Эйфория

26 декабря, суббота По кухне прокатился взрыв смеха. Чимин вместе с отцом сидел на барных стульях в обеденной зоне их кухни. Чонгук заставил его мать сесть на стул, пообещав сделать всю работу за нее, что было весьма нелегко, учитывая то, что она не хотела никого слушать. Глядя на то, как Чонгук возится с его мамой, Чимин понял, что влюбляется в него быстрее, чем сам от себя ожидал. Когда он наткнулся на Чонгука в клубе, он не знал, чего ожидать. Он говорил себе, что просто пытается помочь наивному парню с его проблемой. Но когда этот парень ушел от него на следующее утро, он оставил о себе неизгладимое впечатление, и Чимин неожиданно понял, что совсем не прочь последовать за ним. Если бы кто-нибудь сказал ему три недели назад, что он по уши влюбится в незнакомца, которого встретил в клубе, он бы рассмеялся им в лицо и назвал их идиотами. Он просто следовал за девушкой в красном платье, которую заметил, когда сидел в VIP-секции с друзьями, но и в итоге оказался с кем-то, кто впоследствии станет значить для него так много. Хотя в тот момент он об этом еще не знал. Когда он привез Чонгука к себе домой, он собирался оставить его в одной из гостевых спален. Но вместо этого отвел его к себе в спальню, заставил выпить воды и немного поесть. Чонгук цеплялся за него, как коала, и Чимин, — который не особо жаловал все эти нежности, разве что они исходили от его друзей, — нашел это очень милым. Той ночью, глядя на Чонгука, спящего в его постели, и с мягкой улыбкой гладя его по щеке, Чимин еще не знал, как много этот человек будет для него значить. Он был просто очарован невинной кроличьей улыбкой и занимательными рассказами. Ему нравилось, как морщился нос Чонгука каждый раз, когда он над чем-то смеялся, или как он надувал губы, когда на что-то жаловался. Чимину всегда хотелось такой любви, которую он видел у своих родителей, но он не верил, что ему может так повезти. Поэтому нетрудно было понять, почему он был так очарован Чонгуком. Тот был единственным в своем роде, таким заботливым и сострадательным. Чимин толком не мог объяснить, что именно так привлекло его в Чонгуке. Это могло быть просто какое-то мимолетное ощущение, или то, что он сказал ему во время их первой встречи. Чонгук был таким очаровательным, когда бурчал и пыхтел, жалуясь на несправедливость жизни. А его неприкрытое восхищение Чимином на следующее утро, когда он еще толком не проснулся, было таким чертовски милым. Чимин едва удержался от того, чтобы не умилиться вслух, когда Чонгук принялся есть, набив рот, как бурундук. Чонгук, без сомнения, был самым красивым мужчиной, которого он когда-либо видел, а его характер был прекрасным дополнением к его внешнему виду. Он был застенчив, но это только увеличивало его привлекательность. Для Чимина он все еще оставался загадкой, в нем было слишком много слоев. И он многого еще не знал о нем. По кухне разнесся смех, когда мать Чимина отпихнула руку Чонгука от теста для печенья. — Я думала, ты будешь охранять тесто от этих двух монстров, но ты ничем не лучше их, — фыркнула она с нежной улыбкой. Чимин с отцом рассмеялись вместе с ней. — Ты сделал хороший выбор, сын. Теперь я вижу, почему ты без ума от этого парня, — сказал отец, широко ему улыбаясь, пока они вдвоем потягивали чай. — Думаешь, еще не слишком рано, папа? — спросил Чимин, не сводя глаз с Чонгука, за которым его мать теперь гонялась вокруг кухонного стола за то, что он стащил клубнику, которую она отложила для кексов. Было очевидно, что они веселились от души. Его мать словно расцвела и выглядела моложе своих лет, напомнив о его детстве, когда они пекли печенье всей семьей. И хотя родители регулярно навещали его в Америке, только теперь Чимин понял, как сильно ему не хватало этой семейной атмосферы. Отец фыркнул, покачав головой. — Я встретил твою маму на художественной выставке в нашем университете. Она помогала своей подруге. И, скажем так, твоя мать, единственное произведение искусства, на которое я смотрел тем вечером. Когда я вышел из галереи с ее номером телефона, я уже знал, что она была единственной для меня. Чимин слышал их историю любви миллион раз, но она никогда ему не надоедала. Ему нравилось слушать ее снова и снова, и еще больше ему нравилось видеть влюбленность на лице отца даже спустя столько лет. — На следующий день я повел ее на свидание, а ровно через месяц мы обручились. Мы поженились, как только я закончил учебу, а через три года у нас появился ты. — Я думаю, Чонгук — единственный для меня, — признался Чимин. — Прошлой ночью я сказал ему, что люблю его. Отец обнял Чимина за плечо, легко его сжимая. — Ты такой же, как я, — заявил он с гордостью. — Я думаю, нам уже скоро надо будет озаботиться покупкой колец. — Папа! — рассмеялся Чимин, сильнее прильнув к отцу. — Я не хочу его спугнуть. — как ни странно, но мысль о кольце совсем не смутила его. Он беспокоился только о том, что об этом подумает Чонгук, ведь он так и не сказал, что он его любит, и Чимин не хотел на него давить. — Этого не случится. Ты видел, как он смотрит на тебя? Чимин видел, но все равно спросил: — Как он на меня смотрит? Отец фыркнул: — Как будто ты — единственный человек в комнате. Чимин довольно вздохнул. — Он такой очаровательный. — Да. — они замолчали ненадолго. — Я слышал о Хване. Чимин напрягся. Эти люди думали, что он не в курсе их насмешек над сослуживцами. Как только он об этом узнал, сразу сообщил в отдел кадров, и ко всем, причастным к этому лицам, будут применены надлежащие меры, теперь у руководства было достаточно доказательств, чтобы обосновать их увольнение. Он дал Хвану неделю, чтобы покинуть их компанию, и то, только потому, что ему нужно было закончить проект, который нужно было представить на следующей неделе, и если уволить его немедленно, то это могло негативно повлиять на его презентацию. Но Чимин присматривал за ним. Его отец упорно трудился, чтобы в Park Corporation было нормальное отношение к работникам, независимо от их сексуальной ориентации. Он не позволил бы какому-то напыщенному придурку разрушить все. — Я думаю, ты отлично справляешься, сынок, — продолжил отец. — У тебя все под контролем, и ты справляешься с управлением даже лучше меня. — Папа… — Чимин покачал головой. — Мне потребуются годы, прежде чем я смогу достичь твоего уровня. — Это неправда. — усмехнулся отец. — Но мне приятно, что ты такого высокого мнения обо мне. — Как будто ты так сильно нуждаешься в моей похвале. Они беззаботно рассмеялись. — Намджун очень высоко отзывается о Чонгуке. Я думаю, было бы лучше перевести его в отдел исследований и разработок, — подумав немного, проговорил отец. — Я уже предлагал это Чонгуку. Но он попросил время подумать. Отец задумчиво хмыкнул. Чимин бы мог подписаться под каждым словом, которое он сказал Чонгуку прошлой ночью. Если бы тот захотел перейти в отдел исследований и разработок, чего Чимину очень хотелось, то он дал бы ему все, что тот пожелает. Чонгук был очень талантлив. Чимин в этом совершенно не сомневался. Он много работал и был предан своему делу, но он проводил время в офисе, растрачивая свой талант впустую. И что было самым главным, Чимин не собирался больше никому позволять эксплуатировать Чонгука и присваивать себе его работу. Глядя на то, как Чонгук с его матерью порхают по кухне, он почувствовал знакомое тепло и нежность в груди. Все казалось таким правильным. Каждый день Чимин узнавал что-то новое о Чонгуке. Тот был очень игривым и забавным. И ему так нравилось дразнить Чимина. Все утро он только и делал, что дразнил его, и хотя, на первый взгляд он казался таким невинным, Чимин отлично все понимал, и именно поэтому, при первой же возможности утащил его за собой. И именно поэтому Чонгук сейчас стоял, перегнувшись через диван в его спальне. — Ты что-то говорил, малыш? — спросил Чимин, сжимая в руке волосы Чонгука, но тот только простонал что-то неразборчивое, пока Чимин безостановочно двигал пальцами внутри него, то и дело задевая простату. — Хм, я так и подумал. Чимин поцеловал Чонгука в плечо, и тот запротестовал, когда он вытащил из него пальцы. Взмахнул рукой, пытаясь удержать Чимина за бедро. — Тсс… детка. Я здесь. — Чимин поцеловал Чонгука в шею, оставляя влажную дорожку вдоль лопаток и позвоночника. Он сжал руками его бедра, крепче прижимая к себе. — Сегодня я трахну тебя между бедер. Чонгук захныкал. — В-внутри, — выдохнул он. — Я-я хочу тебя внутри, хён. — Не сегодня, малыш, — прошептал Чимин, снова целуя его и посасывая мочку уха. — Я хочу, чтобы это был особенный день. Как насчет Нового года? Потерпишь еще несколько дней? — Л-ладно. — И ты не готов принять меня, малыш. Ты еще слишком тугой. — он провел рукой вниз по бедрам Чонгука. — Я хочу, чтобы ты привык к этому, прежде чем мы дойдем до настоящего секса. — сказал Чимин низким, страстным голосом, продолжая осыпать его спину поцелуями. Чимин размазал смазку по внутренней стороне бедер Чонгука, а потом провел рукой по его члену. — Ты знаешь, как мне трудно сопротивляться тебе? Особенно, когда ты выглядишь таким раскрасневшимся и красивым? — Чонгук громко застонал, когда Чимин скользнул между его бедер. — Сожми ноги крепче, милый. От его голоса по всему телу Чонгука пробежала дрожь. — Блять! — выругался Чимин, когда волна удовольствия прошла по его телу. — Твои бедра, как влажная мечта, посмотри на себя, малыш. Ты назвал меня Адонисом. Ты когда-нибудь смотрел на себя? Чонгук застонал, отзываясь на толчки Чимина. Его член скользил между бедер Чонгука, блестя от смазки. Чимин наклонился вперед, прижавшись грудью к спине Чонгука, и чувствуя каждое движение его напряженных мышц. Он протянул одну руку вперед, сжав его крепко стоящий член, смазка значительно облегчала скольжение по нему, от чего Чонгук снова застонал. — Как ты себя чувствуешь, малыш? — Х-хорошо. Ах… так хорошо, хён. Чимин хмыкнул. Он так много всего хотел с ним сделать. — Я сделаю тебе так хорошо, малыш. Я воспользуюсь кое-чем особенным, чтобы ты привык к этому. Хорошенько растяну тебя, прежде чем трахну тебя своим членом. Чонгук громко застонал. — Ты так меня заводишь, Чонгуки. — по вискам Чимина стекали капельки пота, падая на спину Чонгука. Звуки от шлепков кожи о кожу становились все непристойнее. — Ты этого хотел, малыш? Чтобы хён тебя трахнул? — Д-да. Чимин выпрямился, обхватив Чонгука рукой за живот, прижимая его к своей груди. Его член то и дело скользил по чувствительному входу Чонгука, откинувшего голову назад, на плечо Чимина, в то время как тот дрочил ему в такт с толчками своего члена. — Поцелуй меня. — еле слышно прошептал Чонгук, и Чимин услышал его только потому, что был очень близко к нему. Он повернул голову, ловя мягкие губы Чонгука в страстном поцелуе, и удерживая рукой под грудью, наслаждаясь тем, как напрягаются мышцы под его ладонью. Он посасывал язык Чонгука в чувственном ритме, когда ощутил, как в его животе закручивается знакомое чувство давления, ищущего выход. Чимин отпустил губы Чонгука. — Можно я помечу тебя, малыш? — прохрипел он, гортанно застонав в погоне за оргазмом. Чонгук кивнул и повернул голову, облегчая ему доступ. Чимин впился губами в мягкую кожу, оставляя на ней засос, и чувствуя, как Чонгук напрягается в его руках. Он прерывисто дышал, в то время как Чонгук продолжал вбиваться ему в руку. — Так близко… — простонал Чонгук. — Я сейчас… а, х-хён… — Отпусти себя, малыш. Кончи для меня. — А ты, ах… блять! — Чонгук издал глубокий, долгий стон, и его теплая сперма разлилась по руке Чимина и дивану под ним. Чимин продолжал водить рукой по его члену, выдавливая последние капли спермы, пока он содрогался от оргазма, а потом он и сам пролился на бедра Чонгука, без остановки повторяя имя своего возлюбленного. Их груди тяжело вздымались, когда они вместе опустились на диван, не в силах держаться на ногах после таких интенсивных оргазмов. Чимин осторожно повернул Чонгука к себе, осыпая его лицо поцелуями. Он не увлекался БДСМ, и по своей природе не был супер доминантом, но Чонгук будил в нем самые потаенные желания, которые он раньше никогда бы ни с кем не опробовал. Чонгук был очень чувствительным и эмоциональным во время их близости, и Чимину это очень нравилось. Ему нравилось заботиться о Чонгуке после секса, чего он раньше ни с кем не делал. Чонгук был особенным во всех смыслах этого слова. И секс с ним был как вишенка на торте. Чимину нравилось, насколько Чонгук отзывчив на каждое его прикосновение, как легко было его завести, ему нравилось, когда тот забывался от страсти в его руках. Чонгук уткнулся лицом в его шею, прильнув к нему, пока Чимин обнимал его, шепча нежности на ухо, давая ему время успокоиться. Он уселся на диван, поудобнее устроив Чонгука у себя на коленях, и проведя рукой по его спине. — Малыш… Чонгук только хмыкнул в ответ. — Я тут подумал… ты не хочешь прогуляться сегодня вечером? Я приглашу своих хёнов, а ты можешь пригласить твоих хёнов. Мы могли бы поехать в тот бар на крыше в Хондэ. — он обхватил лицо Чонгука ладонями, слегка наклонившись вперед, чтобы заглянуть в его полуприкрытые глаза. — Я был там однажды с моими хёнами, года два назад. Это хорошее место, с играми и большим выбором напитков. — У них есть игры? — прошептал Чонгук сонным, но довольным тоном. — Ммм… Настольный футбол, бир-понг, дартс, настольный теннис, нинтендо, МариоКарт, Уно, Дженга, — уверен, будет очень весело. И нас будет только семеро. — Я совсем не против. Он поцеловал Чонгука в висок. — Отлично. Ладно, посиди здесь минутку. Я оботру тебя, а потом мы сможем пообниматься, хорошо? Чонгук кивнул, слезая с колен Чимина и садясь на диван, пока тот отправился в ванную. Именно в этот момент он понял, как ему повезло встретить такого человека, как Чимин. Он никак не мог поверить, что такой, как он, мог существовать в реальной жизни. Чимин был совершенством во всех смыслах. Он не мог перестать улыбаться, когда вспомнил их вчерашний разговор. Чонгук очень ценил, что Чимин был так внимателен к нему и всегда выслушивал его. Ему нравилось, что Чимин находил для него время, несмотря на загруженность работой. И ему очень понравились родители Чимина, они напомнили ему о его родителях, и Чонгук понимал, что влюбляется все сильнее. Чонгук не проронил ни слова, когда Чимин вернулся с влажным полотенцем и аккуратно обтер его, а потом натянул на него удобные спортивные штаны и футболку. — Иди сюда, малыш. — он подвел Чонгука к кровати, — Ложись, я возьму свой телефон и присоединюсь к тебе, хорошо? — Можешь принести и мой телефон тоже? — Конечно, малыш. — Чимин поцеловал его в лоб и укрыл одеялом, а Чонгук устроился поудобнее, чувствуя себя совершенно довольным. Если тепло, которое растекалось по его груди каждый раз, когда он смотрел на Чимина, не было явным признаком, тогда он не знал, что еще это могло быть. Он был безумно, по самые уши влюблен в этого человека. Возможно, это случилось слишком быстро, возможно, это было безрассудно, но Чонгуку было все равно. У него было такое ощущение, будто он был в одном из фильмов, которые ему так нравилось смотреть. Все казалось таким сюрреалистичным, но, как сказал Тэхён, ему грех было жаловаться. Сердце всегда выбирает то, что ему нравится. И в глубине души Чонгук знал, что Чимин был тем самым, единственным для него. И он полностью принял это теплое чувство, окутавшее его. Когда Чимин улегся рядом с ним, притягивая в свои крепкие объятия, Чонгук отправил сообщение своему лучшему другу.       Чонгук: ТэТэ… я думаю, что влюбился. *** Субботний вечер прошел вполне ожидаемо, и в то же время неожиданно. Чонгук узнал, что с Чимином было гораздо интереснее находиться рядом, когда он не был в роли непоколебимого генерального директора, которому нужно было поддерживать свой имидж. Со своими хёнами он превращался в общительного, веселого парня. Когда Чимин смеялся, он смеялся всем телом, буквально заваливаясь на того, кто сидел рядом с ним. Они все вместе сидели в баре на крыше в Хондэ, и Чонгук ни на секунду не мог оторвать взгляда от Чимина. Их хёны уже успели познакомиться между собой и чем дальше, тем больше находили общие темы для общения. Они все подошли друг другу, как кусочки пазла. У Чонгука очень редко появлялось такое чувство принадлежности, будто он был на своем месте. Он был самым младшим в их компании, и к нему относились соответственно. Но как только первоначальная неловкость ушла, он почувствовал себя так, будто знал их всех уже много лет. Ему понравился Сокджин, они были очень похожи. Тот тоже любил хорошо поесть и шутил так, что все просто сгибались пополам от смеха. Хосок был воплощением позитива, таким веселым, громким и ярким, он явно задавал настроение в компании, в то время как Намджун оказался очень рассудительным человеком. Чонгук был в восторге от него уже спустя несколько минут после начала разговора. Он мало что знал о нем, помимо работы, но чем больше они разговаривали, тем больше он ему нравился. Он был весьма эрудированным человеком, и Чонгук было интересно с ним общаться. — Тебе нравится здесь, малыш? — Чимин наклонился ближе, проведя рукой по его бедру. Они все сидели за одним столом, в дальнем углу бара. — Да, — радостно улыбнулся Чонгук. Хотя он не особо любил места, где было много людей, но если ему нравилась компания, то он отлично проводил время. Джин-хён и Тэ-хён вернулись, принеся больше выпивки. Пиво и шоты для всех, и безалкогольный коктейль для Чонгука. — Ты можешь выпить, — сказал Чимин. — Я позабочусь о тебе. — Я знаю, — ответил Чонгук, мягко улыбнувшись. — Но я сегодня за рулем, и не в настроении пить. Все нормально. Чимин сжал его бедро. — Если ты так хочешь. Но не сдерживай себя, если захочешь выпить. Мы можем вызвать такси, а мой водитель заберет твою машину. Чонгук покачал головой. — Все в порядке, хён. Я просто хочу насладиться этим вечером с тобой. Чимин широко улыбнулся. — Правда? — Да. Чимин приподнял его лицо за подбородок, целуя в губы. — Ты такой очаровательный, ты в курсе? — Мне говорили об этом уже несколько раз. — Чонгук смущенно покраснел. — Кто? — Ты. Чимин хмыкнул. — И милый. Чонгук только усмехнулся. Их воркование было прервано Тэхёном, который объявил, что хочет поиграть. В общем, это был один из лучших вечеров, проведенных с друзьями. Конечно, он и раньше хорошо проводил время со своими хёнами, но сейчас все было по-другому. На этот раз все было особенным, потому что рядом с ним был тот, кто его любил. Чонгук понимал, что все больше и больше влюбляется в Чимина, будто того, что он испытывал до этого вечера было недостаточно. Чимин был вполне приличным игроком. Ему нравилось соревноваться, но он был достаточно спокойным, и ему больше нравилось смешить своих друзей, чем побеждать. Еще одна черта его характера, очаровавшая Чонгука. Другой особенностью его характера была двойственность. В одно мгновение Чимин мог быть мягким и милым котенком, а в другое — страстным соблазнителем, волнующим его сердце. — Черт, твой мужчина такой сексуальный, Чонгуки! — громко прошептал Тэхён, стоящий рядом с ним, пока Чимин покачивался в такт чувственной музыке. Он танцевал с Хосоком всего в нескольких метрах от них, но его глаза были прикованы к Чонгуку. — И ненасытный, — добавил Чонгук, его щеки вспыхнули при этих словах. — Он еще даже не трахнул тебя. — изогнул бровь Тэхён. — Хён… — простонал Чонгук. — Ты же знаешь, что кроме траха, есть и другие вещи, которыми можно заняться. — Я что-то такое слышал. Кстати, спасибо за предупреждение. Теперь я знаю, чего ожидать, когда вы, наконец, дойдете до конца. Чонгук пнул его по руке. — Замолчи! — А что? Я просто счастлив, что я буду не единственным, кто ковыляет по квартире после бурных ночных развлечений. У меня скоро будет компания. Чонгук почувствовал, как его лицо словно обдало жаром, и был уверен, что стал красным, как помидор. Он отвернулся от Чимина, обвив руками шею Тэ, и начал покачиваться в такт музыке. Что угодно, лишь бы отвлечься от Чимина и их разговора. Но уже минутой позже, он почувствовал, как пара сильных рук обхватила его за талию, прижимая к теплой груди. Каблуки на сапогах Чимина делали его одного роста с Чонгуком, поэтому он ощутил его теплое дыхание на своем ухе, когда тот склонился к нему и прошептал: — Думаешь о сегодняшнем утре? — Чонгук покраснел, и его дыхание сразу сбилось. А Чимин дразнил его, посасывая мочку уха. — Ты уверен, что не хочешь поехать со мной домой, малыш? — Хён… — выдохнул Чонгук, когда Чимин развернул его. Чимин усмехнулся. — Все нормально. Я просто дразнил тебя. Чонгук игриво шлепнул его по груди. — Я знаю, что тебе нужно немного отдохнуть, что вряд ли возможно, если ты останешься со мной. Чонгук закатил глаза. Чимин на самом деле не шутил, когда сказал, что может быть требовательным. Он довел его до оргазма как минимум трижды за этот день, и Чонгук не думал, что сможет снова кончить, даже если попытается, но его член все равно начал заинтересовано напрягаться. — У тебя есть какие-нибудь планы на выходные? — они покачивались под музыку, прижимаясь друг к другу так близко, что сердце Чонгука начало сбиваться с ритма. Он не смог удержаться, и прильнул еще ближе к Чимину, их бедра соприкоснулись, и к щекам прилил жар, когда он почувствовал возбуждение Чимина. — Нет. — покачал он головой. Они решили навестить свою семью после нового года. Поэтому он собирался праздновать со своими хёнами, как обычно. Они могли пойти посмотреть фейерверк, но не более того. — Хорошо. Собери сумку на одну ночь. Я тебя кое-куда отвезу. Чонгук поднял бровь. — Можно спросить, куда? — Нет. — Чимин покачал головой. — Это сюрприз. Чонгук любил сюрпризы. Но, обычно, никто, кроме его хёнов не устраивал ему сюрпризы. Он пребывал в радостном предвкушении, особенно учитывая то, что он знал, что может случиться. Был ли он к этому готов? Сто процентов, да. — Хорошо. — Я сообщу тебе подробности позже. — Чимин отпустил его и присоединился к остальным танцующим, но не переставая дразнить его своими взглядами, и Чонгуку безумно все это нравилось. В ту ночь Чонгук узнал много нового о Чимине. Он был таким многосторонним. Даже Юнги-хён смеялся вместе с ним, одаривая всех своей очаровательной улыбкой. Все еще больше развеселились, когда Хосок объявил Тэхёна приемным ребенком в их компании. Чонгук этому даже не удивился. Его хён был по-своему очарователен. И несмотря на то, что Тэ был старше его, он любил, когда его баловали и заботились о нем. И самое главное, Чимин получил то, что хотел. Чонгук был в этом совершенно уверен, когда блаженно откинулся на подушки, полностью выжатый после четвертого оргазма, пока Чимин тяжело дышал над ним, улыбаясь своей фирменной улыбкой. Он определенно любил этого мужчину.