В объятьях плантатора

      «Двести душ, стекольный завод — какая же вы жуткая материалистка» — подумал я, когда ко мне явилась Сандрин Бергер и сразу же с порога произнесла это.       О да, мне было бы гораздо веселее, если бы сия милейшая особа заявила, что попробовала все техники минета и практиковала все позы, которые только есть на свете… Цены бы ей не было. В таком случае она с большой вероятностью заинтересовала бы щедрого-щедрого заморского дядечку, который, естественно, не без сердств. Скажем так, короля здешних земель — Лилизиании или Лютиха.       А так, кто в теории может на неё позариться? Какой-нибудь бедняк из Тамезии? Возможно. Принарядится, соврет, назвав себя аристократом, старательно влюбит в себя, а спустя время её отец, узнав правду, просто пырнет жениха кинжалом, и это будет самым лучшим выходом из ситуации. А на самом-то деле может быть и похуже! В несколько раз уж точно.       Вообще, в идеале, стоило бы, конечно же, упомянуть родителей Сандрин, а это никто иные как злобный алчный папаша и утончённая мать, но оставим это на сладость.       Посмотрим, насколько увеличится смертность, — проговорил он ради шутки, — а заодно и выполню её просьбу: оставлю её загадкой. Сиротки с наследством всë-таки весьма привлекательны для желающих получить богатую невесту. Тут на неё позариться не десять мужчин, а пару сотен уж точно!       А вообще, несмотря на это, моё первое впечатление такого, что на данную девушку может обратить внимание лишь один плантатор. Да, скорее всего, именно так в итоге и получится, и подсказывает мне это весьма настойчивое и неукротимое чувство, которое вызывает некоторое неловкое смущение и даже, я бы сказал, бросает в дрожь. Несомненно: первые мысли, первые неосознанные впечатления — самые верные и отображающие истину. ***       — Ты представляешь, кто приехал в наш город на дирижабле и сейчас наводит справки о Сандрин Бергер? — задал вопрос мне мой друг спустя несколько недель.       — Кто? — поинтересовался я, уже заранее предвкушая его ответ и подтверждение своей догадки.       — Да какой-то хер из Лилизитании со своими слугами. Об этом шумит весь город! — с удивлением воскликнул он и всплеснул руками, в его лице был страх вперемешку с удивлённым раздражением.       — А кем является?       — Плантатором! — оживленно вскрикнул мужчина, глаза наполнились животным страхом.       — Ох, я так и знал! Бедняжка Сандрин!       — Да, угораздило же ей понравится именно такому. Будь я девушкой, то дал бы ему между ног. Гад полнейший! У него на лице написано! Посадит тебя на цепь у себя в подвале и потом насиловать будет. Попробуй убежать! — переполненный гневом и отчаянным смятением, нервно прокричал друг, оскаливаясь.       — Всё настолько плохо?       — Ага.       — Я хочу на него посмотреть! — изъявил желание я.       — Можно устроить, — с некоторой опаской и настороженностью протянул товарищ. ***       На внешность плантатор, как и его слуги, имел довольно резкие отличия от нашего народа чертами лица, одеждой и прической, что было вполне ожидаемо. Выглядел он весьма живописно: имел тёмно-золотые волосы, покрывающиеся блеском на солнце, серые пронзительные глаза, аккуратный прямой носик, тонкие губы, красивое и мускулистое телосложение. Только вот выражение лица, казалось, никакими словами передать невозможно.       «Настоящий маньяк, — подумал я, — Сандрин, как же тебе не повезло!»