В объятьях плантатора

Когда отец узнал о моём заморском кавалере, то решил выяснить о нём всю подноготную через имперскую справочную службу, которая пользовалась большой популярностью и выходила за границы государства. Вам, например, могли с легкостью предоставить информацию о том, что ваш жених из Лилизиании на самом деле является потомственным палачом, а не потомственным маркизом. Да, Ренар Бриз взаправду был плантатором с тридцать шестью тысячами душ. – Его назвали в честь хитрого лиса из лилизианских сказок. Забавно, — отчеканил отец с беззлобной усмешкой. — Бризы не плодились как свиньи. Один ребенок из поколения в поколение, и потому его наследство столь впечатляющее. Имей он братьев, то мог бы владел всего лишь десятью тысячами рабов в лучшем случае, а, вполне возможно, ему и вообще бы ничего не досталось, ведь все завещено братцу-любимчику, — монотонным тоном объяснил он мне, — ты должна выйти замуж за этого человека. — Зачем? Тебе-то какая выгода от этого будет? — слегка усмехнувшись с недоумением, задала я ему вопрос. — Скажи, разве тебе самой не хочется большего? Я вот изучил свод лилизитанских законов и узнал то, что требовалось, — пояснял отец, а в его голосе читалась нетипичная для него снисходительность. — Что именно? — неподдельно заинтересовавшись, спросила я, но не получила ответ. — Выйди замуж, а дальше я сам решу с ним вопрос, — отец отмахнулся с ухмылкой, за которой явно подразумевались его дальнейшие планы. И тут я все поняла. Абсолютно все. Он собирается убить его как Ранье де Лаффаета и в итоге заполучить наследство. — А, может, ты сам за него выйдешь замуж? Поедешь с ним в Трансмуран или в одну из республик абсолютной свободы. Если не хочешь выходить замуж, то просто соблазни его до такой степени, что он на тебя всё завещает. (В этих краях были разрешены разные виды брака. Многожество, многомужество, однополые браки и создание семей с несовершеннолетними) — Ты что такое говоришь своему отцу? — резким и недовольным тоном процедил Лестер, — я не думал, что ты настолько меня ненавидишь! — Но ты мне предлагаешь то же самое. Я тоже не думала, что ты меня настолько ненавидишь, — ответила я спокойным и невозмутимым тоном с намерением смутить собеседника. Лицо Лестера осталось под маской полной непроницаемости и равнодушия, что задело меня, ведь тщетно хотелось, чтобы мой выпад хоть каким-нибудь образом его потревожил. — Я понимаю, тебе не хочется связываться с этим ублюдком. Кто этого хочет? Если бы кто хотел, то давно бы занял. Но вспомни ту же Мелинду Ренсфер, — самозабвенно выдал он. Мелинда Ренсфер была двадцатилетней одиозной особой, чёрной вдовой. Никто годами не мог доказать, что она собственными руками убила своих мужей, хоть и ходили слухи об этом. — Покорять её лавры — не моя мечта, — на одном дыхании нервно выпалила я. — Однако, покорив её лавры, ты сможешь достичь свою мечту, — лукаво ответил он и подошел ко мне сзади, как тут же своим языком провел по моей щеке, а руками до боли сжал мою грудь. – Хотя, может, ты права? Ну его, этого придурка, — томно протянул он и издал смешок. Руками он помял мои груди, а после, нащупав соски, стал сжимать их с ощутимой силой. — Нам хорошо и без него! Одна из его рук схватила меня за пизду, которую он стал грубо лапать, но я, охваченная злостью, сразу же резко оттолкнула его руку. — Прекрати! — Тогда соглашайся, — процедил он, — иначе твоя жизнь будет адом для тебя и раем для меня. Увы, выхода не было. Пришлось переступить через себя, и я согласилась, подавляя раздражение.