Один год и одна неделя

      Вечер у них получился непраздничный. Не из-за неловкости, обид прошлого или чего-то в том же духе, а просто потому, что оба они были взрослыми людьми, не ждущими от Рождества чудес. И всё же для Китти ужин проходил лучше, чем если б она вовсе осталась без компании. А Уолтеру наедине с самим собой, наверное, было бы легче, но побыть исключительно в обществе себя он ещё успеет.       Они ели и разговаривали на нейтральные темы. Уолтер рассказывал о своей работе.       - Что меня всегда удивляло, так это та эпидемия в Мэй-Тан-Фу, - сказала Китти. – В наше время – эпидемия не какой-нибудь новой, а вполне себе старой болезни, которую вроде даже лечат.       Уолтер усмехнулся.       - Ты удивилась бы, узнав, сколько «старых» болезней и сейчас свирепствует в мире. Глупость, жадность и бюрократия творят чудеса – причём чудеса в плохом смысле. – Он встряхнулся. – Не стоит со мной начинать такие беседы, я могу говорить на эту тему часами, если меня не остановить.       - Для меня новость, что ты можешь о чём-то говорить часами. Ты изменился. Видимо, путешествия впрямь преображают людей.       Комплиментом Уолтер не проникся.       - Путешествия, - ухмыльнулся он. – Мне постоянно это предъявляют.       - Я не предъявляю! – быстро прояснила Китти, пока он ничего себе не напридумывал. Уолтер это может – увидеть попытку обидеть там, где её нет.       - Хорошо, - он примирительно повёл ладонью, словно вытирая пыль с невидимой вертикальной поверхности. – Не ты. Но другие… «Ты так много путешествуешь», «Ты повидал мир». Как будто я развлекаюсь. Люди представляют, что я катаюсь по разным странам, попиваю коктейли, езжу на сафари, а больных лечу постольку-поскольку, когда есть настроение. И вообще, могу поехать куда угодно, когда угодно.       - Разве не так?       - Разумеется, нет. Я еду туда, куда меня отправляют, и тогда, когда позволяют финансы. И не потому, что мне захотелось сменить обстановку, а потому, что где-то ситуация ещё хуже, чем там, где я нахожусь на данный момент; настолько хуже, что фонд выкроил средства, чтобы передислоцировать нас, а это недёшево.       - Нас?       - Я же не единственный медик и уж тем более не единственный работник. Опять же, посторонние думают, что фонду некуда деть деньги, если он так легко перебрасывает работников и оборудование из одной точки планеты в другую. А на самом деле денег едва-едва хватает, просто где-то настолько критическое положение, что приходится изворачиваться и искать возможность направить туда помощь.       - Вот, мы нашли ещё одну тему, на которую ты можешь долго говорить, - улыбнулась Китти.       Уолтер тоже улыбнулся. На несколько мгновений опустил голову.       - Я говорю о своей работе, потому что больше мне говорить не о чём. Лучше расскажи о себе. Чем ты занимаешься?       - Ничем особенным. У меня работа самая обыкновенная. – Китти помолчала пару секунд. – А когда-то я не сомневалась, что стану богатой, знаменитой и великой.       - Не всем же быть великими. Кто-то должен просто хорошо делать своё дело, чтобы жизнь не покатилась в тартарары.       Они подступили к дебрям философии. Китти собралась сменить тему, но Уолтер её опередил:       - Как поживают твои родители?       - Хорошо. Отец возится с внуками – детьми Дорис, а мама ворчит, что слишком молода, чтобы быть бабушкой.       Уолтер деликатно воздержался от комментариев. Миссис Гарстин не была стара, но по возрасту уже годилась в бабушки.       - Что не мешает ей периодически попрекать меня тем, что я разведена и бездетна, - добавила Китти.       - Тебя это задевает?       - Скорее удивляет. Пытаюсь найти логику и не могу.       - Логика в том, что некоторым очень нравится цепляться к другим людям, включая своих близких; вот и всё.       - Это многое объясняет, - хмыкнула Китти. - Разрежем рождественский пирог сейчас или после полуночи?       - Как хочешь. Я уже наелся, и, признаюсь, хотел бы лечь спать пораньше. Мне нужно быть в аэропорту в шесть утра.       - Ого. Сейчас сменю постельное бельё.       - Сменишь?       - Ну да, у меня же только одна кровать. Отдаю её тебе, сама посплю на диване.       - Китти, я не собираюсь отнимать у тебя кровать.       - Ты не отнимаешь, я сама её тебе отдаю.       - Не нужно.       - Перестань. Мы с моей постелью воссоединимся уже завтра ночью, а когда тебе в следующий раз доведётся поспать на нормальной кровати – большой вопрос.