Насквозь

Хотели бы вы жить вечно? Возвращаться каждый раз, как умираете? А какую цену бы вы заплатили за сей "дар"? Генри Стикмин, вот, стал ходячей клумбой. Случайно, конечно же. Не помнит ни дат, ни обстоятельств, не помнит даже, как впервые зацвел. Помнит лишь факт: в теле его живёт паразит, или проклятье, или бог знает что ещё, и стоит ему погибнуть, спустя мгновение он очнётся в месте, где был за время до смерти, с прогрызающимися сквозь кожу цветами. Живи вечность, дав жизнь другим. Своеобразная сделка с дьяволом. Больно ли это? Конечно же, особенно когда цветы крупные или с шипами и ветками, да и сама смерть–явление не из приятных. Но лучше уж так, с соцветиями и стеблями на местах ран, чем гнить под землёй по нелепой случайности. И это даже не метафора, Генри чертовски невезучий. Настолько, что удивительно, как он вообще дожил до того, как стал "цветущим". *** –Окей, ты готов? Как ты хочешь добраться туда? И вот он здесь. После удачных и не очень ограблений и побегов, а также кучи вырваных стеблей и соцветий, он оказался тут. На правительственном вертолёте с их лучшим пилотом и ответственной миссией: достать на одну крупную преступную группировку компромат. Сомнительно, конечно, вовлекать в охоту на воров такого же вора, но Генри не жалуется, ведь за исполнение ему обещали полное прощение его преступлений. "Легче лёгкого"–думает Генри. Так то оно в самом деле так, если игнорировать факт его кошмарного невезения. Генри предпочитает игнорировать. По началу всё идёт гладко. Он пробирается на корабль, преодолевает зал с участниками банды и оказывается на мосту, ведущему к залу с записями. А вот тут и начианются проблемы. Между сторонами–пропасть. Самым очевидным кажется попросить помощи Чарльза.. хоть он и не знает, в чём заключается его помощь. Но где-то на краю сознания чувствует тревогу. –Хорошо, а вот и я!–громко и озорно выкрикивает Кэлвин, а после под импровизированные фанфары... Ох. Летит прямиком в дирижабль. Это была отвратительная идея. Генри жмурится и шумно вдыхает, пока по рукам, торсу ногам расползаются тонкие стебли незабудок с нежно-голубыми соцветиями, а на шее проклёвывается пара веточек медуницы. Ладно. Могло быть хуже. –Генри? Всё хорошо? На тебя напали?–Звучит обеспокоенный голос пилота в гарнитуре, на что Стикмин лишь бурчит, что всё в порядке. Просто выбор больно уж сложный. Вторая попытка также кончается провалом. Странно было ожидать, что платформа, которую коим-то образом матереализовал Чарльз, ляжет как надо. Стикмина под тяжестью тянет вниз, в обрыв, затягивает в сложные механизмы. Мгновение–и с громким вскриком он оказывается на той же треклятой платформе. Давится воздухом и кашляет–в руках остаются покрытые кровью розовые лепестки. "Хоть бы не розы"–проносится нервно в голове. Лёгкие сковывает страхом, а после болью. На животе и груди расцветают пионы. Хрупкие на вид, крупные бутоны рвут чёрную ткань водолазки. Чёрт, а ведь это была одна из его любимых...от размышлений отвлекает ещё более взволнованный чем раньше пилот. –Генри! Чёрт возьми, что у тебя там вообще происходит?!–хоть там и есть окно, разглядет что-то довольно трудно. –Ничего. Ничего, просто- –Эй! А ну не с места! "Бах!"–гремит выстрел, и под встревоженные возгласы Чарли у Генри темнеет в глазах. От пули в голову последствия не самые приятные. Главное, чтобы глаз не задело, это может стать проблемой. –Генри? Ээ-ээй, Генри Стикмин, меня слышно?–шипит в гарнитуре чужой голос. –Да, да, не обязательно так громко!–ворчит упомянутый и вновь шипит. Отцепляет аккуратно с места выстрела цветок. Мак. Красивое, должно быть, зрелище–растекающиеся алым по лбу и затылку цветы. –Так что, как перебираться будешь? На третий раз ему везёт. Странного вида дрон переносит его без особых проблем. Встав ногами на платформу, он надевает завязанную на поясе ветровку и идёт дальше. Дальше–небольшой склад. И, о, это не тот парень, что его застрелил? Кажется у него проблемы с дверью. –Этот парень не может дверь открыть? Ну что за идиот,–хихикает Чарльз, а Генри лишь вздыхает. Ага. Этот же идиот некоторое время назад его застрелил.–мм.. я думаю, я могу пристрелить его и- Звучит очередь и, надо же, Чарльз попадает! Проблема в том, что и Генри он умудряется задеть. Да сколько ж можно?! Из пулевых раненый на плечах и боку проростают васильки и ромашки. –Попал? –Ага, да, в яблочко. Сногшибательно, Кэлвин, просто восхитительно– –Эй, ты! Где то уже такое было, хах. Два выстрела и под рёбрами растекается тепло, а под тканью ветровки прячетчя что-то мягкое и маленькое. Должно быть одуванчики. –Так и... –Дверь. Просто взломай дверь.–шепчет-хрипит Генри. В горле застрял одуванчиковый пух. И Чарльз взламывает. Не совсем то, что надо–хлопает незаметная до этого дверь в полу и впечатывает шлаяпника в металл. Ладно. Неплохо. Генри подбирает ключ-карту и идёт дальше. В зале с записями ещё один шляпник, вот же чёрт. –О, я помню это! Если кто-то увидит эти документы, у нас будуьт проблемы–бурчит парень за столом, листая папку с документами. Ага! То что надо! Теперь нужно быть тихим и... –О, боже, это что, утка в пропеллере?! Кошмар какой!–непозволительно громко восклицает пилот. Бах! По правой скуле и виску расползаются красные космеи и рыжие эшшольции. Генри едва держится, чтобы не обматерить Чарли вслух. Провал. Провал. Ещё раз провал. Генри нервно срывает цветки с лица и бросает на пол. Часть цветов скрыта под ветровкой, но те, что видны–самые разные. Гвоздики, лилии, даже чёртовы розы, что царапают кожу. Генри отключает на время наушники, и зайдя в зал в очередной раз, вытаскивает с полки книгу. Замахивается и бьёт сидящего там шляппника по голове. Дважды, для подстраховки. Нет, даже трижды. Запрятав тело за шкафы, включает гарнитуру и забирает документы со стола. Этого должно быть достаточно. –Генри, ты на кой чёрт гарнитуру отключаешь?! Мог бы хоть предупредить, я уж думал случилось чего! Ладно, не важно... Что? Компромат у тебя? Отлично! Теперь тебе надо просто сбежать с корабля. А Генри не хочет. Ему нужен перерыв. Он стягивает ветровку садится на пол. –Ээ..ты там в порядке? –Да. Да, просто...помотало немного. Просто дай мне минутку. В тишине. И от греха подальше отключает гарнитуру. Вздыхает в который раз. Стоит обрезать особо мешающие цветы, пока есть время. Ещё немного и он обрастёт ими с ног до головы, не оставив на себе ни одного свободного места. Это..выматывает. Закончить в таком виде миссию будет проблемно. Убирает цветы, закрывающие обзор, обрезает колящие кожу розы. Думает обрезать пионы, что здавливают грудь, но.. Нет, не стоит. Обстановка не та, да и больно будет. Спустя время он встаёт. Наверное, стоит идти дальше. Генри включает гарнитуру и сразу же слышит взволнованный голос Кэлвина. –Эй, ты там точно в порядке? Сможешь выбраться? –Мхм. Что там дальше? –Ээ...–Чарльз молчит какое-то время, а потом немного разочаровано вздыхает.–чёрт, дальше только через вентиляцию. Справишься? И Генри справляется. Не с первого раза, но справляется. "Не нужна мне твоя помощь,"–говорит он и получает разряд током и ползующие по спине искорки-лютики. Стонет устало и раздраженно, и просит просто перенаправить энергию. И вот, он почти у цели, остаётся совсем немного. Однако это не мешает ему упасть с дирижабля и разбиться о земь, сломать кости все до единой. Корни и ветки шиповника сплетают тело по кускам, царапают шипами изнутри. Аккуратные розовые бутоны прикрывают мелкие кровоподтёки. И он снова наверху, что странно. Было бы логичнее, окажись он здесь, внизу. Эти возвращения редко работают так, как ему бы хотелось. –О, подожди, я тут вспомнил. В твоей гарнитуре спрятано кое-что, нажми на кнопку у микрофона. Класс. А раньше сказать было никак, да, Чарльз? В руках Генри оказывается нечто, похожее на бластер. Щелчок–и двое шляппников летят вниз с борта. *** Генри забирается на вертолёт и протягивает документы капитану. –Отличная работа, Ген-погоди, что это за?- –Цветы.–Коротко отвечает Стикмин и удаляется в кабину пилота. Допросы потом, он слишком устал. Нет, даже не так. Он конкретно-таки заебался. –С возврашением. Ты хорошо постарался, Генри.–Чарльз звучит бодро и воодушевлённо, улыбается. Переводит взгляд на Генри и чуть дёргается, хмурится встревоженно, смотря на покрывающие прибывшего цветы. Красные маки на лбу со стороны похожи на кровь. Завораживает. –Эй, Ген, а это...?–хочет наклониться, рассмотреть поближе, каждое соцветие, каждый бутон. Но не может, нужно следить за полётом. Генри, не дожидаясь конца вопроса, рассказывает. Про "второй шанс", про клумбу вместо тела, про цветы. Теперь всё встаёт на свои места–ох. Погоди, так каждый раз, когда я думал, что на тебя напали, ты в самом деле?... Божечки, прости пожалуйста! Генри кивает. Повисает тишина. Он копошится, шуршит одеждой. Потом встаёт и подходит. –Хэй, Чарли.–окликает и ждёт, пока на него посмотрят –Да? Он кладёт на чужие колени букет. Аккуратный, в синих, желтых и белых тонах. Но местами, яркими вспышками, будто разгораются алого цвета маки и гвоздики. Чарльз смотрит на букет. На генри. Снова на букет. Генри мягко улыбается. –Мне было приятно работать с вами, Чарльз Кэлвин, правда. Не смотря на то, что произошло.. я буду рад поработать с вами в будущем.