dollie

Когда лучи полуденного солнца уже буквально врывались в окно спальни, так, что даже тяжёлые занавески не могли их больше сдерживать, Юнги отложил на тумбочку горячо любимую биографию своего горячо любимого учёного. И стал нетерпеливо сотрясать ладонью воздух в нескольких сантиметрах от лица ДоХи, которая всё ещё сладко пребывала в своём загадочном сонном царстве. Девчонка оставалась неподвижной, бледной и выглядела как-то болезненно, хоть и ровно дышала — она пришла в себя прошлым вечером спустя минут пятнадцать, и Юнги переложил её в кровать, дав отдохнуть спокойно. Он разрешил ей поспать подольше, а не разбудил ещё в спозаранок в шесть утра, когда проснулся сам. На календаре воскресенье, и рыжеволосый парень, разобравшись со своими рутинными утренними делами, сидел с книгой в руках уже три долгих часа. В сотый раз перечитывая, как выдающийся физик Ричард Филипс Фейнман проводил над собой опыты по десенсибилизации, Юнги, тем не менее, не мог не поглядывать на сопящую рядом девушку. Поглядывал, отвлекался, а в голове его всё что-то раздражённо щёлкало и замыкало, напоминая о случившемся сбое в Системе. Это был поистине первый раз, когда парень позволил какой-то девушке переночевать у себя дома. Потому что Юнги вообще редко приводил свои пассии к себе, предпочитая сводить их нахождение в своей священной обители к минимуму. Потому что, несмотря на то, как он любил соблазнять глупеньких девушек и жадно прикасаться к их доверчивым телам, он ненавидел, когда они, в свою очередь, прикасались к его вещам. ДоХи была единственной, кто по случайному стечению обстоятельств нарушил это негласное правило. Не приносить же ему было вчера её бездыханную к матери домой. Неожиданный звонок в дверь вырвал парня из своих размышлений, смешавшихся с отчаянными попытками вернуться к книге и уловить смысл читаемого абзаца. Сердце пропустило удар, и Юнги, словно кот, навострил уши. Но после третьего звонка всё-таки заставил себя подняться на ноги и спуститься на первый этаж. — Юнги-сонсенниииим! Перед ним стояла женщина с тёмно-коричневыми волосами и с приторной улыбкой на губах протягивала парню тыквенный пирог, заботливо упакованный в защитную плёнку. — Миссис Ли… — протянул он, с грехом по полам выдавливая из себя вымученную улыбку. Конечно, Юнги узнал её. Конечно, Юнги немного испугался столь неожиданному визиту соседки и уж точно не собирался приглашать её внутрь. Он нервно сжал дверную ручку, не отодвинувшись ни на шаг, и решил кратко поблагодарить женщину за праздничное угощение, а затем быстро с ней распрощаться. Но тут к его ужасу сзади появилась ДоХи. Спустившись в гостиную в весьма потрёпанном виде. Юнги, не растерявшись, облокотился плечом о дверной проём и закрыл собой узкий проход, оставляя в поле зрения женщины только свою худощавую фигуру. ДоХи, тем временем, на цыпочках приблизилась к нему и встала рядом, оставаясь в тени двери. Она приподнялась на носочках и заглянула в глазок, чтобы узнать, кто стоит по другую сторону. «До чего же глупая», — пронеслось в голове у Юнги. Когда до девчонки, наконец, дошло, что перед домом стоит её собственная мать, она неосознанно вскрикнула от испуга своим тоненьким голосочком. И в следующую же секунду Юнги пришлось накрыть своей ладонью её маленький невнимательный рот. Миссис Ли вопросительно округлила свои испещрённые морщинами глазки и любопытно вытянула шею, пытаясь заглянуть через плечо парня. — Кошка, — невозмутимо ответил он, с силой вжимая ДоХи во внутреннюю сторону двери, лишь бы она снова ничего не натворила. — Кошка у меня живёт. Очень глупая. Миссис Ли втянула голову обратно и сморщилась, всем своим видом показывая, что кошек-то она как раз терпеть и не может.

***

— Твоя мать, вообще, знает, где ты? — Я предупредила, что останусь у подруги. ДоХи вяло ковыряла вилкой тыквенный пирог, пока Юнги изучал содержимое своего холодильника на предмет какой-нибудь полезной пищи. Обычно именно по воскресеньям, после обеда, парень наведывался в ближайший супермаркет, дабы пополнить запасы на неделю, но, конечно же, возможности сделать это сегодня уже не предвиделось. Он же не мог так просто оставить девчонку одну в своём доме — это было недопустимо. А выгонять её к себе, отпуская так скоро, ещё не получив самого главного, ему не хотелось тем более. Он снова взглянул на ДоХи, сгорбившуюся над столом. На её худенькую спинку, на бледные и подрагивающие руки. И сделав соответствующие выводы, порылся в холодильнике и затем выложил перед ней немного странный набор продуктов. — Тебе нужны витамины, — показал он ей на одиноко расположившийся на блюдце жёлтый початок варёной кукурузы. — И ещё, — он нагнулся, чтобы открыть ящик стола и вытащить оттуда небольшой шуршащий пакетик, пока ДоХи, открыв рот, наблюдала за его действиями. — Я приготовлю тебе мисо-суп. Он полезный. Там много железа. А ты постоянно в обмороки падаешь. А у нас с тобой ещё незавершённые дела. Юнги встретился глазами с девчонкой, которая, изрядно покраснев, застыла на месте прямо с поднесённой к губам вилкой. Кусочек пирога не выдержал напряжения и свалился обратно в тарелку, а Юнги лишь почесал затылок и принялся сосредоточенно намазывать масло толстым слоем на разрезанную пополам кунжутную булочку. — Жуй, — приказал он, засунув в удобно раскрытый от удивления ротик ДоХи половинку бутерброда. Вторую он съел сам, скрупулёзно параллельно подцепляя выпавшие крошки хлеба со стола, и затем проследил, чтобы в течение следующих двадцати минут девчонка скушала кукурузу, красное яблоко и выпила до конца жиденький суп, приготовленный им на скорую руку. ДоХи же была не особенно голодна. ДоХи смущалась, краснела, а из головы всё никак не выходила предпоследняя фраза Юнги, от которой любой кусок в горло отказывался лезть, и руки предательски дрожали. Но под тяжёлым взглядом парня ей пришлось покорно разделаться со всей предложенной едой, и теперь она глупо всматривалась в невозмутимое лицо объекта своего воздыхания. — А теперь в ванную! — решительно сказал «объект» и потянул её за собой обратно на второй этаж. — В…вместе? — пролепетала девушка, как только оказалась в тесной комнатушке, осознав, что Юнги вовсе не собирается оставлять её наедине с собой. — А ты стесняешься? — он приблизился к ДоХи, заставляя её вжаться в стенку. — После вчерашнего? Юнги начал снимать рубашку, сверля девчонку взглядом, а та потянула за край махрового полотенца, свисающего рядом с ней с крючка, и, словно шторкой, прикрыла им половину своего лица. ДоХи не знала, что хотела спрятать больше — стыдливый румянец или лукавую улыбку, играющую на губах. Когда Юнги разделался со своей одеждой, он принялся спокойно и с особой аккуратностью избавлять от неё девчонку, стараясь не выдавать своё желание раньше времени. ДоХи кусала губы, ёжилась и пыталась смотреть на что угодно, только не на человека перед собой. Она успела обсмотреть весь потолок вдоль и поперёк и пересчитать щепетильно разложенные на полочках ванные принадлежности, пока Юнги снимал с неё блузку, юбку и чёрненькие гольфы. Когда же его руки оказались у неё на спине, чтобы расстегнуть бюстгальтер, ДоХи непроизвольно напряглась. Юнги чуть отстранился и нахмурился, попутно что-то решая у себя в голове. — Посмотри на меня, — недовольно произнёс он и, когда девчонка повернулась к нему лицом, накрыл её губы нежным успокаивающим поцелуем. Всё внимание ДоХи перенеслось на этот маленький отвлекающий манёвр, и пока она горячо целовала парня в ответ, он без труда и быстро избавился от последних деталей, скрывавших её тело. Набравшись смелости, девушка прижалась к нему оголённой маленькой грудью, но Юнги резко прекратил поцелуй, развернул её и подтолкнул к душевой кабинке. Когда ноги ДоХи ступили на холодный кафель, парень зашёл следом и стал настраивать температуру немного сначало прохладной воды. Юнги был всё ещё немного обижен на неё после вчерашнего и потому собирался поиграть с ней чуть дольше обычного. Он принялся с безразличным видом выдавливать на ладонь шампунь и, когда ДоХи нетерпеливо прикоснулась к его руке, Юнги только снова развернул её спиной. Он подтянул девчонку под душ, а затем начал намыливать её длинные спутанные волосы. Дохи краснела и краснела, увидев наконец учителя всего. Юнги же нежно проводил пальцами по мокрым локонам, мягко массируя кожу головы. Юнги всего лишь хотел подразнить её. Парень не собирался лишать ДоХи девственности прямо здесь и сейчас, потому что пока это не совсем входило в его планы. Потому что под рукой не было презерватива, да и с медицинской точки зрения было бы разумнее сделать всё лёжа. А Юнги был разумным. И надавливая пальцами на определённые точки головы ДоХи, он попутно вспоминал, что ко всему прочему, в самый первый раз девушкам нежелательно заниматься сексом продолжительное время. Юнги старался дышать спокойно и размеренно, обхватывая взглядом соблазнительные изгибы девушки перед собой, но та снова попыталась развернуться, при этом очень удачно задев его своим бедром. Поэтому Юнги, несмотря на все свои здравые мысли, только чертыхнулся и, не выдержав, прижал ДоХи всем своим телом, давая почувствовать ей накрывавшую горячую эрекцию. Девчонка простонала и закусила губу, упираясь руками в скользкий кафель за спиной. Юнги шумно вздохнул, но продолжил мыть её, ладонями спускаясь к шее и лопаткам, плавными движениями переходя к упругим грудям, сжимая их и задевая пальцами затвердевшие соски. ДоХи казалось, что она кончит в любую секунду от одних только этих бархатных прикосновений, но в следующее мгновение она ощутила, как её чуть приподнимают за ягодицы, а возле уха вдруг раздалось нетерпеливое: «Сейчас будет больно». ДоХи зажмурилась и вскрикнула, когда Юнги вошёл в неё одним резким толчком. Из глаз брызнули болезненные слёзы, а от сильно закушенной внутри щеки во рту появился металлический привкус крови. — Потерпи немного, — произёс Юнги, успокаивающе поглаживая её бёдра. Не сдержался таки. После выдержанной паузы он снова попытался двигаться в ней, только на этот раз очень медленно, слабо. Парню с трудом удавалось контролировать себя, потому что ДоХи была невероятно узкой. И от этого ещё более сладостной и желанной. Он обвил её руками, продолжая свои мучительные движения, и через некоторое время ДоХи начала постанывать, втягивая ртом воздух. Ей снова стало приятно, и чтобы совсем отодвинуть отголоски боли на задний план, девушка потянулась пальчиками к низу живота. Тогда Юнги сделал последнее движение и, стиснув зубы, вышел из неё, попутно перехватывая своей ладонью её шаловливую ручку. — Думаешь, теперь я дам тебе кончить так просто? — прохладно, несмотря на разгорячённость всего своего существа, выдал он, а затем развернул девчонку снова и принялся, как ни в чём ни бывало, смывать с неё остатки шампуня под прохладной струёй воды.