дергалась, просыпаясь, а затем начала проводить ночи в гостиной с включенным светом, глядя широко раскрытыми глазами на темные окна. Почувствовав страх Дарси, Андреа обнимала ее всю ночь, чтобы успокоить. Как только на улице начало светать, она смогла уложить Дарси в постель, и они проспали несколько часов. Она знала, что происходит, но ей нужно было, чтобы Дарси поговорила с ней об этом. До сих пор Дарси уклонялась от ее вопросов, говоря, что все в порядке, кроме того, что Андреа заставила ее прекратить прием оксиконтина. Похоже, ей придется форсировать события, чтобы заставить Дарси высказать свои опасения. Однажды днем они сидели в саду с Кэндис, и Дарси спросила о ее терапии. — Я справилась со своими чувствами к тебе, Дарси. Я путала любовь с желанием быть ближе, с нуждой в нашей семейной связи, и я боялась, что ты бросишь меня, если полюбишь кого-то. — Она застенчиво улыбнулась. — Мы с Люсией начали встречаться. Андреа повернулась к Дарси. — Разве это не здорово? — Но Дарси спала. Она сделала Кэндис знак следовать за ней. — Что происходит, Андреа? Она никогда не засыпала посреди разговора. В больнице она казалась сильнее. Теперь она выглядит измученной, у нее темные круги под глазами, и она похудела. Это нормально? — Не расстраивайся из-за нее. — Андреа взяла Кэндис за руку. — Она такая упрямая, Кэндис. Она не спит и почти ничего не ест, но отрицает это. Пока она не признает, что есть проблема, мы не сможем ее решить. — Я могу что-нибудь сделать? — Просто продолжай говорить, даже если она заснет на тебе. Я сейчас разбужу ее и скажу, что ты уходишь. Не могла бы ты пошутить насчет того, что она заснула? Может быть, если она будет смущена, то поговорит со мной? — Андреа погладила плечо Дарси. — Милая, Кэндис уезжает. Дарси вздрогнула и проснулась. — О, прости, я на секунду закрыла глаза. Кэндис взяла Дарси за руку. — Э-э-э, мой друг. Ты заснула, пока я обнажала свою душу. Неужели тот факт, что мы с Люсией встречаемся, так скучен? — Я слышала тебя. Я не спала. — Эй, я узнаю храп, когда слышу его. Бедная Андреа, я и не подозревала, что ты поднимаешь такой шум. Может быть, это из-за старости? — Ты лжешь. Я не храплю. И я всего на три месяца старше тебя, так что я не старая. Андреа наблюдала, как они подшучивают друг над другом. Было приятно видеть, что Дарси больше похожа на саму себя. — Я ухожу, но в следующий раз, когда приду, я принесу свисток, и если ты заснешь на мне, я подую тебе в ухо. — Кэндис поцеловала их обеих на прощание и неторопливо вышла из сада. Дарси взяла Андреа за руку и поцеловала ее ладонь. — Я ведь не храплю, правда, любимая? Андреа повернула свою руку так, чтобы они были ладонь к ладони. — В последнее время ты спишь недостаточно долго, чтобы храпеть. — Что это значит? Свободной рукой Андреа приподняла лицо Дарси, так что они оказались лицом к лицу. — Это значит, что когда ты начинаешь засыпать на глазах у своих друзей, я действительно волнуюсь. Дарси попыталась отвернуться, но Андреа удержала ее подбородок на месте. Она закрыла глаза. — Что ты хочешь, чтобы я сказала? — Пожалуйста, не прячься от меня, Дарси. Я не слепая. Я вижу, ты не спишь и почти ничего не ешь. Расскажи мне, что происходит. Какой бы ни была проблема, мы можем ее решить. — Дарси попыталась отвернуться, но Андреа удержала ее. Она поцеловала Дарси в каждый глаз. —Пожалуйста, поговори со мной. Ты толкаешь меня так далеко, что с таким же успехом я могла бы быть на Сицилии. — Она отпустила лицо Дарси и обняла ее. — У тебя такое сильное сердцебиение, что я слышу его без стетоскопа. — Андреа почувствовала, как тело Дарси исказилось, пытаясь сдержать рыдания. — Теперь дело только в том, чтобы дать груди зажить и набраться сил. Для этого тебе нужно спать, есть и заниматься спортом. — Я боюсь, что если засну, то не проснусь. Когда я просыпаюсь в темноте, я впадаю в панику, думая, что, должно быть, я мертва. Я не хотела жить без тебя, Андреа, а теперь боюсь, что умру. Андреа держала ее, пока она не начала расслабляться, затем отстранилась, чтобы Дарси могла видеть ее лицо. — Доверься мне. Ни за что на свете я не позволю тебе умереть. Мы будем спать при включенном свете, и я буду обнимать тебя всю ночь, чтобы чувствовать твое дыхание, чувствовать твое сердце. Мы можем пройти через это вместе, Дарси. — Она положила руку Дарси на сердце. — Ты чувствуешь, насколько сильно твое сердце, Дарси? До операции я едва ощущала это. — Это действительно сильное ощущение. — У меня есть еще одна вещь, которую нам нужно обсудить. Почему ты не ешь? Подожди, позвольте мне перефразировать. Я заметила, что ты ешь салат без заправки и ничего больше. Почему? — Дарси пожала плечами. — Дарси? — Я боюсь, что у меня снова закупорятся артерии и у меня будет еще один сердечный приступ. — Ты помнишь, что одной из первых вещей, которые я сделала, когда пришла ухаживать за тобой, было настоять на том, чтобы ты придерживалась здоровой для сердца диеты? Дарси улыбнулась. — Как я могу забыть? —Я обещаю, что не позволю тебе есть ничего, что может причинить вред. Но тебе нужно есть то, что тебе готовят. — Я постараюсь. — Нет. Ты будешь есть. — Андреа с минуту рассматривала Дарси. — Могу я покормить тебя несколько дней? Я бы хотела это сделать. — Никаких чу-чу или самолетов? — Ты же знаешь, что я не занимаюсь чу-чу или самолетами. — Ее рот скривился. —Может быть, просто немного секса глазами. — Почему в последнее время ты говоришь о сексе? — Хм, может быть, это потому, что я безумно и дико влюблена в тебя и с нетерпением жду того дня, когда мы получим разрешение на него? Дарси взяла руку Андреа и поцеловала ее ладонь. — Я бы хотела, чтобы ты меня покормила. Андреа отвела свою руку назад и поцеловала Дарси в губы. — Я обещаю обеспечить твою безопасность.