И даже смерть не разлучит нас.(Цикл "Второй шанс на счастье" книга 1)

Глава 27. Все тайное. В трактире было не сказать чтобы комфортно, но вполне сносно, Ольшен снял комнату с двумя кроватями, не жалел денег, просто опасался оставлять Линера одного в таком состоянии, и как выяснилось не зря. Истерика его накрыла спустя примерно час после того как они покинули дворец. Ольшен с трудом заставил его выпить успокаивающий отвар и, только после того как парень уснул, спустился вниз пообедать, без завтрака, да после всех этих нервов есть хотелось ужасно. Там его и нашел злой как черт Дамиан, не спрашивая сел напротив и заказал себе тоже самое. Они некоторое время молчали, увлекшись едой и не поднимая тему которую должны были обсудить, им не требовались слова, хватило одного взгляда, чтобы понять Дамиан все узнал и, в отличии от дяди, поверил сразу же, не по тому, что знал кузена или Линера, по тому что верил Ольшену. - Как он? - поинтересовался Дамиан закончив с едой. - Спит, пришлось поить успокаивающим, эти идиоты до сих пор верят, что твой кузен тут не причем? - Более того, он заявил, что Линер сам ему предлагал и шантажировал. Приличных слов у Ольшена на это не было, благо трактир не дворец и можно было дать волю своей фантазии и словам, причем в таких формулировках, что за соседними столиками с интересом оборачивались. Да, ситуация была неприятной, даже более чем, но самое смешное, что даже после этого откровенно мерзкого открытия, кузен не выглядел негодяем, ну не чувствовалось в нем закоренелого мудака, скорее он походил на зарвавшегося малолетку, как Бернард. Пока они разговаривали, Ольшен несколько раз поднимался в комнату проверить как там Линер, и спустя пару часов заказал еды и взяв поднос вместе с Дамианом поднялся наверх. Дамиан не перемывал кости всей этой ситуации, просто спросил, что парень думает делать дальше, омега как-то обреченно пожал плечами. - А что делать, помолвку Тобиас теперь разорвет, других мне не надо, пойду в монастырь, буду соединять тех кто любит друг друга и давать имена чужим детям, раз мне не судьба. Он говорил это так, словно все уже решено, причем давно, решение принято не сейчас на нервах, а на трезвую голову, продумано, выверено и взвешено. Каково же было его удивление, когда Дамиан сказал что отменять свадьбу Тобиас не собирается, омега прижал руки к груди словно умолял чтобы это было правдой, а потом зачастил, что ничего говорить не будет, что придумает что-нибудь, будет избегать принца, будет сидеть в своих покоях, что он выкрутится, только бы Тобиас не передумал на счет свадьбы. Такая позиция не нравилась на Дамиану ни Ольшену, но переубедить парня они так и не смогли, на все аргументы он только отрицательно качал головой и повторял, что найдет выход, что возможно со временем принц вообще к нему интерес потеряет. Так ни в чем путном и не убедив наивного омегу, Дамиан вернулся во дворец, с четким намерением донести завтра до дяди всю серьезность ситуации, и что слова Ольшена не были ложью. Для Тобиаса ночь выдалась бессонной, он все думал над словами племянника, наивный мальчик верил мужу, но ведь он прав, об омеге Тобиас не знал ровным счетом ничего кроме титула и того, что из-за этого мальчика Дамиан развелся с мужем. Да и история со сводным братом покоя не давала, Дамиан так говорил об этом словно не был удивлен и для Ольшена подобное вполне возможно, более того, допустимо. Но и словам принца он верил, ведь если Линер обманул нового знакомого это объясняло многое, он ведь сам мог не знать что лжет, тогда стоило перед ним извиниться за грубость и просто прояснить ситуацию. Он выехал из замка сразу после рассвета, благо приличная таверна неподалеку была одна, вряд-ли Ольшен потащил бы его на окраину, а если и так, то начать все равно следовало именно с этой таверны. Знал бы он, что мысль навестить беглецов утром посетила не только его, он бы выехал еще раньше, но о намерениях племянника Тобиас не догадывался. За дверью в комнату на которую ему указали внизу, слышали приглушенные голоса и брань, голос племянника Тобиас узнал сразу, второй почти сразу, Ольшен не кричал, он шипел, по этому и голос Тобиас узнал с трудом. Таиться и подслушивать мужчина не стал, он просто распахнул дверь и замер от представшей перед глазами картины. В самом углу сжимая у ворота сорочку стоял бледный как смерть Линер, на полу валялся поднос с рассыпанным завтраком, а в центре комнаты на коленях стоял племянник, Ольшен одной рукой удерживал его руку с захвате, а второй держал возле горла странного вида нож. - Что тут происходит? - рявкнул он, омега даже не шелохнулся, наоборот повторил вопрос с такой угрозой в голосе что было понятно, не понравится ответ и рука не дрогнет, отправит наследника на тот свет. - Вот именно, скажи дяде, что тут происходит и что ты забыл в комнате его жениха так рано утром. - Дядя, этот псих на меня напал! - племянник взвыл от того, что Ольшен еще сильнее заломил ему руку. Это все напоминало какой-то нереальный фарс, два омеги, два альфы, и альфы в заведомо проигрышной позиции, с точки зрения силы проигрышной, ведь даже ударь он Ольшена со спины, тот вполне мог успеть полоснуть племяннику по горлу. Тобиас обошел эту пару чтобы видеть лица и вздрогнул, на него смотрели зеленые глаза не омеги, а убийцы. Он оказывается действительно ни-че-го не знал о муже племянника. - Отпусти его, Ольшен, - попросил Тобиас. - Ладно, раз уж родственники просят, - картинно откинул парня от себя Ольшен ровно под ноги дяде, - зачем явился этот гаденыш я в курсе, слышал, а вот зачем явили вы пока загадка, не просветите? Вы вроде меня видеть не желали, ни сейчас ни на свадьбе. - Я пришел узнать зачем Линер обманул тебя. - Я не... Тобиас я... - донеслось из угла. - Помолчи, солнце, - остановился его Ольшен, убирая нож обратно в рукав, - значит так, если вы настолько слепой, или тупой, то объясняю по пунктам. Во первых, никто меня не обманывал, я все слышал и видел своими собственным ушами и глазами, в коридоре гостевого крыла, когда искал чем бы перекусить, во вторых, ваш племянник сюда явился угрожать Линеру, что если он не скажет, что все ложь он его в замке сгноит. Это я тоже слышал своими ушами. - Да что ты мог слышать, псих, тебя там вообще не было! - возмущенно рявкнул принц из-за плеча дяди, не рисковал высовываться, да не ожидал что со спины нападут, но Ольшен скрутил его вполне профессионально. - И так, если его пребывание тут не наводит на мысли, что я не вру, тогда вариант с монастырем, который рассматривает Линер мне нравится гораздо больше чем ваш брак. Тобиас молчал. Можно игнорировать слова, считать клеветой, наговором, но в самом деле, что племянник тут забыл и зачем Ольшену, который явно выходил за завтраком, все бросать и нападать на альфу? Единственная схема в которую все вписывалась ему не нравилась. В голове всплыли вчерашние слова Дамиана, почему он не спросил у Линера? Он повернулся к жениху и наткнулся на полный страха взгляд. - Лини, это правда? - ответ ему не требовался, парень еще сильнее сжался, закусил губу и отвел глаза, он боялся сказать правду, но и лгать не хотел, да после угроз со стороны наследника страх был понятен, Линер в самом деле не был Ольшеном, он готов был терпеть и прогибаться, но не вступать в конфликт. Тобиас тоже ничего не сказал, он просто ударил племянника в живот, схватил сзади за шею и поволок обратно в замок. Его мальчику там не место, нет он не сомневался, что брат сына никуда отсылать не станет, но у Тобиаса имелся и свой угол - прекрасное поместье на побережье. Завтрак поразил двумя открытиями, во первых это притихшим кузеном под глазом которого наливался свежий синяк, а во вторых новостью, что после свадьбы дядя с мужем переезжают в его поместье. Дамиан догадывался что что-то пропустил, да все догадывались что произошло что-то из ряда вон выходящее но на все вопросы альфы отвечали очевидное, один упал, а второй заботится о здоровье молодого супруга которому полезен морской воздух. Дамиан только хмыкал и ловил на себе заинтересованные взгляды дяди, да, кажется кто-то познакомился с Ольшеном поближе. За оставшееся время до свадьбы Ольшен успел пожалеть что вообще вписался в эти семейные дрязги. Линер метался из угла в угол, то плакал, причитая что теперь то все точно кончено, то заламывал руки и молился, чтобы Тобиас в самом деле не передумал. Нет в самом деле Ольшен пытался поставить себя на его место и приходил к однозначному выводу, со всей неземной любовью пошел бы у него этот жених далеко и навсегда еще после разговора в кабинете. Он не понимал как можно связать свою жизнь с человеком который поверит кому угодно но не тебе, в решении которого ты настолько не уверен. Но это был он, а Линер бегал из угла в угол и жадно ловил новости из дворца которые приносил Дамиан и даже сообщение о том, что его кузен красуется синяком под глазом, а Тобиас сразу после свадьбы планирует увести из дворца всю семью, парня успокоила только на пару часов. За ними приехали рано утром, карета с королевским гербом на дверце, и Ольшен честно сказать думал слинять пока не заметили но жених настолько сильно в него вцепился что пришлось смириться и готовиться к церемонии в одних покоях. Право оставить кудрявыми волосы и не трогать веснушки у мастера он буквально выгрыз, пригрозив, что лично ему сломает руки если он попробует превратить его в модную куклу, омега конечно ворчал, но сделал все на совесть красиво уложив непослушные волосы в замысловатую объемную прическу и ограничившись легким едва заметным макияжем. Когда пришел монах, что удивительно, совсем молодой мужчина, Ольшен все таки сбежал в бальный зал, не стоило посторонним присутствовать при последней перед свадьбой беседой, Линеру явно было что ему сказать ему не предназначенного для посторонних ушей. Найдя в зале Дамиана он пробрался к мужу и устало уперся в него лбом. - Тебе не кажется что это заразно? - поинтересовался Ольшен и взяв предложенный слугой бокал пригубил вино. - Что именно? - Свадьбы, смотри, сперва твой бывший, потом сразу мы, Огюст, теперь Тобиас, и это все за неполный год, остался еще Бернард, Нарис, твой кузен и Кристиен все, будет прям бинго, отстрелялись до нашей первой годовщины, - усмехнулся он. - Ну да, а потом они также начнут подряд рожать и мы разорим королевство на подарках. Их тихий смех прервали вошедшей монах с женихом. Ольшен не знал, что на самом деле послужило причиной тому, что Тобиас посватался к Линеру не смотря на внушительную разницу в возрасте и то, что много лет иначе как ребенка его не воспринимал, но Ольшен подозревал, что парень просто не замечал подлинного отношения к себе мужчины, по крайней мере он хотел верить, что Тобиас который сейчас так нежно держал облаченного в белое жениха за руку, в самом деле не менее давно влюблен в него. Прозвучали клятвы, Тобиас наклонился и что-то тихо шепнул Линеру от чего он удивленно распахнул глаза и крепко обнял мужа утыкаясь лицом ему в грудь, тот обнял в ответ и когда накидка легла на их плечи получилось так что накрыла миниатюрного Линера с головой, словно спрятав от всего мира, в объятиях любимого мужа укрытого душами-защитниками из которых соткано дневное небо. Праздник прошел формально, не было какого-то безудержного веселья, или откровенной тоски, были поздравления искренние и формальные, были обязательные танцы, вкусные угощения, а потом все так же формально закончилось, молодожены удалились в свои покои, чтобы провести брачную ночь и консуммировать брак, а гости разъехались по домам и разошлись по гостевому крылу. Когда молодые уехали из дворца, Дамиан с Ольшеном не знали, они проспали завтрак, слишком соскучились друг по другу за эти несколько дней вынужденной разлуки и просто не смогли вовремя выбраться из постели, зато атмосфера за столом наконец-то разрядилась и разговор тек непринужденно переходя от воспоминаний о вчерашней свадьбе к планам на будущее, и естественно король не мог вновь не поднять тему кораблей, Дамиан терпел неприкрытые намеки минут тридцать, а потом взял чашку чая, спокойно отпил и так же спокойно заявил, что его дорогой дядя не хочет окончательно испортить мнение Дамиана о родственниках то он немедленно закроет эту тему и больше к ней возвращаться не будет. Намек поняли сразу, ведь в самом деле Тобиас на свадьбе при всех признал, что был не прав и повел себя в отношении Ольшена неподобающе, второй косяк за одну редкую встречу это был бы уже перебор, а ссориться не хотелось. Вот и закрыли тему каждый оставшись при своем мнении, король - что флот Лурска непростительно слаб, Дамиан - что более сильный флот им не нужен, а если и понадобится покупать корабли смысла нет. К обратному путешествию Ольшен готовился как к самой изощренной пытке на свете, Дамиан пытался успокоить, хотя понимал, что уверения в том что все может и обойдется, звучат не очень убедительно, он конечно слышал, что морская болезнь проходит с опытом, но он об этом только слышал и сам не особо верил, ведь логичнее что если у человека проблемы с вестибуляркой, то хоть ты всю жизнь в море проведи проблем от этого меньше не станет, вестибулярка не перестроится. Но организм Ольшена удивил и опровергнув эту теорию, нет он не стал внезапно морским волком и не чувствовал себя бодрым и полным сил, но обратный путь ему дался значительно легче, тошнило уже не так часто и так сильно, даже без огурцов обошлись, а то честно сказать Дамиан даже несколько раз задумывался в морской ли болезни дело, вспоминая стандартную земную шутку про женщин которых тянет на соленые огурцы. Но вроде дело было именно в морской болезни, хотя, стоило им вернуться в Лурск, к лекарю он Ольшена все равно отправил, чтобы от предположений не мучиться, Ольшен покрутил у виска пальцем, напомнил про снадобье которое он не пропускал ни дня с момента их помолвки, да начал заранее, залететь в первую же ночь ему тогда совсем не улыбалось, но к лекарю сходил. Это действительно была просто морская болезнь, а огурцы, как выяснилось, действительно помогают от тошноты за счет большого количества соли и кислоты, причем вне зависимости по какой причине тошнит, хоть это отравления, хоть это временное недомогание при беременности. Выдохнув с облегчением и, совсем чуть-чуть, на краю сознания, с разочарованием, Дамиан тему больше не поднимал погрузившись в дела королевства, а Ольшен со всей своей энергией ушел в организацию празднования первого дня лета.