Пицца у подъезда

            Теплый октябрьский ветерок, задувающий в открытое окно, слегка трепал черные волосы. Перед глазами мелькали магазины, дома, остановки, пустынные утренние улицы. Облокотившись на опущенное стекло, Прусс без интереса то наблюдал за городом, то так же безразлично поднимал глаза на плывущие в сероватом, но все еще по летнему голубом небе облака. Солнце уже вовсю светило, и иногда луч его болезненно ударял в глаз, отчего Королевство недовольно жмурился.       В основной зеленой массе деревьев уже проглядывали чуть пожалевшие листья, но дворник все еще мел только дорожную пыль. Захлопнув дверь машины и направившись к крыльцу, КП раздраженно взглянул на мужчину в возрасте, но тот его даже не заметил, продолжив свою работу. Детей практически не было, почти всегда Прусс приезжал чуть-чуть раньше назначенного времени. Примерно за тридцать — сорок минут.       Сидя на первом этаже возле раздевалки, Пруссия сквозь закрывающиеся от недосыпа глаза наблюдал за беготней первоклашек, которые после, построившись под контролем учителя в нестройные два ряда, двинулись наверх, за прибытием учителей всех возрастов, полов и оттенков волос, за другими учениками, которые сбивались в парочки, группы, выходили из раздевалки вместе или же ждали друг-друга по несколько минут. Вообще, по сути, он сам сидел тут не ради кого-то определенного. Нет, просто он в душе не чаял, в каком месте у них будет биология. Поэтому следовало незаметно увязаться за кем-нибудь из его класса, кто первый придет. Хотя, возможно, Прусс и имел предпочтение увязаться за кем-то более-менее знакомым. Чтобы так неловко и страшно не было. Теплилась в нем надежда, что белокурое создание придет раньше всех. Ну, она и выглядит так, будто приходит раньше всех.       Отговорки на все случаи жизни были придуманы. Мимо уже прошли несколько человек, которые, вроде как, учились в его классе, каждого из них Прусс внимательнийшим образом осмотрел. Но вдруг не они. В школе сотни похожих учеников, и спутать одних с другими было очень, очень просто. Пойдет за кем-нибудь, а он опа, и не его одноклассник. И что тогда? И все. Полностью довольный итогом своих раздумий, Прусс поудобне уселся на лавочке. Значит, будет ждать Россию. Мысль о том, что это между прочим вынужденно успокаивала его, словно гладила по голове. Возможно, его спокойствие было вызвано жуткой сонливостью.

***

       В толпе мелькнула белая голова, Прусс чуть встрепенулся, выцепив ее взглядом. Как для девушки у нее серьезно был ужасно нетипичный рост, поэтому следить за ней было легко. КП взял в руки рюкзак, лежащий рядом, и напрягся, готовясь встать. Ри приближалась сквозь стадо людей, казалось, не замечая Пруссии. Внутри Королевство слегка затрепетал — все же, страх, не смотря на вчерашнее более-менее позитивное, или хотя бы не отрицательное общение притаился где-то возле диафрагмы, как и бывает обычно при новых знакомствах.       Империя пролетела мимо, мельком взглянув на Пруссию. Такое безразличие немного задело КП. Он встал и аккуратно, стараясь держатся за спиной Ри, пошел за стремительно удаляющейся белой рубашкой. Нет. Это невероятно сильно задело его. До самого дна души. Все же, стараясь не упустить из вида Империю, чтобы все-таки иметь возможность дойти до класса, Прусс сверлил ее спину злобным, в отличии от вчерашнего, полностью осознаным взглядом. Хотелось, чтобы она почувствовала, обернулась, хотелось ввести ее в неловкое положение, хотелось видеть стыд на ее лице и вину в глазах. Тогда, возможно бы, Прусс ее простил. Конечно, он простил ее точно, но перед этим бы поломался, чтоб не думала, что его можно так просто игнорировать. Какая-то часть его сознания скромно шепатала, что вообще-то, Россия и не обязана была его замечать, что они знакомы только один день, другая, не такая категоричная, как основная масса мыслей, но все равно поддерживающая ее, отвечала первой, что поступок Ри — вопиющее неуважение, и как минимум за такое следовало бы извинится.       Ри, неожидано для Пруссии, обернулась. КП, поглощенный своими мыслями, от резкого осознания этого вздрогнул, но насупленных бровей с лица не убрал, и, не сбавляя темпа, шел дальше. — Хей, новый день и новые планы по убийству одноклассников? — она все же чуть приостановилась, Прусс, недовольно глядя на нее, начал ее догонять. Возмущение чуть спало, но обида все равно свербила в груди. Они поравнялись, и Россия вновь двинулась вперед, вместе с Королевством — Я не выспался, — сказав это, Пруссия еще больше нахмурился. Весь план по вызову у девушки чувства вины рушился, хотя, сейчас для него это уже перестало иметь первостепенную роль. Голос, говорящий о невиновности Ри, стал громче. — А во сколько лег? — возможно, ему показалось, что в голосе ее сквозит некая забота, от чего КП чуть смутился. Нет, все же он был точно не прав. — Как обычно, часов в 9, — но его неправота совершенно не означала, что Россия прощена. Так или иначе, но она была виновата, пусть и не так сильно, как вообразил себе Прусс.       Империя уловила нотки обиды в голосе Королевства. Не сказать, что ей были сильно важны его чувства, но было немного совестно. Плюс, как она успела заметить, с ним никто не начал общатся и, честно сказать, ей было жалко этого маленького одинокого парнишку, вечно ходящего с злым лицом. От него прямо-таки веяло отчужденностью от остального мира. — Ого, так рано — не то, чтобы от реального удивления, больше от желания прервать неловкую паузу и сбить напряжение, витавшее в воздухе, сказала, чуть улыбнувшись, с некой долей восхищения, Ри. — Почему же ты тогда не выспался? — Встаю рано, — КП упорно игнорировал дружелюбные жесты и тон России, не желая отвечать на ее вопросы развернуто и, как следствие, дать ей почувствовать себя прощенной.       Чувство вины стало понемногу прибывать, Россия беспомощно закусила щеку — черт ее с ним попутал, уж просто стоило перебороть лень, поздороваться с этой, как оказалось, обиженкой. Это было бы намного лучше, чем сейчас смотреть на его кислую мину и выслушивать на свои, между прочим, достаточно заботливые вопросы ответы в духе: " Отвали, заколебала!». Единственное, из-за чего сейчас следовало продолжать общаться с ним -успокоение совести, даже если бы это значило вымолить у него прощения, чтобы уж точно успокоить душу. А далее этого «принца» можно было предоставлять самому себе — ей-Богу, у нее будто других дел нет, кроме как раскланиватся перед всеми. А, ну да. Здороваться, конечно, в дальнейшем не забывать.