Твой выбор

      Так и шли студенческие каникулы. Юнги штопал подручные материалы под руководством ветеринара стаи, Чимин занимался с маленькими волчатами, прихватив с собой и Ихён. Хосока стали водить все альфы в стае, вырабатывая общую систему звуков и знаков, а вожак порой уводил своего омегу в удаленный домик на ночь. Как-то ночью, баюкая недавно успокоившуюся Ихён, Чимин дождался счастливых супругов и попытался улизнуть, пряча улыбку.       - Чимини, - позвал Сокджин. – Я хочу извиниться… перед Юнги. Передай ему…       - Он еще не спит, - уверенно ответил блондин. – Мой альфа всегда дожидается меня перед сном, чтобы понежить. Ведь за день мне могут залезть дурные мысли в голову, или чьё-то внимание меня взбудоражит. В студенческом городке ему пару раз приходилось… наказывать моих обидчиков, - зарделся омега. – Можете подняться к нему. Я пока с Ихён побуду.       - Иди, - подтолкнул супруга в спину Намджун.       - Юнги, - глухо позвал от двери Сокджин, и брюнет распахнул перед ним дверь.       - Что-то случилось? – взволнованно спросил альфа.       - Нет. Я пришел… поговорить. Устранить напряженность между нами. Пришел извиниться…       - Да я понимаю, - невесело улыбнулся брюнет. – Хоть мы и воспитанники общего дома, прав у нас не больше, чем у других. Хорошо, хён, что ты осадил меня. А сыном больше меня не зови, не надо притворяться. Это всего лишь моя ложь, чтобы защититься от отца, убившего мою мать. Я много думал и решил, что скажу Сынрёну правду, когда вернусь. Хотя тоже придется соврать, - закатил глаза подопечный, - что сам раньше правды не знал, а теперь выпытал у вожака. Ведь если и мне когда-нибудь придется мотыляться без стаи, - сглотнул Юнги, - смогу поучиться у него чему.       - Нет! – уверенно шагнул внутрь старший, прикрывая дверь. – Не тебе выбирать, за тебя выбор сделали другие. Мать, что поднялась против мужа. Отец, что не пожалел свою самку в этом бою. Намджун, что принес мне тебя на колени. И он же выкупил твоего омегу и двух ваших детей. Для стаи. Я просто… просто…       - Ревновал? – подсказал брюнет.       - Испугался… стареть, - вздохнул Джин. – Когда ты и другая молодежь перечите, не считаетесь с нами, указываете как быть, вы задвигаете нас на задний план. Мне даже не столько за себя обидно, сколько за мужа. Он столько сделал для каждого из вас, а вы…       - Неблагодарные, - снова подал голос Юнги.       - Вы забываете, благодаря кому вы живы и можете вообще говорить, не то что повышать голос. Я, может, медик так себе, но за омегами в доме постоянно присматриваю. За Чимином, пока он был здесь, за Чонгуком, за девочками и Ихён. Поверь, я справляюсь. Отговорить Чонгука только не смог от дурной затеи. На тебя надеялся. Все наши дети слушаются тебя лучше, чем нас. А ты… выгораживать его стал. Вроде, - потупил взор старший. – Они с Хосоком уже изучают друг друга. Боюсь, может, течки нет, что Гуки… беременный и скрывает это.       - Что? – опешил Юнги.       - В общем, я на нервах, а подступиться к этому упрямцу никак, - пожаловался Сокджин. – Спит волком, часто вне дома. Я теряю контроль над ситуацией, - всплеснул он руками. – Ну, и тут… у самого не все гладко… Но, на удивление, нас спас твой омега. Мы бы все разругались, если б не он. Тебе повезло, береги его. А меня прости. Я просто глупая омега.       - Ты нас воспитал, - обнял старшего Юнги, - пусть и рожали нас другие. Ты для нас пример идеального спутника жизни. А то, что у тебя нрав крутой, мы давно знаем, - потискал Сокджина в объятьях брюнет. – Поучай меня смело и не переживай. Твой настоящий сын – наш будущий лидер. Никто не перейдет ему дорогу, и мы не дадим другим сделать это. Я не Сынрён, меня вырастили вы.       - Самым первым, - прослезился Сокджин. – Ты был моим первым воспитанником. Может, потому Тэхён такой умница, что я имел опыт воспитания альф. И я люблю тебя, и всех остальных тоже.       - И я вас люблю, - кивнул младший. – Спасибо, что когда-то выбрали меня, лишив возможности жить по-другому.       - Но я все равно буду возмущаться, - тут же отпрянул Сокджин. – Я предупреждал, что не позволю никому распоряжаться в общем доме, пока я омега вожака.       - Я помню, - довольно сощурился студент, - еще до рождения Ихён. Хосок тогда раскрыл всем твой секрет. Вы с Намджуном – милая пара, - улыбнулся он.       - Вы с Чимином тоже, сынок, - чмокнул воспитанника в щеку омега.       - Не зови меня «сынок», - глухо попросил Юнги.       - Как я уже сказал раньше, не позволю воспитанникам указывать мне в моем же доме. И готовься, следующая, кому вы будете подчиняться, Юа. Невеста Тэхёна.       - Так уж и невеста, - хмыкнул брюнет.       - Сын выбрал ее, и я его поддерживаю. Но если она навредит моему мальчику, - кулак омеги сжался, - пусть пеняет на себя. Я защищаю своих щенков. Всех, - погладил он черные вихры. – От себя только защитить не могу.       - Мы заслуживаем порой, - беззлобно улыбнулся Юнги. – Ты в праве. Надеюсь, тебе получше… с общим состоянием.       Щеки Сокджина вспыхнули, и он выскользнул из комнаты, мелко закивав.       Когда же Чимин прижался к боку своего альфы, то супруг набросился на него с жаркими поцелуями.       - Чего ты? – опешил блондин.       - Хён так пах семенем вожака и смазкой, что сон как рукой сняло, - признался Юнги. – Откажешь мне?       - Дурачок. Когда я тебе отказывал? – потянулся к его губам Чимин. – Я тебя выбрал и стоять буду за тебя до последнего, как Сокджин за вожака. А если надо полежать под тобой, чтобы сделать тебя счастливым, я только за.       Рука блондина скользнула в пах альфы. Юнги вдохнул дурманящий аромат супруга и накрыл его тело своим.       Однако разговор с новоявленной парочкой, студенты все же решили провести. Юнги взял на себя Хосока, а Чимин – Чонгука. Альфы отправились в химическую лабораторию, а омеги работали в конюшне.       Наблюдая, как незрячий Хосок по запаху ориентируется с реагентами, Юнги даже присвистнул и на всякий случай припрятал подальше селитру.       - Хо, - сурово протянул брюнет, - как у вас с Чонгуком дела?       - Старшие пожаловались, - сразу понял слепой. – Да все у нас нормально. Гук, конечно, вредный и своевольный, но это все из-за приближающейся течки. Мы часто ругаемся, но всегда по делу, если нет причин, я и голоса повышать не буду.       - Я не про споры, а как раз про течку Гука и говорю, - поджал губы студент. – Мы с Сокджином-хёном чуть в хлам не разругались, а Чимин готов был уйти из стаи вместе со мной.       - А причем тут течка Чонгука? – непонимающе наклонил голову Хосок, как прислушивающаяся собака.       - При том, что ее нет, - развел руками старший альфа. – Ты ничего… такого не делал с парнишкой, что позволит тебе познать радостью отцовства раньше, чем провести с ним течку?       - Я знаю, что такое спаривание, - окрысился Хосок. – Я ослеп в 10, смею тебе напомнить, и видел, как присваивают омег. Я ничего подобного себе не позволяю, - сжал он кулаки до боли. – Да, вылизывал, да, заласкивал до стонов, хрипов и даже семяизвержения, но я не…       - Не злись, - примирительно погладил друга по плечу Юнги. – Вот потому мы с хёном и поругались. Все волнуются, что у Гуки течка не приходит. Ведь пора бы…       - Он заявляет, - глухо отозвался Хосок, - что чувствует ее приближение. Расспрашивал омег в стае, видите ли.       - Обсуждал это с посторонними, а жителям общего дома ни слова? – опешил брюнет.       - Не слушает меня, к Сокджину не идет. Твердит, что не хочет никого собой обременять. Достаточно, что меня обременяет, - устало утер лицо слепой. – И не переубедишь. Ни словами, ни поцелуями.       - А как он чувствует приближение течки? – потряс друга за плечо Юнги. – Тебе-то он говорит.       - Говорит, что раз он сам запахов не чувствует, то вся надежда на меня. Вот и ходит в волчьей шкуре. Хвостом передо мной машет.       - А ты что решил делать? – тихо поинтересовался студент.       - А я решил, что Чонгук – мой омега, и я помогу ему с течкой, даже если вожак будет меня с него стаскивать. Даже если выгонит потом взашей. Его боли я не перенесу, - лицо альфы скривилось.       - Слушай, Хо, - задумчиво произнес Юнги, - вон, у Сокджина-хёна проблемы были с течкой, а отец… кхм… вожак этого даже не заметил, пока Чимин его носом не ткнул. Я в твоем носе ничуть не сомневаюсь, - помахал он руками, хотя собеседник этого не видел, - но, может, разговор с омегой будет более результативным? Чимин к нему пошел, - признался он.       - Если Чимин поможет моему омеге, - распрямил спину слепой, - то я не только ваших детей нянчить буду, я еще и охотиться буду для вас. Меня взяли в стаю, - смущенно улыбнулся он.       - Я рад за тебя. Но опять же спасибо Чимину. Это он вправил мозги твоему омеге, чтоб не своевольничал и все рассказал вожаку. Будем надеяться, что и в этот раз сработает.       - Будем, - кивнул Хосок. – А пока давай удобрения в мешки грузить.       В это время Чимин внимательно наблюдал, как капли пота скатывались по виску Чонгука, хотя работа их была не тяжелой – перебирать лошадиную упряжь.       - Ты беременный? – в упор спросил блондин, и Чонгук выронил снаряжение из рук.       - Что? С чего ты взял?       - Это не я, а Сокджин-хён боится, что ты скрываешь, что носишь под сердцем щенка. Шестнадцатилетие ты отпраздновал, а течек нет. Я вижу, что тебе нездоровиться, вот и предположил, что хён прав.       - А отчего… от чего омеги беременеют? – залившись румянцем, спросил Чонгук.       - Ты что выпросил у Хосока узел? – вскочил на ноги студент.       - Узел? Узел чего? Узел какой? – хлопал глазами подросток.       - Чонгуки, что у вас было с Хосоком, что ты не уверен, беременен или нет? – вкрадчиво поинтересовался Чимин, поглаживая вихры собрата. – Ты трогал его… мужское естество? – опасливо предположил блондин.       - Д… да, - кивнул младший, краснея.       - Когда альфа кончает, выплескивается семя, как и у нас, - спокойно пояснял старший, - но орган утолщается у основания. Это и называется узел. Было такое… у вас?       - Он редко… Он почти не дает себя трогать, - лепетал Чонгук, не зная куда деть руки. – Он сам меня… чаще всего… руками… языком…       - А мужским естеством? Членом, - подсказал студент.       - Он терся… сильно, - омега потер внутреннюю сторону бедра и низ живота.       - А внутрь? – затаил дыхание Чимин.       - Я как-то раз дернулся… неудачно, - со слезами на глазах признался младший, - и чуть-чуть почувствовал… будто что-то… Но Хосок тут же отстранился… и с тех пор больше не раздевается при мне. Всегда держит при себе… свое мужское естество, - заревел вслух омега.       - Гуки, что ты? – испугался Чимин, обнимая плачущего. – Если семя альфы в тебя не попадало, то и беременности нет.       - И течки нет, - выл в голос Чонгук. – Тогда бы он голову потерял от моего запаха. Может, я бракованный не только на нюх, но еще и без аромата?       - Не выдумывай, - гладил дрожащие плечи Чимин. – Все мы чуем твой слабый природный аромат, просто он еще не раскрылся. Почему же течки нет? Неужели ты, как хён, сбил себе цикл переживаниями? Тогда наши разговоры бессильны. Тут альфа должен помочь. Но придется посовещаться с Сокджином, и вожаку сказать. Вы ведь выбрали стаю и друг друга, а Намджун утвердил ваше решение.       - Мне нет семнадцати, - хлюпал носом Чонгук. – Если вожак меня погонит, Хосок уйдет за мной.       - Все мы пугаем старших уходом, - задумчиво подытожил Чимин. – А каково им? Сокджин–хён свои проблемы игнорирует, а за наши переживает. Ты давно потеть начал? – внезапно сменил тему студент.       - Недели две, - подумав, ответил Чонгук. – В теле волка нет таких неудобств, и, чтоб ночь спать спокойно, перекидываюсь. Я надеялся, что это предвестник течки, и если она начнется, Хосок почувствует, придет и поможет, - распахнул глаза омега.       - Ты молод, Гуки. Не думай о вязке сразу. Если руками и языком, - он подавил улыбку, - твой альфа может удовлетворить тебя, это вполне достаточно.       - Я его выбрал, - сверкнул мокрыми глазами Чонгук. – Если понесу, то рожу, невзирая на возраст. Все ради моего альфы!..       Но в следующее мгновение храбрец повалился на пол конюшни, воя в голос. Руки сжимающие промежность и острая волна запаха красноречиво объяснила перемену состояния подростка. Выскочив в дверной проем конюшни, Чимин закричал, не жалея горла:       - Хосо-о-о-ок! Намджу-у-у-ун! Сокджин! Течка!       И кто же в итоге прибежал первым?       Тэхён.       Сын вожака приподнял плачущего омежку и наводнил воздух своим ароматом. Да, он еще не вошел в пору гона, но с детства имел насыщенный запах и сейчас умело им управлял.       Остальные подоспели попозже. Юнги втянул за собой Хосока, который все не мог отдышаться, но безошибочно пошел на запах омеги, будто был зрячим. Чуть споткнувшись о Тэхёна, он присел и добавил к чужому феромону свой. Чонгук от поглаживаний знакомых рук стал стонать тише и жалостливей, но Тэхён свою ношу не отпускал, сверля Хосока взглядом.       - Отец пусть решает, что делать. Его подождем, - изрек сын вожака.       Подчиняясь кивку Чимина, Юнги пожал плечами и тоже присоединил свой феромон к остальным. Он уже умел успокаивать течных омег, но что до всех этих запахов Чонгуку, если его нос не работает. Однако стоны омежки совсем стихли, и раздавалось только частое дыхание.       Застав течного в руках сына, лидер стаи довольно кивнул, потеснил его плечом и перенял ношу. В пряном густом запахе Намджуна Чонгук всхлипнул и заплакал.       - Началась, - гордо возвестил Намджун. – Наш Гуки стал половозрелой омегой.       - Я помогу, - бросился к мужу Сокджин, утирая слезы подопечного и трогая лоб. – Надо его в медицинский блок.       - А может, Хосок позаботиться о своем избраннике? – тихо предложил Чимин.       - Чонгук не чувствует запахов, да и феромон у Хо слабый, - качнул головой лидер.       - Я чувствую, - подал голос объект обсуждений. – Наверное, намного тише, чем это чувствуете вы, но я различил их всех. Не знаю, правда, нюх будет сохраняться только во время течки или это навсегда.       - Обоняние… прорезалось? – радостно улыбнулся Сокджин и чмокнул подопечного в лоб. – Значит, сможешь подчиняться альфьим феромонам.       - Только его альфа феромоном управлять не умеет, и в гон не вошел… и не ясно, войдет ли.       Эта хриплая реплика принадлежала Хосоку, на котором скрестились взгляды присутствующий. Слепота не позволила юному альфе сгорбиться под их тяжестью.       - Мне… твой запах… понравился, - чуть всхлипывая, признался Чонгук. – Я надеялся… что ты поможешь…       Вожак переглянулся со своим мужем и кивнул на выход. Длинные пальцы Сокджина сомкнулись на запястье слепого, утягивая следом за Намджуном с трясущимся омегой на руках.       - Куда они? – опешил Чимин.       - На капище, - нахмурился Юнги.       - К Великой Волчице, - поддакнул Тэхён. – Нам туда путь заказан, доступ есть у старейшин и вожака.       - Значит, ты однажды тоже туда ступишь, - улыбнулся блондин.       Белоголовый кивнул и зашагал в сторону дома. Студенты остались у конюшни, глядя старшим вслед. Блондин доверчиво прильнул к боку своего альфы и сознался:       - От ваших феромонов даже я раззадорился.       - Мы вообще-то успокаивали Гуки, - усмехнулся Юнги.       - Успокаивал только ты. Тэхён защищал, Хосок боялся, а Намджун подавлял. Все это смешение на фоне течного… жаждущего… открытого Гука…       - Ой, Чимини, не искушай. Не дойдем ведь до своей коморки, - предупредил брюнет.       - В конюшне… тепло, - доверчиво улыбнулся младший.       Довольно рыкнув, Юнги втащил мужа в полутемное помещение, где запах лошадиных тел и навоза должен был прикрыть их страсть.