Соблазнить тебя? Да, пожалуйста!

Том забирается ко мне под одеяло. Глубоко вздыхает, закрывает глаза, проводит рукой по волосам и говорит: — Ты такая вкусная, хочу тебя целовать. Везде. Сейчас. И прикасается горячим ртом к моей груди, обводит языком ореол соска, прикусывает его, обхватывает губами и втягивает, вызывая своими действиями мой стон. Его рука нежно ласкает вторую грудь, потом спускается на живот и бёдра, сжимает мою кожу, гладит, ласкает. Сотни мурашек пробегают по моему телу, бабочки, кажется, умирают от счастья, а я улетаю куда-то от этого необыкновенного ощущения. Отдаюсь ему полностью, и растворяюсь в нём. Томас продолжает целовать меня, спускаясь на живот и ниже. Потом переходит на внутреннюю сторону бёдра, проводит языком по самой чувствительной точке, а я выгибаясь, сминаю простынь, издаю стон удовольствия. Мужчина продолжает меня целовать, надавливать языком на горошину клитора, обводить его языком, нежно посасывая и заставляя тем самым извиваться под ним и громко стонать. Добавляет к языку свои пальцы. Свои длинные нежные пальцы. Входит аккуратно и начинает двигаться, не прекращая ласкать языком, и я не в силах больше сдерживаться, говорю: — Том, я хочу тебя. Пожалуйста, войди в меня. Долго голубоглазого упрашивать не приходится, и вот он уже скидывает полотенце, поднимается на руках и входит в меня. Резко. Стоны одновременно вырываются из наших губ и смешиваются в страстном поцелуе. Голубоглазый сразу срывается на бешеный ритм, доводя тем самым меня до кульминации очень быстро. Чувствуя мою пульсацию внизу живота, мужчина на секунду останавливается, вздыхает и продолжает в том же духе, доставляя мне ещё большее удовольствие. Я целую его в губы не дольше пол минуты. Но вот он отрывается от меня, громко стонет, выходит и изливается на мой живот белесой жидкостью. Наклоняется, целует меня, прикасается лбом к моему лбу, улыбается, тяжело дышит и говорит: — Да, я запомнил твою фразу про облить тебя ещё чём-то, и мне хотелось это сделать прям там, у вас в лифте. Я обнимаю его, целую в губы, смеюсь и отвечаю: — Какой же ты балда, Хиддлстон! Но, мне хорошо с тобой. - Мне тоже. Так хорошо, что мы с тобой совсем забыли о празднике. Давай, быстро в душ, и одеваться, — с этими словами Том помогает мне подняться, целует и отпускает в душ, провожая взглядом. Проведя в душе минут 7 от силы, я выхожу, замотанная в полотенце. Том голый стоит около двери и ждёт своей очереди. Боже, обнажённый Томас это великолепное зрелище. Я останавливаюсь в проёме, не пуская его в ванную комнату, и рассматриваю с ног до головы его божественное тело. Невольно задерживаюсь взглядом между ног, вздыхаю и облизываю губы. Том замечает всё это и подойдя вплотную, говорит шёпотом: — У тебя ещё будет возможность насладиться этим. Я краснею и пропускаю его. Пока мужчина в душе, я достаю своё красное платье и быстро его надеваю. Привожу в порядок макияж. И когда я расчёсываю волосы Томас выходит. Встаёт в раскрытых дверях, рассматривает меня, облизывает губы и произносит: — Ты невероятно, просто до невозможности красивая. А в этом платье ещё и ужасно сексуальная. Я ни на шаг от тебя на вечере не отойду, чтобы никто даже и не посмел подойти, пусть любуются со стороны. И знают, что ты — моя! От его слов я смущаюсь, улыбаюсь и, отворачиваясь, тихо говорю: — Спасибо, ты вгоняешь меня в краску. — Когда смущаешься, ты ещё краше. Я надеваю лодочки на каблуках, пока британец собирает свою одежду по номеру. Мне приходится ждать пока он одевается, и я стою, налюбоваться им не могу. Какой же он красивый. Выходим из номера, Том придерживает меня за талию, закрывает дверь и отдаёт мне ключ. Спускаемся мы вместе. И в зал заходим тоже МЫ вместе, немного опоздав на праздник. Вся съемочная группа обалдела, когда увидела нашу пару — светящуюся от счастья меня и лучезарно улыбающегося Томаса.