Хватит заражать эмоциями

      Только когда она увидела перевязанную грудь, и сняв повязку, осмотрела уже зажившую рану, почувствовала туманную боль. Она не причиняла дискомфорта, но напоминала о той боли, которую она испытала вчера.       Энид стояла в спальне одна, и единственное, о чем она могла думать — это вчерашний поцелуй. Тупая боль в ногтях, когда она царапала дерево, не справляясь с чувствами, давала о себе знать. — Энид…       То, как она произносила ее имя. Будто бы впервые в ее голосе было столько чувств, когда она произносила его.       Скажи еще раз.       Дай знать, что ты чувствуешь. — Уэнс…       Она так быстро подбежала к ней, хотя секундой ранее стояла у двери. Руки девушки были уже крепко обвиты вокруг ее талии, а голова уткнулась ей в грудь.       Ей не нужно было думать дважды, прежде чем обнять ее в ответ. Ей вообще не нужно было думать. Особенно когда у нее была возможность уткнуться носом в ее волосы на макушке.       Только через несколько секунд она поняла, что Уэнсдей что-то приглушенно бормотала. — Мне так хотелось убить Паксли, — Энид сильнее прижала ее к себе, пока та бормотала проклятья своему брату. — Тебе не больно? — вдруг спрашивает она. Энид слышит легкую дрожь в ее голосе и, приподняв пальцем ее подбородок, ловит ее взгляд.       Сердце разбилось в маленькие осколки при виде глаз наполненных слезами и поджимающихся губ. Она была так похожа на маленькую девочку. Прямо сейчас она была ее маленькой девочкой. Она нахмурила брови, пытаясь казаться грозной, но все равно была слишком милой. — Хей, со мной все в порядке, — Энид легким движением пальца смахнула слезы с ее щеки. — Я испугалась, — Уэнсдей снова уткнулась ей в грудь и Энид услышала тихие приглушенные всхлипы. Уэнсдей Аддамс очень сложно чем то испугать. А еще сложнее заставить ее признать это. — Ты действительно любишь меня?       Уэнсдей вдруг делает шаг назад. Она выглядела так неловко, и такое проявление эмоции заставило Энид улыбнуться. Через секунду в лицо блондинки прилетает подушка за эту улыбку. — Ты заражаешь меня эмоциями. Зачем ты заставляешь меня чувствовать это?!       Девушка в замешательстве смотрит на Энид, будто ее в чем то разоблачили. — Я не заставляю.       Энид знала, что эмоции казались Аддамс хаосом, выводили ее из состояния равновесия. Но почему бы она не могла быть для нее причиной хороших эмоций? Чем то, что лишь для нее.       Я здесь для тебя. Чтобы быть твоей. — Ты делаешь это, — упрямо отвечает она, все еще выглядя в глазах Энид до боли очаровательной. — Ты ненавидишь это? — Энид сказала это как вопрос, хотя это было скорее утверждением. Она слишком хорошо ее знала.       Уэнсдей стояла в этом неловком положении еще минуту, прежде чем Энид смогла заставить ее посмотреть ей в глаза и успокоить дыхание. — Я не ненавижу это.       Уэнсдей подходит к ней, медленно, осторожно. — Но мне непривычно то, что из-за тебя я чувствую нечто, чего я не знаю и не понимаю. — И ты не любишь все непривычное. — Но это другая ситуация. Мне хорошо, когда я чувствую эти непонятные вещи, связанные с тобой.       Аддамс смотрит на ее губы, словно спрашивая разрешения, прежде чем медленно взять ее лицо в свои ладони.       И она встает на цыпочки! Да, она делает это, и это официально самая милая вещь, которую видела Энид Синклер в своей жизни. Она даже не хочет наклоняться, когда Уэнсдей целует ее в губы. Ее губы такие же, какими она их запомнила. Она бы убила за этот поцелуй.       Она бы умерла за один лишь поцелуй. — Под непонятными вещами, ты имеешь в виду влюбленность? — когда их губы отрываются друг от друга, Энид задает смелый вопрос, из-за которого Уэнсдей снова неловко. — Тебе так нравится видеть меня такой нелепой? — ее взгляд стал более угрожающим, но Энид слишком привыкла к этому взгляду, чтобы почувствовать испуг. — Знаешь, когда внутри тебя будто бы бабочки летают, или если интерпретировать на твой случай, может летучие мыши?.. — Энид проигнорировала ее вопрос и ее взгляд. Ей хотелось насладиться этим моментом. Когда Уэнсдей так открыто проявляет свои чувства и, почти что, признается ей в любви. — Черт возьми, Энид, во мне целый зоопарк, когда ты рядом.       Она не успевает ничего ответить, Уэнсдей просто тянет ее за свитер вниз, яростно целуя, чтобы та, наконец, замолчала. Единственное, что хочет сделать Энид, так это поддаться этому.       «Мне очень сложно быть твоим другом, Уэнсдей. И поэтому, я решила, что должна стать твоей девушкой»