Глава 5. Пожары у ворот
17 декабря 2022 г., 22:33
Армия выступила на следующее утро, а люди и эльфы, оставшиеся на берегу Долгого озера, смотрели им вслед. Эльфы с улыбками говорили прощальные слова друг другу на своем музыкальном языке, но женщины и дети молчали, когда их мужья, братья или сыновья проходили мимо них с оружием в руках или на поясе.
Леголас и другие капитаны вместе с Бардом ехали на лошадях позади Трандуила. Король эльфов ехал впереди армии, и как и остальные эльфы, был одет в доспехи. Его серебристый плащ ниспадал за его спиной.
Белхадрон ехал рядом с Леголасом, Умор трусил рядом с ними. Большую часть пути до Эребора они провели в разговорах. Они строили планы о том, что им нужно сделать по прибытии в Эребор, и они говорили на вестроне, чтобы Бард мог понять, но большую часть времени они старались говорить о пустяках. Бард удивлялся, как одетые в доспехи и марширующие с оружием наготове воины могут смеяться. Он точно не чувствовал веселья, опасаясь того, что может произойти.
Им потребовалось пять дней, чтобы добраться до Эребора, а для эльфов прошло одиннадцать дней с тех пор, как они покинули свой дом. Они вошли в долину под покровом сумерек, быстро продвигаясь вверх по обоим берегам реки, пока не достигли руин Дейла. Они разбили лагерь за долиной, не приближаясь к горе.
Бард устало спешился и посмотрел на гору над ними.
— Итак, мы наконец здесь, — пробормотал он. — И теперь нам придется ждать до утра, чтобы что-то сделать. — Он передал свою лошадь тому, кто был поблизости и повернулся к людям вокруг него.
Бард провел пять дней в путешествии, выстраивая цепочку командования среди своих людей. Некоторые уже объявили себя его капитанами, эти люди стояли рядом с ним и стреляли в Смауга, хотя только он смог сбить дракона. Остальных людей он разделил на отряды и отдал их под командование своих капитанов, и проследил, чтобы каждый был экипирован для предстоящей битвы.
— Мы разбиваем лагерь, — сказал Леголас, подходя к нему. — У нас достаточно палаток для твоих людей.
Бард поблагодарил его и отправился к своим воинам.
Белхадрон подошел к Леголасу.
— Наши разведчики только что прибыли. — Он взглянул на гору, что высилась над ними, а затем вздохнул. — Ну, это жутковато.
— Я знаю, — пожал плечами Леголас. — Но у нас есть дела поважнее, чем стоять и смотреть на гору. Мне нужно позаботиться о своих лучниках. Не мог бы ты уточнить у других капитанов, кого мы ставим в охрану?
Следующие несколько часов все были заняты обустройством лагеря, и к тому времени, когда все было готово, наступила ночь. Трандуил сидел в своем шатре, наблюдая за темнотой снаружи, его эльфийское зрение позволяло ему рассмотреть темные очертания Эребора.
Бард подошел к королю эльфов, который протянул ему бокал вина и постучал длинными пальцами по своему бокалу.
— Вы знаете, что мы там найдем? — спросил Бард.
— Золото, — просто ответил Трандуил. — И еще больше сокровищ. Что касается гномов, я не знаю. Скорее всего, они мертвы, но я уже понял, что иногда происходят самые невероятные события.
Бард посмотрел на него, и Трандуил едва заметно улыбнулся.
— Гномы все еще могут быть живы, — просто сказал он. — От чего все только усложниться.
— Они не казались такими уж вредными, когда проезжали через Лейктаун, — сказал Бард. — Торин был полон решимости заявить права на то, что принадлежало ему. И его верные товарищи прошли с ним весь этот путь.
— Я не отрицаю этого, — ответил Трандуил. — Но они также упрямы и мелочны, и у них мало любви к живым творениям. Они желают и жаждут сокровищ, золота, драгоценных камней и драгоценностей больше всего на свете. В историях пересказывается не лестные рассказы о наших народах.
Между эльфами и гномами была длинная и сложная история, но Бард не спрашивал, а Трандуил, как и следовало ожидать, не рассказал. Король эльфов снова посмотрел на тень горы, потом перевел взгляд на приближающегося капитана. Несколько минут Бард стоял в стороне, пока эльфы разговаривали на своем языке.
Капитан кивнул, поклонился Трандуилу и отошел. На поляне горел костер, и вокруг него стояли палатки важных членов армии. Бард наблюдал, как несколько эльфов сели на землю вокруг костра. Их оружие все еще висело на поясе, но они выглядели расслабленными и умиротворенными, и между ними слышался тихий шепот разговора.
Бард узнал среди них нескольких эльфов и своих людей, костер бросал отблески на их лица, когда ветер колыхал пламя. Кто-то начал напевать, а затем один эльф начал тихо петь слова одной из своих песен. Приятная мелодия переплеталась с тихими разговорами, и впервые в своей жизни Бард пожалел, что не умеет петь.
***
— Они живы, ваше величество. Трандуил знал, что Раваниэль была рядом, но другой вздрогнул бы от неожиданного появления эльфийки. Капитана его разведчиков окружала аура невидимости, никто не мог ее заметить, только если она сама этого не хотела. Это была не магия, она просто очень хорошо выполняла свою работу. Трандуил жестом попросил ее продолжать, и она кратко изложила то, что произошло на горе всего час назад. — Это точно был Торин Дубощит, — закончила она. — Неясно, живы ли остальные геномы или нет, но на парапете было движение. Король эльфов кивнул. — Я хочу, чтобы лагерь переместился прямо под гору, — сказал он ей. — Думаю, что главные ворота это единственный вход, и мы не должны позволить гномам сбежать. Я поговорю с Бардом, но подготовь еще один отряд лучников, чтобы завтра вернуться в Эребор. Передай инструкции другим капитанам, а затем позаботься о своих разведчиках. — Будет сделано, — кивнула капитан. Потом поклонилась и отвернулась, аккуратно обойдя Барда. Он испуганно подскочил, как будто только что заметил ее. Трандуил кивнул ему в знак приветствия, когда Бард остановился рядом с ним. Они оба посмотрели на Эребор. — Что нам теперь делать? — А что бы ты сделал? — спросил Трандуил. Он внимательно наблюдал за Бардом, желая понять из чего сделан этот человек. Он помнил Гириона, и хотя про него много чего говорили, Гирион был хорошим человеком. Он надеялся, что Бард может быть похожим на своего предка. Бард на мгновение задумался. — Мы должны поговорить с Торином. Мы должны изложить ему наши требования и посмотреть, согласится ли он с ними. Нам нужно сокровище, что находится внутри этой горы, чтобы восстановить город. И я согласен со своими людьми в том, что Торин и его компания частично ответственны за разрушения. — Раньше ты так не думал, — сказал Трандуил. — Раньше я думал, что они все мертвы, и не было смысла таить обиду, — ответил Бард. — Теперь у них есть шанс заплатить за разрушения, которые они непреднамеренно причинили. Трандуил склонил голову. — Тогда завтра мы поговорим с Торином. Я не могу пойти сам, так как мое присутствие, скорее всего, только разозлит его. Но я пошлю одного из своих капитанов, чтобы он высказал мои требования. Лагерь должен быть перенесен вглубь гор, чтобы гномы не смогли пройти мимо нас. — Я предупрежу своих людей, — сказал Бард, потом слегка поклонился королю эльфов и отвернулся. Трандуил с улыбкой смотрел ему вслед. Возможно, Бард все еще не считает себя королем, но он на пути к этому. Последние несколько дней марша, установки лагеря каждую ночь и тысяча других мелочей вынудили Барда взять инициативу в свои руки. Трандуил мало знал что-то о людях, поэтому переложил все проблемы связанные с ними на Барда. Но Трандуил не имел ни малейшего представления о том, что будет делать этот человек, когда все это закончится. Его втянули на роль лидера, хотя он был рожден для нее. Король эльфов только надеялся, что, как только все это закончится, Бард привыкнет к своей новой роли и продолжит вести своих людей в будущее. Трандуил на мгновение задумался, гадая, чем все закончится, но у него не было дара предвидения. С легким вздохом он потянулся за своим плащом и, натянув его, вышел из шатра.***
К тому времени, как наступила полночь, лагерь снова переместили. Каждый из капитанов обошел периметр несколько раз, прежде чем остался доволен. Они выставили несколько разведчиков ближе к воротам из горы. Леголас с легким разочарованием провел рукой по волосам, направляясь обратно в лагерь от поста разведчиков. Он не знал, что и думать о сложившейся ситуации. В Эреборе было тринадцать гномов и хоббит. Армии там не было. Эльфы знали, что что-то может произойти, но они не знали, что или когда. Возможно, тьма в лесу сделала их параноиками. Леголас задумался, каковы истинные мотивы его отца. Им не нужны были сокровища. Им не нужно было ни золото, ни драгоценные камни, ни что-либо еще, что могла предложить гора. Он не отрицал, что они должны быть здесь, но у него начало появляться несколько вопросов о том, почему они здесь. Леголас вернулся в лагерь, ненадолго притормозив, чтобы поговорить с одним из капитанов. Как обычно эльфы собрались вместе вокруг костров, и в воздухе раздавались звуки веселой песни. Кто-то в центре лагеря играл на арфе. Принц нырнул в свою палатку, и Белхадрон поднял глаза, сидя на своей койке. — Что такое? — спросил он, расстегивая пряжки на одном из наручей. Его доспехи были аккуратно сложены в конце матраса. — Ничего, — Леголас покачал головой, снимая колчан и кладя его на свою койку. — Я вижу тебя насквозь, — усмехнулся Белхадрон. — Я давно тебя знаю и ты не можешь меня обмануть. — Он снял наручи и толстую теплую куртку. Потом улегся, подсунув запасной плащ под голову. — Что случилось? Леголас снова покачал головой. — Я не уверен. Сначала мне нужно поговорить с отцом. — Он провел рукой по лицу, а затем резко встал. Хотя они были в самом безопасном месте в лагере, рядом с палаткой Трандуила, у него на поясе все еще висел один из длинных ножей. Белхадрон тяжело вздохнул, а затем кивнул. — Не попадай в неприятности, пока меня нет рядом, — пробормотал он, поворачиваясь на бок лицом к входу в их палатку. — Я постараюсь, — с улыбкой сказал принц и ушел. Леголас не хотел расспрашивать своего отца о том, почему они пришли сюда, но его начинало грызть беспокойство. Он понимал, что не знает и половины того, что знал его отец. Он никогда не захочет быть на месте Трандуила и быть королем, но все же должен был задать вопрос. Леголас постучал по столбу шатра и услышав тихий голос отца, откинул полог и вошел. Трандуил поднял глаза от свитка. — Леголас, что случилось? Принц слегка нахмурился и покачал головой. — Ничего срочного, — сказал он. — Но… — Он неуверенно замолчал, задаваясь вопросом, как продолжить. — Леголас, — снова сказал Трандуил, и его голос стал более суровым, предупреждая сына не тратить его время на пустяки. — Говори. Леголас присел на краешек стула. — Почему мы пришли сюда? — Что ты имеешь в виду? — спросил король эльфов. — Ты знаешь, почему мы здесь. — Я не уверен, что понимаю, — ответил Леголас. — Я знаю, что мы поддерживаем Барда и жителей Лейктауна. Я это понимаю, и рад ему помочь. Но мы покинули наш дом не для этого. С самого утра, когда мы поняли, что гномы живы, мы в полной боевой готовности, словно готовимся к войне. — Потому что, пока гномы живы они стоят на нашем пути к Эребору и его золоту, — ответил Трандуил. — Ты это знаешь. — Но зачем нам нужно золото? — спросил Леголас. — Зачем нам нужны драгоценные камни? У нас их достаточно. Трандуил заколебался. Он помнил размеры и силу Линдона во Вторую Эпоху, помнил рассказы о тех великих днях эльдар, и иногда ему хотелось, чтобы его королевство все еще обладало такой силой. Он хотел бы вернуть то, что когда-то было у эльфов. — Я и не ожидал, что ты поймешь, — сказал он, поймав взгляд сына. Леголас был слишком молод, чтобы понять все это. Он не помнил тех сильных времен. — Я бы не понял? — спросил Леголас, приподняв бровь. — Да, ты бы не понял, — ответил Трандуил суровым голосом. — И я не ожидал, что мне придется объяснять тебе свои решения. Леголас слегка покачал головой. — Я знаю, что что-то произойдет. Я понимаю, что мы должны быть готовы, хотя и по другим причинам, кроме тринадцати гномов и полурослика, которые сейчас находятся в этой горе. Но не думаю, что мы должны брать это золото. Выражение лица Трандуила было непроницаемым, когда он посмотрел на своего сына. — Ты так думаешь? — спросил он. На нерешительный кивок Леголаса он слегка нахмурился. — Ты хотел бы что-то предпринять вопреки моим приказам? Леголас в шоке посмотрел на отца. — Ты знаешь, что я предан тебе, — быстро сказал он, приподнимаясь со стула. — Отдай мне приказ, и я буду следовать ему, куда бы он меня ни привел. Выражение лица Трандуила смягчилось, и он потянулся к его руке. — Я знаю, — ответил он, хотя иногда его пугала готовность сына выполнить любой его приказ. — Но ты отказался бы от любой оплаты от гномов? Леголас тщательно подбирал свои следующие слова. — Я не думаю, что это важно. Жители Эсгарота вполне заслуживают нашей поддержки и должны получить то, что им нужно, для восстановления своей жизни. — Другими словами, гораздо важнее быть союзниками Барда и его народа, чем стремиться к собственной выгоде, — сказал король. Леголас нерешительно кивнул, и Трандуил слегка нахмурился, на этот раз задумавшись. — Я подумаю над тем, что ты сказал, — наконец произнес он. Но по его тону было понятно, что сын сегодня слегка перегнул палку. Леголас кивнул, давая понять, что больше не будет спрашивать. — Спасибо, отец, — сказал он с кривой улыбкой. — Я больше не буду тебе мешать. Трандуил кивнул, смотря как сын выскользнул из палатки. Он знал, что его царство никогда не будет таким сильным, как в прошлые века. У эльфов, что остались на этих берегах, уже нет такой силы. Их время в этих землях подходило к концу. Он помнил мощь, которая когда-то была у эльфов. И его отец любил белые камни и драгоценности. Возможно, Леголас был прав. Возможно, Трандуил вывел свою армию из их дома с мыслью о сокровищах в Эреборе, но они не остро в них нуждались. Возможно, были более важные вещи, о которых стоило подумать. Леголас вошел в свою палатку и со вздохом упал на койку. Белхадрон повернулся и приподнял бровь. — И спрошу снова, — сказал он. — Что случилось? И ты не можешь промолчать. Принц вкратце изложил разговор с отцом. — В этом есть смысл, — сказал Белхадрон и усмехнулся. — Хотя мне хотелось бы раздражать гномов как можно больше. Я не думаю, что многих из нас интересует сокровища в этой горе, — сказал он. — Меня они не интересуют. Но что ты собираешься делать, если твой отец не изменит мнения? Леголас покачал головой. — Я ничего не могу сделать. Если он не изменит мнение, я все равно буду выполнять его приказы. Но я постараюсь переубедить его, если смогу. Я думаю, что мы должны быть только союзниками Барда и его народа. — Должно быть что-то вроде… — Белхадрон, — упрекнул Леголас. — Сейчас не время искать способы обойти приказы нашего короля. Если было необходимо, то Белхадрон мог быть весьма изобретательным и изворачивался, чтобы не следовать приказам. Не раз Леголас закрывал на это глаза, если считал, что бунт его заместителя принесет пользу, но сейчас было другое время. — Если тебе нужно, чтобы я… — Нет, — твердо сказал Леголас, с трудом сдерживая улыбку. — Спи. Белхадрон фыркнул и слегка повернулся, чтобы снова видеть вход в палатку. — У шатра твоего отца есть охрана? — пробормотал он, и Леголас слегка вздохнул. — Да. И собаки, как обычно. Мы все здесь в полной безопасности. Ты это знаешь. — Не давай ложных обещаний, — сказал Белхадрон с немного самодовольной усмешкой. Леголас слегка застонал, и он усмехнулся. — Я просто дразню тебя, — пробормотал он и уснул. Одну руку он сунул под плащ, который служил подушкой, и Леголас был уверен, что друг сжимал в руке любимый нож с рукоятью из ясеня. — Я знаю, — ответил принц с мягкой улыбкой. Потом снял свои доспехи и оружие, разместив их в пределах легкой досягаемости. Он сказал Белхадрону, что они в полной безопасности, но почему-то сам себе не совсем верил.
