Трансгены

Эхмина. День отлета Менгира и Арсаниша Эртаис        Закончив рассказ, Синвар обвел взглядом всех собравшихся. Не было только Тайшелла и Иннара. Второго — потому что ребенку на таком совещании делать было нечего, а первого — потому что связь между ними была куда как крепче, чем казалось с самого начала и любое переживание трансгена тут же становилось доступно мальчику. А разговор был слишком серьезным. Можно сказать, что Синвар почти прямо предлагал Эртаису согласиться с уничтожением Менгира… и Арсаниша заодно. Потому что трансген, потерявший свою пару — становился опасен. Но Син до сих пор не мог принять, что трансген, потерявший брата — не менее страшен. И их, тех, кто должны были остаться в живых — было четверо.        Эртаис пока ничего не говорил. Только слушал. Миори были достаточно умны, чтобы оставить за ним последнее слово. Но высказались все, а общего решения принято не было.        — Я скажу то же, что и мой брат, — наконец прервал молчание Эрт. — Каждый из нас будет защищать другого. Я не смогу спокойно смотреть, как убивают моего брата. А он, я уверен, сделает все, чтобы Менгир был жив. Даже если и я, и Тай согласимся на добровольное уничтожение, остаются еще наши сестры. Пока с нами все в порядке — они не тронут вас… Но если хоть что-то случится…        — А почему ты не можешь связаться с сестрами? — осторожно спросил Аллериан.        — Потому что они — не мы. Каждого готовили к своей миссии. Я — лучший менталист из нашей группы. Тай может проникнуть в любую систему так, что его не обнаружат… Арс — диверсант… А Лерда и Эда — идеальные убийцы. Они не будут поднимать на ноги ваши спецслужбы, не будут взрывать планеты… Они просто убьют всех, кого посчитают виновными в нашей смерти. И нам не дано воздействовать на их разум. Эта возможность была блокирована в самом начале. Их запрограммировали на тот случай, если у нас не получится сделать то, для чего мы созданы. И, как изначально в нас была вложена любовь к миори Императорского рода, так в них вложено полное безразличие. Они подготовлены как чистильщики. И должны убить каждого из имперской семьи, кроме своего создателя. А надеюсь, вы уже догадались, что создал нас один из императоров.        — Действующий? — тут же вмешался Синвар.        — К сожалению, я не знаю. У меня нет этих данных.        — Жаль… И нет возможности вычислить, когда это было задумано. Может быть, проекту несколько сотен лет… или несколько десятков… — пробормотал Синвар. — А в то, что на это способен Илан, как-то не думается. Он прагматичный, жесткий, но не обладает таким умом, чтобы построить данную схему. Да я и не вижу смысла в том, чтобы создавать таких, как вы. Илан был убран с Эхмины, его лишили ниррэ…        — Однако, вы как-то не предугадали, что он может защитить Менгира, — добавил Эрт.        — Всего лишь слабость, — Синвар поморщился. — Все мы делаем ошибки.        — Значит, и свою связь с моим братом вы считаете ошибкой?        — Эрт… — Аллериан осторожно прикоснулся к плечу Эртаиса.        — Не стоит. Я не собираюсь сворачивать голову тому, кто просто не понимает себя. Эдак, мне пришлось бы уничтожить половину всех людей и миори. Не слишком ли затратно? — Эртаис легко поднялся. — Не ошибитесь, Синвар. Особенно в отношении Тая… который сейчас, к вашему сведению, защищает вашего приемного праправнука.        — Что?        Но Эрт уже не слушал. Мгновенно, словно обращение не представляло ему никакого труда, он развернул свои щупальца, черной блестящей кляксой раскидав их по камням пола, и стремительно скользнул по направлению к выходу. Девран только выругался, на миг опешив. Но потом информация о том, что Иннар в опасности сдернула его с кресла.        Правда, когда они оказались на месте все было закончено. Эртаис еще стоял, воинственно приподняв передние щупальца, закрывая собой бессознательного мальчишку и серебристого, израненного хшира, готовый в любой момент полить и так медленно стекающую по костям плоть порцией кислоты, но живых нападающих больше не было.        — Эрт, ты поаккуратнее мог? — Синвар брезгливо скривил губы, смотря на выжженный полукруг земли, покрывающейся корочкой, на котором медленно растворялись в кислоте кости нападавших. — Это все же сад Деврана…        Эртаис, резко повернувшись, плюнул в сторону Синвара кислотой, которая стекла по мгновенно выставленному энергетическому щиту. А потом медленно опустился на все щупальца, словно свернувшись спиралью, вновь стоя на двух ногах. Невысокий, стройный, и такой беззащитный на первый взгляд. Аллериан тут же поспешил к Эртаису, снимая с себя накидку, чтобы накрыть обнаженное тело своего ниррэ, но Эрт его остановил:        — Не нужно пока. Все равно разъест. Лучше помогите им.        Но Девран уже и без упоминания, подхватил сына на руки. Синвар сомневался. А потом подошел к хширу, перекинув его вялую тушку через плечо, и понес к дому.        — С тобой точно все в порядке? — Аллериан остался рядом с Эртаисом.        — Да, — Эрт улыбнулся одними губами. — Но мне жаль, что я не выяснил, что это было, и кто это был. И главное — чем они воспользовались, что Тайшелл мгновенно отключился. У нас слишком высока система самозащиты, чтобы так попасться…        — А у нас — достаточно совершенное оружие, чтобы справиться с любым агрессором… — Лериан поглядывал на Эртаиса, идущего рядом. — Но уверен, что без миори императорской крови — здесь не обошлось.        — Кто-то остался еще кроме вас? — Эрт нахмурился.        — Если говорить за тех, кто уже был на троне и правил, то нет. А вот тех, кто обладает такой же силой, как мы, но не удостоился права стать императором — достаточно.        — А куда вы деваете императоров, закончивших свое правление? — Эрт, едва они вошли в дом, сразу же направился в ванную комнату. Аллериан, не желая прерывать разговор, последовал за ним.        — Мы никуда не деваем. Просто после нескольких сотен лет сидения на троне и решения всех вопросов, связанных с безопасностью миори так и хочется куда-нибудь исчезнуть, чтобы жить только ради себя… Вот и уходят вдаль. В космос. Лично я не знаю ни единого, кто бы возжелал заново занять место правителя. И, как только окончится мой срок, как только мое место займет наследник, стоящий звания старшего императора, я с радостью избавлюсь от камня силы, вживленного в корону… А может быть, и от самой короны избавлюсь… возьму любой корабль, которым мне будет по силам управлять в одиночестве, и улечу.        — А есть те, кто желает и дальше вмешиваться в дела империи?        — Синвар. Он — первый император. И считает себя ответственным за всех тех, кто оказался на троне после него. Но Син никогда не сделает ничего против тех, кого считает частью своего рода. Ведь для него все мы, ставшие императорами — словно его собственные отпрыски. Он никогда не допустит на трон того, кто недостоин правления.        — Но и отвечать за тех, кто покинул систему, он не может. Так?.. — Эртаис нежился под прохладными струями, с благодарностью кивнув Лериану, когда тот протянул ему широкое полотенце. — А значит, и знать о тех, кто может не из системы пытаться влиять на вашу систему правления тоже не может.        — Я думал об этом… — Лериан задумался. — Но просто не представляю, зачем покидать пост императора для этого? Для того чтобы разрушить систему и переделать ее под себя?        — Ну, я думаю, нелегко продвигать собственные идеи под неусыпным оком Синвара… или я неправ?        — Если эти идеи не смертоубийственные, то никто не будет их запрещать. Но чтобы не делать таких глупостей — мы все проходим обучение. Ментальное. И в своем разуме строим любые вариации будущего правления.        — А если кто не верит в то, что видит?.. — Эртаис устроился на кровати, взяв в руки щетку для волос, но Аллериан мягко отобрал ее, решив самостоятельно расчесать черный шелк волос своего трансгена.        — Не доверять опыту тысячелетий слишком рискованно. Да я и не вижу в этом смысла. Всегда можно, при желании, оказаться на другой планете и применить свой вариант правления… чтобы увидеть результат.        — Но это не планеты миори?        — Скорее, это планеты низших миори. У нас далеко не вся так гладко в управлении, как тебе кажется. И приходится ссылать иногда целые семьи, устанавливая за местами их пребывания тотальный контроль. Ведь никому не хочется, чтобы свершился переворот…        — Уверен, что никому?        — Ну… мне больше хочется верить в то, что система нашего управления достаточно гуманна и свободна, чтобы все были счастливы.        — Я, конечно, человек лишь наполовину… — Эртаис млел от прикосновения рук императора к своим волосам, ощущая, что с большим бы удовольствием предался неге ласковых прикосновений, чем беседе. Но кое-что нельзя было откладывать на потом. — Но нас учили люди. И им ваша система правления кажется не только глупой, но и опасной. Потому что любое решение принимается большинством голосом, и всегда должно быть обговорено со Старшим императором. И если его мнение иное, чем у предлагающего свой ход императора, то оно не исполняется.        — Но это же глупо! — Лериан улыбнулся. — Нет, мы никогда так не поступали. У каждого есть свое поле деятельности. И предпринимая какой-то шаг, император просто ставит в известность своих братьев. Не объясняя и не продвигая свое решение.        — А если ему кажется, что чья-то область влияния нуждается в его вмешательстве?        — Тогда он может посоветовать брату, как, по его мнению, нужно поступить.        — Но взять и сделать не может, так?        — Может. Для этого есть временная преемственность власти. Например, во время войны, если таковая будет, я сразу же передам правление Деврану. А если нужны будут переговоры — с этим никто бы не справился лучше, чем Илан. Нас специально отбирают и обучают так, чтобы мы как можно больше охватывали своими умениями и знаниями. Ведь гораздо легче, если в какой-то сфере разбирается сам император, чем его подчиненные…        — Но почему-то именно ты обучаешь молодых миори, которые у тебя в гареме.        — Отнюдь… Я всего лишь хороший менталист, который их отбирает, умея каждому заглянуть в душу. А уже обучают их всему, к чему они способны мои лучшие наставники.        — Но их система защиты…        — Это целиком заслуга Синвара. Высших миори не так уж и просто заставить обучаться боевому искусству, а тех, кому судьбой уготовано быть рабом, с радостью принимают возможность быть свободным и уметь то, что им преподают. Моя гвардия вся состоит из моих бывших учеников, преданных Империи и императору настолько, что не пожалеют ни сил ни жизни, для защиты меня и братьев от внешней угрозы.        — Ты хороший политик…        — Нет, — Аллериан улыбнулся. — Я всего лишь хороший менталист, который точно знает, что нужно его системе.        — А значит, ты, если я предложу тебе некие действия, пообещаешь, что обдумаешь их сам, не включая в обсуждение Деврана и Синвара, так?        — Эрт, — Аллериан отложил щетку, повернув Эртаиса к себе так, чтобы видеть его лицо. — Может быть, ты скажешь мне, что задумал?        — Вас пытаются убить. Всех, кто из рода имперской крови. Всех, из рода Синвара. Почему бы не помочь им это сделать? Заставить увидеть, что их планы оправдались. Что императорский род ослаб настолько, что свергнуть последних легче, чем может показаться. Ведь всё, что нам нужно сделать — это внушить тем, кто действует против вас, что их действия принесли успех, и что императоры ослабли настолько, что лишить их трона легче, чем отобрать конфетку у малого ребенка? Ведь, для того, чтобы убить змею, ее надо лишить головы, а не хвоста…        — Думаешь?..        — Я изучал биологию человеческих планет…        — Нет, я о том, что следует уверить миори, которые идут против нас в том, что мы настолько ослабли, что нас проще сместить и убить, чем доверять нам дальнейшее правление? Но как?.. Даже Синвар не обладает такой силой внушения, чтобы ему повиновались…        — Не просто повиновались, а считали бы, что действуют самостоятельно. А это куда как сложнее. Мне одному, конечно, не справиться. Но с твоей помощью я смогу создать достаточно объемную иллюзию вашей слабости и невозможности противостоять. И мы увидим тех, кто стоит во главе заговора. Но на это время вам всем нужно будет покинуть Эхмину. Да и нам с Тайшеллом тоже. А тех, кто тебе предан — поставь во главе переворота… Пусть они действуют от себя. Тогда и не останется сомнений в том, что вы сбежали, а не оказались заложниками собственного бессилия. Создать полную генетическую копию тел — не составит труда… Если, конечно, у вас есть те, кто достоин смертной казни, но приговор еще не был приведен в исполнение…        — Слишком уж необычная для миори, многоходовая позиция… — Аллериан задумался. — Но как мы вернемся?        — Лер… — Эртаис рассмеялся. — У вас есть мы, трансгены. Пять машин для убийства, которые будут действовать во благо империи.        — Хотелось бы верить… — Аллериан задумался. — Ты до сих пор так и не вычислил того, кто вас сделал, и на что вас запрограммировали. Что если вторичные настройки, о которых ты говорил, перекроют первичные: нашу защиту? Что если вы созданы не для того, чтобы сохранить нам жизнь, а чтобы убить?        — Ни один зверь никогда не убьет собственного детеныша… — Эртаис осторожно положил ладонь, поверх руки Аллериана. — А для меня ты теперь таким и являешься. И ничто и никогда не вымоет из моей крови заботу и любовь, которые я испытываю к тебе. Думаю, Тайшелл то же самое испытывает к Иннару. А раз так, то ни за что не даст погибнуть Деврану. Так же, как никогда не пойдет против Синвара.        — А ваш брат?        — Арсаниш никогда не пойдет против нас, своих братьев. А причинить зло вам — это навредить нам, тем, кто для него семья.        — А то, что ты говорил за сестер?        — Они — оружие. Но не в чужих, а в наших руках. Никогда, ни один из нас не пойдет против другого. Уж не знаю, что там перемудрили, когда нас создавали, но мы слишком сильно ценим жизнь друг друга, чтобы причинить вред. К тому же, как ты понял, мы не безвольны. У нас есть собственные желания и цели. И то, что мы стали частью вас, частью Императорской семьи — значит очень многое. Те, кто хоть что-то знает о сути трансгенов, никогда не поднимут на вас руку. Но я больше чем уверен, что тот, кто создал нас, имел прямо противоположную цель тем, кто потом накладывал поверхностные настройки. А наш создатель очень заботился о том, чтобы с вами никогда и ничего не случилось плохого.

***

Тайшелл        Девран стоял у окна, смотря в глубину парка.        В голове как-то до сих пор еще не могло уложиться то, что на Иннара вновь совершено покушение. И теперь уже не в городе, не где-то в пределах дворца, а на его территории. Защищенной, как он думал, настолько, что даже бродячий хьет не проскочит. И все же…        Если бы не Тай, прогуливающийся с Иннаром, если бы не Эрт…        Лорда ан Тонгари передернуло. Несмотря на то, что знание о том, кто такой Эртаис и отложились в глубине разума, готов он к этому не был. А увидеть ширрана так близко… Это было немного выше его подготовки. И, если бы не тревога за сына, паника могла бы оказать плохую услугу. Благодарение всем звездам, неожиданность от увиденного парализовала его разум настолько, что вытащить оружие не додумался.        О ширранах Девран знал не так уж и много. Точнее только то, что существуют такие создания, что они беспредельно опасны любому существу, повстречавшемуся на их пути, и мстительны до невозможности. О внешнем их облике Лорд знал не больше. Только то, что ширраны великолепно ассимилировались с людьми, предпочитая вести с ними свои дела, да о том, что трансформа для них — это едва ли не генетически постоянная составная.        Сейчас же, пришлось увидеть то, что называют «истинной формой» этих странных земноводных. И хотелось самого себя отчитать за испуг. Ведь ни Лериан, ни Синвар не ощутили того предательского оцепенения, с которым столкнулся он. Но вид существа был… если не омерзителен, то уж устрашающ это точно: массивные щупальца, раскинувшиеся на три метра в диаметре, странная маслянистая окраска темного тела, перевитого отростками разной длины, словно жилами, и развивающиеся верхние стрекала, готовые ударить в любой момент…        Ощущение присутствия за спиной заставило Деврана обернуться, чтобы наткнуться взглядом на такого же задумчивого Синвара.        — Непривычно? — Син, отметив внимание родственника, повернулся. — Не думал, что могут создать… такое?        — Скорее, обескуражен, — Девран постарался привести нервы в порядок. — Что можешь сказать о здоровье моего сына?        — Мальчики спят, — Синвар коротко улыбнулся. — Притом, не выпуская друг друга из объятий. Не странно ли?..        — Если это связь двух ниррэ, то я не вижу здесь ничего странного, — Девран нахмурился. — Гораздо более странно для меня то, что возникает не дуальный союз, а триада…        — Хширы по своей сути — полигамны, и их семьи составляют в большинстве своем трио из одной мужской и двух женских особей. Возможно, именно это и создало такой конгломерат. Мне вот только интересно, какую роль в этом играю я…        — Роль женской особи тебе точно не светит, — Девран сухо усмехнулся. — Интересно, как можно было соединить гены так…        Синвар легонько сжал плечо Деврана.        — Тебя это сейчас беспокоит больше всего, мой мальчик? Как умудрились люди создать на своей генетической платформе все то, что они создали?        — Скажу так: меня этот разговор немного отвлечет от насущных проблем и даст сосредоточиться, — ан Тонгари пригласил Первого Императора последовать за собой.        Уже выходя из покоев сына, он последний раз взглянул на пару, уютно устроившуюся на кровати. Тайшелл и Иннар спали в обнимку друг с другом, причем Тай, словно стараясь защитить своего ниррэ, обнял его, прижимая, и даже немного подминая под себя.        Синвар, Первый Лорд Эхмины, прошел в малый зал, остановившись у бара.        — Думаю, тебе стоит немного расслабиться, после пережитого. И принять все, как есть… — задумчиво произнес он, набирая комбинацию символов на панели. — Твой сын теперь вряд ли будет продолжателем рода, если только не согласится на обычное использование своего генетического материала. Тайшелл не настолько ревнив, конечно, чтобы держать его вдали от женщин… Но не думаю, что Иннару придет в голову идея изменить тому, кто так с ним близок.        — А тебе?        — Мне?.. — закончив заказ, Синвар прошел к креслу, на котором сидел Девран. — Мне, я думаю, вполне хватит на данный момент этого сумасбродного чешуйчатого котенка. Сам знаешь, я не однолюб, но предпочитаю стабильные связи. А стать, в будущем, частью твоей семьи, будучи парой твоего сына — вполне пристойно для такого как я.        — И очень выгодно для него, как для будущего императора, — не остался в долгу Девран.        — Если его кровь будет достаточно сильна для этого, — окончил Синвар, наконец, опустившись в кресло напротив. — Что ж, ты хотел кое-что услышать о генной модификации?        — Даже сам не знаю… у меня возникает стойкое впечатление, что люди, словно безумцы, используют своих соотечественников, как расходный материал, — ан Тонгари задумался. — Сначала я как-то не предавал значение тому, что нам их посылают в таком количестве… Бедные планеты не могут себе позволить содержать такое количество ртов. Потом я узнал о том, что у них союз еще с некоторыми расами… И везде, заметь, все вполне добровольно.        — Нет, — Синвар подождал, пока слуга, привезший столик с закусками и прохладительными напитками, не уйдет. — Добровольно только начало. Когда люди соглашаются на подобные эксперименты, их никто не предупреждает о последующих изменениях в организме, о возможности окончить свою жизнь в любой момент, из-за любой ошибки, и что, в конце концов, все-таки получится. Изначально вопросы генетики людей, не касались нас, миори. Это было их сугубо личное дело. Люди тогда проектировали идеальных солдат для своей армии. Но, вот когда этих солдат они послали к нам, с мыслью вырезать всех миори под корень, тогда уже пришлось вмешаться.        — Так уж и?..        — Девран, мальчик мой, — Синвар налил себе в пиалу опалесцирующий напиток. — Только не говори мне, что ты, представитель военной палаты Лордов, плохо изучал историю. Или ты предпочитаешь, чтобы я тебе напомнил некоторые моменты?        — Думаю, это не помешает, несмотря на мою отличную память, — пробормотал Девран, выбирая себе такой же напиток, как и учитель. — Некоторые вопросы, особенно касаемо человеческих миров, обошли меня стороной.        — Ну что ж… Тогда начну все по порядку. С того момента, как люди вошли в альянс, решив расселиться по планетам. Как ты знаешь, это произошло около двух с половиной тысяч лет назад, когда исчерпав свою родную планету, и планеты своей системы, разросшись, благодаря неуправляемому размножению, в несколько раз, они вырвались в космос за зону своей свободы. Что ранее, что сейчас, люди не воспринимаются мной иначе, чем рой опасных насекомых, которых и использовать-то никак нельзя, кроме как генный материал для опытов. Только это внушили не мы им, а они. Сами себе. При перенаселении стал вопрос о недостатке кислорода, пищи, и тогда вступили в свои права те, кто облегчал людям ассимиляцию на других планетах с климатом, отличным от изначального. Так появились несколько видов людей. Это были первые опыты работы с генным материалом, и изменения там были минимальны. Дальше — больше. Осознав, что годятся для альянса миров, как «мясо», они начали поставлять своих солдат и исследователей в такие миры, куда не было хода более высоким расам. Да, не спорю, им хорошо платили за каждую голову, но что такое деньги, если взамен ты получаешь не просто безропотного раба, а того, кто все силы отдаст, готовый выслужиться. И слово этому выслуживанию они придумали гордое — «долг». Это уже позже, когда прошла первая волна страха, и люди поняли, что могут взять то, что им потребуется силой, а не покорностью, начались войны на истребление. А до этого…        — До этого, я знаю. Люди были самой дешевой рабочей силой по всей галактике, куда только могли добраться на своих плохоньких звездолетах. Это потом уже пошел обмен информацией и ценными сведениями…        — Верно. Как и первыми оптовыми закупками человеческого материала. Принижение себя в своих же глазах, сыграло с ними интересную шутку. Сейчас нет ни единой населенной планеты, где бы не находились люди. Только наши миры держались до какого-то времени неприкосновенными.        — До первой межмировой.        — Скорее, до первого жесткого и холодного отказа в альянсе императора того времени, если ты, конечно, помнишь. Аггерди был слишком прямолинеен и не умел вести военные переговоры, что и вылилось в затяжной конфликт между мирами. И что интересно, люди смогли к тому времени найти себе не только сторонников, но и защитников, и на нашу Империю пал первый удар. Я родился уже гораздо позже начального конфликта и даже не застал распада империи. Помню только отголоски былого величия. Что странно, люди прекрасно понимали, что уничтожать нас на наших же планетах — просто бесполезно. Поэтому занялись исходящими грузами, нарушениями договоров, полной изоляцией нашего народа от всего остального альянса. Я даже не уверен в том, что этим всем управлял человек. Слишком уж чист и ясен был замысел: лишение нас всяких привилегий и принижение статуса империи. Не стану говорить, как и каким образом я добился того, что трон перешел ко мне… Думаю, история об этом достаточно поэтично упоминает. Скажу только, что первый союз был заключен не здесь, и не на какой-либо из планет, а в космосе, где нашим расам пришлось столкнуться с неким чуждым разумом. Цетты. Из-за них и пришлось заключить перемирие, и даже позволить людям стать нашими соседями. Так мы и познакомились с генетическими экспериментами людей.        — Но позволь, Императорская кровь всегда несла в себе измененные гены…        — Отнюдь!.. — Синвар улыбнулся. — Раньше мы управлялись только с помощью камней силы, и почтенным возрастом считалось триста — триста пятьдесят прожитых лет. Этого было недостаточно. А с привнесением генной модификации от людей мы, императоры, смогли увеличить свой век практически до бесконечности. А точнее, я еще не знаю ни единого императора, который бы умер от старости. Мой тому пример. Но это и все, что мы смогли выиграть. Остальные изменения наш организм просто не принимал. А вот человеческий набор генов… — Синвар помолчал. — Человеческий набор генов… это нечто. Ранее я как-то задумывался, а есть ли предел возможностям человеческого организма? Есть ли предел всем тем мутациям, которые возможны?.. Я видел такие «работы», что и поверить сложно. Можно даже сказать, что если взять генную платформу человека, то на ее фоне можно усовершенствовать существо до полной противоположности. Уже мы сами, заразившись этим стремлением к новшеству, требовали себе генный материал в таких количествах, что сейчас все планеты миори наполовину заселены людьми. И притом, людьми, которые в той или иной степени несут в себе ген-код миори…        Молчание, повисшее на какое-то время, стало почти ощутимым. Девран все еще внимательно вслушивался в то, что может сказать Синвар, пока не заметил странное: у Первого Лорда дрожали руки.        — Син?.. Все в порядке?        — Что? — расфокусированный взгляд и бледность на красивом лице первого императора, сделавшего его кожу серой, казалась чем-то странным. — Ты ничего не ощущаешь? Давление извне…        — Нет, — Девран нахмурился. — А ты?        — Странное впечатление… Я никогда не зависел от своих желаний… — Синвар отставил пиалу, смотря на свои руки. — А сейчас… А что тебе больше всего хочется, Девран?        — Чтобы мой сын, наконец, перестал страдать от попыток неизвестных покончить с ним, — ан Тонгари буквально перекосило от ярости. — А если точнее, я хочу, чтобы того, кто это все затеял, размазало тонким слоем.        — Отлично, — Синвар хохотнул, передернув плечами. — Хоть с тобой проблем не будет, — и тут же резко поднялся с кресла. — Сиди здесь. А я кое-что проверю.        — Учитель?.. — Девран буквально похолодел. — Ты думаешь, что это — ментальная атака?        — Которая задела бы меня? Ну, уж нет… Есть только один достаточно сильный менталист, который сможет коснуться моего разума. А так, чтобы задеть его и вызвать потаенное желание… На это способны только двое. И оба сейчас находятся в твоем доме. Несносные мальчишки!        — Я могу…        — Нет! — Синвар поднял руку, запрещая Деврану двигаться с места. — Хотя… раз твое желание настолько… безобидно… то возможно и можешь последовать за мной. Где комната, в которой остановился Лериан?        — В правом крыле. Это его постоянные апартаменты, — Девран поднялся с места. — Ты можешь мне объяснить, что происходит?        — Только после того, как увижу Старшего императора, — Синвар дернул плечами. Идем.        Спорить с Первым Лордом Империи смысла не было. Девран и сам удивился, как ранее глухая ярость к противникам собственной семьи — стала внезапно яркой и жгущей изнутри. Но соотнести это с Лерианом никак не мог. И, только войдя в покои, вслед за Синваром, который был всегда вхож в покои каждого из своих воспитанников, охнул, увидев то, чего просто не ожидал: Лериан, обнаженный, лежал на кровати, опутанный щупальцами и стрекалами ширрана, и не подавал признаков жизни.        — Великие звезды… — Девран даже отступил на шаг, собирая всю волю в кулак, давая своему разуму какие-то доли секунды на решение дилеммы.        — Спокойно, мальчик мой, никто никого не убил, — Синвар вовремя заметил состояние мужчины. — Это единство разума. Но, вот на что они его пустили… Вот за это стоило бы их и покарать…        — Я могу узнать, в чем дело?        — Можешь… — Синвар осторожно приблизился, словно невзначай, коснувшись камня силы в браслете, активировав его на полную мощь. — Твой братец, являясь прекрасным менталистом, оказался столь же неискушен в знаниях истории, как и ты. И сейчас, поддавшись на уговоры второго, такого же прекрасного менталиста, бредет тропами собственного сознания, активируя одну из запретных линий… А точнее, линию потаенного желания.        — О чем ты?..        — О чем?.. — Синвар повернулся к праправнуку всем телом. — Если точнее, то сейчас, от этого дома и далее, по всей планете… А возможно и не только планете, распространяется волевой импульс, несущий в себе одну цель: вызвать в любом представителе нашего рода те желания, которые являются самыми сильными, и запрятанными глубоко в подсознание… Если, конечно, их не перебивает какое-то малое желание, сильное на сей момент. Можно сказать, что тебе повезло, что твое выражается сейчас в защите собственного сына. Но не у всех они такие… хм, мирные… у тебя парализатор, или боевое?        — Я не ношу в доме боевое оружие, — Девран, уже понимая, что хочет сделать Синвар, поставил заряд на минимум, но все же, прежде чем отдать, поинтересовался: — Это их в кому не вгонит?        — Боюсь, мой мальчик, что я не знаю ответа. Но если в данный момент не прекращу воздействия… — два заряда подряд ушли в Эртаиса и Лериана. — То не думаю, что мы сможем выбраться с планеты живыми. Если это не вгонит нашу пару в кому, то через полчаса они, мучимые раскаянием, предстанут перед нами.        — Что ж, я буду надеяться на это, — Девран вложил парализатор в кобуру. — Ну, а насчет того, чтобы покинуть планету — у меня есть на чем и как. Знаешь ли, я привык, временами, срываться, и улетать по делам. Поэтому, яхта всегда готова к отлету.        — И ты умеешь ею управлять сам? — иронично добавил Синвар.        — В пределах малых скоростей — вполне. Вот только четыре бесчувственных тела…        — В твоем доме нет гравитационных носилок?        — Это не лечебница, — ан Тонгари ощутил себя в своей колее. Быстрые решения, связанные с эвакуацией, ему были знакомы. — Думаю, мы сами управимся.        — Думаю, я и сам смогу все сделать. Забирай Иннара, и бегом на яхту. Я хочу, чтобы твой сын находился под твоим личным присмотром всё то время, пока мы не взлетим.        — Благодарю, Первый.        Девран отрывисто кивнул, и поспешил к покоям сына. Правда, подумав, не стал оставлять без присмотра и Тайшелла, взвалив обоих на плечи, и с таким грузом поспешив в ангар. Благо, все давно было переведено на полную автоматику, и не требовало присутствия слуг. Да и сейчас их отсутствие говорило только о том, что никому из них лично от Лорда ничего не требуется. И то хорошо. Как Девран понял, потаенное желание — может быть совершенно любым, а значит — вмещать в себя негатив или позитив по отношению к своему господину.        Открытие шлюза затребовало некоторых усилий, но Девран с этим справился, краем глаза отметив, как ко входу в ангар подходит Синвар, сгибаясь под тяжестью ширрана. Почему-то даже спрашивать не хотелось, почему он выбрал трансгена, вместо своего ученика. Скорее всего, прагматично посчитал, что Эрт будет полезнее, но знать этого не хотел. Лериан был близок не только как часть семьи, или как брат. Девран себя поймал на том, что даже жизни не представляет, если где-то рядом, под боком, нет любимого и дорогого брата. И пусть не родного по крови, но родного по духу.        Устроив сына в каюте, Лорд прошел к пульту управления, готовый тут же задраить шлюз, и отправиться в космос, как только Первый Лорд со Старшим императором появится на борту.        Почему Синвару так было необходимо улететь с планеты — Девран догадывался, но не хотел озвучивать. Слишком уж нереальна была проблема восстания всех миори против своих императоров. Но, кажется именно этого и опасался Первый Лорд.        — Итак?.. — Синвар вошел в рубку. — Когда взлет?        — Как только разберусь, — буркнул ан Тонгари. — Не соизволишь ли мне объяснить, почему мы удираем с планеты, как какие-то разбойники?        — Соизволю, — Синвар кивнул собственным размышлениям. — Как ты думаешь, сколько миори желают прекращения правления нашего рода? Или ты уверен, что все настолько смиренны?        — Наш род всегда служил на благо империи, — сухо ответил Девран.        — Но не на благо отдельным семьям. Что тоже стоит помнить. А каждая ошибка — нам во вред. Или ты считаешь, что род ни Лорме простил нам своего сына?        — Эрравеш зарвался, Син, — Девран, наконец, был готов поднять яхту. — Тронуть ниррэ самого Старшего…        — Эрравеш просто всегда исполнял свои желания, не считаясь ни с чем… — тяжело вздохнул Синвар. — Но ты и подумать не можешь, что такое сотни подобных Эрравешу, а я видел собственными глазами. Было время.        — Аггерди? — Девран не спускал взгляда с панели управления.        — А точнее, кристалл подчинения, который он носил в короне, вместо камня силы. И, если о нем еще кто-то помнит, если кому-то захочется им завладеть, и найдутся те, кто его достанет из сокровищницы… Думаю, что не только империи, а и всему альянсу конец… Потому что, тот, кто его найдет, вряд ли станет сдерживать силу кристалла, уравновешивая его только для империи, — Синвар вздохнул. — Порой, я действительно сожалею, что стал основателем нового рода.        — И почему?        Синвар замер, обернувшись к входу, увидев Аллериана, обвернувшегося в простыню.        — А потому, мой дорогой мальчик, что я не вникал в силу этого кристалла. И не могу его подчинить своей воле. А теперь, я хочу услышать, зачем вы затеяли все это.        — Именно затем, чтобы вы сделали это, — Лериан зевнул, слегка повернув голову, когда сзади его обнял Эртаис. — Чтобы покинуть планету. Сейчас моя гвардия ищет всех тех, кто хотел нашей гибели.        — Твоя гвардия? — слишком мягкий голос Синвара предвещал беду. — Это которые?.. Те, кого ты учил? Думаешь, они не поддались…        — Син, потому мы и были в связке, что Эрт слал волю потаенного желания, а я сдерживал ее, направленную на тех, кто должен был меня защищать. Ранее все было обговорено. По сети. Я знал, что собирается сделать Эрт. Мы договорились.        — И за кристалл тоже?        — Я не знал о нем.        — Что ж, теперь знаешь. Как и о том, что любой, в ком есть императорская кровь, присвоивший его себе — способен взойти на трон. Поздравляю, мальчик мой. Теперь мы все — изгнанники.        — Так ли все плохо, Син? — Лериан тревожно смотрел на Первого императора, и уверенность в собственной правоте исчезала. — И… не вернуть трон?        — Если хоть в ком-то есть память о том, где кристалл, нет.        — Жаль империю, — Лериан вздохнул. — Опять наш мир будет лихорадить в перестановках и войнах.        — Только мир?.. — Синвар говорил все так же мягко. — Не статус… Не трон, а мир?        — Да, Син. Именно мир, — Лериан смотрел твердо и в упор. — Ты забыл, что создавал из нас. Сильные и бесчувственные машины, для развития мира. Не тех, кому это нужно, не для того, чтобы каждый, в котором есть любовь к власти, испытал себя, а чтобы сохранить тот мир, который придумал ты. Но твой мир устарел. И как мы, последнее поколение, ни пытались доказать тебе, что твои правила и законы правления уже отошли в прошлое, ты требовал их неукоснительного исполнения. На планете осталось около трех тысяч моих гвардейцев, готовых уничтожить все, что помешает им исполнить долг. Можешь сразу прибавить их смерти на свой счет. Потому что они будут хранить этот трон для нас, для тех, кто никогда более не взойдет на него. Я прав, Девран?        — Я сожалею только об одном, — Девран не смотрел в глаза Лериану. — О том, что так и не сказал, что среди твоих парней, находится тот, кто мне дорог. И что ты послал его, как и остальных на смерть.        — Нет, брат, — Лериан позволил себе улыбку. — Я давно знал, кто пленил твое сердце. И этот миори сейчас находится вдали от городов. Он строил свой дом, далеко в горах, но я никогда не говорил тебе об этом, желая сделать приятный подарок. Что ж, сейчас — он более чем приятен. Твой Ниссари жив.        — Уверен?.. — Девран позволил себе поднять голову.        — Более чем. Ниррэ моего брата уже пустил струну связи в моем сердце. И, если она оборвется, я почувствую это так же, как и ты. Синвар, учитель, — Лериан отвесил легкий поклон. — Если на то есть твое желание, я хотел бы выслушать про кристалл повиновения. Но, желательно, уже за столом. Последние происшествия нагнали аппетит.

***

Эртаис        — Я так понимаю, вы оба готовы к диалогу? — Синвар одним взглядом сумел выказать свое недовольство, заставив Лериана потупиться, а Эртаиса — покрепче обхватить своего ниррэ за плечи.        — Син, хватит шуток, — Лериан поежился. — Я знаю, что этот поступок был спонтанным, и лучше было бы сразу спросить тебя о его актуальности.        — Уж не помешало бы… Надеюсь, у тебя есть какие-то планы по эвакуации? Потому что далеко на этом корыте мы не улетим.        — Что ж, с этим я как раз поработал наиболее серьезно. На орбите находится малый императорский линкор, на котором все, начиная от командира и заканчивая техниками — мои мальчишки, прошедшие обучение.        — Как мило, — в голосе Синвара было столько язвительности, что Лериан еще ниже опустил голову, прежде чем, собравшись с силами, посмотреть в глаза Первому императору.        — Когда Эртаис объяснил мне, что собирается сделать я провел минимальный расчет всех событий и понял, что это — единственное, что может помочь…        —…быстро и качественно лишиться трона, — перебил его Синвар. — А так же, устроить гражданскую войну на поверхности, убить несколько сотен или даже тысяч соотечественников, поднять бунт в закрытых зонах, и повернуть собственный флот раструбами оружия к Эхмине. Ты это хотел сказать?.. Или ты настолько зациклился на мысли уничтожения нашего правления, что обо всем другом не мог и думать? Я удивляюсь тебе, Лер. Ведь не зря же я предложил тебе быть Старшим. И мне казалось, что ты серьезно и ответственно отнесешься к посту… Однако вышло совсем иное. Оказывается, кроме ближайшего, того, что делается у тебя под носом, ты не разглядел ничего. Я уже не говорю о том, получи кто-то из тех, кто остался на поверхности, кристалл подчинения. За всю свою жизнь я так и не нашел никакого противодействия ему. Даже для нашей семьи.        — И почему же уважаемый Синвар так уверен в том, что этот кристалл будет найден? — ласково проворковал Эртаис, выглянув из-за плеча старшего императора.        — Да потому, что он хранился в сокровищнице дворца. И есть достаточно трактатов, написанных о его свойствах и даже правилах обращения. Я сам изучал его долгие и долгие годы, прежде чем осознать, что всех моих сил не хватит на то, чтобы обеспечить себе защиту от его воздействия.        — И почему его не уничтожили?        — Потому что во времена смуты, императоры иногда пользовались им, для подавления особо серьезных восстаний.        — Это когда такое было? — Лериан нахмурился.        — Ну… примерно сто двадцать восемь лет назад. Ты не знал.        — Вот как? А чего еще я не знал?        — Достаточно, как я вижу, — Синвар хмуро окинул взгляда своего праправнука. — Только кристалл как раз относится к таким атрибутам, о которых должен знать только кто-то один. И я не собирался раскрывать его секрета. Потому что кое-что должно оставаться легендой и мифом, чтобы не ожить никогда.        — Но с чего-то же, ты уверен, что кто-то кроме тебя сможет им воспользоваться? — Лериан нахмурился. — Твой страх обоснован?        — Вполне. Проникнуть в разум к жрецам, как ты знаешь, не хватает умения ни у одного миори. Они защищают себя чем-то…        — Забавно… Еще одна деталь, о которой я, император, ничего не знал. И меня начинает напрягать столь однобокое образование, которое ты мне дал. Ты уверен, что я имею права принимать решения притом, что оказывается, о власти я ничего не знаю?        Синвар не ответил. Вместо этого он прошел в кают-компанию, знаком попросив Эртаиса помочь, и принялся за приготовление обеда. И, только когда стол был накрыт, Син прервал паузу:        — Знаешь… я обучил тебя неплохо. Во всяком случае, этого достаточно, чтобы управлять своим народом. Ведь к тебе не было никаких запредельных требований. К тому же — сам находился и нахожусь на страже всех истоков.        — Из сказанного тобой, Син, напрашивается один вопрос. А что еще есть такого, о чем мы по твоей воле не знаем и не можем учитывать как обстоятельство, могущее разрушить все ранее выстроенные расчеты? — Лериан не спешил есть.        — Если, мой мальчик, говорить твоим языком, то даже трансгены, которые сейчас находятся рядом с нами, способны стать тем обстоятельством, из-за которого империя миори будет разрушена, — Синвар нахмурился. — Все, что не учтено, а может быть даже и то, что учтено. Взять, например, семьи, вошедшие когда-то в императорский род, имеющие наследников, что готовы или желают взойти на трон, но сила которых не столь велика, чтобы я позволил им править. Просто если нам противостоит кто-то из нашего рода, а что удивительно, я еще не знаю, кто именно. То нам сейчас бесполезно дергаться. Поверь. И каждое действие только приближает развязку. Но знай, я совсем не хочу, чтобы она была плачевной. А именно из-за таких вот выходок, одну из которых вы сотворили с Эртом, все шаткое благополучие может разлететься прахом. Ведь откуда-то взялись те, кто пытается уничтожить Иннара, прямого наследника на трон. Да-да, мальчик мой, Инн — настолько силен, что займет свое место в тройке следующих императоров, если конечно — доживет до того времени.        — Значит, Иннар следующий старший? Видимо кому-то это стало известно, — задумчиво пробормотал Лериан. — Но о нем и трансгенах чуть позднее, ибо парни требуют отдельного большого разговора. Сейчас речь о защите разума жрецов и камне. Как ты думаешь, это никаким образом не связано?        — Не думаю… — Синвар отпил глоток освежающего напитка. — Кристалл власти никогда им не принадлежал. И, скорее всего, среди камней силы есть еще несколько разновидностей. Но, какие именно, я так и не смог понять. И встречаются они достаточно редко, чтобы можно было просто получить такой камень среди добытых… Ну, а насчет того, что Иннар старший — это мы еще увидим. У меня есть на примете еще две семьи, чьи потомки могут оказаться достойными взойти на трон. Естественно, я сам этим заниматься не буду, выбор принадлежит только правящим императорам. Разве что посоветовать могу. Но пока еще слишком рано говорить о том, что будет. Ведь еще минимум как лет сто — вам предстоит править… Если конечно, после сегодняшнего от империи останется хоть что-то.        — Понятно, наследники есть, и это успокаивает. Осталось всего ничего — суметь оставить им достойное наследство. И это приводит нас обратно к камню. Чем нам грозит его утеря или обладание им нашими противниками?        — Если говорить серьезно, то кристалл власти — это единственное и непреодолимое препятствие, перед которым невозможно устоять ни единому миори. Если разобраться, как им пользоваться, то даже простой солдат сможет взойти на трон и все до единого, кто увидит его, услышит, будет присутствовать при встрече — станут ему покорны. Кристалл власти подавляет волю, если так можно сказать. Он лишает собственного мнения. Если обладающий кристаллом скажет тебе уничтожить себя, ты это сделаешь. И будешь рад тому, что тебе отдали такой приказ. Если скажут уничтожить мир, то ты последуешь приказу, несмотря на то, что на планете будет находиться твоя семья, ниррэ… Это страшная сила, если разобраться. Можно, конечно, и не отдавать приказов, просто носить при себе, и тогда каждый, кто увидит и услышит носящего этот кристалл, будет покорен мудростью и правильностью решений правителя. Бунтовать будет некому. К тому же, разовое действие длится порядка нескольких лет, постепенно снижаясь. А к тому времени, как действие закончится, все те, кто ощутил его силу, уже сами будут думать в том же направлении, что и носитель.        — То есть… он останавливает только миори? — вмешался Эртаис. — И повиновение закрепляется на уровне инстинктов?        — Именно, мальчик. Но не переживай. Ты, как часть расы миори, тоже подвержен его воздействию. Да и все люди, в которых есть хоть немного генома миори, подвержены. Только человек с совершенно чистым генетическим кодом может противостоять этому кристаллу. На других расах его действие не проверялось. К сожалению.        — Ну, хорошо… — Лериан откинулся на спинку стула. — И как нам этого избежать?..        — А никак. Кристалл был под запретом, никто и не посмел бы к нему приблизиться… Ведь ты сам, нося его при себе — отдал такой приказ всем. Надеюсь, ты помнишь формулировку?.. «И никто, кроме хранителя, не смеет приближаться к сокровищнице». А хранителем этого кристалла всегда был я. Правда, вы, вызвав силу потаенного желания, разрушили изначальный запрет. Можно сказать, что дали отмашку на противодействие все законам, когда-либо втолкованным с помощью кристалла.        — Да уж… — Лериан вздохнул, и Эртаис осторожно коснулся его руки, вызвав легкую улыбку. — Но… Ты говоришь, что я его носил при себе, но я сам только что узнал об этом. Это как?        — Ты был не осведомлен. Знаю, я поступил подло, но помнишь восстание? Где-то на тридцатом году твоего правления? Я его тогда использовал. Ты, как носитель его, и не ощутил ничего. Твои братья, за которых ты радел — тоже. Оставались только низшие и миори императорской крови, о которых ты не думал как о своей семье. Первый же раз я его использовал, сам взойдя на трон. Или думаешь, так легко сменить правящую династию?.. Но нам повезло. Мне и братьям. Мы вовремя нашли его. Буквально с инструкцией по использованию. А точнее, тогда за кристаллом власти, который был у прежнего императора, приглядывал человек. Нам не пришлось применять силу. Только ментальный контроль. И все стало известно. Спросишь, почему мы, а никто другой? Потому что на то время я единственный имел доступ к камням силы и был сильнейшим менталистом системы.        — Сколько, однако, интересного всплывает… — проворчал Девран.        — Вообще, месторождение камней силы было найдено нами случайно, — Синвар сделал вид, что ничего не слышал. — До этого они считались практически единичными. А мы с братьями сумели их добыть. И воспользоваться. Теперь все из рода высших щеголяют ими, сделав из ментального управления едва ли не игрушку.        — Значит нам стоит подумать о том, чтобы узнать, где камень и изолировать его от желающих воспользоваться в ненужных и даже опасных для нас целях, — подвел итог Эртаис.        — Да, я бы тоже этого хотел, — Синвар смотрел на Лериана и его ниррэ в упор. — Но после действий некоторых, спуск на планету может быть слишком рискован.        — Как думаешь, Синвар… — обратил Эрт на себя внимание. — Насколько велика моя сила, чтобы я мог противиться зову крови миори? Возможно ли, что я достаточно сильный менталист, чтобы суметь не только не покориться кристаллу, но и преодолеть его власть настолько, чтобы причинить вред тому, кто сейчас является его носителем?        — В тебе есть достаточно крови миори, — задумчиво произнес Синвар. — Но и менталист ты серьезный. Думаю, это будет стоить тебе хорошей нервотрепки и нескольких суток неприятностей, но ты справишься.        — Но во мне большая часть ширрана, — возразил Эрт. — Ширраны не используют волны вашей частоты, а точнее — мы не видим и не слышим так, как видите и слышите вы. Для меня ваши камни силы — слишком слабы. Было время, когда я противостоял достаточно сильному миори…        — Это кому же? — заинтересовался Син.        — Да в общем-то я и не знаю, я никогда его не видел. Все разы, когда шло обучение — он был скрыт от нас за матовым стеклом. И если я могу узнать его по ментальному запаху, то это единственная зацепка.        — Как ни крути, но сильные менталисты среди миори — это все-таки редкость… Скажи, а есть ли у кого-то из нас небольшое сходство с его запахом?        — Есть, — Эртаис кивнул в подтверждение своих слов. — У каждого из вас есть похожий оттенок. Отсюда я могу вывести только то, что это миори императорской крови.        — У кого большее сходство? — продолжил настойчиво допытываться Синвар. — А то есть у меня некоторые подозрения.        — У всех миори императорской крови, которых я видел, — спокойно объяснял Эрт. — Нет отличительной особенности. Или я ее тогда не заметил по малолетству. Но он был силен. Иначе — то, чему он нас обучал, не имело бы никакого значения. Встреться я здесь с тобой, с Лерианом… А так, я осознаю, что я нахожусь на достаточно высоком уровне, чтобы справиться с каждым из вас.        — Это может быть… — тут Синвар прервал свое размышление, заметив, что говорит вслух и на него обращены любопытные взгляды всех присутствующих. — Если это тот, о ком я думаю, то возникает вопрос: с какими целями и для чего именно вас создали. И чего этим добивались?        — К сожалению, я не могу дать целостного и полного ответа, для чего нас создали. Но, если брать во внимание, что нам привили слишком уж разностные знания, можно исходить из того, что создателей было двое. И один стремился сотворить из нас убийц, а второй — защитников.        — Осталось только узнать, у кого получилось лучше, — негромко и с печальной ноткой произнес Девран.        — Нам оставили свободу воли, Девран, — мягко произнес Эртаис. — Нас не делали рабами. Отсюда вывод: что все остается на наше личное усмотрение. А если взять ту привязанность, которую испытываю я, Тай и Арс, то думаю, что переборола защита.        — Всего лишь привязанность, Эрт? — поинтересовался все тот же настырный Синвар.        — Ты неправильно воспринимаешь это слово, Синвар, — в том же тоне ответил Эрт. — Привязанность — это связь по эмоциям, по крови, по желаниям. Если встанет вопрос, кого убить: себя или Лериана… Я выберу третье. Я буду охотиться за тем, кто пожелал ему смерти до тех пор, пока не найду. А сил моих хватит, поверь. Нас учили не принимать приказы, как единственное решение, а обдумывать их, и самим решать, как поступить. Пять лет над нами работали лучшие специалисты, а почему я думаю, что лучшие, да потому что теперь мы — сильнейшие из когда-либо созданных трансгенов.        — Самоуверенность, Эртаис. Вам сказали, что вы лучшие, и вы в это верите.        — Отнюдь. Тайшелл просто еще пока слишком мал, для того чтобы использовать свою силу. А вот Арс и я, мы вполне можем устроить местный апокалипсис не только для конкретно взятой планеты, а и для всех, кто когда-либо к ней приближался или жил на ее поверхности.        Девран хмуро переспросил:        — Извини, не совсем понял ответ на вопрос Синвара?        — Это просто, — Эртаис пожал плечами. — Каждый, хоть раз оказавшийся вблизи планеты, оставляет свой личный ментальный запах. А выбрать из памяти миори и людей имена и внешность тех, кто был рядом — легко. И отыскать их… Наверное, я сейчас объясню не совсем верно… Но узнать исходные данные о существе — то же самое, что получить конец нити, на втором конце которой находится тот человек.        Все находящиеся в кают-компании удивленно распахнули глаза в ответ на откровение Эрта, а Синвар нервно забарабанил пальцами по подлокотникам кресла, в котором сидел.        — Но мне так и не удалось понять, кто был тот миори… — тихо произнес Эрт. — То ли он глушил себя, то ли использовал какой-то кристалл. Но я уловил только общие нотки.        — Нам все больше хочется узнать о том, кто стал инициатором вашего создания. Кто бы он ни был, это довольно неординарная личность, — мягко произнес Синвар.        — Ищите императора, — слабо улыбнулся Лериан.        — В данный момент, у нас вопросов больше чем ответов на них, — проговорил устало Девран.        — Бывшего ли, действующего…        — Вопросов действительно становится все больше, — Синвар сидел погруженный в свои мысли. — Но главным остается пока этот: где твой обещанный корабль, Лер?        — Думаю, с этим вопросом лучше обратиться к Эртаису, — Лериан легонько сжал руку парня. — Справишься с яхтой?        — Я умею управлять судами, — такой же теплой улыбкой ответил Эртаис, отправившись в рубку.        — И откуда же в тебе столько умений? — не выдержал Синвар. — Неужели всему этому вас успели обучить?        — Син… — Эртаис обернулся у самого входа. — Ты даже не представляешь, сколько информации может усвоить мозг такого существа как я, если его держать на допинге, не давать спать и обучать каждую минуту в течение пяти лет.        — Боюсь даже представить, — устало произнес Девран. — потому что это очень большой объем. Особенно, если использовались методики, сходные с нашими. К тому же, если в гипносне…        — Гипносна бывает мало, — спокойно ответил Эрт на слова Деврана. — Но все дело в том, что в наш мозг знания передавались ВСЕ время непрерывным потоком. Даже когда мы занимались физическими упражнениями и совершенствованием своего тела, на нас были приборы для обучения.        — Кстати, а почему ты говоришь, что вас обучали пять лет? — внезапно поинтересовался Синвар. — До этого вас не трогали?        — Син… — Эртаис едва не рассмеялся. — Мы же трансгены… У нас период развития такой, как у нашей второй половины. Ширраны взрослеют на третьем году жизни, становясь полноценными особями, эксероны — на четвертом… И только у хширов самый большой период. Но думаю, что через два-три года Тайшелл станет по-настоящему сильным.        — Значит, ожидали, пока пробудится ото сна ваша вторая часть?        — Да, — Эрт кивнул. — Четырнадцать лет мы были всего лишь репликациями единого целого. Нам поддерживали тонус мышц, давали полноценное питание, но никто из нас не помнит того, что было. Мозг оставался совершенно чист. А потом нас вывели из этого состояния и начали обучать, — Эрт слегка вздрогнул. — Но если можно, то я пока не буду рассказывать, как именно нас обучали. Скажу только, что не пожелаю никому такой участи.        — Ты считаешь, что ученые, создавшие вас, поступили плохо? — спросил Синвар.        — Нет… не плохо. Но если бы они в нас видели мыслящих и разумных созданий, а не подчиненное оружие — было бы лучше.        — Но может быть, кто-то перекрыл им сознание так же, как и вам… Не позволяя видеть в оружии именно мыслящих существ, — осторожно продолжил допытываться Первый Император. — Ведь люди имеют склонность испытывать сострадание… А в вашем случае оно было бы губительно.        — Я хочу, чтобы ты эти слова повторил Арсу, когда вы увидитесь, — Эртаис хищно оскалился. — Отсутствие сострадания от людей чуть не сломало его! Потому что, заставив испытать любовь к существу, его лишили этой любви. Да в прочем… как и нас всех. Но я уже тогда был силен, а он еще нет.        — А Тай?        — Тайшелл так и не понял, что случилось, потому что я блокировал любые его эмоции, — твердо произнес Эрт. — Так же, как не ощутили этого наши сестры, которым я тоже ставил блоки.        — А не показалось тебе, что ты сослужил им плохую службу?.. Лишив возможности самостоятельно испытать все?..        — Синвар… — Эртаис из последних сил сдерживал себя. — Ты потерял братьев по духу. Ты потерял в той далекой войне тех, кого любил. Скажи, ты бы испытывал радость от того, что знал бы, что это всего лишь эксперимент, который проведен над тобой, чтобы сделать тебя сильнее? — Синвар побледнел. — Никого такие «эксперименты» не делают сильнее. Хочу, чтобы ты учитывал это. Прошу меня простить, но мне надо вывести яхту к точке встречи ее с линкором.        И поклонившись, Эртаис оставил императоров.        — Тебя он не напрягает? — Синвар посмотрел на Лериана. — Ведь он же… еще меньше человек, чем я предполагал.        — Я надеюсь, что со временем смирюсь с этим, и смогу принять Эртаиса полностью, всего. С его прошлым, настоящим и будущим.        — А если?..        — Я не хочу думать об этом «если», — коротко и спокойно оборвал Аллериан. — Потому что я его приму. Эрт не выживет, если ему придется покинуть меня. И я это уже понял. Надеюсь, и ты поймешь, и не будешь пытаться нас разлучить.        — Прошу вашего внимания! — внезапно раздавшийся из динамиков голос Эртаиса, оборвал минорную ноту разговора. — Малый линкор императорской семьи готов принять яхту на борт. Только что получено извещение о том, что корабль направляется к нам.        — Что? — Лериан тревожно вскинул голову. — Они должны были оставаться на месте! Этого…        — Лер, может быть, ты пройдешь в рубку и сам все расскажешь Эртаису? — Синвар усмехнулся. — Вряд ли он тебя слышит. Даже ментально.        — Предпочитаю, чтобы мы там собрались все, — и, первый поспешил к Эрту, чтобы уже на месте обсудить странное поведение линкора.        — Думаешь… это с Эхмины? — безразлично произнес Девран, проверив количество зарядов в парализаторе.        — Навряд ли. Нас ждали здесь, — Синвар разгладил невидимые взгляду складки на своей накидке и поднялся со стула. — Они не настолько глупы, чтобы думать, что мы сдадимся без боя. А вот мальчишки Лериана достаточно глупы, чтобы взять в заложники собственного благодетеля. И их не оправдает даже то, что они будут честными со своим императором.        — Я же без боя не сдамся… — задумчиво произнес Девран, следуя за Первым Лордом Империи. — А так не хочется оскорбить Лериана… И убивать его ребят не хочется… Посоветуешь, может, что?        — Только одно, — Синвар распахнул дверь в рубку, — держать лицо, не смотря ни на какие проблемы. Итак, господа, что у нас произошло на этот раз?..