Broken

      — Когда уже папа вернётся? — Эмили возмущённо приподняла брови.       — Скоро, — заверил Том, погладив сестру по плечу.       Эмили пришлось сказать, что Алан уехал по каким-то рабочим делам на несколько дней. Девочка поверила, да отец и сам подыграл ей, когда они созвонились.       — Он звонил? — Глаза девочки радостно заблестели.       — Да. — Том кивнул. Он заметил на себе странный взгляд Джона и ему стало не по себе.       Мужчина готовил им обед. Том проснулся только к нему, ведь лёг спать под утро.       — Эмили, можешь пожалуйста принести из комнаты те формочки, которые ты забирала? — с улыбкой попросил Джон.       — Да, сейчас.       Эмили убежала из кухни. Том напряжённо сцепил пальцы между собой.       — Ты куда-то уходил ночью? — непринуждённо спросил Джон. Том чуть не поперхнулся воздухом, но сохранил видимость спокойствия. — Пожалуйста, только не ври.       Том и не хотел врать.       — Да.       — Ты сбегал к отцу? — Джон продолжал говорить спокойно, будто это была самая обычная беседа о чём-то совершенно нейтральном.       — Вы… меня отпустите? — тихо спросил Том после недолгой паузы.       — Это не тюрьма, Том. — В голосе мужчины звучало разочарование. Он выдвинул ящик и немного порылся в нём. — Да где же он... — Джон взял нож и стал нарезать зелень. — Но ты не думаешь, что Алан манипулирует тобой? Он вряд ли хочет получить наказание.       — Я думаю, что он всё же любит меня, — ответил Том. Рёбра сдавило. — Он просто понял, что может потерять меня, поэтому он извинился.       Том врал сам себе, пытался внушить мысль о том, что достоин отцовской любви. Ему хотелось верить, что Алан может измениться. Или хотя бы хочет этого. Но слова Джона раз за разом сеяли в нём страх. Что если он прав?       Мужчина тяжело вздохнул.       — Хорошо. Надеюсь, что это так.       Чувствуя себя неловко, Том отвёл взгляд в сторону. Джон выглядел слишком печальным или даже измученным, но он по-прежнему мягко улыбался, когда Том смотрел на него. По какой-то причине было острое желание извиниться, то ли за разочарование, которое он принёс, то ли за поведение отца.       В кухню вернулась Эмили. Том был рад этому — она махом убрала напряжение и прогнала тишину.       Сидя в гостиной, Том играл в незатейливую игру на телефоне, но прервался, когда подошёл Джон и устроился рядом с ним.       — Я хочу попросить тебя кое о чём, — начал Джон. — Твои ночные побеги не приведут ни к чему хорошему. Но я вижу, что тут бессилен. Тебе стоит сходить к психологу, Том. Мне кажется, ты запутался. — Джон вытащил из кармана бумажку с записями и протянул её Тому. — Это список всех лекарств Алана, дозы и время, когда их нужно принимать. Я не уверен, что он сам выполняет это должным образом, поэтому, надеюсь, ты хоть немного сможешь помочь ему с этим.       — Хорошо, — Том взял записку и пробежался по ней взглядом. — Я постараюсь следить за этим. Спасибо.       — Это еще не всё. — Мужчина вытащил из кармана небольшой чёрный баллончик и выдохнул. — Я надеюсь, что тебе не придется его использовать, но держи его при себе. Это перцовый баллончик.       Том немного опешил и растерялся. Убрав записку в карман, он взял баллончик и покрутил его в руке. Он улыбнулся, с благодарностью кивнул. Такая забота со стороны Джона удивляла его, даже вводила в ступор.       — Большое спасибо, — произнёс Том и, не сдержав эмоций, обнял Джона.       — Ты ведь записал тогда мой номер? — Мужчина улыбнулся и приобнял Тома в ответ, ласково погладив по голове. — Если будут какие-то проблемы, то обязательно звони. Или мне или в полицию.       — Да. Спасибо. — Том тоже улыбался, уткнувшись носом в мягкий карамельный свитер.              — Спасибо, что позаботился о них. — Алан протянул руку.       Тишина. Она была осязаемо холодной, тысячами маленьких иголок впивалась глубоко под кожу. Это была пропасть.       Джон смотрел на него не моргая.       Руки он не пожал.       Алан медленно опустил её, сжал губы. Его это злило. Теперь его презирают?       — Пообещай мне, что всё будет в порядке. — Джон, наконец, подал голос.       — Всё будет в порядке, — ответил Алан.       Джон не верил.              

***

      — Ты почистила зубы? — Алан скрестил руки на груди. — Тогда пора в постель.       — Только после сказки на ночь. — Эмили повторила жест за отцом.       — Хорошо, ложись, я скоро подойду.       Девочка кивнула и убежала обратно на второй этаж. На губах Тома появилась улыбка.        Он последовал за Аланом на кухню и увидел, как тот допивает, судя по всему, уже остывший кофе. Свет здесь был выключен, но можно было увидеть некоторые очертания благодаря горевшей в прихожей лампе. Том подошёл сзади, накрыл ладонями широкие плечи, ласково массируя их пальцами.       — То, что нужно, — на выдохе сказал Алан. Он похлопал ладонью по колену. — Иди ко мне.       Обогнув отца, Том осторожно опустился на его колени и прижался к нему. Сильная рука обхватила его вокруг талии. Том сладостно выдохнул, ощущая приливающий жар, когда отец неторопливо, но чувственно провел ладонью вверх по худому бедру. Он подцепил край толстовки и потянул её вверх, оголяя бледную кожу.       — Мой мальчик, — полушёпотом сказал мужчина.       — Па-а-ап! — звала Эмили из своей комнаты.       Алан сдержанно улыбнулся. Сдвинув с колен Тома, он поднялся и пошёл наверх, похоже, отправляясь выполнять обещание данное Эмили. Оборвавшиеся ласки не прошли бесследно — они отозвались лёгким возбуждением. Как же он соскучился по этим рукам.       Но оставленный наедине с этими мыслями он снова погружался в поглощающую пучину. Том боялся отца, зачастую его прикосновения заставляли вздрагивать, испытывать необъяснимый страх, желание убежать, но одновременно к нему неудержимо тянуло. Тянуло настолько, что для получения внимания он был готов, казалось бы, уже на всё.       Оставив кухню, Том погасил свет в прихожей и неторопливо поднялся на второй этаж. Алан действительно сейчас был в комнате Эмили, рассказывал придуманную на ходу сказку о принцессе и трёх драконах. Том даже ненадолго остановился в полуметре от двери, чтобы послушать. Невольная улыбка коснулась его губ и он пошёл дальше, скользнул взглядом в комнату.       Он хороший отец. Но, похоже, только для неё.       Кончиками пальцев Том осторожно коснулся сморщенных красных листов. Вспоминать не хотелось.       Вырывать тоже.       Он перемахнул сразу несколько. Чистая свежая страница. Их осталось совсем мало.       Что-то пробивалось наружу. Но Том не мог понять — что именно.       «Кажется, все не так уж и плохо.»       Том упал в постель. Почувствовав через ткань, как по животу прокатился небольшой нож, он свёл брови.       Забыл вернуть.       — Надеюсь, Джон не подумает обо мне плохо, — выдохнув, тихо проговорил Том и вытащил нож из кармана.       Он покрутил его в руке, без особого интереса изучил взглядом. Покачав головой и посмеявшись про себя над такой нелепой ситуацией, Том отложил нож на тумбочку.       — Спокойной ночи, — послышался голос Алана. Он уходил из комнаты Эмили.       Девочка ничего не ответила — судя по всему, она уже уснула. Алан спустился по лестнице на первый этаж, думал ли он, что Том ещё внизу или нет — было неясно. Но шанс получить еще немного нежности и ласки заставил его последовать за отцом.        Том обнаружил Алана в гостиной, включившего лампу на тумбочке и устроившегося на диване. Он прихватил какую-то книгу, но не стал её открывать, заметив сына.       — Тебе тоже сказку нужно? — тихо усмехнулся Алан.       — А ты рассказывал мне их когда-нибудь? — Том задумчиво нахмурился и подошёл ближе. Он подогнул колено и опустился на него, устроившись с краю. — Прости, я ведь мало что помню из раннего детства.       — Да, бывало, — пожал плечами Алан и вернул книгу на тумбу. — Ты всегда дослушивал их до конца.       Том тепло улыбнулся и прислонился головой к спинке дивана, наблюдая за мужчиной, его губы тоже тронула лёгкая улыбка.       — Но у вашей мамы это всегда получалось лучше. Впрочем, по её части больше были колыбельные.       — Я помню, она красиво пела, — полушёпотом произнёс Том и прикрыл глаза.       Они замолчали. Том ненавязчиво перебрался ближе к отцу и прижался к нему виском.       Такие разговоры вызывали диссонанс. Грубо возвращали в реальность и заставляли вспомнить о том — кто они друг другу на самом деле. Что этот поезд «порядочной семьи» уже съехал с рельс на полном ходу, он бешено переворачивался и ломался. Металл визжал, стекло разлеталось тысячами осколков. Это была полнейшая катастрофа.       Том захотел снова забыть об этом.       Погрузиться обратно. Снова ощутить эту вонючую грязь чем-то другим, чем-то сладким и приятным.       Он стал целовать Алана. Тягучий ласковый жар разнёсся по телу. Раздался короткий неровный выдох. Мужчина потянул сына на себя, огладил рукой талию. Пришлось немного приподняться на колене, чтобы было удобнее. Пальцы Тома зацепились за узел чёрного галстука, второй рукой он зарылся в гладкие тёмные волосы, сжал их.       — Чёрт возьми, — выронил Алан, оторвавшись от влажных губ. — Почему ты так заводишь меня?       Его руки нетерпеливо стянули толстовку с сына. Том видел, как он посмотрел на него. Как он увидел все следы от ударов, даже хаотичные полоски от циркуля на руке. Алан выдохнул. Подавшись вперёд, он губами коснулся солнечного сплетения, пальцы очертили выступающие рёбра.       — Всё хорошо. — Том хотел его успокоить. Или себя.       Он опустился на колени мужчины, зажал его бёдрами. Губы Алана влажно мазнули по шее, и Том приоткрыл рот, судорожно выдыхая. Накрыв ладонь Тома, мужчина опустил его руку вниз и прижал к своему паху. Пальцы мягко сжали плоть через ткань брюк.                   Ощущение возбуждающегося под ладонью члена заставили Тома почувствовать приятное покалывание и жар внизу, между ног.       Чёрная ткань была сильно натянута. Найдя на ощупь застёжку, Том осторожно расстегнул брюки мужчины, второй рукой держась за его плечо. Алан быстро распалялся. Он прихватывал зубами нежную кожу, целовал её и втягивал носом возбуждающий запах.       Прерывисто дыша от удовольствия, Том ещё некоторое время не решался воплотить своё желание, и вскоре всё же скользнул пальцами под нижнее бельё отца. Горячий орган пульсировал от прилившей крови, можно было прочувствовать тонкие выступившие вены на его основании. От этого ощущения Том почти беззвучно промычал.       Он осторожно оттянул резинку в сторону и вытащил член мужчины, обхватывая его и начиная чувствительно ласкать. Алан шумно выдохнул ему в шею.       — Том, разденься полностью, — прошептал отец, губами коснувшись тонкой ключицы.       Том аккуратно поднялся. Алан пожирал его взглядом, смотрел на то, как он снимает джинсы и бельё, едва заметно улыбнулся, когда увидел его возбуждение.       Оставив вещи на полу, Том вернулся на колени отца и обнял его за шею одной рукой, второй продолжая стимулировать его член.       — Обхвати их вместе, малыш, — тихо попросил Алан, поглаживая бёдра сына.       Том прикусил нижнюю губу. Он придвинулся ещё ближе и большим пальцем прихватил свой член, прижимая его к горячей плоти отца. Очевидная разница в размерах стала более ощутимой. Выделяющаяся смазка хлюпала и растекалась от ласк. Когда Том, наконец, приноровился, то стал двигать рукой более уверенно и быстро. Было душно, влажно и жарко.       Мужчина приподнял руку, быстро смочил средний и безымянный пальцы слюной, охватив ими собственный язык. Мокрое тёплое прикосновение сзади вызвало короткий стон. Два пальца проникли внутрь, стали быстро толкаться вглубь.       Придерживая оба члена, Том замер. Он быстро дышал и старался не издавать слишком громких звуков. Длинные пальцы отца приятно скользили, немного сгибались, надавливая на стенки внутри, но это длилось недолго.       — Том, вставь его в себя. — Тихий голос звучал хрипловато и томно.       Пришлось прижаться к мужчине ещё плотнее. Том приподнялся на коленях, завёл руку за спину и вновь обхватил член отца. Неудобно. Он немного отодвинул бёдра и почувствовал, как кожи коснулась скользкая горячая головка члена. Слегка надавив пальцем, Том направил её между ягодиц и немного потёрся, размазывая влагу. Алан придерживал его за талию, наблюдая опьянённым взглядом.       Как же сильно он желал его. Этот мальчишка выполнял всё, что он захочет. Такой безвольный и наивный. Это отталкивало и манило одновременно.       Короткий сдавленный стон. Колени предательски задрожали. Вцепившись пальцами в плечи отца, Том начал осторожно опускаться и насаживаться на его член. От ощущения, как всё внутри растягивается, Том тихо промычал.       — Да… мой хороший, — выдохнул Алан.       Том начал плавно двигать бёдрами вверх-вниз. На живот мужчины с кончика покрасневшей головки капала прозрачная смазка.       Приятно.       Том посмотрел в его глаза. Внутри будто взорвался фейерверк. Ему нравилось. Он двигался чувственно, развратно, словно под каким-то дурманом.       Кажется, сработало. Он снова забыл.       Алан немного затормозил его. Теперь он перенял инициативу и стал сам двигать бёдрами, быстро и глубоко проталкивая в сына свой член.       — Папочка… тише… — проскулил Том, склонив голову.       Мощные размашистые толчки пересиливали уже довольно умелое подавление звуков, и Том глухо застонал сквозь сомкнутые губы. Хотелось немного отстраниться, но даже чуть-чуть приподняться не давали держащие бёдра руки.       — Ты ведь только мой, Том? — шептал Алан.       — Да, — отозвался Том.       — Скажи это. — Голос отца звучал словно эхо, растворялся в горячем воздухе, мешался с их громким дыханием.       Том плавился от удовольствия, но с каждым мгновением ожидания заветной фразы толчки будто становились грубее и жёстче.       — Я... только твой,— в полустоне произнёс он.       Глаза отца хищно блеснули. По телу прокатилась волнующая дрожь. Эти слова пьянили больше чем алкоголь, который он обычно пил.       Едва ли не задыхаясь, Том хватал ртом воздух между стонами и всхлипами. Он мелко дёрнулся и впился ногтями в плечи мужчины через рубашку, прогибаясь в пояснице. На него резко обрушилась волна экстаза, густая белая жидкость выплеснулась на торс отца.       — Маленькая шлюха, — возбуждённо промычав, проговорил Алан. — Чёрт возьми…Том…       Поджав пальцы на ногах, Том плотнее прижался к горячему телу мужчины, продолжающего быстро вдалбливать в него член. Алан схватил его за шею, придушил так сильно, что на долю секунды потемнело в глазах, и замер. Том почувствовал, как сперма заполнила его, втянул воздух.       Тяжело дыша, Алан расслабил руки и откинулся на спинку дивана. Том поднял голову и взглянул на отца мутными глазами. Он осторожно встал на ноги. Ощутил тянущую боль в мышцах и дрожь в коленях.       — Спокойной ночи, — неловко пробормотал Том, подбирая с пола и с дивана свои вещи.       Он планировал побыть с отцом ещё немного, но по какой-то причине неприятные эмоции и болезненные ощущения налетели на его голову стаей стервятников.       Отец действительно назвал его так?       Снова?       Сейчас?