Скайрим попал!

Утгерд, кстати, в трактире тоже не нашлось — чему местные забулдыги несказанно удивились, мигом поведав, что ждали именно ее, а я должен был остаться собирать кишки на улице. Впрочем, в дискуссии я вступать не стал, отказался от чарки, с настороженным видом предложенной Хильдой, и поднялся в свой номер. Там, не вдаваясь в разговоры, сперва хлестнул бросившуюся навстречу Зарию с правой, а когда она смогла унять кровь — популярно объяснил, что будет в следующий раз, когда меня оставят танковать упыря голой жопой. —И вот, трелла тебе привел, мне по наследству достался, — в конце импровизированного спича толкнул вперед бретонку, почти впихнув ее в объятия недоуменно зыркнувшей вампирши, — Обучи ее там вашим вампирским хуевинам… —Хорошо, мастер, — смуглянка ловко подхватила вздрогнувшую девушку, оскалилась, демонстрируя блестящие клычки, — Обучу. Всем вампирским… хуевинам, как тебе будет угодно. Я еще уловил какое злорадство, но кровать в тот момент сильно важнее показалась, да и опять же, завтра день тяжелый намечается, поэтому внимания не придал, а завалился в койку, не снимая сапог. И зря. Пожалуйста, распределите очки навыка И глаза почему-то упорно отказывались открываться, как это обычно тут случалось — только надпись маячит на фоне серого «ничего». Ну, это поправимо, ща мы разберемся, хотя такое пробуждение у меня впервые — вроде звуки какие-то слышу, задницей кровать тоже ощущаю, а вместо картинки только интерфейсное окно. Ага, вложимся в магию, куда же еще. Уровень 5 Здоровье 100 Магия 100 Выносливость 100 Вы получаете новый уровень! Пожалуйста, распределите очки навыка Так, и долго оно будет? Снова тыкнул в магию, увеличив до ста шестидесяти, а потом вложил одно очко навыка в скрытность, и одно - в разрушение, получив «Ни шороха, ни звука» Скорость вашего движения, а также прыжки, заклинания и атаки производят на 25% меньше шума. и, в добавок, еще «Двойное заклинание разрушения» Второй уровень навыка Поражая противников заклинанием школы Разрушения с обоих ладоней, вы увеличиваете урон от заклинания на 60%, а стоимость заклинания — на 18% Пожалуйста, введите имя вашего персонажа. Имя не должно содержать цифр, а также нечитаемых символов, кроме пробела. Однако, то есть Генри Рокфеллером IV-м мне стать что, не судьба? А хотелось бы, ага. И еще вот помню, у Оленьки в нике тоже было что-то такое, не шибко читаемое — поди, насчет личного аккаунта набрехала, собака белобрысая. Пораскинув мозгами, сначала вбил Себастьяна Перейру — на кириллице, благо это разрешили — поглядел так и этак. Сойдет, или еще чего придумается? Вот, например, если я буду… — Гнусный пидор! — кровать ударила под зад так, словно ей отвесили пендаля, больно воткнувшись спинкой в затылок, — А ну, вставай, скотина! Вставай, пидорас, и смотри, что ты наделал! — Отличные у тебя сапоги, это ты в курсе? — разлепил глаза, словно с дикого бодуна, и точно перед собой увидел прекрасные сафьяновые сапожки, злобно колотившие по кровати, — В таких и нахуй сходить можно, и в пизду, да? —Э-э, — толстяк, собиравшийся свесить кровати очередного пинка, замер, нависая надо мной чудовищным пузом, — Ну, это можно, наверно, ага… —Вот, блядь, и сходи! — швырнул одеяло в стену и с маху зарядил в колыхающееся брюхо, так, что толстый хрюкнул и отскочил, — И еще раз в мою сторону шишкой свой ткнешь — больше ее не увидишь. Хотя и так только в зеркале и разглядываешь, поди. Времени сколько? —Дык, утро уже, — Фаренгар, потирая пузень, попятился назад, пока в стенку спиной не уперся, — Раннее… —Вижу, вот и петушок закукарекал, — протер рожу и воззрился на угрожающе размахивающего восставшим болтом придворного чародея, — Хера пришел? Дымится? Так я не по этой части, учти. —Ты мне зелье достал, так? — маг перешел к деловой части беседы, — И вот результат! —Ну? И хера тебе не нравится, понять не могу? — результат работы зелья от Аркадии действительно внушал, что и говорить, — Средство ж очевидно рабочее. Но в любом разе — возврат не предусмотрен, у нас тут не ибей, понял? —Перейра! — Фаренгар заломил руки с лицом урюпинского трагика, даже слезу пустил, вроде, — Будь человеком, а? Не знаю уже, что с этой елдой, блядь, делать — даже спать не могу, мешает! —Ну, может и есть одно средство, — я зевнул, свесил ноги с кровати, шаркнув сапогами по полу, — Записывай — идешь на ривервудскую лесопильню… Пишешь? —Ага, сейчас я, — маг суетливо порылся в поясной сумке, выуживая кусок бумажки, — Иду и дальше чего? —Покупаешь там кол, обязательно не ошкуренный, такой, с занозами чтобы — и попроси размером чуть больше твоего очка, если у них, конечно, такие есть… —Нет, ну что ты за скотина!? — толстый с яростью швырнул закружившийся по полу листочек и выпучил глаза так, что я серьезно заволновался — не выпадут ли, — Видишь, у человека проблема серьезная и мозги ему ебешь! Ты учти, тан, я тебе тоже в утреннюю кашу насрать могу, и если не договоримся… —Спокуха на лицах, уважаемый волшебник, — я наконец-то встал с кровати, потянулся и дружески ткнул жиробаса кулаком в плечо, заставив визгливо вскрикнуть, — Сейчас принесу тебе противоядие — и заметь, совершенно бесплатно. —Бесплатно? — рожа Фаренгара перекосилась в недоверчивой гримасе, — Что, совсем? И услуги никакой не попросишь? —Магическую карту разве что, — вовремя вспомнил, бо чую — не сладится у нас с жирным магом прекрасная дружба, потом может шанса и не быть, — Но то так, мелочь. —Мелочь, понимаешь ли, — толстый вздрогнул от жадности, но все же вытащил из-за пояса невеликий кожаный футляр, задержал в потной ладошке, — Я их на базаре меньше, чем по пять сотен не отдаю, вообще-то. —Можно было бы еще пару свитков на телепорт, конечно, чисто за срочность, — я выразительно глянул на подпирающую рясу елду и маг, вздрогнув, буквально сунул карту мне в руки, — Но обойдемся только картой. Жди здесь, я скоро. Вывалился в темный по раннему времени трактирный зал, огляделся, заметил у очага мешок с говном, при ближайшем рассмотрении оказавшийся Бренуином — и моментально свесил ему пня под зад, так, что бомж с воем ткнулся рожей в еще не остывшие угли. —Руки за голову, работает стража ярла! — еще один пинок окончательно привел колдыря в чувство и тот вылупился на меня с таким видом, словно нашел и упорол все местные закладки. —А-а-а-аа! Я ниче не делал, волки позорные! Век воли не видать! — Хорошо, на первый раз поверю, — хмыкнул, глядя как мужичонка пробует зарыться в золу, отчаянно загребая руками, — Где Хульду найти? —Дык это, — бомж проморгался, но с пьяных глаз меня, похоже, так и не узнал, — Вон, дверь слева, рази вы сами не знаете!? —Мы все знаем, гражданин, — я зловеще ухмыльнулся, отчего бомж на всякий случай отполз чуть дальше, елозя задом по углям и повизгивая, — Особенно о тебе, скотина, имей в виду! —Служу Вайтрану! — заверещал Бренуин, упираясь в стенку очага, а я, коротко хохотнув, к той самой двери зашагал — помню, Хульда как раз вчера нужное мне средство и рекламировала вовсю. Зашел без стука — благо и не заперто было, аккуратно дверь за собой прикрыл, огляделся. —Хозяюшка? — в комнате было куда темнее, чем в зале, только уже изрядно оплывшая свечка горела, едва очерчивая кровать и вытянувшуюся на ней девушку, едва прикрытую одеялом, — Дико извиняюсь, что беспокою, но дело неотложное вообще никак, отечество в опасности… Хозяюшка? Девушка недовольно поежилась, спрятала русую головку под одеяло, и отвернулась к стенке. Ну что за трактир, никакого сервиса, блядь. А если и вправду было б что срочное? — Хм, хозяюшка… — моя ладонь скользнула по тонкому одеялу, и сразу же нырнула под него, касаясь горячих бедер, отчего нордка взвизгнула и моментально обернулась на кровати, уставившись на меня распахнутыми глазами. —Эй, ты чего себе позволяешь, путник? — а ничего она, вполне себе милая, этакая взъерошенная со сна, пухлые губки дрожат от испуга. —Пытаюсь тебя разбудить, вообще-то, — ладонь двинулась дальше, коснулась мягкого животика и глаза нордки распахнулись еще шире, хотя казалось бы - куда уже? —П-послушай, ты симпатичный, но… — ее ножки чуть раздвинулись, а ротик приоткрылся, когда я опустил ладонь ниже, чуть задев пальцами влажные губки. —Но что? — я резко ткнул ладонью вперед, впихивая пальцы в туго сжатую дырочку, и девчонка вскрикнула, стиснув мою руку ляжками, ее ладошки уперлись в мою грудь, словно пробуя оттолкнуть. —Пожалуйста, не нужно, пожалуйста, — девушка отрывисто вздохнула, чувствуя движения моих пальцев, приподняла попку, пропуская меня глубже, а ее ручки, только что отталкивающие меня, вдруг вцепились в куртку, — Я обручена, я не могу так… —Вот оно что, — я ухмыльнулся, а нордка тихонько простонала, зажмуривая глазки. Ее попа подалась вперед, насаживаясь тесным естеством на мои пальцы, розовый язычок облизал губки. —И кто же этот счастливчик? —Командир Кай… Не останавливайся! — мои пальцы скользили внутри пульсирующей, тугой дырочки, движения ее бедер стали быстрее, одеяло спало, открывая небольшие, аккуратные сисечки, — Пожалуйста, не останавливайся! Мразь, мерзкий насильник! Да! Ее ладошки обхватили, сжали нежную грудь, лаская темно-розовые соски, и девушка глухо вскрикнула, откидывая голову назад. —Маленькая нордская сука, — мой член встал колом, аж неудобно в штанах стало, а рука раз за разом протыкала влажную, жаркую пещерку, и девушка отзывалась стоном на каждое движение, — Бедняга Кай, какая же шлюха ему досталась… —О боги! — Хильда дернулась вперед, распахивая глаза, стискивая шелковистыми бедрами мою ладонь, ее обжигающе-горячая женственность сжалась, заливая мои пальцы соком, — Да! О Дибелла, как хорошо… Как хорошо! Я осклабился, глядя, капельки пота скользят по блестящим сисечкам с задорно торчащими сосками, и чуть шевельнул пальцами, отчего нордка прерывисто вздохнула, вздрогнув всем телом: —Теперь самое время помочь мне с моим делом, шлюха? —Конечно, — ее глаза маслянисто блеснули, а ладошки поползли по моей куртке вниз, спускаясь к поясу штанов, — Раз ты меня заставляешь изменить суженому, негодяй… Взять его ротиком? Хочешь кончить мне в ротик, урод? —Ну… — блядь, ее ладошки уже гладили меня через тонкую кожу и следующие слова дались с немалым трудом, — Не, урод воздержится, уж прости. Нордка нахмурилась, глянула недоуменно, а ее ручки замерли на моих бедрах: —Тогда что? Мне раздвинуть ноги? Но учти, если нас застанут… —У тебя вроде было какое-то зелье от нестоячки, так? — и тут Хильда заливисто расхохоталась, хлопнув ладошками по одеялу, — Да хватит ржать, я серьезно. Есть? —Угу, — девушка утерла выступившие слезы, глянула на бугор, выпирающий на моих штанах, и снова хихикнула, прижав кулачок к губам, — А тебе точно надо? Я, конечно, не какой-то там лекарь, но… —Да это для друга, в рот бы его ебать, — я злобно оскалился, шагнул в сторону и цапнул с полки поллитру, на которую нордка кивнула, — И еще вот чего — мед нужен, который покислее, чтобы дно вышибло наверняка — такое есть? —У твоего друга, хочу сказать, масса проблем, — все еще хихикая, девушка вскочила с кровати, не озаботившись одеждой, и потянулась куда-то к верхней полке шкафа, заставив меня сглотнуть слюни — ее попа была такой очаровательно круглой, что никакого зелья даже Фаренгару бы не понадобилось, — Ему бы к лекарю сходить, может, еще есть надежда… Вот, держи, выбросить хотела уже. И главное — скажи другу, чтобы ни в коем случае одно с другим не мешал. Если по отдельности, то шанс выжить у него есть, а вот вместе… Скажем, есть небольшая вероятность не умереть, понял? —Да он смелый человек, отважный, блядь, экспериментатор, — нордка чуть задержала бутылку в руке, когда я протянул за ней ладонь. Она подошла так близко, что почти касалась меня обнаженными бедрами, а ее сисечки едва не упирались в мою грудь. —Уверен, что не хочешь довести свое гнусное преступление до конца? — ее губы дотронулись до моих с тихим вздохом, — Может быть, ты даже содомируешь бедную девочку? Моя попа нежная и тесная, мерзкий насильник, если ты вдруг не знал… —Блядь, — меня аж перекосило, когда назад шагнул, а член разве что штаны не разорвал, — Вот совсем нет времени, срочно надо бежать того… Насиловать других жен командиров стражи, и такое вот прочее. Весь в делах, ни секунды свободной, веришь? Девушка обиженно надула губки, став еще симпатичнее, и уперла кулачки в бока: — Вот все вы такие, клянусь Шоровой бородой! — Тысяча, блядь, извинений, — я попятился, задницей распахивая дверь, — Как будет время в графике — обязательно изнасилую по полной, мамой клянусь… И так, если меня спросить, немало вышло за две бутылки бурды — нельзя задерживаться, бо вот сердцем чую — насчет дракона и утреннего отжаривания никто не шутил. Вывалился в коридор, прошагал до трактирного зала и с удивлением обнаружил там Фаренгара, стыдливо прячущего стояк за вплотную придвинутым столом. А рядом, в весьма фривольных позах, сидели обе вампирши, и судя по их довольным мордахам — общество толстяка девчонкам дико доставляло. —А ты любишь Аргонианскую деву, медвежонок? — бретонка, широко распахнув глаза, накрыла потную лапку жиробаса своей ладошкой, отчего тот вздрогнул, словно в глаза смерти глянул — что, впрочем, было недалеко от истины. —Аргонианскую деву? Это чего такое? —Такая книжка, про еблю, — с радостью пояснила Зария, сцапав вторую ладошку толстого мага и сладострастно заглянув ему в глазенки, — Вроде Подлинной Барензии, может слышал? —Н-нет, ничего такого никогда, — Фаренгар так вжался в спинку кресла, что та заскрипела от напора его жирного тела, — Я вообще не такой! —А мы с Теодорой очень любим, — смуглянка невинно взмахнула ресницами, а ее ладошка вжала ладонь мага в стол, — Знаешь, эти рассказы про огромные хуи и тесные дырки, мм… —Про хуи и дырки вы мне обе расскажете очень, очень подробно, но — не сейчас, — вампирши синхронно дернулись, отодвигаясь от побледневшего толстяка, и уставились на меня, как на приведение, — А заодно о том, где были ночью — то, что меня не охраняли ни хера, это и так знаю. А ну, брысь, сучки! Фаренгар… —Д-да? — маг испуганно проводил взглядом покачивающих бедрами девушек и глянул на меня с потаенной надеждой. —Было непросто, но чего не сделаешь ради друга, — стукнул об стол бутылками, кивнул, — Вот, сперва одну, потом вторую, порядок не важен. Если найдешь где снотворное — тоже прими, третьим компонентом. —Снотворное? Это зачем еще? — проявил здравую подозрительность толстый, но бутыли со стола убрал и к себе в сумку спрятал. —Сработает как катализатор и эффект смягчит, это ж тебе не тыквенный сок, блядь, средства серьезные. И особо не трепись о них, контрабандный продукт, ясно? — я многозначительно подмигнул, и маг понятливо закивал в ответ. —Ага, значит еще живицы сонного дерева найти, ну у меня была, вроде… —Во-во, и дозы не жалей, ты вон какой здоровый, — я уже в удаляющуюся толстую спину пробурчал, и дернувшись вперед, впился в жирное плечо, прижал губы к сальному уху, — И самое главное, Фаренгар, без чего не сработает… Снизил голос до зловещего шепота, так, что маг мелко задрожал, тряся щеками. —Когда зелья бахнешь — ни в коем случае не думай о синем тролле. Ни в коем, блядь, случае — а то все по пизде пойдет! —Не думать о синем тролле? — толстый испуганно подпрыгнул, — Именно о синем? —Ага, чтобы ни мыслишки ебучей, — хлопнул мага по спине и тот бодро засеменил на выход, — Единственный твой шанс, господин придворный волшебник! — Да понял я, понял, — тот уже в дверях обернулся, кивнул для верности, — Не думать о тролле. Синем. Все ясно! —Вот и хорошо, что ясно, — я злорадно хохотнул, когда за магом захлопнулась дверь, и рывком развернулся к девушкам, жавшимся к стене, — А ну подошли обе, сучки. Ты, выкладывай, где ночью были? Ткнул пальцем в Зарию, и та испуганно моргнула, дернув плечами. —Обучала Теодору, как ты и велел, мастер. —Обучала? — вот блядь, то-то мне сразу показалось, что с бретонкой что-то не так! Шагнул вперед, впился пальцами в подбородок зашипевшей от боли блондинки, дернул вверх, раздвигая губы. —Сука… Ты ее обратила. —Мастер, я… Аи-й! — развернувшись, я наотмашь влепил кулаком смуглянке в лицо, разбивая губы в кровь, и сразу же добавил сапогом, отбрасывая девчонку к стене. —Ты подумала о том, что ебучую кровососку не продать? Или думала только о своей узкой дырке? — вампирша съежилась, слизывая с губ выступившую кровь и скаля клыки, а я сделал еще один шаг, придвигаясь вплотную. —Прости меня, мастер. —Конечно, блядь, прощение даровано, — я оскалился и с силой воткнул носок сапога в закрывающие лицо ладони, так что голова Зарии со стуком ударила о стену, и еще раз, в живот, заставляя упыриху скорчится на полу, закрываясь дрожащими руками. —Прости меня, мастер! — ее черные глазищи испуганно метнулись к рукоятке кнута, висящего у меня за поясом, и смуглянка мелко задрожала, вжимаясь в пол, — Прошу тебя, не надо больше! —Мастер! — Тея, скаля клыки, вдруг шагнула между мной и шипящей от боли Зарией, закрывая подружку, — Я виновата! Не она! —Что я вижу? Очередной бунт на ебаном корабле? — я осклабился так, что бретонка вздрогнула, слегка растеряв пыл, — И какого хера блядские лесбухи снова портят мне жизнь? Где я так нагрешил-то? И в Факельной шахте за глаза хватило, честно сказать. —М-мастер, — Зария медленно поднялась с пола, выставив ладошки вперед, словно защищаясь, — Я допустила ошибку, мой господин, она больше никогда не повторится. Прошу тебя… —Ай, хер с вами, времени нет все равно, — махнул рукой и вампирши переглянулись, не особо-то мне веря, — Почему из комнаты выперлись-то? Жиробаса троллить или причина была? —Нас выгнал твой хускарл, мастер, — Тея недоуменно пожала плечами, помогая Зарии подняться, обернулась, смущенно опустила глаза, — Она сказала, что будет охранять собственность своего тана… —Вот блядь, учитесь, тупые сучки — хоть кто-то делом занят, а не кровь сосет и над магами издевается, — я восхищенно покачал головой, — Ждите тут, пойду передам хускарлу, что вы тоже часть собственности. Хоть и самая что ни на есть хуевая… Когда дверь в номер открыл — первым делом увидел крепкую, круглую попу, обтянутую тесными штанишками, а потом уже поднял взгляд выше, вдоль стройной спины, задержался на длинной косе черных волос. —Здравствуй, Лидия — моя ладонь будто сама по себе скользнула вперед, коснулась твердого, словно из теплой стали вылитого, бедра и поползла вверх, — Я ждал тебя чуть позже, если честно сказать. А потом мир вокруг брызнул звездами, моргнул и погас, словно вдруг свет выключили. Это еще что? Тот самый перенос, который должен был «завтра» состояться? Так вроде у нас уже то самое завтра наступило!? —Очнитесь, мой тан, — вдобавок к внезапно зазвучавшему в башке колоколу кто-то с силой залепил мне пощечину, аж слезы выступили — зато я смог наконец разлепить глаза и перехватить занесенную для второго пиздюля руку. —Лидия, какого хуя ты творишь?! Нордка аккуратно освободила твердую ладошку из моей лапы, поднялась с колен и безо всякого смущения уставилась на меня, словно оценивая: —Вы немного перешли границы, мой тан. Я медленно поднял глаза от бесконечно длинных ног до гордо вздернутого подбородка, машинально вытер бегущую из носа кровь и приподнялся на локтях, ловя ее взгляд: —Ничего не понял. Ты, если вдруг не в курсе, мой хускарл. —Все так, мой тан, — девушка кивнула с легкой полуулыбкой, потянулась, отчего высокие сисечки едва не прорвали тонкую куртку, — Но не ваша собственность. У меня есть возлюбленный, и вы, мой тан, не притронетесь ко мне, если я не разрешу. А я никогда не разрешу — должна вас об этом предупредить, ведь я забочусь о вашей безопасности. Не хочу снова бить вас в лицо. —Вот блядь, — я, кряхтя, встал с пола, опираясь на стену, — Все же не врал старый, должность тана — полное ебаное днище. У тебя есть что-то, чтобы остановить кровь? —Конечно, мой тан. Кстати, я бы хотела получить пятьдесят септимов за сегодняшний день — когда вам будет удобнее заплатить? —Что?! — я чуть снова на пол не упал, сваленный приступом жадности, — Ты разве и службой не обязана? Да какого же тогда хера… —Моя служба бесплатна, мой тан, — Лидия вытащила из поясной сумки зелье и ловко откупорив бутылку, смочила пальцы, — Но мне нужно оплачивать еду, крышу над головой и оружие, если оно придет в негодность. Думаю, пятидесяти семптимов в день будет достаточно. Ее прохладные пальцы коснулись моего лица, и действительно — кровь из носа идти перестала. Пятьдесят монет! Ловко же старый сквалыга Балгруф на меня перевесил содержание этой бляди. И Айрилет тоже хороша, соглашайся, мол. И что в результате? Пиздюли за деньги? Я так-то знаю, где и бесплатно выдадут. Застонав, полез в кошелек, выудил жменю монет и на стол высыпал — вот, мол, бери. —Тут пятьдесят три, мой тан, — девушка моментально сгребла деньги, улыбнулась, — Спасибо за щедрость. —Всегда пожалуйста, — я кисло скривился, поворачиваясь к двери, — Скоро вернусь, надо Балгруфа навестить. И кстати — вампирш пусти, это мои. —Вампирш, мой тан? —Что, и с этим у тебя проблемы? — я аж дернулся, уже прикидывая, как бы с себя почетную должность скинуть нахуй. —Н-нет, — Лидия словно замялась на мгновение, — Никаких проблем, мой тан. Буду стеречь вампирш. Вышел из трактира — и разбитый нос мигом заложило от промозглого утреннего ветерка. Вот, блядь, удружил мне Вайтран с хускарлом, нечего сказать — надо с этим решать что-то, и чем быстрее — тем лучше. Сплюнул на загаженную мостовую и по холодку в сторону ярлового дворца зашагал, квест на седобородых забирать — хоть, откровенно сказать, переться к каким-то старым мудакам в немыслимые ебеня не так, чтобы и хотелось, но познакомиться с драконом накоротке хотелось еще меньше. Впрочем, стражник у самых дворцовых ворот меня едва не развернул — заявил, что Балгруф, дай-то боги, если к обеду просыпается, то уже хорошо, а вопросы с ним решать раньше вечера вообще не получится, старик привык серьезно подходить к вопросу опохмела. —Но, если вдруг дело спешное, то может тебе и Провентус поможет, — пробурчал заспанный страж порядка, когда я уже собрался к старикану с боем прорываться, спасая собственный зад, — Знаешь такого? Плюгавый дед, вечно у ярла крутится, из имперцев. —Ага, — кивнул, обдумывая предложение, — Может, что и этот сгодится — не думаю, что разница есть. Он что, встает раньше? —Не, тоже дрыхнет, пока пролежни не пойдут, но на его сон мне посрать с высокой башни, вламывайся, — стражник хохотнул и сдвинулся в сторону, распахивая ворота, — Пройти знаешь как? Не? Ну слушай — сперва по лестнице к галереям… Несмотря на весьма подробные указания, шароебился я по запутанным коридорам минут пятнадцать, и главное — по раннему времени ни единой живой души не встретил, даже спросить не у кого было. Когда, наконец, вышел к гобелену «Норд в шлеме наебенивается», который стражник обозначил как «Славный пир Исграмора» — даже употеть успел. Ага, отсюда вроде влево и дверь в конце коридора будет? И точно — в конце коридора дверь была, и звуки из-за нее доносились такие, что я счел за лучшее с ноги в эту самую дверь не тарабанить, а совсем наоборот даже — пригнулся, и, чуть приоткрыв створку, в комнату заглянул. Срач в покоях ярлова советника царил конкретный, а обстановочка выдавала склонность Провентуса к пошлой роскоши — какие-то картины в золоченых рамах, статуэтки, подсвечники — тоже из золота, понятно. Как у начальника ГИБДД, блядь — что нельзя сделать из золота, то красим в красный. Ох, чую, не на зарплату эта крыса живет, скорее за ней вообще не заходит — но в данный момент интерьер логова матерого казнокрада меня меньше всего интересовал. Точнее - вообще нихуя не интересовал, потому что на кровати красовался Провентус собственной персоной, сжимая в узловатых ладонях длинные стройные ножки, задранные почти в потолок. Смуглая девчонка, распростертая под ним, впилась пальчиками в скомканные простыни, подняла заплаканные глаза: —Не надо! Пожалуйста, не надо глубоко! Прошу тебя! —Заткнись! — советник глумливо улыбнулся, словно страх и покорность девушки доставляли ему особенное удовольствие, — Разве я виноват, что ты такая узкая, шлюха? —Н-нет, конечно, ты не виноват, просто прошу тебя… Я доделаю ротиком, хочешь? Пожалуйста! — советник хмыкнул, словно раздумывая, обшарил сальным взглядом напряженное тело девушки и медленно покачал башкой. —Нет, долго будет, сосать не умеешь ни хера. Твой муженек может что-то заподозрить, хоть он и тупой норд! —Нет-нет-нет, я буду стараться, буду… Ай! А-и-й! — дряблая задница дернулась вперед, и девушка вскрикнула, зажмурившись. Cтройное, напряженное как струна, тело выгнулось дугой, забившись под размеренными толчками Провентуса, — Как больно! Больно! —Заткнись, шлюха, заткнись и дай мне спустить! — Провентус зарычал, буквально наваливаясь на девушку, его руки дернули дрожащие ножки в стороны, раздвигая их еще больше, почти распластывая по скрипящей кровати, — Смотри на меня, сука тупая! Люблю, когда ты своими коровьими, блядь, глазами на меня пялишься! Ну?! Девчонка стиснула зубы, готовая заплакать, ее отчаявшийся взгляд уперся в похотливую рожу пыхтящего советника, а ладошки скользнули по волосатым ляжкам старика, обхватили бледный зад. —Да, сука! Да, сунь пальцы мне в жопу! — движения Провенуса стали быстрее и какими-то остервенелыми, словно он хотел не просто трахнуть девчонку, а обязательно сделать ей больно, услышать, как она кричит на его члене. Пальчики девушки ткнулись между морщинистыми булками, и это заставило советника завыть, вжимаясь в смуглые бедра, протыкая их так, что огромные яйца влажно шлепнули по попе. —Любишь меня? Любишь?! — из глаз девушки брызнули слезы, и старик ощерился, словно добился своего, — Ну, тупая блядь?! —Д-да, — смуглянка зарыдала, едва выдавливая слова, ее тело дергалось, словно тряпичная кукла под безжалостными толчками чудовищного члена, — Д-да, очень! Очень люблю! —Скажи полностью, сука такая! — лапы старика соскочили с потных бедер, вцепились в черную шевелюру закричавшей от боли девушки, вжали ее личико в искаженную похотью слюнявую рожу. —Люблю тебя, отец! Люблю! —А-а-а..! — советник захрипел, мелко задергался, колотя задницей словно молотком, — А-а-а, шлюха… Получай, получай, блядь такая! На! Навык «Скрытность» повышается до 19. Вас труднее обнаружить, когда вы крадетесь. Ох, нихуя себе, а плюгавый старикан не без особенностей, вот чего не ждал — даже пот вытер со лба, глядя, как дед лениво переваливается на вторую сторону кровати и распластывается в позе этакой уродливой морской звезды. Хера у него коряга, кстати, — даже как-то завидно стало, хоть я и не из завистливых, но тут явно на троих член делали, а досталось одному. И девка, стоит сказать, у дедули тоже ничего. Это, надо так понимать, его дочь? Или у них ролевые игры такие? — Зачем ты снова кончил в меня, отец, ну зачем? — девушка со стоном свела ножки и свесила их с кровати, касаясь загаженного пола, — Если муж узнает… —Заткнись, Адрианна, ты просто тупая сука, — советник ухмыльнулся, и, чуть подавшись вперед, с силой хлопнул ладонью по смуглой попке, — А твой муж еще тупее, с чего бы ему тебя подозревать? Женушку ебет собственный папаша — да у норда в башку такое не поместится, смешно даже. Главное, не давай ему после меня — а то его стручок в твоей дырке потеряется, и он может что-то, да понять! Дед захохотал, весьма довольный собой, а девушка замерла на краю кровати, сжав бедрами ладони, словно закрывая истерзанное, развороченное естество. Ее плечи мелко задрожали: — Любой маг скажет, что нашей дочке Ульфберт не отец! И тогда всему конец, и тебе тоже! —Скажет, если этого мага кто-то спросит, — Провентус даже подскочил на кровати, дернул девушку за плечо, разворачивая к себе, подцепил ладонью за точеный подбородок, задирая голову, — А Ульфберт никогда не спросит! И если ты, сука, вздумала не давать мне из-за такой мелочи, то очень быстро пожалеешь! Ясно?! —Да, отец, ясно. Конечно, ясно, — Адрианна испуганно закивала, и старик похлопал ее по щеке этак покровительственно, а потом его покрытая пигментными пятнами ладонь скользнула вниз, касаясь блестящих от пота сисечек, сжала торчащий перчик соска. —Ну вот и умница, дочка. Теперь давай, становись на четвереньки и соси — видишь, как он тебя хочет? Действительно, чудовищный член встал, упираясь старикану чуть ли не в грудь, и смуглянка, передернувшись от омерзения, покорно опустилась на коленки, потянувшись губами к паху сладострастно ощерившегося деда. Так, все, хватит с меня этого зрелища — и так все что надо узнал, а что до ебли, так я куда больше участвовать в процессе люблю, а смотреть — это вообще не по мне. И что-то мне кажется, насчет участия оба этих греховодника возражать будут. Аккуратно дверь прикрыл, стараясь не шумнуть ненароком, хотя парочке в комнате явно не до того было, обратно в конец коридора прокрался, а там уже встал, откашлялся и, как можно более громко чеканя подкованными пятками пол, к берлоге советника двинул. Услышит, надеюсь — я вон как стараюсь. Хотя, учитывая, чем там эта старая скотина занята… Услышал — по крайней мере, когда я к дверям подгреб, за ними никаких подозрительных звуков не было. Стукнул в косяк, чтобы эти самые двери не дай бог не открылись — нафиг надо эти случайности, я пока советника шантажировать не готов, обстановки не знаю. Да и спешка в таких делах — она скорее того, мешает. За дверью засуетились, но открывать не спешили. Подождал с полминуты, и снова в косяк кулаком бахнул — в этот раз Провентус соизволил пиздануть, что, мол, сейчас откроет, заодно и обматерил меня за ранний визит. Типа, спят еще люди. Ага, я даже этак заулыбался, вспомнив, как он там спит. И в каких именно позах. —О, — дед, замерший в дверях с кислым видом, явно не меня ожидал увидеть, — А ты тут что забыл, тан? Я думал — Балгруфу что понадобилось… —Да я так, на минутку, — сделал было попытку внутрь протиснуться, но старикан закрыл дверь тушкой чисто как Матросов немецкую амбразуру. —Извиняй, тан, не прибрано там, — выпихнул меня пузом в коридор, и даже задницей дверь захлопнул для верности, — Ну, так чего надо? —Насчет седобородых поинтересоваться хотел, вдруг ты в курсе? Вроде как призвали меня, а куда - вопрос, — Провентус выдохнул, словно расслабился — чую, грызли его подозрения, что мог я чего ненужного у двери услышать. —А, эти муда… мудрецы, как же, знаю, святой жизни люди, — даже за плечо меня этак по-дружески прихватил, заодно от двери в свою комнату развернув, — Значит, иди в Айварстед — это такая у нас бесперспективная деревня на востоке, а там тебе всякий дорогу покажет… Вы получаете квест «Путь голоса». Награда +5 очков репутации в Вайтране +10 очков репутации в Скайриме Скрытая награда Скрытое звание — Встретиться с седобородыми на вершине Глотки Мира Этот квест нельзя отменить. —А сами эти мужики как? Вменяемые? — я позволил советнику оттащить себя от комнаты, что бы лишний раз в нем всякие ненужные подозрения не возбуждать, и тот, явно обрадованный, закивал головой. —Конечно, вменяемые, ты чего? Живут в ужасных ебенях, хрен знает в каких развалинах, где только тролли жопу морозят, баб у них нет, и еще они не разговаривают — какие уж тут сомнения, люди как люди, сладишь с ними, честное слово, — почти до конца коридора дошли, когда Провентус наконец-то от меня отлепился, и, после краткого «бывай, тан» обратно к себе зашагал. Торопится, поди не успел дочке в рот спустить, козел старый. Ничего, дорогой советник, мы еще вам этот момент припомним… Улыбнулся, глядя как дед настороженно зыркает от дверей, издевательски помахал ему рукой и вниз по лестнице двинул, к выходу. Дорогу, слава богу, как-то сразу нашел, и так бы к себе в таверну и отправился, если бы тот самый стражник у дворцовых ворот не окликнул: —Эй, уважаемый, нашел Провентуса? Эвона, заботливый какой мент пошел, сразу видно — думает о народе. Кивнул, и уже было собрался мимо пройти, как тот продолжил: —А насчет каджитского лагеря у ворот он ничего не приказывал? —Что?! — я замер, словно в стену влетел, медленно так к стражнику повернулся и, видимо, как-то в лице поменялся, отчего боец даже в сторону отступил. —Ну, каджиты… Коты такие, слышал, может? Поставили палатку у ворот, главный у них такой белый котяра, барыжат там всяким дреком, думаем — может, турнуть их нахуй? Эй, ты как, тан? Случилось чего? —Не, — я помотал головой и ухмыльнулся так, что стражник отступил еще на шаг, — Не случилось. Но бля буду, точно случится. Так, бери еще троих и давай за мной, будем порядок наводить. —Так я на службе, вроде как… — начал было воин, но я сразу и перебил. —По полтиннику золотом, каждому. —Есть, мой тан! — стражник вытянулся по стойке «смирно» и даже как-то пузо умудрился втянуть, — Разрешите выполнять? —Ага, действуй, родной, — я аж кулаком в ладонь ударил от нетерпения, глядя как солдатик рванул по коридору в сторону каптерки, где у них дежурная смена дрыхнет, — Действуй. Ох, отольются кошкам мышкины слезки. Ананасовый сироп, блядь, добавляю в свой стакан… Из жадности боец с собой приволок не троих стражников, а целых пять, решив, видимо, ярла вообще без охраны оставить, но фига тут мелочиться — раздал радостно галдящему войску три сотни, и во главе отряда буквально рванул через город к воротам. Пока бежал, все думал — а вдруг у Рисада чуйка сработала, да срыл он со своим табором по вечеру? Понятно, что это я тупо от нервов себя накручивал, но когда палатки от ворот увидел — даже успокоился как-то, построил своих кунаков и к лагерю мы в полном порядке подошли, хотя строевая у стражников точно не в почете была.