Ritornane.

── ⫷⫸ ── За 6 лет до этого. - У меня хорошие новости! – Виктория шествует в комнату – студию с самой, наверное, счастливой улыбкой на лице, по сравнению со всей прошедшей неделей, держа небольшой ноутбук в обеих руках. - Ну и какие же, дорогая? – интересуется Дамиано, оторвав, наконец, взгляд от созерцания футбольного матча на экране своего телефона, даже не забыв поставить его на паузу. Томас, ради такой информации, даже перестает есть конфеты – и смотрит на Викторию с неподдельным, детским интересом. Итан практически следует его примеру – он настукивал какой – то незатейливый ритм на подушке дивана, сидя на полу в позе лотоса, забавный и старательный – но он откладывает палочки и поднимает заинтересованные глаза, глядя на девушку. - Вы удивитесь, мальчики. – говорит девушка самодовольно и радостно, - Главное не упадите в обморок. - Ну же, Вик, не томи. – настаивает Дамиано, в попытках заглянуть в экран ноутбука, когда девушка присаживается на диван рядом с ним. - Мы с вами молодцы, дорогие мои. – она хитро улыбается, но заглянуть в свой ноутбук так и не дает, - На следующей неделе, мы идем на одно очень важное мероприятие. - Ну, ну, ну, Вик, давай! – Томас не выдерживает вслед за Давидом, смешной и нетерпеливый, ерзающий на месте от предвкушения. - Мы идем на прослушивание Х – фактор! – она практически пищит эту фразу, но все трое парней понимают ее. Давида пробирает мелкими электрическими разрядами по всему телу. Прослушивание. Х – фактор. Эти слова прокручиваются в его голове, подобно аудиопленке – и с каждой секундой вызывают новую долю восторга – и Давид не помнит, что именно чувствует в этот момент. Это было схоже с эйфорией. Эйфорией от чего – то великого и неописуемо – восхитительного. С какими воплями Дамиано подскакивает с дивана и насколько радостно кричит что – то неразборчивое, он совсем не помнит. Томас практически бросается на Вик – он сгребает ее в крепкие объятья, пока та хихикает, тоже слегка приобнимая его, его глаза горят, подобно двум зеленым звездам, и он практически смеется, широко улыбаясь. - Я просто поверить не могу! – вскрикивает Дамиано, прикрывая рот обеими руками – все до единой мышцы в теле начинают трястись, и ощущение бабочек в животе его не отпускает. Итан улыбается закрыто и не произносит ни единого слова – он застывает, его карие глаза начинают мерцать, он так и не может закрыть рот от удивления – он улыбается так безобидно и мило, но Давиду так и кажется, что ему немного одиноко – потому, последовав примеру Томаса, он падает на колени с ним рядом и крепко обнимает за спину – практически сковав барабанщику все его попытки двигаться. - Маммамия, это победа! – вопит Томас, снова утыкаясь в плечо Вик, - Мы рулим! Виктория тихо хихикает, будучи зажатой между худым телом Томаса и диваном – но ее глаза тоже светятся искренним счастьем – она знала об этом давно, всего лишь хотела утроить сюрприз согрупникам. - Это прямо который настоящий Х – фактор?! – не может поверить своим ушам Давид, - Тот который прямо по телеку, да?! Вик продолжает смеяться, кивая – ей была забавна реакция парней, ведь те вели себя, словно дети. Дамиано еще несколько минут проводит в немом восхищении – он не верит своим глазам, ушам, всем своим органам чувств – сама мысль казалось нереальной и просто сумасшедшей – они на Х – факторе, Маммамия… Смесь восторга, радости и волнения подпирает к горлу – Дамиано широко улыбается, он чувствует, что он счастлив. Именно тогда, когда Давид был счастлив, он всегда обращал свой взгляд на Итана. Итана Торкио – забавного и милого барабанщика юной рок – группы под названием Màneskin. Дамиано знал его на протяжении нескольких месяцев – где – то около полугода. Скромный, тихий, закрытый, но добрый и светлый мальчик. Мальчику исполнялось семнадцать лет, правда, Дамиано казалось, что в принципе, по возрасту, Итан находился, где – то в периоде от десяти до сорока лет – усы сбивали с толку. Симпатичный парнишка, очаровательный, наивный, даже немного забавный – Давид еще ни разу не встречал такого человека. Ко всем в этом мире, Итан был искренен и дружелюбен, как солнечный лучик – такой необычный, светлый человек. Рядом с ним мир казался добрее и безопаснее, рядом с ним, почему – то, хотелось забыть о жестокости и цинизме, рядом с ним было комфортно – неподражаемый, очаровательный Итан. И чем – то он западет Дамиано в голову, и прямиком в самую душу. Итан отнюдь не был эталонным красавчиком, горячим или привлекательным парнем – но что – то в нем было такое, на что Давид даже немного запал. Узкоплечий и худенький, стройный парнишка, среднего роста, с длинными и шелковистыми волосами смоляного, черного цвета, смугловатый, весь в забавных родинках разного диаметра, верхний ряд передних зубов у него был кривоватый, но улыбка все еще казалась Дамиано очаровательной. Черные глаза Итана казались Давиду грустными и глубокими – но все еще очень добрыми. Хрупкий, заботливый, милый, наивный мальчик по имени Итан. В музыкальных способностях, Итану бесспорно, равных не было – он играл непревзойденно прекрасно, ловко орудуя барабанными палочками. Торкио часто говорил, насколько обожает музыку и игру на барабанах, и не поверить ему было сложно. Дамиано любил слушать его красивые соло, которые он исполнял в свободное от работы время, любил смотреть, как в копне волос, умелых рук и палочек, Итан получал музыкальные оргазмы – по – другому его состояние описать было сложно. Что именно Дамиано испытывал к мальчику – барабанщику, для него и самого оставалось загадкой. То, что эти чувства могла бы охарактеризовать влюбленность, сказать было нельзя – ведь Давид знал его только несколько месяцев. Скорее симпатия, немного более, чем дружеская – особенная, но впервые такая искренняя и размеренная, за всю жизнь горячего и пылающего всеми имевшимися гормонами, Дамиано. Глаза Итана мерцали с самой глубины – карие глаза, с чуть расширенными, от радости, зрачками – в них отражались блики, и Давиду даже на секунду показалось, что взгляд Торкио стал немного менее меланхоличным. Итан улыбался – и улыбался так скромно, но невероятно очаровательно – Дамиано видит, что он счастлив, и это греет его открытую для Итана душу – он сжимает хрупкие плечики в объятьях еще крепче, он хочет поцеловать Торкио в щеку – но все же остерегается, вдруг Итан что – нибудь заподозрит. - Дами, не задуши его. – хихикнула Вик, заметив движения Давида. - Нет, все в порядке. – смеется Итан, ненадолго оголяя ряд верхних, кривоватых зубов – интересно, какие же эти розовые губки на вкус?.. Дамиано не реагирует на предложения Вик, он привык к ее дружеским шуткам – он утыкается в плечо барабанщика, чувствуя щекой его острую ключицу даже через ткань тонкой футболки, чувствует, как от волос Торкио пахнет приятным шампунем, чувствует, какой тот теплый внутри – и от этого хочется заобнимать его еще сильнее. Итан, по возможности привыкнув к настойчивым объятьям, треплет Давида по спине – по – дружески, скромно – но Дамиано от Торкио ответных чувств ждать совсем не намерен – его чувства переполняли его через край, он мог дарить их сам, ему почти не важна была чужая взаимность. Черт возьми, неужели можно обнимать человека с таким неземным объемом чувств?.. Давид ни разу не чувствовал такого притяжения – к Торкио тянуло как – то по другому, совсем иначе, с ним хотелось любви – его хотелось залюбить до той степени, чтобы в глазах его исчезла протяжная грусть. Хотелось увидеть счастье в этом понуром взгляде – потому Давид ловил каждую секунду, пока милый Итан улыбался. - Я написала нам новое расписание репетиций. Нам нужно будет удостовериться, что наше выступление будет идеальным. Аудитория – несколько тысяч человек, такой масштаб для нас в новинку, поэтому, нам нужно выступить безупречно. Тем более, это пробный тур – нас ведь могут и не взять. Мы будем репетировать каждый день в течении этих двух недель. Для пробного тура возьмем нашу Chosen – я не хочу впервые в жизни выступать на большой сцене с кавером на чужую песню, знаете ли. – деловито рассуждает Вик, пока Дамиано все ее слова кажутся до жути очевидными и банальными – намного важнее на данный момент были чувства и эмоции, чем остальные формальности, связанные с пробным туром. - Это все понятно, Викки, это все скучно. – говорит Давид, - Это ведь новый масштаб, новая эра, новая жизнь! Это новый шаг к нашей общей мечте! Давайте это отметим? - Дамиано, это всего лишь пробный тур, прослушивание, нас ведь могут отшить. Нам нужно готовится, времени на твои пьянства нет. – отрезает Вик так, словно она была скучной занудой, пусть Дамиано и знает, что это не так. - Какая же ты скучная. – тянет Давид, но оторваться от плеча Торкио пока не думает, - Предлагаю выпить без нее, кто за?! - Да идите вы к черту, для меня, между прочим, это важно. – на полном серьезе говорит Вик, - Давайте репетировать. Отмечать будем после того, как нас примут в проект. - Скуч – на – я! – проговаривает по слогам Давид, перебивая ее, - За – ну – да! Вик все же усмехается, пока Дамиано сканирует все имевшиеся в его голове необидные прозвища по слогам – и он псевдо – невзначай не отпускает Торкио из своих объятий – сегодня было можно, сегодня был особенный день.