dollie

Прошло две жуткие недели, и Ли ДоХи взволновано и беспрестанно гадала, куда же делся её Мин Юнги. Скучала, горевала скорее по внезапному, колкому отсутствию его в жизни, нежели по убийству незнакомой третьеклассницы. Скорбящие ученики и учителя выложили возле её школьного шкафчика, на металлической дверце которого было наклеено сердечко, редкие цветы, портрет её в позолоченной рамке. Кто-то оставил письмо с посланием в конверте. ДоХи вдохнула побольше воздуха в нос, обтёрла о юбку вспотевшую ладонь, и решительно сделала шаг. Прошла медленно между собравшимися небольшими группками учениками — она тоже, несмотря на всё, приготовила бедной девушке прощальный «подарок». Чёрную сухую розу и небольшую куколку, напоминавшую ей чем-то несчастную жертву убийства. — Покойся с миром, Ю Минхи. Весь ритуал был в стиле странной Ли ДоХи, но всё же несколько персон то ли непонятливо, то ли осуждающе посмотрели ей в след — а потом, естественно забыли. Все теперь только и обсуждали свежайшие детали расследования — версия с изнасилованием вроде бы не подтвердилась, а знатоки поведения серийных убийц верили в свою правоту. Ведь на затылке жертвы был явно выдернут клочок волос, и на его месте оставлено начерченное змейкой чёрной ручкой тайное «S». Всё очевидно было неспроста.

***

Нащупав под партой кем-то налепленную жвачку, ДоХи сморщилась и брезгливо вытерла пальцы о пиджак. Дописывая сложную домашку по алгебре, пока половина класса находилась где-то в коридоре, громко переговариваясь и отпуская шутки и сплетни, прохлаждая мозги после нудной литературы, девчонка страдала от преследовавшей её все эти дни нервозности — в груди обосновалась тахикардия, а правая нога так и содрогалась в бесконечной тряске. Наконец-то прозвучал резкий звонок, и все вернулись на свои места. ДоХи отложила тетрадь на край парты. Подняла свой взор к двери кабинета, приготовившись приветствовать учителя математики, и обомлела в ту же секунду. — Добрый день, — вежливо, но холодно произнёс Юнги, будто вовсе и плевать ему было на то, как сложится их понедельник. — Меня зовут Мин Юнги. Сегодня я заменяю у вас алгебру, так как господин Сокджин вынужден был слечь с температурой дома. Кто-то из класса хихикнул интересно построенному, казалось, саркастичному обращению Юнги к ученикам, кто-то ахнул, завидев молодого, словно из клипа какой-нибудь айдольской группы появившегося парня, а кое-кто облегчённо выдохнул, потому что по обычаю заменяющие учителя не проверяли заданную коллегой домашку и в принципе относились к уроку несерьёзно, по-просту растягивая время. — Господин Сокджин, однако, передал мне план занятий и рассказал про заданные упражнения. В классе раздалось чуть слышное «чёрт», и кто-то снова хихикнул. Глаза Юнги строго прищурились, словно бы от палящего перед глазами солнца. Оно сегодня светило, вопреки мрачному в целом настрою людей. Он отодвинул стул, присев за учительскую парту, открыл журнал со списком фамилий, упорядоченных по алфавиту. Медленно проходясь пальцами по именам и оценкам. Раздражённо поразился кривому почерку Сокджина. Класс замер, ожидая словно какой-то экзекуции. Особенно оцепенела Ли ДоХи. — Ли ДоХи. Не желаете ли выйти к классу и ответить на задание №6? — Надменная ухмылка. — Да… господин Мин, — дерзкий взгляд девчонки, вполне ожидавшей подобного выкрутаса. Сначала пропадал, теперь объявился и захотел её третировать? Не дождётесь, сонсэнним. Благоговейно она поднялась, а сердце запрыгало сильнее. Нарочито медленной походкой ДоХи дошла до доски, взяла мел в ладонь, покрутила в пальцах, оставляя белесые суховатые следы на внутренней части руки. Тягуче, лениво — наверняка, кто-то из сверстников был ей благодарен за то, что тянула время. Ли ДоХи уверенно выпрямилась, приподняла подбородок, ухмыльнулась и приоткрыла завесу волос, заведя локон за ухо у той части лица, на которую открывался вид парню. Мин Юнги оценил представление. Он надеялся провалу ученицы, ну или хоть какой-нибудь ошибке — ему нравилось думать о ней, как о плохой девчонке. Ли ДоХи, не имевшая сегодня проблем с математикой — списала у подружки — почему-то ощутила в себе лукавство, будто бы магическим образом понимая и принимая на себя фантазии Юнги, и стала выводить дурацким почерком уравнения на доске. — Неправильно. — Резко зазвучало слева. — Ошибка уже в начале, Ли ДоХи. Ким ДонХёк, вечный ботаник, сидевший на первой парте возле учителя, усмехнулся глупости ДоХи, хоть и не ожидал, само собой разумеется, от неё первоклассного ответа. — Ты пойдёшь вторым, — заметил грозно Юнги, даже не поинтересовавшись именем парнишки и не удосужившись обратиться к нему на «Вы», — готовься к упражнению №7. Вся женская половина класса замерла от устрашающего парня — обёртка выглядела красочно, вкусно, завлекающе, а внутри, словно розыгрыш какой-то, конфета оказалась горькой. — Снова неправильно, — вернулся Мин Юнги всецелым вниманием к ученице возле доски. — Вы готовились, ДоХи? — Прошу прощения, господин Мин, — виновато она наклонила голову, но исподтишка с какой-то игривостью посмотрела на парня, — мои мысли в последнее время были заняты другими… предметами. Мин Юнги весь напрягся от заявления ДоХи. Неужто девчонка даже не скучала? И явно стала намекать на посторонние, не о нём единственном только думы? — Останьтесь после урока, будьте добры. — Да, учитель. Ли ДоХи послушно прошла к своему месту, чуть ли не благоухая от своей удачливости и несдержанной улыбки под удивлённые взоры одноклассников — «какая-то странная сегодня ДоХи, не повезло».