Соблазнить тебя? Да, пожалуйста!

Насвистывая, Хиддлстон удалился так ничего и не сказав мне в ответ. В этот вечер кое-как мне удалось больше не сталкиваться с Томом. Я намерено выжидала, когда он уйдёт с пляжа, или зайдёт в лифт. На ужин я и вовсе не спустилась. Я никак не могла побороть своё смущение. Одно дело, доводить его, говоря те или иные вещи, и совсем другое — оговориться. И я решила больше не играть, по крайней мере, пытаться не играть. Следующие несколько дней были очень загруженные. Я попеременно брала интервью у актёров и членов съёмочной группы, стараясь не встречаться с Томасом. Моё нечаянное признание как-то отдалило нас. Наше общение ограничивалось лишь коротким «привет, как дела?» Джесс совсем забила на меня, гуляя свободные часы с Тони. Их роман так стремительно развивался, что я диву давалась. Похоже, девушка была готова даже переехать к Тони в номер, чтобы совсем не расставаться. Иногда я замечала изучающий, оценивающий взгляд голубоглазого. Но, дальше этого общение не заходило. Зато один из гримёров, похоже, положил на меня глаз. И начал свои странные ухаживания. Ну как странные, вроде обычные любезности, но они так выводили из себя. Я его и послать то не могла, потому что это было всё как бы невзначай. «Давай, я понесу твою рабочую сумку? Тяжёлая, наверное». И ведь, реально, тяжело. Но, мои операторы и ассистенты заняты, Джесс тоже что-то обычно тащит, поэтому, чисто теоретически, ничего такого, что Рик мне помогает. Или вот, например, ситуация: иду я себе с пляжа, накупалась вечером после трудового дня, а тут Рик: — О, привет, ты в отель? Я тоже в отель. Пойдём вместе, — и прежде чем, я успеваю что-то ответить, парень продолжает, — Ну и жара, я к такому климату не привык, сгорел уже несколько раз за неделю. И как только актёры работают? Ну и идём мы вместе, ну, то есть рядом, до места своего прибывания. Мило болтаем. А что ещё остаётся делать? Я даже послать его не могу. Он в наглую не пристаёт, руки не распускает, на кофе не приглашает, просто идёт рядом и говорит, говорит, говорит. И вот он уже рассказывает о своём детстве какую-то смешную историю. И я смеюсь надо ней. Заходим с ним в отель и встречаем Хиддлстона. Я вижу его немного злой взгляд, но он тут же отворачивается. Около лифта мне, наконец-то, удается отвязаться от Рика. Как хорошо, что он живёт в другом крыле. И ему нужен совсем иной лифт. Но, уже уходя, он кидает: — Может завтра после работы немного расслабимся? Выпьем по пиву в баре? — Ой, Рик, я пока не знаю, послезавтра то не выходной, давай завтра об этом поговорим. Вот так я даю надежду парню, который мне даже не нравится. Ну, нравится, но как друг. Надо было сразу отказать и всё. Но это моя проблема. Если со мной мило общаются, я и отказать почти не могу. Боюсь, я замуж так же выйду. Невзначай… … Сегодня я встала пораньше и решила выпить кофе на балконе, греясь в лучах утреннего солнца. Открываю дверь, вынося с собою кружку и замираю на месте. — Доброе утро, Лили. Я тебя уже тут несколько дней жду, — улыбается Томас и осматривает меня с головы до ног. — Доброе, — отвечаю, делая глоток и добавляю, — в каком смысле? — Я поговорить хотел, — переступает перегородку и идёт прям на меня. О, Боже, его запах, по которому я успела соскучиться, проникает в меня, заставляя сердце биться быстрее. А от его взгляда серо-голубых глаз спина покрывается мурашками. Дыхание учащается, голос становится тише: — О чем? — чувствую подвох и отступаю в свой номер. Актёр пока стоит за дверью, взглядом спрашивая разрешения войти. Я киваю и продолжаю пятится. — Ты меня боишься? — спрашивает, удивлённо вскинув бровь. — Нет, — вру я, ставя кружку на стол, и продолжаю шествие назад, пока не врезаюсь в стену. Соображать становится всё труднее. Я вижу, как Том облизывает свои губы, ставит чашку рядом с моей и продолжает медленно, как кошак двигаться в мою сторону. Я выставляю руку вперёд. Хиддлстон подходит и упирается в неё. Чувствую его сильно бьющееся сердце. Моё же готово выпрыгнуть из груди, воздуха не хватает, бабочки в животе ожили и взлетели. — Я же вижу, что боишься, — говорит и проводит тыльной стороной ладони по моей щеке. Зрачки расширены, взгляд бегает по моему лицу, задерживаясь на губах, — я тебя не обижу. Не выдерживая, я нервно сглатываю. Хочу остановить его руку, но не могу. Она уже со щеки перешла на шею, дальше, видимо, пойдёт на грудь, а я опять без бюстгальтера. Только сейчас я поняла в чем одета. Обтягивающая майка и короткие шорты. Собственно, я так по утрам всегда хожу. Мои соски предательски торчат, не вызывая сомнения в том, как действует на меня Томас. Я молчу и смотрю выжидающе на мужчину, а он ведёт руку вниз, следя за ней глазами, и останавливает ладонь между грудей, не смея двигаться дальше. Я как завороженная слежу за его действиями. Другой рукой актёр берёт мою руку со своей груди и подносит к свои губам. Я почти не в силах сдержать стон. Понимаю, что хочу, чтобы он меня поцеловал, но боюсь, сама не понимая, чего именно. — Ты, — целует он моё запястье, — всё ещё, — поднимается выше, а я потихоньку плавлюсь под этими поцелуями, — хочешь, — целует сгиб локтя, а я чувствую, что намокла, — мои пальцы в себе? — смотрит на меня пошлым взглядом, полным вожделения. Меня как водой окатило. Он что, решил поиграть так? Поиздеваться надо мной? Или Джесс и ему свой совет скинула? Стою в шоке, и не могу понять, что делать. Но, я то решила, что всё, хватит этих глупых игр уже. А он, по-видимому, сдаваться не собирается, даже если видит, что оппонент вышел из игры. Несколько долгих секунд мы так и стоим. С силой отдергиваю его руки и резко говорю: — Какого хрена тебе надо, Хиддлстон? — Поцеловать тебя хочу, — вдруг заявляет он совсем другим тоном. Мне иногда кажется, что у него раздвоение личности. Видимо, актёры все такие. Ну а я, понимая, что это бред, отвечаю с усмешкой отходя от стены: — Я вот с тобой не хочу целоваться! — беру свою кружку с остывающим кофе и сажусь на диван. — Меньше минуты назад, мне показалось, что хочешь, — берёт свой кофе и идёт в мою сторону. — Вот именно, тебе показалось, — улыбаюсь я зло и продолжаю, — иди уже отсюда, я с кем попало не целуюсь. — А с кем ты целуешься? С Риком? — Том бешеными глазами припечатал меня к дивану. Вижу, как он стискивает зубы, как тяжело дышит, как сжимает кулак. И подходит, подходит ближе ко мне. — Не подходи, — кричу, — иначе я тебе об голову кружку разобью. Тебя вообще не должно касаться, с кем я целуюсь. Если хочешь знать, у нас сегодня с Риком свидание! После этих слов мужчина бросает на меня полный презрения взгляд и выходит из моего номера через балкон, а я сижу злая и понимаю, что я реально могла ему об голову кружку разбить. Вот что за на хер то вообще? Что за человек? С самого утра мне настроение испортил. А завтра у нас с ним по плану интервью. Сомневаюсь, что мы оба после него выживем. Скорее всего я его ударю, а он меня потом придушит. С этими мыслями я стала собираться на работу. Сегодня, как назло работать с гримëрами, костюмерами и парикмахерами фильма. Несколько коротеньких интервью, но там будет Рик. Отличная возможность позлить Тома. Хотя, если честно, злить я боялась его больше всего.