Возвращение в поместье Принц /Return to Prince Manor

      Ужин накрыли в личных аппартаментах королевы — для узкого семейного круга. Помимо Титании, за столом присутствовал её младший сын Балин, только в прошлом году отметивший совершеннолетие: теперь ему по меркам фейри было сто лет. Именно по его приглашению в прошлом году Северус с сыновьями принимали участие в охоте на мантикор и химер. Был здесь и средний сын королевы Обри, серьёзный молодой человек, сердечно поздоровавшийся со Снейпами, Сарой и Несмей. Балин радушно улыбнулся и сказал:       — Рад видеть вас, волшебник Северус вместе с Гарри и Драко. Надеюсь, этот ужин пройдёт удачнее, чем прошлогодняя охота.       — Уверен, так и будет, лорд Балин, — ответил, поклонившись, Северус.       Принц тем временем обернулся к своей бывшей телохранительнице:       — Сараи, приятно видеть, что ты не утратила своей хватки. Слышал, ты сразила ледяного великана во дворце старого Ярошки: всегда знал, что Вы на многое способны, Амарси.       Полуфейри усмехнулась.       — Ну что Вы, милорд. Хотя я делаю всё, что в моих силах. Вы продолжаете свои тренировки?       — Ну… да, — нерешительно произнёс принц. — Но никто не занимается со мной так, как Вы.       Сара строго выгнула бровь.       — Хотите сказать, что учитель не сбивает Вас с ног, когда зазеваетесь? Или не бьёт тренировочным мечом, если раскрылись?!        Балин рассмеялся.       — Райан хорош, капитан, но он не давит на меня.       — Возможно, нам стоит провести совместную тренировку, кузен, — резюмировала Сараи. Она подошла и села рядом с Северусом.       Балин повернулся и улыбнулся Несмей.       — Рад видеть, что ты уже на ногах, юная племянница. — Он заключил её в нежные объятия. — Знаешь, ты заставила нас поволноваться.       Несмей была поражена.       — Ты беспокоился обо мне, дядя Балин?       — Да. Ты не должна была пострадать от рук этого безумного ублюдка, — выплюнул принц, сверкая глазами. — Если бы Оберон был здесь, я бы вызвал его на дуэль за все его выкрутасы.       — И получил бы три фута сильверона в глотку, младший братец, — криво усмехнулся Обри.       Балин обернулся.       — Я неплохо фехтую, Обри.       — У Оберона больше опыта, братик.       — Довольно! Не смейте больше упоминать это имя, — ледяным тоном заявила Титания.       Оба сына почтительно кивнули. Балин подвёл Несмей к стулу рядом с собой, и все расселись.       Несмей была одета в новые шаровары из паучьего шёлка и длинную тунику королевского синего цвета, под которой была фиолетовая рубашка с поясом с волшебной палочкой и небольшим мешочком на нём. Ещё на девушке были новые чёрные ботинки с зауженными носами. Казалось, теперь ей было намного проще общаться с родственниками, но Несмей умирала от любопытства: о чём же хотел поговорить с ней Северус?       Лёгкие служанки-феечки летали вокруг с чашами тёплой розовой воды для омовения рук и полотенцами. Все приборы были позолоченными, а на посуде красовался королевский герб. Поначалу Гарри, непривычный к подобной роскоши, чувствовал неловкость, но вскоре, когда Сараи объяснила, как обращаться со столовым серебром, расслабился.       — Начинай с краю, двигаясь ближе к тарелке. И не волнуйся: даже если ошибёшься, никто не будет смеяться.       — Ну, если только я, — шепнул, хихикнув, Драко. Гарри пнул его под столом в лодыжку.       Еда была восхитительной: оленина в винном соусе, хрустящий жареный картофель с луком и шалфеем, свежая зелень в масле и уксусе, дикая морковь в соусе с медовой глазурью, суп из лесных грибов, несколько видов фруктов и маленькие сладкие пирожные, посыпанные сахарной пудрой. Каждое блюдо подавал лесной крошка-эльф, ростом в половину фейри, одетый в королевскую ливрею. Из напитков была летняя роса, разлитая по рюмкам — её пили только члены королевской семьи, — Северус и Сараи отказались. Несмей пила морозное вино, а мальчики — сок мерлинны.       Как только все наелись, Титания хлопнула в ладоши, и невидимые инструменты заиграли весёлую мелодию.       — Я надеюсь, что всем понравился ужин. Я попросила Фернвуд, шеф-повара, приготовить что-нибудь сытное и вкусное. Мои комплименты: ей удалось превзойти все мои ожидания. Я благодарна вам за то, что смогла провести время с семьёй, особенно с внучкой. Тем не менее, я должна сделать объявление: через три дня в Саду Вечной Весны Северус Тобиас Снейп, лорд поместья Принц, и капитан леди Сараи Кинсалари Валинек вступят в брак по древнему связующему обряду. Я созвала вас, чтобы вы выступили свидетелями бракосочетания. Моргана не смогла прийти — у неё, как у наследницы, появилось много обязанностей, но она тоже будет свидетелем.       — Значит, проводить церемонию будешь ты, мама? — спросил Балин.       — Конечно, — ответила ему Титания. — Сара, я взяла на себя смелость сообщить твоим родителям, так что завтра они покинут свой дом и прибудут сюда.       — Благодарю Вас, Ваше Величество, — отозвалась Сараи. — Вы очень добры.       — В связи с последними событиями нам очень нужен повод для праздника, — призналась королева фейри. — Церемония будет закрытой: свидетелями этого события могут быть только члены семьи, но последующий бал будет для всего двора и друзей, которых вы, возможно, пожелаете пригласить.       Северус прочистил горло.       — Могу я пригласить лорда Филиппа Энтони Снейпа, моего предка-Ночного странника? Он хотел быть моим шафером.       — Безусловно: он ведь член семьи, не так ли?       — А его жена и сыновья-близнецы смогут прибыть на пир, — добавила Сараи.       Гарри ужасно обрадовался: он скучал по дяде Филу, Джулии и близнецам. Было бы здорово увидеться с ними снова.       Драко было интересно, будет ли на балу Дункан Вейвстрайдер. Подростка так и подмывало спросить, могут ли они пригласить Гермиону и Кэти, но он не был уверен, разрешено ли это свадебным протоколом фейри. И всё же спросить не повредит.       — Пап, а что, если мы захотим пригласить Гермиону и Кэти?       — И, может быть, Рона? — добавил Гарри.       — Это возможно? — обратился Северус к Титании. — Ваше величество, люди, о которых говорят мои сыновья — это их друзья и мои ученики. Разрешено ли смертным присутствовать на свадебном пиру?       — Да, только вам самим придётся сопровождать своих гостей и нести ответственность за их поведение, — объяснила Титания.       Гарри и Драко переглянулись, ухмыльнувшись, и блондин сказал:       — По-моему, двух дней маловато, чтобы все получили приглашения.       Королева усмехнулась.       — Не бойся, юный Дракон. Приглашения будут доставлены мерцаниями в тот же миг, как только адреса станут известны.       Балин торжественно поднял свой бокал:       — Поздравляю, Северус и Сараи! Да будет ваш союз счастливым и благословенным! — Он опрокинул в себя порцию летней росы, как будто это была вода. Глаза Гарри чуть не вылезли из орбит — он никогда бы так не смог! С другой стороны, он же не был полноценным фейри…       — Желаю вам долгой жизни и процветания! — добавил Обри.       — Пусть у вас будет много детей и вы будете любить друг друга такими, какие вы есть! — пожелала Титания, после чего все выпили.       Позже Северус отправил мальчиков спать, а они с Сарой сопроводили Несмей обратно в её апартаменты. Оказавшись в покоях девушки, зельевар повернулся к ней и сказал:       — Несмей, я хотел бы обсудить твой ученический контракт.       — А что с ним?       — Я хочу внести в него поправки.       — Поправки… н-но зачем? — пискнула она. — Ты больше не хочешь меня учить?! Я обещаю сделать всё, что в моих силах, чтобы не баловаться и… и не взрывать магазины…       Северус поднял руку, прежде чем девочка смогла продолжить.       — Несмей, я разве сказал что-нибудь о разрыве контракта?       — Нет, сэр. Но… зачем что-то менять, если Вы не собирались отказываться от меня?       — Я хотел бы кое-что добавить к условиям, — ответил Северус. — Пока ты спала, мы с твоей бабушкой имели сегодня продолжительную беседу. Из-за похищения твоё обучение прервалось, как и работа у Олливандера — старик до сих пор восстанавливает свой магазин. И пусть твоей вины в проволочках нет, однако факт остается фактом: ты всё ещё в долгу перед мастером волшебных палочек, и тебе его необходимо закрыть. Также я должен тебе как минимум три месяца репетиторства. Мне кажется, что для лучшего исполнения контракта тебе следует переехать к нам в поместье на неопределённый срок.       Несмей недоумевала:       — Я… не понимаю.       — Я имею в виду, что хотел бы стать твоим официальным опекуном, — сказал Северус. — Контракт делает тебя моей ученицей лишь на определённый срок, но, по-моему, для обучения контролю за своими способностями должно пройти немалое время. Королева же считает, что тебе нужно безопасное убежище: здесь, при дворе, учитывая недавние политические настроения, его не будет. Несмотря на изгнание твоих дяди и кузена, Титания понимает, что есть много тех, кто соглашался с ними, и тех, кто может попытаться причинить тебе вред, несмотря на покровительство королевы. Я согласен с этим: у твоего дяди была при дворе своя фракция, и её члены будут считать тебя ответственной за потерю лидера. Итак… я предлагаю тебе переехать жить ко мне в поместье. Поскольку в тебе течёт королевская кровь, я не могу удочерить тебя — ведь ты по положению выше меня, да и твоя бабушка хочет, чтобы ты по-прежнему оставалась членом её семьи. Однако я могу сделать тебя своей подопечной, а значит, буду обеспечивать и растить до самого совершеннолетия, и обучать магии. Ты останешься Хайстар, но во всём остальном я буду считать тебя своей дочерью. Тебя это устраивает? Или лучше оставить всё как есть?       Несколько долгих минут Несмей молчала — она даже не предполагала, что обсуждение коснётся этого вопроса. Девушка была ошеломлена предложением Северуса, учитывая, что он знал, кто она такая и чья дочь. Быть ученицей — одно, но стать подопечной — совершенно другое.       — Ты не обязана отвечать прямо сейчас, — шепнула Сараи. — Можешь подумать.       — Я… действительно нужна тебе? — тихо спросила Несмей. — Или это просто… из жалости? — Она знала, что это был дерзкий вопрос, но ей хотелось убедиться, что Северус действительно хочет взять её к себе и делает предложение не из чувства вины или жалости.       — Нет, Несмей. Хотя мне безусловно жаль, что твой дядя так отвратительно поступил с тобой, я предлагаю тебе стать частью моей семьи не поэтому — ты заслуживаешь шанса иметь то, что необходимо для роста любого ребёнка: хороший дом и достойную семью. Твоя бабушка, хоть и любит тебя, не может всегда быть рядом — на её попечении целое королевство. У меня же нет обязательств, кроме обязанностей профессора, и я могу быть рядом, чтобы направлять, наставлять тебя и… любить, конечно же. — Северус неловко откашлялся. — Я знаю, каково это — расти без отца: моего никогда не было рядом, а когда был, то превращал мою жизнь в ад. Пусть ты никогда не знала своего — это не значит, что он тебе не нужен.       — Как и мать, — добавила Сараи. — Знаю, я — не кузина Эйслинн, но обещаю учить тебя и любить так, как любила бы она, дитя. Ты примешь меня?       Несмей смотрела на них со слезами радости.       — Конечно: мне никто не нужен, кроме вас! — Она посмотрела Северусу в глаза. — Когда я была маленькой и жила со своим учителем в Грейстоуне, мне часто снился отец. Я боялась его, потому что знала — он злой человек, но в то же время мне хотелось познакомиться с ним поближе. Он вызывал у меня тошноту и стыд, но я бы всё отдала, чтобы узнать, каково это — иметь отца, как у всех остальных. Но теперь в своих мечтах я вижу на его месте тебя, Северус. Для меня будет честью, сэр, быть Вашей дочерью.       Она подскочила и крепко обняла Северуса за шею. Северус обнял её и прошептал:       — Взаимно, принцесса-ёжик.       — Спасибо! — так же тихо ответила Несмей, целуя его в щёку. Затем она обняла Сару, которая торжественно произнесла:       — Добро пожаловать в нашу семью.       Несмей улыбнулась и принялась подписывать документы о согласии на опекунство, которые Северус вынул из кармана.       На следующее утро несколько мерцаний отправились разносить приглашения на чистейше-белом пергаменте в конвертах, надписанных золотыми чернилами и присыпанных золотой волшебной пыльцой. Из гардероба королевы была выделена соответствующая случаю одежда. Все получатели были глубоко польщены и взволнованы тем, что станут частью столь замечательного события. Было решено, что за тремя учениками Северус отправится сам и, переместившись в поместье с помощью портключа, а потом, чтобы попасть в царство фейри, воспользуется Вратами. Он также снабдит всех детей, включая сыновей, временными зачарованными амулетами, которые защитят их от чар фейри и любых последствий употребления определённых продуктов и напитков. Дело в том, что некоторые продукты мира фейри негативно отражались на физиологии людей, хотя миф, что вкусивший пищу волшебного народа останется с ним навсегда, был ложным. Кроме того, некоторые фейри были жуткими проказниками, и для них считалось нормальным подшучивать над смертными. Не желая сражаться с последствиями этих шуток при помощи зелий, Северус решил изготовить зачарованные подвески как для девочек, так и для мальчиков. К счастью, Сараи помогла ему, так что это не заняло слишком много времени.       День свадьбы начался с лёгкого тумана и моросящего дождя, что фейри почитали удачным предзнаменованием. Туман и сырость с восходом солнца рассеялись, и к позднему утру установилась ясная погода с прохладным западным ветром. Северус отбыл за учениками, дабы переместить их сначала в поместье, а оттуда — к Благому двору. Он оставил свою возлюбленную спящей, зная, что уже не увидит её до церемонии, поскольку для жениха считалось дурной приметой видеть невесту во всем её великолепии до произнесения клятв.       Сараи проснулась мгновенно, стоило Джулиане, её матери, в сопровождении родственниц-фейри, среди которых были так е Несмей и Моргана, войти в спальню. Они спели традиционное свадебное благословение волшебного народа, в котором просили невесту подняться со своего ложа и совершить омовение. Через несколько минут капитан оказалась в окружении смеющихся родственниц, облачённая в мягкое одеяние из золотистого шёлка и атласа, и её повели по коридору к скрытой двери. Женщины спустились в тайный грот, где находился большой бассейн с водой, питавшийся от древней реки Треалис. Смеясь и хлопая в ладоши, они подтолкнули невесту к бассейну, согретому солнцем и капелькой волшебства фейри.       Некоторые из сопровождающих присоединились к ней в бассейне, натирая ей спину лавандовым маслом, а волосы мылом с ароматом клубники и фрезии, играя в воде, как тюлени, хотя только одна из них была настоящей селки. Сараи быстро отбросила воинскую сдержанность и резвилась вместе с ними — ведь купание было ритуалом, символизировавшим расставание с прежней жизнью и детством и вступление в новую жизнь жены и матери.       Как только омовение было закончено, служанки отвели Сараи обратно в комнату, где помогли ей одеться. Портниха Титании превзошла саму себя, создав платье, подчёркивавшее стройную фигуру невесты и выделявшее все её достоинства. Оно было сшито из паучьего шёлка высшего качества и блестящей ткани — казалось, будто внутри неё сверкают драгоценные камни. Платье было золотисто-белым, королевских цветов, и расшито по лифу жемчугом изображениями цветов и листьев. Рукава, как и верхняя юбка, были ниспадающими и прозрачными, словно дуновение ветра. Шлейф же не был таким длинным, как у традиционного платья, которое развевалось у её ног.       — Прямо как мантия Северуса! — легкомысленно хихикнула Несмей. — Ты прекрасно выглядишь, Сараи.       Капитан улыбнулась:       — Сегодня я чувствую себя прекрасной, доченька, — и тепло обняла Несмей.       — Не двигайся, Сараи, — приказала ей мать, вплетая в тёмные локоны дочери тоненькие веточки вереска и других полевых цветов. — Вот так! Готово! — Она отступила назад, чтобы полюбоваться своей работой. — Ах, какая из тебя получилась невеста, cara mia! Беллиссима! — заявила Джулиана, в чей речи всё ещё сохранялись интонации и ритм, присущие итальянским корням.       Моргана надела на Сару прелестный серебряный браслет со звёздчатым сапфиром, а дриада обула её ноги в балетки из козьей кожи. На столе лежал букет традиционных цветов, в который входили вереск и лилии. Последние штрихи — нанесение золотой пудры и аромата цветущей сливы — и женщины заявили, что она — невеста, которой позавидовала бы даже королева.       — Невозможно! — фыркнула Сараи — Титания была одной из самых красивых фейри при Благом дворе: её неземная красота притягивала взгляды. Сара же была полукровкой, а потому не обладала и половиной шарма фейри. — Королева — это королева, а я — всего лишь капитан стражи.       — Посмотри в зеркало — Сараи-воительница превратилась в принцессу, — убеждала дочь Джулиана.       Сара повернулась, чтобы посмотреть в огромное зеркало, висевшее на противоположной стене. Обе брови приподнялись.       — Солнце, Луна и звёзды! Я… с трудом узнаю себя! — Платье и венок из цветов смягчали её угловатые черты, а бронзовая кожа выгодно смотрелась с бледно-золотым лифом, что прекрасно сочетался с шёлком цвета слоновой кости. Ошалла, селки, поколдовала над ней с косметикой и сделала её зелёные глаза ещё ярче и больше, а губы — полнее. Её взъерошенные кудри были приглажены, и Сараи подумала: «Удивительно! Я действительно выгляжу как принцесса».       Джулиана подошла и обняла её за плечи.       — Ты сделаешь своего Северуса очень счастливым. Очень счастливым.       Сараи резко обернулась к ней.       — Но что мне делать до церемонии? Она начнётся только через три часа. Я не привыкла выглядеть… как кукла.       Остальные просто улыбались и самодовольно ухмылялись.       — Ну… — сказала её мать. — Посидишь здесь и послушаешь наши советы относительно брака и того, как обращаться с мужем.       — Мама! — уставилась на неё Сараи. — Я… то есть… Сев и я уже…       Джулиана склонила голову набок.       — Но, когда ты замужем — это другое, cara. Особенно в первую брачную ночь.       «Правда? Что в ней особенного?» — подумала Несмей и покраснела, сообразив, о чём идёт речь. Но секс не был запретной темой у фейри, хотя Несмей и была слишком молода, чтобы слушать, как старшие обсуждают столь интимную тему. «Хм… это будет… интересно…»       Остальные ухмыльнулись и начали делиться своим опытом. Несмей сидела тихо, как мышка, и слушала развесив уши… пока Сараи не заметила её и не отправила одеваться к церемонии. Девушка застонала, но подчинилась: как только взрослые вспомнили о ней, то тут же замолчали.       «Взрослые! Запрещают всё веселье», — подумала Несмей, прежде чем уйти.       Она попросила нескольких лесных фей-служанок помочь ей с платьем из бирюзовой блестящей ткани — не бальное платье в пол, а свободно спускавшееся до лодыжек, украшенное опалами и жемчугом по лифу и манжетам рукавов «три четверти».       — Теперь балетки, госпожа, — сказала Уиллоу, протягивая подходящие атласные туфельки, инкрустированные жемчугом.       Несмей застонала. Она терпеть не могла носить туфли для придворных танцев. В них нельзя было бегать, и на следующий же день в их подошвах появлялись дырки — настолько тонкими они были. Фейри хотела надеть сапоги для верховой езды или же просто ходить босиком, как эльфы и дриады. Но она знала, что ни бабушка, ни Северус этого не одобрят, поэтому стиснула зубы и надела ненавистную обувь. Потом она снимет их и, пока никто не видит, засунет в карман, а затем наложит на ноги иллюзию, чтобы казалось, будто она в туфлях.       После переодевания Несмей пошла искать Драко и Гарри. Они должны были встретиться со своими друзьями неподалёку от Врат за пределами дворца.

***

      — Нервничаешь, Сев? — спросил Фил, дружелюбно обнажив клыки перед потомком. Вампир был упакован в безупречный костюм и фрак, которые выглядели бы банально на ком угодно, только не на Филиппе. Но, будучи собой, он выглядел в нём так естественно, что заставил бы Бела Лугоши пускать слюни от зависти. Сейчас же Фил исполнял роль шафера, помогая Северусу одеться и развлекая его до начала церемонии. Он осторожно встряхнул длинный плащ потомка из насыщенного тёмно-синего бархата с золотой оторочкой по краю.       Северус оторвался от приведения в порядок манжет своего камзола и поднял глаза.       — Не совсем. Ну, может быть, немного. Это глупо, ведь я знаю, что Сараи не бросит меня у алтаря, — зельевар раздражённо вздохнул и одёрнул рукава туники цвета светлой слоновой кости, поверх которой был тёмно-синий камзол с гагатовыми пуговицами. Облегающие чёрные леггинсы и замшевые сапоги до бёдер в тон камзолу завершали ансамбль. На чёрном кожаном поясе висели волшебная палочка и маленький футляр с зельями. Волосы были собраны сзади в хвост и перевязаны простой лентой.       — По-моему, все женихи в день свадьбы слегка нервничают, даже если полностью уверены, что невеста ждёт их в церкви, — ободрил его Фил. — Я говорю, потому что оба раза сам жутко нервничал.       — Оба раза?! Ты был женат дважды?       — Когда мне было шестнадцать, меня обручили со знатной девицей из хорошей семьи, с которой мой отец хотел породниться. Но она умерла до того, как мы смогли пожениться. До сих пор помню, как нервничал: ведь мы никогда не встречались, и я волновался, что могу ей не понравиться. — Фил издал самокритичный смешок. — Столетия спустя я встретил Джулию, и тогда… всё равно нервничал.       Северус искоса посмотрел на вампира.       — Никогда бы не подумал, что ты можешь нервничать из-за таких вещей.       — Я хорошо маскируюсь, — ухмыльнулся Фил. Он накинул плащ Северусу на плечи. — Вот так! Ты выглядишь, словно только что сошёл со страниц книги братьев Гримм: высокий, темноволосый и чертовски привлекательный. Саре не на что жаловаться.       Северус взглянул на часы: у них оставалось ещё два часа. Он надеялся, что его сыновья и их друзья не затевают никаких шалостей во дворце. Ему вдруг захотелось встать и пройтись взад-вперёд — он был одновременно взволнован и встревожен, и просто хотел, чтобы вся эта чёртова церемония уже закончилась.       В его апартаментах был небольшой мини-бар, и Фил налил два бокала игристого фруктового мерло.       — Вина? — протянул он один Северусу.       Тот поколебался, но фужер взял. Сделал осторожный глоток — было вкусно, сладко и слегка терпко.       — Неплохо.       — Расскажи мне о том, что случилось этим летом с мальчиками и твоей новой ученицей, — предложил Фил.       — Хорошо, — согласился Северус и начал рассказ. К тому времени, когда он закончил, был уже почти полдень. Филипп был в ярости из-за мальчиков и Несмей и сказал, что, если бы королевы не наказали этого злобного гада по заслугам, то Фил отомстил бы ему на вампирский манер.       — Как бы то ни было, он проживёт долгую жизнь со своей трусостью и осознанием того, что он — засранец. Я рад, что с детьми всё в порядке. В конце концов, это самое важное. И теперь ты знаешь, что только полный идиот переходит Титании дорогу.       Северус кивнул. После этого Фил предложил сыграть в Диких Драконов.

***

      Несмей не пришлось далеко ходить, чтобы найти Драко или Гарри — она практически столкнулась с ними, когда те выходили из-за угла, направляясь к ней в апартаменты. Оба её «брата» были одеты совершенно по-новому: туники, леггинсы, камзолы с разрезами на рукавах и полуплащи. Гарри был одет в королевский синий, чёрный и серебристый, а Драко — в зелёный, чёрный и серебристый. Их палочки, как и у Несмей, находились в чехлах у пояса. И обоим было весьма неуютно в официальных придворных нарядах.       — Выгляжу как придурок, — пробормотал Гарри Драко. — Как будто в карнавальном костюме.       — Так и есть, Феникс, — ухмыльнулся Драко. — То есть, ты одет как благородный фейри.       — Ну, я же дворянин… вроде как… по линии Принцев, — задумчиво произнёс Гарри. — Но я не ощущаю себя дворянином.       — Это потому, что тебя воспитывали не так, как меня, — заявил Драко и, запахнув плащ, надменно фыркнул.       Несмей закатила глаза.       — Искатели звёзд! Перестаньте ворчать. Вы оба прекрасно выглядите…       — Правда, Несси? — Драко, заметив её, обернулся.       — Я просила не называть меня так, — прорычала она и, ухмыляясь, добавила: — …для пары придурков.       — Очень мило, Несмей, — хмуро посмотрел на неё Гарри и в шоке застыл: — Носки Мерлина! На тебе придворное платье и туфли?!       Несмей скорчила гримасу.       — Только ради свадьбы твоего отца, Гарри.       — Чем он тебя подкупил? — лукаво спросил Драко.       — Ничем! Я делаю это, потому что уважаю его… И теперь он по закону мой опекун.       Мальчишки в шоке заморгали.       — Значит… это делает тебя нашей сестрой, — заявил Гарри.       — Да. Ты же… не против? — неуверенно спросила Несмей.       — Нет. Я всегда хотел иметь сестру, — ответил брюнет.       — Я тоже. Так что теперь я могу дразнить тебя вечно… Несси. — слизеринец досадливо ухмыльнулся.       — Иди ты, Драко! — рявкнула фейри: этому выражению она научилась у Гарри.       Драко лишь ухмыльнулся, отчего ей захотелось стукнуть его.       — Разве ваши друзья не должны были уже прибыть?       — Да. Мы оставили их в наших апартаментах и пошли за тобой, — сказал Драко. Он оглядел её с головы до ног. — Красивое платье, сестрёнка. Уизли в обморок грохнется, когда увидит тебя.       Несмей покраснела.       — Не пытайся мне льстить, Драко. — Она развернулась и направилась по коридору в апартаменты, которые делили братья. Блондин взглянул на гриффиндорца:       — Ну и что я такого сказал?       Тот пожал плечами.       — Понятия не имею. Девушки часто нелогичны. Пойдём.       Они догнали Несмей, Гарри открыл дверь и вошёл, а за ним последовали Драко с сестрой.       Кэти и Гермиона сидели на диване, а Рон с интересом осматривал все в комнате.       — Чёрт возьми, Гарри! Эти часы сделаны из чистого золота! — воскликнул он. — Ты знаешь, сколько за них можно выручить?       — На самом деле золото здесь стоит не так уж много. Мы больше ценим серебро. Оно полезнее, — сказала Несмей.       Рон резко обернулся.       — Э-э-э… Привет! Ты, должно быть, кузина Гарри, верно? — Он вышёл вперёд и протянул руку. — Я — Рон Уизли.       — Несмаяллиндра Хайстар. Рада познакомиться, Рон. Но ты можешь звать меня просто Несмей. Так делают все, кроме бабушки. — фейри пожала ему руку.       — Твоя бабушка — королева Титания, да? — спросила Гермиона.       — Точно.       Рон моргнул.       — Значит, ты вроде как принцесса?       — Ну, в некотором смысле. Я, так сказать, крапивинка — внебрачный ребёнок, так что не являюсь прямой наследницей, но моей матерью была Эйслинн — младшая дочь Титании — так что во мне течёт королевская кровь, — ответила Несмей. — Теперь же я — подопечная волшебника Северуса, так что это делает меня сводной сестрой Гарри и Драко.       — Круто! — воскликнула Кэти. — Я всегда говорила Гарри, что из него получится отличный старший брат. Я — Кэтрин Белл, для друзей Кэти. — гриффиндорка пожала руку Несмей.       — Она — моя девушка, — добавил Гарри.       — А Гермиона — моя, — сказал Драко и обнял Грейнджер одной рукой.       — Рада познакомиться с Вами, Ваше Высочество. Я — Гермиона Грейнджер. — девушка протянула руку.       Та усмехнулась.       — Просто Несмей, Гермиона. Титул даётся только законнорожденному ребёнку по прямой линии наследования. Добро пожаловать в мой дом.       — Я так рада быть здесь, — ответила Гермиона с сияющим взглядом. — Мне не приходилось раньше бывать нигде, кроме Кембриджшира и Хогвартса. Это так… волнительно!       — Ты ещё ничего не видела, Миона, — сказал ей Драко. — Вот подожди, когда не увидишь банкетный зал. И сады. А также конюшни и псарни с туманными гончими и волшебными скакунами.       —Жду не дождусь! Но будет ли у нас время на всё это? — обеспокоенно спросила та.       Гарри взглянул на часы.       — Да. У нас около двух часов. Нам нужно быть в Саду Вечной Весны к полудню. Верно, Несмей?       — Верно. Не волнуйся. Я попросила Милину, одну из Королевских Клинков, прислать мерцание, дабы напомнить нам о времени, — объяснила Несмей.       Кэти вскочила на ноги.       — Тогда пошли. Кстати, Несмей, твоё платье просто чудесно. Не могу поверить, что королева действительно подарила нам эту прекрасную одежду! — Она провела рукой по своему шёлковому платью приятного цвета морской волны, с бирюзой, аквамаринами и прыгающими дельфинами, вышитыми вдоль лифа и рукавов. У неё был соответствующий головной убор и туфли.       — Спасибо! Бабушка придерживается придворного протокола, что означает одеваться в соответствии со стандартами, и не хочет, чтобы кто-то из её гостей чувствовал неловкость из-за неподобающей одежды, — объяснила Несмей.       — Не могу поверить: оно так мне идёт, — отозвалась Гермиона. На ней было платье, напоминавшее по стилю то, что на Кэти, только цвета дамасской розы и украшенное розовым жемчугом, ярко-розовыми сапфирами и с лифом, расшитым кошками.       — Зато я могу, — пробормотал Драко, нежно целуя свою девушку в щёку. — Я скучал по тебе, заучка.       — Я тоже, Драконье сердце, — прошептала она в ответ.       Рон закатил глаза.       — Пожалуйста, вы двое! Если вы собираетесь строить друг другу глазки, идите отсюда! — Он был одет так же, как Гарри и Драко, хотя его костюм был ало-чёрным с золотом.       — Ревнуешь, Уизли? — спросил Драко.       Рон покачал головой.       — Нет. Мы с Зарой до сих пор переписываемся. — Он дотронулся до кулона, который дал ему Снейп. — Гарри, твой отец дал нам это, чтобы мы могли есть и пить, не беспокоясь о том, что заболеем или что-то в этом роде?       — Да, у нас такие же, — подтвердил Гарри: свой он носил под туникой, на той же цепочке, что и медальон.       — А танцы будут, Гарри? — спросила Кэти, когда они шли по коридору.       — Конечно! Без этого никогда не обходится ни один волшебный бал! — рассмеялся тот.       Рон забеспокоился.       — Э-э-э… Гарри… я не очень хорошо танцую. И у меня… э-э-э… нет партнёра. — Он отчаянно покраснел.       — Упс. Э-э-э… — Теперь уже Гарри почувствовал себя неловко. Он не хотел, чтобы Рон чувствовал себя третьим лишним.       — Я буду твоим партнёром, Рон, — успокоила всех Несмей. — Я сама не слишком хороша в танцах, хотя в детстве мне и давали уроки. Мой учитель говорил, что я неуклюжа, как рыцарь-смертный в подкованных сапогах. — Она покачала головой. — Поэтому, если мы отдавим друг другу ноги, у нас будет предлог отсидеться.       Рон бросил на неё благодарный взгляд.       — Спасибо, Несмей.       Они вышли во двор, залитый ярким солнцем, и были встречены восторженным Кафалем, который был на охоте со сворой гончих королевы. Он залаял и прыгнул на них, заставив девочек завизжать:       — Нет! Лежать! Твои грязные лапы испортят наши платья.       Кафаль сел, со смущённым видом виляя хвостом. Но тут Несмей погладила его и сказала:       — Знаю: ты рад нас видеть, и если бы на мне не было придворного платья, я бы поиграла с тобой, но… Пойдём, конюшни и псарни вон там.       Она направилась к огромным конюшням, где содержались скакуны и гончие фейри: Кафаль трусил рядом с ней, а остальные шли позади.

***

      Сад Вечной Весны       Сараи всегда любила проводить время в Саду Вечной Весны — одном из красивейших садов Благого двора. Этот сад представлял из себя нечто среднее между парком и лесом: там были как участки с идеально подстриженными кронами, так и намеренно оставленные нетронутыми территории, воспевающие вечную красоту природы. Там были и бассейны с каменными скульптурами, и пруды с лилиями, а также живые изгороди из вьющихся роз и фруктовых деревьев. Воздух был напоён запахами гиацинтов и лаванды, лёгкий ветерок доносил аромат зреющих персиков и цветущей вишни, заставляя желудки кое-кого из свидетелей урчать от голода. Поднялся ветерок, достаточно сильный, чтобы раскачать развесистое вишнёвое дерево с розовыми цветами, которые поплыли вниз и осыпали Сару и стоявшую рядом с ней Титанию, одетую в платье королевского пурпура. Было так странно видеть свою королеву рядом с собой, ведь столько лет она стояла впереди своих Клинков! Но Титания сказала, что в этот день — день её бракосочетания — она равна своей монархине.       Они стояли на небольшом возвышении, устланном ковром весенних полевых цветов, перед каменной дорожкой, ведшей к большой арке со вплетёнными в неё яркими цветами. В отличие от хорошо известной церемонии смертных, у фейри не жених ждал невесту у алтаря, а наоборот. Сараи нервно поёжилась, гадая, что могло задержать Северуса. Все свидетели, включая Фила, уже были на местах. Не хватало лишь жениха.       И тут явился он — в вихре тёмно-синего бархата и шёлка, высокий и гордый — и встал в арочном входе. У Сары перехватило дыхание. Северус выглядел умопомрачительно: настоящий воин-маг и, хотя он не был наделён красотой своих бессмертных кузенов-фейри, для Сараи это был только плюс. Его нос с горбинкой и худощавое лицо были несовершенны, но именно эти недостатки придавали ему шарм и делали его уникальным. Сара так долго жила среди расы безупречно красивых женщин и мужчин, что дорожила теми, кто хоть чем-то отличался. Северус же сильно выделялся среди других мужчин. Он был то раздражающим и саркастичным, то нежным и весёлым; то яростным и умным, то измученным и неуверенным в себе. Сараи любила его таким, какой он был, даже если зельевар порой вызывал страстное желание отлупить его тренировочным мечом.       Она приветливо улыбнулась ему — её глаза сияли признательностью и любовью.       Северус ответил на её улыбку своей и направился к невесте. Невидимые инструменты заиграли свадебный марш, когда он двинулся по дорожке. Зельевар ни на кого не смотрел, он не сводил своих глаз с Сараи, и в них светились любовь и признание — всё, о чём капитан только мечтала. Возможно, это был величайший дар, который Снейп мог предложить — самого себя и сердце, которое когда-то похоронил вместе с рыжеволосой ведьмой по имени Лили.       Сара протянула руку, и, когда Северус приблизился, то крепко сжал её. Он ничего не говорил, но это и не было нужно. Она по глазам видела, как тот счастлив и как сильно её любит. Вместе они повернулись лицом к Титании.       Королева фейри улыбнулась влюблённым и, воздев руки, провозгласила:       — Родичи, мы пригласили вас сюда, чтобы стать свидетелями церемонии соединения леди Сараи Кинсалари Валинек, в прошлом — капитана Королевских Клинков, и лорда Северуса Тобиаса Снейпа, наследника поместья Принц, волшебника и мастера зелий. Я с огромным удовольствием возглавляю эту церемонию, объединяющую миры Благих и смертных. Смотрите и свидетельствуйте! — Титания выхватила из воздуха несколько отрезов разноцветных лент, словно фокусник, вытаскивающий носовые платки из шляпы, и обмотала ими запястья Северуса и Сары. Ленты означали, что заключённая прежде помолвка теперь будет подтверждена браком: — Это узы помолвки, которые вскоре станут узами супружества. Они объединят два сердца, два тела и два разума и сделают их единым целым. — Пока королева вещала, ленты мягко засветились. Затем она повернула брачующихся лицом друг к другу и произнесла: — Как ленты связали ваши руки, так и произнесённые вами клятвы свяжут ваши души. — Она повернулась к Саре. — Берёшь ли ты, Сараи Кинсалари Валинек, в мужья Северуса Тобиаса Снейпа? Клянёшься ли быть его другом, спутницей жизни и настоящей любовью? Любить его безоговорочно, почитать и уважать, защищать от бед, утешать в трудные времена и расти вместе с ним умом и духом?       — Клянусь, — твёрдо ответила Сараи.       Ленты вспыхнули в радостном подтверждении.       Титания посмотрела на Северуса:       — Берёшь ли ты, Северус Тобиас Снейп, в жёны Сару Кинсалари Валинек? Клянёшься ли быть её другом, спутником жизни и настоящей любовью? Любить её безоговорочно, почитать и уважать, защищать от зла, утешать в трудные времена и расти вместе с ней умом и духом?       — Клянусь, — сказал Северус, и стоило раздаться этой фразе, как ленты засияли золотом и пурпуром.       — Благословляю вас от себя и от лица Светлого Создателя. Принесите кольца — чтобы все, кто их увидит, знали о союзе этих двоих. — Титания кивнула Гарри и Драко, которые вышли вперёд и опустились на колени по обе стороны от пары, держа в руках маленькие подушечки с лежащими на них кольцами.       Сара взяла то, что держал Драко, а Северус — Гарри. Сара надела кольцо на палец Северуса — тонкий кельтский узел из золота и серебра, символизировавший Вечность.       — Я отдаю тебе своё сердце На восходе солнца, На закате звёзд. Буду любить и почитать Невзирая на то, что произойдёт. На всю нашу совместную жизнь Я дарю тебе это кольцо, а вместе с ним — клятву Любви и верности До последнего вздоха.       Затем Северус надел ей на палец такое же кольцо и повторил ту же клятву.       Вспыхнул яркий свет, и зачарованные ленты впитались в кожу, сделав соединение полным.       Северус почувствовал, как его захлестнул прилив страсти и любви — такой сильный, что на мгновение он испугался, но затем позволил себе отдаться этому порыву и, притянув к себе Сару, прошептал:       — Наконец-то мы вместе, — и поцеловал невесту — с желанием, яростно и в то же время нежно. Это была сладкая мука и полнейший восторг — исполнение его самых заветных мечтаний. Северус хотел, чтобы это никогда не заканчивалось.       Но, наконец, раскрасневшийся и улыбающийся, он отстранился. Все зааплодировали.       — Я люблю тебя, Сараи.       — А я — тебя, — ответила фейри и поцеловала его в ответ точно так же, как он — её. — Вечно.       Когда утих второй раунд аплодисментов, Титания торжественно заявила:       — Связь закреплена, и да пребудут с вами благословения всех стихий и Светлого до конца дней. Поздравляю! — Она наклонилась и расцеловала обоих в щёки. — А теперь — бал! — королева спустилась с возвышения, оставив на мгновение влюблённых наедине, и взмахнула рукой.       Лепестки всевозможных цветов радужными каплями рассыпались вокруг новобрачных, а вслед за ними, радостно распевая, взлетела в небо стайка серебристых жаворонков.       Смеясь, Сараи схватила Северуса за руку, и они побежали по проходу через арку, сопровождаемые своими сыновьями и дочерью — наконец-то они стали семьёй.