Помоги мне, хён.

Так и прошло четыре дня… безудержного секса, по мнению Намджуна. Всё это время он был рядом с Гуком, желая, чтобы это быстрее закончилось. Он давно пожалел о своём согласии. Не подумал, что… альфа может отнести это к обычному сексу. А Чон обращал внимание на грусть в глазах старшего, но Ким отговаривался обычной усталостью. Мемберы часто пытались зайти в спальню, чтобы проверить состояние лидера… но как только слышали рык прямо возле двери, тут же удалялись. Альфа никого не подпускал к Джуну. Даже когда лидеру нужно было в уборную, макнэ шёл за ним следом, недовольно урча. Ему не нравилось показывать СВОЕГО омегу остальным. А старшему наоборот становится больнее рядом с парнем. Ведь буквально завтра всё это закончится. Именно поэтому он сейчас в ванной, позволив горьким слёзам течь по щекам, когда его любимый мирно спит. На часах почти час ночи, поэтому о том, что альфа проснётся можно и не думать. Он вымотался за дни гона. — Дурак ты, Джун, — усмехается самому себе омега, вытирая краем свитера алую щеку. — Самому себе хуже делаешь. — Хён? Ты в порядке? — Нам дёргается от испуга, когда в дверь постучался Чимин. Он совсем не думал, что кто-то ещё не спит. — Если тебе плохо, так и скажи. Ты же четыре дня был только рядом с Чонгуком. Слёзы капали с новой силой. И омеге удалось ответить только спустя пару секунд. Голос совсем выдаёт его состояние. — Всё хорошо, Чимин-и. Мне просто… — парень выдохнул и только потом продолжил, желая, чтобы донсэн сейчас-же ушёл. — Просто нужно побыть о-одному, вот и всё. Я скоро пойду спать, не волнуйся. — Пак не мог понять причину этого. Лидер никогда себя так не вёл. Значит с хёном что-то точно случилось. — Л-ладно, только долго не засиживайся, хорошо? — Как скажешь, — омега сначала услышал удаляющиеся шаги младшего, и только потом смог подняться на ноги. Он смотрит на дверь, с мутью в глазах. Идти к Гуку совсем не хотелось. Поэтому парень направился в свою спальню. Чимин прав, нужно отдохнуть от всего этого. А со своими чувствами постарается справиться. — Надо просто успокоиться…

* * *

На следующее утро Чон чувствовал себя лучше всех. Светит солнышко, в костях приятно ломит. Уже хотелось выйти из комнаты и вкусно позавтракать! Вот только… — Хён… — альфа поворачивается на другой бок, улыбаясь, в надежде, что любимый омега рядом… а Джуна нет. Все планы тут-же испарились, оставив только злость внутри парня. Чон резко встал с кровати и посмотрел на часы. Уже двенадцать! — Хён… — альфа наспех одевает шорты, и вылетает из спальни. Недовольный и напуганный одновременно. — Где мой Намджун-и?! — Сокджин, стоящий с чайником дёрнулся. На кухне сидели все… как раз кроме Кима. Альфа подошёл ближе, заставляя мемберов с шоком глядеть на его лицо, полное ярости. — Спит ещё… наверно, — глаза Мина уже были на лбу, как и у остальных. Утро начинается не с кофе. А с вот этого злого кролика. — Он разве не с тобой? — Чимин подозрительно прищурился, поставив на стол свою кружку. — Вчера ночью, хён сидел в туалете и плакал. Пожалуй, мы должны быть с вопросами, нет? — Чонгук резко вздохнул, удивлённый таким ответом. Он… плакал? Из-за чего? И где был в тот момент альфа?! Макнэ без слов побежал в спальню лидера, надеясь получить ответ хоть на один из этих вопросов. Джуни-хён не мог просто так уйти от него. Как только дверь, с хлопком о стену, открылась, Намджун с испугом отскочил от входа. Он стоял с наушниками в руках. Как раз хотел выйти за водичкой, а тут… злой, раскрасневшийся Гук. — Хён! — Чон быстро подошёл к старшему, оставив между их лицами жалкие сантиметр. А Ким пытается отойти назад… и путь преграждаёт стена. Очень не вовремя. — Почему ты ушёл?! Почему Чимин говорит, что вчера ночью ты плакал?! Почему, хён?! В глазах альфы чистая ярость. А Намджун просто хотел выйти попить, с остальными позавтракать. Видно не судьба. — Я… просто… — Просто что? — лидер сдался окончательно. Поэтому со стыдом опустил голову, готовый раскрыть все карты — Я не отстану. Да, Гук злился. Да, обижался. И да, был напуган, но… омега выглядит измученно. Словно не спал всю ночь, что провёл без донсэна. Больше не в силах противиться инстинктам, альфа с нежностью касается ладони любимого, скуля. Ему не нравится, когда хён грустный. Совсем нет. — Пожалуйста, Джун-и… — младший упирается лбом о чужой, принюхиваясь. Метка смешала их запахи, и альфа им доволен. Хотя очень не вовремя. А омега, набравшись сил, наконец отвечает, так и не подняв головы. — Я… думал, что ты всё забудешь. Как будто ничего не было. Просто оставишь и всё, не смотря на мою любовь к тебе, — такой ответ заставляет донсэна вздрогнуть. Он бы никогда так не сделал. Не позволит ни одна клеточка его сердца. — Было очень больно думать об этом, слёзы сами слились. И я боялся опять прийти в твою комнату. Поэтому и вернулся в свою… извини, если заставил волноваться, Гукки. Сердце парня вырывалось из груди от стука. Это не сон? Намджун его любит? И щёчки невольно краснеет от понимания взаимности. «Он… меня любит. Мне так хорошо.» Макнэ ярко улыбнулся, остраняясь. Нам и посмотреть на него не успевает, как оказывается на руках альфы. А тот довольно урчит, крепче прижимая к себе. — Хён! — парень начал тискать омегу в руках, а лидер наконец пугается, когда понимает насколько высоко его держат. — Так не честно! Я должен был признаться первым! Стоп. В смысле первым? Ему может мерещится? — Ч-что? — Чон наконец остановился и опустил лидера на пол, продолжая улыбаться. Кроличьи зубки так и сверкают. — Я люблю тебя, хён! Л-Ю-Б-Л-Ю, слышишь! Как ты до сих пор не понял?! — макнэ был таким радостным. Словно малыш, которому дали конфетку. Да и Джун сам заулыбался от такого ответа. Чон любит его также сильно. Обоим на душе стало легко и тепло. Можно больше не молчать об искорках, которые сверкают в сердцах. — Вот как… я и не подозревал даже. — Но ты же согласишься со мной встречаться? — в миг взгляд альфы сменился на полный надежды, а губы выпячились в просьбе. Но омега только заливисто смеётся, прижимаясь ближе к любимому. — Конечно, Гукки. Что за глупый вопрос? — омега вдруг чувствует как парень снова взял его на руки и оттолкнул ногой дверь. А потом прошёл на кухню, к мемберам. — Т-ты куда меня несёшь? — Значит так! — от резкого голоса все взглянул в проём, где стоял макнэ. — Знайте, что Намджуни-хён — теперь мой парень, понятно?! — парень серьёзно смотрел на остальных, пока Джун висел животом на его плече. А на его лице играла улыбка, от такой строгости младшего. — Твою мать! Наконец-то! — от слов Джина все громко засмеялась. Точно, а то они оба долго ждали. — И ста лет не прошло! Нужно отметить! Все засмеялись. Это действительно стоит того, чтобы выпить. Всех мучений и красных щёчек. Теперь Чонгук и его хён наконец будут вместе. — Только чур за счёт нашего счастливчика макнэ! — мемберы поддержали идею Мина. А Чон оплатит всё, что закажут старшие. Он наконец ставит любимого на пол, с искорками в глазах глядя на него. Сердце трепещет, когда Джун так ярко улыбается. — Я люблю тебя, хён. Сильно-сильно. — И я тебя люблю, Гукки. — альфа не успел толком ответить, как лидер закинул руки на его плечи, и оставил маленький поцелуй на носике. От такого Чон сразу разрумянился, словно пирожок. Уткнулся в шею любимого, довольно урча. Ему хорошо с этим омегой. И даже апокалипсис не заставит его расстаться со своим Джун-и.