История изменений. Предотвратить неизбежное

      — Я правильно понял, что ты туда не пойдёшь? — Рафаэль задумчиво смотрел на дверь. Докуривал последнюю из сигарет, что ещё оставались в моей «обморочной» пачке. Со мной, конечно, не поделился. Хотя случай был как раз тот самый, обморочный.       Мы уже минут двадцать сидели и таращились на новый портал, как два барана на новые ворота. Собственно, аналогия была очень точная. О чём думал Раф, я не имела ни малейшего понятия. Зато сама привычно анализировала то, что видела. Дверь старая, но добротно выкрашенная белой краской. Явно из натурального дерева — видно по глубине филёнок. Ручка тяжёлая, медная, старинная. И высота — нестандартная, с глухой фрамугой. Словом, ничего общего с теми дверьми, которые стояли в моей квартирке. За всё время с того момента, как дверь появилась в углу моей единственной комнаты, нами не было сказано и десятка слов. Вопрос Рафаэля прозвучал внезапно.       — У нас по сценарию вроде Раф подходил к закрытым дверям и дёргал за ручки, — отозвалась негромко. — Вот пусть Раф и идёт.       Он скосил на меня глаза. Я даже не шелохнулась. Мутант коротко резюмировал:       — Ссышь.       Я едва удержалась, чтобы не закатить глаза. Такими фразами меня было и в пятнадцать лет не пробить. Как-то я очень быстро усвоила, что делать что-то, когда тебе говорят «слабо», «боишься» или что-то в подобном роде, чревато последствиями. Которые потом самой же придётся разгребать. Поэтому взглянула на Рафа и честно ответила:       — Да.       — Ты же сама только что про неё написала, чего бояться?       — Ты же сам только что её придумал, чего сам не идёшь?       Мы обменялись сердитыми взглядами и снова уставились на дверь. Как будто то, что мы её в четыре глаза гипнотизировали, могло хоть чем-то помочь. За дверью было тихо, не доносилось ни одного звука. Оттуда никто не скрёбся в мой мир, что меня несказанно радовало. Но очень напрягало то, что её создатель не желал никак заглянуть туда. Я понятия не имела, что Раф держал в голове, когда диктовал мне своё нелепое сочинение. Может быть, он не безосновательно боялся посмотреть, что на той стороне? Может быть, когда он уйдёт, для меня и начнётся всё самое «интересное»? Что, что за фантазии он там поселил?       — А давай начистоту. Ты, когда в твоей спальне появился люк в мою вселенную, сколько телился? — я повернула голову и насмешливо взглянула на мутанта.       А что ещё прикажете делать? Дверь не исчезает, но идти и проверять, что за ней, никто из нас не хочет. Но при этом мутант может в любой момент собраться и отправиться домой. А мне с этим неизведанным явлением, на секундочку, жить дальше. И хорошо, если просто жить! А если разгребать не пойми что? Зная Рафаэля, я могла предположить, что там — «приключения». Пурпурные Драконы, инопланетные пришельцы, мутанты — и всё это пачками, на мою голову. Наверняка он там себе не карибское побережье для релакса сочинял! Иначе почему сидит?..       — Сразу пошёл, — отозвался хулиган недовольно.       — Во-о-от, смотри, какой ты отважный. Так и туда чего бы не сходить?       — Давай… — он на секунду замялся. — Давай удалим текст?       Я смотрела на него. Потом пожала плечами, развернулась на крутящемся стуле к компьютеру. CTRL+A, затем Delete. Неуверенные несколько строчек, сочинённые гением Рафаэля, исчезли. Я обернулась. Как и предполагала — строчки исчезли, а дверь осталась. Шикарно. Широким издевательским жестом, в который вложила всё, что в данный момент думала о мутанте, указала ему на дело его ума.       — Почему ты не хочешь туда сходить? Что ты там напланировал?       — Ничего плохого, — мрачно отозвался хулиган.       — Так и дело тогда в чём?! Сходи, проверь. Если что — реши вопрос. Потому что это ты открываешь какие-то вселенские дыры в моей реальности. Будь добр, сам с ними и разберись!       — Слушай, не дави на меня, ясно? Я не думал, что получится! Был уверен, что люк появился из-за тебя. Вернее, из-за того, что я прочитал то, что ты тут писала обо мне там. Ясно?       — Да, всё очень логично! — насмешливо похвалила и даже надменно поаплодировала по тыльной стороне собственной ладони. Настроение от его нерешительности совершенно не улучшилось, скорее наоборот. — А теперь вернёмся к нашим баранам. В смысле, воротам. Ты заставил меня начать писать какую-то твою идею. Я смиренно подчинилась — заметь, безо всякого сопротивления и почти без уговоров. Твой туп… творческий ум создал какой-то очередной портал. Или просто дверь — я в душе не знаю. На моей жилплощади! И мне же ты предлагаешь глянуть, что там. Меня только один вопрос в связи с этим интересует. Ты не оборзел?       — Твою мать, а! — Рафаэль сорвался с кресла. В одну секунду пересёк небольшую комнату. Окурок швырнул в открытую форточку. Ухватился за ручку. У меня внутри всё похолодело, я не успела даже пискнуть. Даже подумать ничего не успела, как Раф рванул дверь на себя. Я машинально закрыла лицо руками — мало ли, что оттуда сейчас посыплется. И не сразу поняла, что всё, что слышу — шорох листьев. И чувствую ветер. Тёплый, пряный осенний ветер. Медленно отвела руки. И увидела, что Рафаэль стоит на пороге в свежую осеннюю ночь, а под ноги ему наметает ворохи опавших красно-золотых листьев. Тихо поднявшись с кресла, я подошла и из-под руки хулигана выглянула в новую вселенную.       — Мне кажется, я… я как будто здесь уже была, — удивлённо прошептала, рассматривая просторный двор. Заметила тёмную стену дома чуть в стороне, сквозь ещё не потерявший листву густой кустарник и невысокую древесную поросль. Белела недокрашенная изгородь, и кое-где уже начинали виться по ней кусты розоватых и желтых мелких душистых диких роз. А за заборчиком — бескрайние поля и где-то далеко чёрной кромкой леса ощетинился горизонт. Это всё было до того знакомо… но я понимала, что вижу это место в первый раз. Непонятное дежавю.       — Можно сказать, что была, — усмехнулся Раф. — Ты же это написала.       — Что?.. — Я отодвинулась, снизу вверх взглянула на него. — В смысле — я? Мы же… То есть, ты диктовал, а я писала, при чём тут я вообще? Как я могла написать то, о чём даже не думала?!       — Ты написала это раньше. Говорю же, я почитал твои истории. Одно из мест мне понравилось. Подумал, что неплохо бы, чтобы оно существовало. Для нас. Майки и Донни точно его оценят. Даже Лео, я уверен.       — То есть ты решил сделать себе дачу, в которую вы будете наезжать транзитом через мою квартиру? Зашибись! — висок запульсировал от боли, я прижала к нему пальцы, растирая.       — Да почему транзитом? Может быть, из дома можно будет открыть дверь напрямую к нам! — отозвался Рафаэль нетерпеливо.       — Так а почему сразу было не открыть эту чёртову дверь без посредников, то есть без меня?! — я смотрела на него, не зная, что делать. Сердиться было бесполезно — его это не пронимало. Бить тоже, я скорее себе кости поломаю о его панцирь. Прикрываться ледяным безразличием было попросту невозможно. Хотя бы потому, что происходящее не было мне безразлично!       — Слушай, ты чё завелась? — Рафаэль насмешливо хмыкнул. — Пойдём, посмотрим, что тут к чему.       — Я никуда не пойду! Мне хорошо дома! И будь любезен, сделай так, чтобы эта дверь исчезла! Желательно вместе с собой!       — Да ты мне руки должна целовать за расширение квадратных метров, — ухмыльнулся, обретая привычную нагловатую уверенность, Рафаэль. — У нас дома сортир больше, чем вся твоя клетушка!       И он решительно шагнул в новую вселенную. Я содрогнулась всем телом, когда ничего не произошло. Поняла, что нахожусь в каком-то лютом напряжении. И что будет не очень хорошо, если меня на нервной почве прямо тут инсульт разобьёт. Чего доброго, Раф просто прикопает меня в новом мире, а моей квартирой будет успешно пользоваться в личных целях. Массируя пальцами затылок, я отчаянно уговаривала себя не нервничать. Разобраться и не нервничать. В конце концов, у меня есть план «Б». Написать Еве и попросить её подключить Лео. И Донни. А лучше Лео и Донни. Чтобы они надавали своему брату-акробату по шее, забрали его домой и замуровали очередной проход в какой-то другой мир.       Понимая, что нужно быть готовой ко всему, я внимательно наблюдала за хулиганом. Он прошёлся по двору, легко, неслышно. Даже листья под его ногами почти не шуршали. Подошёл к забору, который едва-едва доставал ему до плеч, выглянул на улицу. А потом направился к дому. Рассматривая двор и строение, я напряжённо вспоминала, где и в каком контексте это место фигурировало. Насколько мне хватало памяти, там было безопасно всегда. «День Рождения тётушки Милтон» — флаффно и тепло, хотя Раф там чутка и покапризничал. «Осень в шоколадной обёртке» — там вообще милота милот. «Сказка о старом Ковбое и коне его Чарли» — пожалуй, самая лютая штука, которая происходила здесь. А, и ещё «Ей было чуть меньше ста» — я же вообще похоронила всех четверых за домом… Из этого места Шадоу уезжала учиться, отсюда же отправилась под венец . Были ещё «Разделённые», но там тоже на дом никто не нападал. Правда, я понятия не имела, считать или нет истории, которые были написаны, но никогда не публиковались. Если не считать, то с домом всё было в полном порядке. А если считать… Вот же засада! Хотя Раф-то с ними не знаком… Но я-то знакома…       — Эй! Невротичка! Иди сюда! — раздалось из недр дома.       Я подавилась слюной от неожиданности и возмущения. Нормально? Я его придумала, я ему слепила лучшую жизнь из того, что было, и я же ещё невротичка?! Хмурясь, стояла по-прежнему в дверях, не спеша покидать привычную и стабильную реальность. А Рафаэль показался на веранде.       — Слушай, внутри так здорово! Там всё для жизни, чего только душа пожелает! Даже холодильник едой набит!       — Всё для тебя, — рыкнула я. Голос в голове послушно допел «рассветы и туманы», но я не позволила ему продолжать.       — Ты не хочешь посмотреть? Ты же создала этот мир, неужели неинтересно?       — Нет, — прозвучало более, чем категорично.       Рафаэль удивлённо смотрел на меня. Спустился во двор, подошёл ближе. Насколько я могла понять, дверь открылась из ангара, который всегда присутствовал на участке. Там обычно хозяйничал Донателло или же мастерил что-то сам Раф. Выходить, оглядываться и проверять мне не хотелось. Признаться честно, очень боялась, что, выйдя, окажусь запертой в непонятной вселенной без надежды на возвращение. Кто его знает, вдруг дверь сейчас захлопнется. И исчезнет. Или откроется, но только в пресловутый ангар. И что мы будем делать с Рафом на пару? Лео уже не позовёшь…       Лео?.. Я вдруг поймала себя на удивлённой мысли. Для роли межвселенского спасителя подошёл бы куда больше Донателло, он по крайней мере в курсе, что происходит. Однако рыцарем в сияющих доспехах для меня мысленно представал только лидер.       А хулиган между тем остановился посреди двора и уточнил:       — Почему?       — Потому что я всё знаю про это место. Что смотреть? За домом пологий спуск, метрах в пятидесяти узкое русло реки. На другой стороне лес. В доме на первом этаже кабинет, гардеробная, спальня Лео и кухня, объединённая с гостиной. В узком коридоре лестница на второй этаж. Там ещё несколько комнат. Первая у лестницы — Донателло, последняя, с угловыми окнами, Шадоу .       — Чья?..       — Забей. Угловая слева — твоя. Иногда вы делите её с Майки, когда я пишу о вас в детстве. Эйприл и Кейси всегда ночевали либо в гостиной, либо в комнате напротив Донателло.       — А чего это они кочуют? — Рафаэль заинтересованно смотрел на меня.       — Потому что есть история, когда их спальню занимал Леонардо, а в кабинете ночевал сенсей Сплинтер… — я замялась, видя, как лицо мутанта стало отстранённым. — Прости. Ты спросил — я отвечаю. У меня нет желания или цели тебя побольнее задеть. Просто сюжеты были разные. И когда набивается полный дом народа, комнаты начинают немного меняться. Но суть одна. Я правда знаю, что это за место. Я придумывала его несколько лет. Это самая безопасная точка в каждой истории. И самая уютная. Немудрено, что ты выбрал именно её.       — То есть вообще никаких неожиданностей? — Рафаэль размышлял. — Никаких «тёмных пятен»?       — Ну как… — я замялась. — В принципе, да, никаких. В общих чертах. Если глубоко не копать.       — А если копать? — Раф прищурился.       — Если копать… То за домом я однажды вас и закопала, — уныло призналась, вспомнив «На ночь глядя». — В смысле… Ты не пойми превратно! Там были закопаны только Кейси, Донни и Лео! А вас с Майки так и не нашли. Даже не так! Ты… Короче, там целая история, не хочу спойлерить, я её ещё не дописала. А Майки Шадоу утопила вместе с самолётом. В смысле, он уже умер, когда она утопила…       Это было самое неудобное объяснение, которое мне приходилось давать. Раф, который где-то в доме отыскал пачку крепких сигарет, глядя на меня, подозрительно молчал. И медленно, не спеша, прикуривал. Жёлтые глаза светились в полумраке. Свет из дверного проёма (у меня-то в комнате был ясный день) до него не доставал. Я расстроенно всплеснула руками. Ну что я могу теперь сделать?! Написала уже, всё. Хорошо, что Раф не в курсе историй, которые я не публиковала, считая, что они очень не очень. А то, чувствую, у него бы возникло неодолимое желание прикопать за домом если не меня, то мои идеи точно.       — То есть, если я обойду дом, то найду наши могилы. Я правильно понял? — он угрюмо смотрел на меня.       — Я… я не знаю, Раф. Честное слово, не знаю. Может быть, ты выхватил этот дом из какой-то другой истории. И с той, где вас уже нет, она не пересекается…       Рафаэль молча развернулся и направился во мрак. Я не удержалась:       — Осторожно, там крутой спуск! И дорожка из каменных плиточек! Не вляпайся в грязь, они прям утоплены в грунт… По дороге к реке… — устало привалившись к пограничному дверному косяку, я тяжело вздохнула. Какой смысл его инструктировать? Ниндзя всё-таки.       Вернулся Раф быстро. Шёл бодро, и по его лицу я могла уже кое о чём догадываться. Не было надгробий. Не то место, не то время, не та история. Ну и ладушки. Мутант подошёл близко, остановился, докуривая. Вид у него был неожиданно благостный. Кажется, это местечко ему действительно приглянулось. Я молча ждала, что будет дальше. Не хотелось признаваться, но и для меня именно эта «вселенная» была, пожалуй, самой любимой. Там всегда было безмятежно красиво. Свежо и нежно, почти всегда, за редким исключением — золотая осень. В темноте так знакомо шумела невидимая отсюда река. И дом… Я наизусть знала его планировку, расстановку вещей, расположение дверей и окон. Словом, это место было для меня незнакомым знакомцем, чужим, но очень близким и родным. Поэтому, воспользовавшись паузой, я с наслаждением прислушивалась к звукам мною же придуманного мира. Фантастическое ощущение блаженного покоя накатывало волнами. Гасило головную боль, нервы, страх. Чего греха таить, в этот дом я мечтала убраться. Не зря же создавала его с таким трепетом.       — Я хочу, чтобы Майки попал в это место. Это был бы классный подарок, — задумчиво протянул Рафаэль. Меня снова тряхнуло. Сейчас они зачастят через мою квартиру мотаться туда-обратно. Может быть, сделать контрольно-пропускной пункт и брать с них таможенные пошлины?.. Но хулиган неожиданно договорил: — Только сначала придётся убедиться, что здесь действительно безопасно. А если нет, то переписать так, чтобы стало безопасно.       — Что? — я оторопело глянула на него. — Ты что, решил тут остаться?       — Мы тут останемся. И понаблюдаем, что и как. А по ходу ты будешь запоминать всё, чего не хватает. Вернёшься и напишешь, как положено.       — А ты не много на себя берёшь? — нахмурилась и на всякий случай отступила глубже в комнату. — Я не собираюсь выходить туда. Ты думал, что будет, если эта дверь исчезнет?       На секунду на его лице отразилось сомнение. Так в кино выглядят герои, которые внезапно пришли в себя совсем не там, где планировали. Смятение в глазах не сымитируешь — Раф действительно как будто растерялся. Оглядел дверь со стороны новой вселенной, кажется, соображая, может она исчезнуть или нет. Вот уж не знаю, какими критериями пользовался для оценки. Но только неожиданно хмурая морщинка между надбровных дуг разгладилась, лицо его стало спокойным и равнодушным. Затушив бычок о стену, он кинул его на землю, прикопал песком. И взглянул на меня.       — Не исчезнет!       — Серьёзно? Не исчезнет так же, как внезапно появилась? — язвительно уточнила я.       — Не бесись, — неожиданно усмехнулся хулиган. Смерил меня взглядом. — И даже не думай бежать. Я сказал, что мы проведём здесь эту ночь. Значит, проведём. Иди сюда.       Я кинулась в глубину квартиры — только бы успеть добежать до входной двери. А там я выскочу на лестничную площадку и подниму крик. Пусть соседи думают, что я сошла-таки с ума. Главное, чтобы отреагировали! И тогда Раф не посмеет носа высунуть! Только успеть — добежать и распахнуть дверь, которую хулиган наверняка не запер. Но я не успела. Рафаэль ухватил меня поперёк туловища и бесцеремонно закинул на плечо. Костяные края карапакса болезненно врезались в живот. Я попыталась ударить кулаками по панцирю, но безуспешно. На свитере остались затяжки от моего кольца. И всё. А Рафаэль решительно шагнул в другой мир и захлопнул за нами дверь. Поставил меня на землю и неожиданно добродушно усмехнулся. Развернулся и зашагал к дому. Я обернулась, дёрнула ручку, но она не поддалась.       Раф неожиданно уверенно сообщил:       — Знаешь, в чём прикол? Открыть дверь может только тот, кто её создал. Я это понял, когда твоя подруга не смогла открыть крышку люка в моей спальне. Так что и ты отсюда без моей помощи не выйдешь. Расслабься. Нас ждёт прекрасная ночь в чудесном месте. Ты что-то имеешь против?       — Да! — я глянула на него, разъяряясь всё больше. — Имею! Начнём с того, что никакого «нас» нет и быть не может! Ты… Ты чёртов упрямый эгоист, который притащил меня чёрт знает куда! И плевать, что я тут всё придумала! Как только будет моя власть, я уничтожу этот дом, ты понял?! В него упадёт метеорит — сразу же, как только я окажусь за компом! И ты ничего мне не сделаешь… И…       — Я понял-понял, — Рафаэль усмехнулся. — Не распыляйся. Как только будет возможность — всё так и сделаешь. Иди в дом. Ты босая, а тут всё-таки не лето.       Забота — это всегда трогательно. Но сейчас она выглядела как издевательство!       — Вот и отлично! Заработаю воспаление лёгких, слягу — и никто тебе не поможет! Сам будешь сочинительствовать!       — Да что ж такое-то…       Рафаэль обречённо фыркнул. Подошёл. И снова повторил эквилибр с виртуозным закидыванием на плечи украденного человека. Я взвизгнула, когда под рёбра вдавились костяные гребни его панциря. Вцепилась в свитер, пытаясь оттолкнуться от его спины. Было больно, унизительно, нечестно. Я взрослый человек, между прочим, который не привык, чтобы с ним так бесцеремонно обращались! Но Раф не собирался долго меня таскать. Аккуратно ссадил на перила веранды и поднялся к двери. Я скрестила на груди руки. Привалилась к такой знакомой стойке крыльца, не собираясь его покидать. Мутант постоял молча перед входом в дом, кажется, ожидая, что я передумаю. Но не на ту напал. Я понимала, что обрекаю себя на ночь на улице, и на ночь довольно прохладную, но сдаться было выше моих сил. Что называется, шлея под хвост подскочила — и всё. Я понимала, что упорствовать глупо. Но теперь с веранды меня было не двинуть даже домкратом. Раф, кажется, по моей позе понял, что я никуда не пойду. И… неожиданно ушёл в дом.       Это оказалось чересчур. Мало того, что он вломился в мою жизнь с грацией и энергией молодого носорога. Мало того, что заставил писать силой. Мало того, что открыл новую вселенную прямо в моей квартире (и что мне говорить риелторам, если я захочу её продать, а?) Мало того, что силой же утащил в другой мир… Так теперь ещё и бросил на улице! Последняя капля стала решающей, и я тихо, беззвучно заплакала. От беспомощности, от обиды слёзы лились по щекам. Кусала губу, чтобы прекратить, но это было бесполезно. И когда неожиданно на плечи мне опустился шерстяной плед, я в голос разревелась.       — Тю, ты чё?.. — обескураженно пробормотал Рафаэль.       Не в силах ничего ответить, закрыв лицо краем пледа, я только безудержно всхлипывала. Мутант, кажется, совершенно растерялся. Я слышала, как он переминается с ноги на ногу, как поскрипывают под ним старые доски веранды. Понимала, что это попаданчество и его присутствие могли бы стать самыми счастливыми воспоминаниями в моей жизни, но стали, чем стали. И горько оплакивала то, что не случилось. А Рафаэль неуверенно предложил:       — Пойдём в дом, а? Пойдём. Я чайник поставил… Всё будет в порядке. Переночуем и завтра домой… На кухне пирог есть… Пойдём. Или хочешь, я тебе чая сюда принесу?..       — Не х-хочу, — всхлипывая, утирая слёзы, отозвалась я. — Домой хочу!       — Завтра. Честное слово! — Рафа было не переупрямить. И не разжалобить. — Пойдём. Посидим, поговорим. Чё зря время терять? А потом я домой, ты домой. Допишем, мы свалим — и всё будет как раньше.       — Обещаешь? — я обернулась к нему, ища, в чём подвох. Но, кажется, подвоха не было.       — Клянусь, — серьёзно ответил Рафаэль.       Мы помолчали, глядя друг на друга. Наконец, я неуверенно уточнила:       — А… а пирог с чем?       Хулиган тихо рассмеялся.       — С яблоками. Пойдём пробовать.