Особенности общения

Наблюдать за страданиями Даши было весело. Сразу было ясно, что она не воспользовалась бесплатным советом на «поговорить», а поэтому продолжает мучиться. Лиза улыбалась во все тридцать два, когда её подруга вылетела из гостиной, стоило Захаровой переступить порог. Длинноволосая грустно посмотрела ей в след и решила задать очевидный вопрос. Кому, как не Андрющенко. — Индиго! Брюнетка устало вздохнула и села ровно, готовясь к долгожданному разговору. Главное — не ухудшить ситуацию. Кристина подошла и упала рядом с одноклассницей. — Че с Дашкой? — вопрос, который несёт в себе гораздо больше смысла, нежели как могло показаться сначала. Лиза терпеть не могла, когда так разговаривали. Что имел в виду собеседник? Захаровой интересно узнать про здоровье, психическое состояние или физическую подготовку старосты? Андрющенко недовольно посмотрела на пацанку. Кристина узнала этот взгляд и поспешила объяснить: — Она бегает от меня уже который день. Брюнетка кивнула: — А зачем она тебе? — Да, просто…поговорить хочется, узнать её получше...может, — Захарова говорила невнятно, запинаясь, профессионально растягивая слова. — Она тебе нравится? — спросила Лиза, в минуту сделавшись серьёзной. Кристина замерла. Нравилась ли ей Даша? Она не знала. Интерес был, глупо подобное отрицать. Симпатия? Да, наверное это именно она. — Типо того, — смущённо ответила пацанка, — скажешь ей — убью. Андрющенко недовольно фыркнула. Человеку помогаешь, а он грозится расправой. — Поговорите с ней и всё, — Лиза направилась к лестнице. Скоро их ждал очередной выгон. Неделя прошла не супер успешно, но провалов тоже было мало. Больше Индиго волновалась за Мишель. Частые срывы точно не скрыть от преподавателей. Если Гаджиева уедет, то Лиза долго не протянет. Вечером пятницы к ним приехали из какой-то организации. Должны вести снимать рекламу. Андрющенко пошла молиться Даше. Староста ничего не обещала, но заверила девушку, что попробует отговорить съемочную группу от некоторых участников. Лиза хотела провести больше времени с Мишель. План был гениален как сама девушка. Получилось. На радостях Андрющенко решила поделиться своей последней шоколадкой с Гаджиевой. Девушки сидели в гостиной, болтая о прошедших неделях и проекте в целом. Что делать дальше? Вопрос актуален. — Я скорее всего уйду на этой неделе, — начала Мишель, — и ты должна мне кое-что обещать. Лиза удивилась. Она не сильно любила давать обещания и клятвы, потому что слово держать нужно, а это лишняя ответственность. — Сможешь порвать тут всех? — блондинка посмотрела наверх. Она лежала головой на коленях брюнетки, поэтому вести диалог было несколько проблематично. — Понимаешь, — Лиза тянула, — я не думаю, что мне это нужно. Мишель вопросительно взглянула на одноклассницу: — Победа? Андрющенко кивнула: — У меня немного сменились цели в жизни. Гаджиева не могла понять: — Ты ведь хотела устроить маме и бабушке переезд в Москву, — блондинка точно помнила их разговор. Это было не так давно. Лиза говорила, что уже собрала часть денег, но у неё до сих пор нет квартиры. Выплаты со съёмок покроют лишь часть расходов. — Да, и я это устрою, но даже ради денег… — девушка замялась, — я просто осознаю, что проект дал мне максимум. — Например? — Ну…- Андрющенко задумалась, — я продолжу работать с Розенберг, чтобы окончательно закрыть тему со своим прошлым, — Индиго стала загибать пальцы, — у меня появилось желание что-то изменить в своей внешности, вернуться к прежней форме. Гаджиева её перебила: — Прости, конечно, но ты только что чуть не умяла всю шоколадку, хотя собиралась угостить меня. Лиза нахмурилась: — Я ведь говорю: цели изменились. Она продолжила: — На проекте я поняла кое-что про других людей. Думаю, это поможет мне в социализации, — Индиго загнула ещё один палец, — я встретила тебя. Мишель перестала дышать. Рука Андрющенко нашла её собственную. — Мне достаточно того, что я обрела. Внешне Гаджиева ничем себя не выдавала: милая улыбка и спокойное, умиротворенное выражение лица. Внутри взрывались салюты и хлопали хлопушки. Девушка резко села и поцеловала брюнетку, не давая той и секунды на раздумье. Переместив одну руку на шею, она притянула её ближе и углубила поцелуй. Андрющенко никогда не заходила за рамки. Это было мило, но немного напрягало саму Мишель. Иногда было странное чувство, как будто она навязывается или делает то, чего Лиза не хочет. В данный момент Гаджиева забыла о всех своих переживаниях. Лиза поместила свои руки на талию блондинки, пальцами проводя по ребрам. Андрющенко себе призналась: ей нравилось, когда Мишель терялась в её руках. Пришлось оторваться. Не хотелось, но воздуха не хватало, а мышцы немного затекли. Гаджиева села к однокласснице на колени, параллельно стягивая с неё футболку. Брюнетка ничего не предпринимала. Пацанка остановилась но, заметив кивок Лизы, продолжила начатое. Пока Мишель мысленно благодарила их тренера за весь спорт-курс Андрющенко, которая за короткий срок только улучшила свою форму, брюнетка уже вернулась к её губам, жадно впиваясь очередным поцелуем. Гаджиева медленно провела ногтями по телу девушки: от ключиц до резинки спортивных штанов. Вопросительно посмотрев на одноклассницу, Мишель запнулась: в глазах Андрющенко была медленно наростающая паника. — Не хочешь? — блондинка спрашивала без упрёка или смеха. Лиза тяжело вздохнула и потерла лицо руками. Самое время для откровенний. — Понимаешь, после него…- она жутко смущалась и стыдилась, поэтому не могла найти правильных слов. — Я поняла, — Мишель кивнула, кладя обе ладони на лицо девушки, — мы можем попробовать, а если что-то будет не так — ты скажи. Я перестану. Наконец получив неуверенный кивок, она вернула руки на талию девушки. Медленными поцелуями спускаясь вниз, она встала с дивана и неторопливо бросила: — Ляг нормально, пожалуйста. Лиза поспешила сделать так, как её просят. Девушка чувстовала, как лицо горит от неловкости её положения. Она пообещала себе, что ещё отыграется. Пока Андрющенко занималась самокапанием, Мишель уже успела пробраться рукой под спортивный топ. Она неспешно взяла рукой мягкую грудь, тем самым вызывая первый стон брюнетки. Контраст холодной ладони и горячей кожи дал результат: Гаджиева с трепетом сжала пальцами затвердевший сосок, другой рукой стягивая спортивные штаны девушки. Лиза терялась в чувствах и эмоциях. Она внимательно следила за каждым движением одноклассницы, но так и не смогла понять, когда она успела так вляпаться. Она не собиралась заводить дружбу на проекте. Что уж можно говорит о влюблённости? Мишель оставила грудь Андрющенко в покое. К ней она ещё вернётся. Двумя руками стянув спортивки, Гаджиева посмотрела на лицо брюнетки. — Ты спишь? — ухмыльнулась блондинка, заметив закрытые глаза пацанки. — Мне неловко. — Спешу тебя огорчить, — её голос стал ещё ниже, — я хочу, чтобы ты смотрела на меня, когда я в тебя войду. Окончательно попрощавшись с остатком своего разума, Лиза приподнялась на локтях и взглянула на Мишель, которая внимательно рассматривала её тело. Девушка медленно провела пальцами по внутренней части бедра, вызывая очередной табун мурашек. Андрющенко глубоко вдохнула. Гаджиева отодвинула мешающуюся ткань и провела средним пальцем между половых губ. Взглянула на Лизу. Брюнетка смотрела не отрываясь, стараясь навсегда запечатлить в памяти желание, которое отражалось в глазах Мишель. Блондинка провела пальцем повторно, чуть глубже, собирая скопившуюся влагу. Андрющенко была готова уже закрыть глаза он наслаждения, но не тут-то было: одноклассница поспешно убрала палец, быстро облизнув его. Мишель потянулась за ещё одним поцелуем, бесцеремонно пропихивая язык дальше. Поцелуй вышел грязным и мокрым, как в самых откровенных снах Индиго. Вкус собственной смазки окончательно вскружил голову: всё происходило слишком быстро и чувственно, чтобы быть правдой. С трудом оторвавшись, Мишель одним резким движением стянула ненужное белье. Андрющенко хотела прикрыться, пока не поняла, что Гаджиева ничего нового для себя не увидела. Блондинка нетерпеливо (она правда пыталась быть нежной) провела пальцами по промежности, уверенно задевая клитор. Лиза тихо сгорала от нетерпения. Мишель вошла одним пальцем. Смазки было достаточно, чтобы это движение было быстрым и безболезненным: Андрющенко громко застонала, откидывая голову назад. Воспользовавшись ситуацией, Гаджиева наклонилась к шее девушки, начиная двигать рукой. Язык прошелся по каждой букве столь популярной татуировки, когда блондинка добавила ещё один палец. Стоны Лизы были больше похожи на скулёж: девушка давно закрыла глаза и полностью отдалась во власть Гаджиевой, которая умело справлялась со своими обязанностями. Большим пальцем блондинка массировала клитор. Языком она вела по ключицам, оставляя на них влажные следы. Андрющенко сама стала двигать бёдрами навстречу, нетерпеливо насаживаясь пальцами. Мишель сделала ещё пару резких толков, прежде чем Лиза кончила с громким стоном. Раздалось протяжное «Бля-я-я-ять», пока Гаджиева вытирала смазку брюнетки о её же бедра. Индиго редко материлась, поэтому блондинка не могла сдержать улыбки: сейчас одноклассница выглядела невероятно привлекательно и свободно. Она бы наблюдала за этим каждый день. Лиза поцеловала, не давая никак прокомментировать произошедшее. Язвительно пошутить Гаджиева всегда успеет, а теперь Андрющенко хотела сделать приятное своей девушке. — Если ты меня хочешь грубо отыметь за содеянное, то я не против, — шепотом оповестила Мишель, за что получила осуждающий взгляд старшей. — Скажешь, если я что-то сделаю не так. Быстрыми движениями Лиза сняла с Гаджиевой футболку, открывая вид на кружевное белье. Брови сами собой взлетели наверх: — Ты готовилась? Блондинка усмехнулась, качая головой: — Ты бы давно его оценила, если бы не была такой скрытной. Брюнетка ничего не сказала. Одной рукой расстегнув бюстгальтер, она прильнула к правой груди, медленно обводя языком розовый сосок. Девушка нетерпеливо перешла на другую грудь, продевал аналогичные движения. Мишель дышала рвано, пальцами перебирая чёрные волосы одноклассницы. Андрющенко оставила мокрый след на рёбрах, затем с другой стороны. Поцеловала каждый сантиметр кожи, прежде чем снять с Гаджиевой штаны. Вместе с бельём. Лиза села на колени перед девушкой, плавным движением раздвигая той ноги. Она мазнула языком по клитору. Услышав удивлённый стон, старшая стала смелее: к языку прибавился палец. Андрющенко неумело проводит языком вдоль стенок, а затем входит им во влагалище. Нетерпеливые толчки окончательно выбили Мишель из колеи: она вцепилась рукой в тёмные волосы, направляя девушку и ещё сильнее вжимаясь в её лицо. Лиза заменила язык двумя пальцами, свободно двигаясь внутри. — Блять, Андрющенко! — простонала Гаджиева, теряя контроль над собой. Лиза языком провела по телу девушки, слизывая капельки пота. Отчаянно вдалбливаясь пальцами в мокрое лоно, она отмечала про себя каждую эмоцию на лице одноклассницы. Мишель кончила с громким стоном, хватаясь за плечи Андрющенко. Блондинка дышала тяжело, но даже так сумела притянуть старшую к себе. Они пролежали недолго. Лиза растянула бы этот момент, но осторожность никто не отменял. Хотя, глупо было говорить о ней после секса в гостиной. Девушки быстро оделись и убрали всё за собой. Оставшееся время они просто валялись в кровати, говоря о жизни в целом, перебивая друг друга поцелуями. Мишель подумала, что теперь не страшно будет уходить. Лиза для себя отметила, что она точно не задержится на проекте надолго.