Fixing Broken Children

      На следующее утро Дин не разговаривал даже с Калебом, он просто сидел в углу гостиной, уставившись в стену, и взрослые начинали волноваться. Дин был тихим ребенком, но когда он начинал так себя вести, все беспокоились, что он не выберется из этой раковины. Калеб пытался поговорить с ребенком, но тот был словно в другом месте и не слышал ни слова. Подросток знал, что никто не сможет вывести Дина из катотонического состояния, поэтому пошел наверх, чтобы разбудить Сэма. Он не возражал против присмотра за младенцем и знал, что Джон был слишком занят Дином, чтобы иметь дело с младшим сыном в данный момент, поэтому взял Сэма на руки и отнес зевающего ребенка в ванную.       — Я знаю, что ты хочешь спать, Сэмми, но если ты выспишься сейчас, то не будешь спать позже, и будешь меня чертовски раздражать. Ты же знаешь, что начинаешься капризничать, когда не высыпаешься.       В ответ Сэм показал ему язык, и Калеб рассмеялся.       — Ты странный ребенок.       Подросток выключил воду и поддерживая голову Сэма, опустил его в ванну.       — Лалеб, — сказал малыш, затем что-то забубнил на своем непонятном языке.       — Я не знаю, что ты говоришь, Коротышка, но я хочу попросить тебя об услуге. — Сэм внимательно посмотрел за него, словно знал, о чем Калеб собирается спросить. — Это насчет Дина. Ты же знаешь своего надоедливого старшего брата.       Сэм улыбнулся.       — Ди!       — Да, Дин. Я знал, что ты умный. Сейчас он не очень хорошо себя чувствует, и мне понадобится твоя помощь. Он снова ушел в свое тихое место, и я знаю, что тебе, даже больше чем мне, не нравится, когда он там. — Калеб вытащил Сэма из ванны и завернув его в полотенце, сел на пол. — Не говори ему, что я это сказал, но я вроде как люблю этого ребенка и хочу, чтобы он поправился. Но я не могу помочь ему, когда он такой. только ты сможешь это сделать. — Сэм прижался головой к плечу Калеба и внимательно смотрел на него. — Когда мы спустимся вниз, мне нужно, чтобы ты помог вытащить его из тихого места. Как думаешь, ты сможешь помочь своему старшему брату?       Малыш бессвязно что-то пробормотал, и со вздохом Калеб положил его на пол, чтобы надеть на него подгузник.       — Входите! — крикнул Калеб, услышав стук в дверь. Он поднял Сэма на руки, когда пастор Джим открыл дверь и заглянул в комнату. — О, привет, Джим. Что случилось?       — Ничего, мне просто было интересно, почему ты так долго. А потом я заметил, что Сэма больше нет в кроватке. Я просто хотел убедиться, что все в порядке.       — Да, все в порядке. Я просто искупал Сэма, прежде чем спустить его вниз.       Джим улыбнулся.       — Знаешь, тебе не нужно делать такие вещи, когда Джон здесь. Ты не отвечаешь за них.       — У Джона сейчас достаточно забот, и я чувствую ответственность за них. Я не против помочь. Только никому не говори, что я это сказал.       — Твой секрет в безопасности со мной, мой мальчик, — рассмеялся Джим. — Так ты скоро спустишься вниз?       — Да, мы спустимся через минуту, я просто одену его и сам переоденусь в сухую одежду.       — Хорошо.       Джим спустился вниз по лестнице, а Калеб переодел Сэма и сам натянул сухие джинсы и футболку. Спускаясь по лестнице, он услышал, как Джон разговаривает с Маком и пастором Джимом, и встал в коридоре, чтобы подслушать их разговор.       — Прошло много времени с тех пор, как он был таким, — сказал Джон, наблюдая за сыном. — Он практически в кататоническом состоянии.       Если бы Дин знал, что взрослые говорят о нем, он бы и мускулом не пошевелился в их сторону, не говоря уже о том, чтобы заговорить.       — Он всегда выходит из этого состояния, — сказал Джим.       — Да, я знаю, Джим. Но беспокоюсь, что однажды он этого не сделает. Я просто не хочу, чтобы он был таким все время.       — Я думаю, что он просто игнорирует нас. Вы двое видели, как он разговаривал с Сэмми прошлой ночью. И из-за этого он чувствует себя неловко, — ответил Мак.       Калеб почувствовал, как в нем закипает гнев. С Двойкой все будет в порядке, почему они не верили в это так сильно, как он?       — Он не игнорирует нас, — сказал Калеб, входя в комнату с Сэмом на руках. — Он в своем тихом месте, просто оставьте его в покое.       — Но мы даже не знаем, что это за тихое место и почему он продолжает туда уходить.       — Там он чувствует себя в безопасности. Там есть его мама, до того, как все было разрушено. Иногда ему нужно притвориться, будто ничего не произошло, и это помогает ему меньше бояться. Разве ребенок не заслуживает того, чтобы время от времени чувствовать себя в безопасности? Он не игнорирует нас намеренно, он просто иногда теряется там и не может найти выход сам.       Джон вздохнул, чувствуя себя идиотом, просившим так много советов у подростка, но Калеб знал его сыновей лучше, чем он.       — Ты можешь вытащить его из этого?       — Нет, я не могу. Никто из нас не может, — ответил Калеб и поставил Сэма на пол, придерживая его. — Иди к Дину, Сэмми. Сейчас ему нужен его брат.       Малыш хмуро посмотрел на взрослых в комнате, а затем улыбнулся, увидев старшего брата, который сидел в дальнем углу гостиной. Сэм неловко проковылял в комнату, потом с глухим стуком упал на колени и прополз оставшуюся часть пути. Он еще плохо ходил, но быстро учился.       — Только Сэм может вывести его из этого.       — Откуда ты знаешь? — спросил Макленд.       — Потому что Двойка сказал мне, что он никого не слышит, когда находится в своем тихом месте. Он ничего и никого не слышит, кроме Сэмми. Я заметил раньше, что когда Двойка уходил в свое тихое место, и только плач и голос Сэмми вырывает его из этого состояния. Просто смотрите.       Взрослые повернулись к гостиной и смотрели, как Сэм подполз к брату. Малыш положил руки на лицо Дина и посмотрел ему в глаза, все время улыбаясь.       — Ди, — тихо сказал он, как будто знал, что его брат не в порядке.       Это заняло минуту, но в конце концов, Дин моргнул, посмотрел на ребенка и грустно улыбнулся. Дин глубоко вздохнул и положил руку на щеку Сэма.       — Привет, Сэмми, — тихо сказал Дин.       Джон с трудом сдержал слезы, он так давно не слышал голоса старшего сына. На самом деле, прошел почти год, и он не мог представить себе более прекрасного звука. Голос Дина был хриплым после месяцев молчания.       Дин посадил Сэма к себе на колени, и малыш уткнулся лицом в его шею. Дин провел рукой по мягким волосам брата и вздохнул. Потом повернул голову в сторону кухни и увидел, что все смотрят на него, и по его щекам потекли слезы. Его дыхание участилось в панике, неужели все только что слышали его? Что ему теперь делать? Он посмотрел на Калеба в поисках ответа, и подросток коротко улыбнулся ему.       — Они заставят меня говорить все время, не так ли? — услышал подросток мысленный испуганный голос и покачал головой.       — Нет, Двойка, никто не заставит тебя делать то, чего ты не хочешь.       Если бы Калеб был где-то еще, он бы выглядел как идиот, разговаривая сам с собой, но все кто стоял в комнате знали, что он может разговаривать с ребенком мысленно. Дин кивнул, и его дыхание успокоилось. Затем он встал, неся с собой Сэма, и пошел на кухню, отдав брата Калебу, который ободряюще похлопал его по плечу. Дин посмотрел на отца и встал прямо перед ним. Джон взял своего старшего сына на руки и крепко обнял, чего не делал так часто, как следовало бы.       — Ты в порядке, Дин?       Дин больше не хотел бояться, и, что более важно, он не хотел, чтобы Сэмми рос в страхе. Он всхлипнул, вытер слезы с лица и посмотрел отцу в глаза.       — Папа, я пытаюсь быть храбрым.       Джон позволил своим душевным стенам рухнуть, и по его щекам покатились слезы. На секунду он встретился глазами с Калебом, который улыбнулся ему.       — Дин, послушай меня, ты самый храбрый ребенок, которого я знаю.       Мальчик улыбнулся и крепко обнял отца.       — Я люблю тебя папочка.       — Я тоже люблю тебя, Дин.       Калеб всунул Сэма в другую руку Джона, и все со слезами на глазах смотрели, как маленькая семья воссоединилась.