Где мой нормальный сюжет?!

Девять лет спустя. Девять. Лет. Иногда я просыпаюсь и думаю: «Ну всё, сейчас открою глаза — и это закончится». Но нет. Потолок всё тот же. Балдахин всё тот же. И я всё ещё в этом мире, где драконы — не метафора, а транспортная проблема. За эти годы я освоилась. Не потому что хотела — потому что выживание, знаете ли, мотивирует. Сначала — заново учиться ходить. Это унизительно, когда тебе тридцать, а ты падаешь на мягкий ковёр и слышишь восторженное: — Ах, она сделала три шага! Три шага? Я в прошлой жизни управляла издательством. Я подписывала контракты. Я увольняла людей. А теперь достижение дня — не уронить погремушку. Потом — речь. Вы когда-нибудь пробовали осознанно учиться говорить? С полным пониманием грамматики, но без физической возможности выговаривать слова? Это как иметь лицензию пилота и управлять игрушечным самолётиком. Письмо — отдельная пытка. Здесь каждая буква должна выглядеть так, будто её рисовали ангелы с художественным образованием. Мои первые каракули вызывали у гувернантки лёгкий нервный тик. В целом мир почти похож на мой. Почти. Небольшие отличия: — Абсолютная монархия. То есть король — это не «представитель власти», а сама власть. — Феодализм. Земли, титулы, сословия, поклончики и «знай своё место». — Аристократия делится на две фракции: «ДОМА» — магические семьи с привилегиями, и все остальные. У вторых даже отдельного названия нет. Очень тонкий намёк на их ценность. — И, конечно же, магия. — И драконы. Да, драконы. Настоящие. Летают. Иногда над столицей. Иногда с дипломатическим сопровождением. Обычно их можно заметить на границе королевства — они редко подлетают к столице, слишком «политически чувствительные существа», как объяснял отец. Конечно. Даже у драконов здесь есть дипломатический статус. В первый раз, когда я увидела чёрную точку в небе, медленно скользящую над облаками, я подумала: Ну конечно. Почему бы и нет? Может, у вас ещё подводные торговые соглашения? Оказалось — есть. Но об это позже. История мира звучит как заготовка для эпической саги. Когда-то существовали сыны создателя — Авриилы и Сефаилы. Свет и Ночь. День и Тьма. Гармония. Потом появились люди. И, как обычно, всё пошло не по плану. Десять лет войны. Потом перемирие. Потом «мирное сосуществование». И вот так, совершенно случайно, появились люди, владеющие магией Света и Ночи. Как именно? Ну… думаю, биология здесь примерно та же, что и в моём мире. Подробности опустим. «ДОМА» — отдельная песня. Каждый Дом — это не просто фамилия, а источник магии. Свет — контроль, лечение, очищение, защитные барьеры. Ночь — тени, демоническая энергия, разрушение, подчинение. Когда я впервые увидела демонстрацию магии Ночи, мне стало холодно. Не от страха — от понимания, что это слишком… красиво. Слишком притягательно. Свет сияет. Ночь манит. Прекрасный конфликт для дешёвого романа, — подумала бы я раньше. Сейчас — уже не так смешно. Я родилась — или переродилась — в семье Вирсавия, «ДОМ» Света. Наше поместье возвышается на холме. Белый камень стен отливает золотом на закате, витражи переливаются мягким сиянием, а сады вокруг аккуратно выстрижены так, будто даже кустам запрещено расти хаотично. Отец — высокий, широкоплечий, с голосом человека, привыкшего отдавать приказы. Когда он рассказывает историю о своём путешествии, его лицо смягчается. Историю о «Русалочьих водах» в нашем Доме рассказывают почти торжественно — так, будто это не выгодный торговый контракт, а начало великой эпопеи. Каждый раз, когда отец начинает повествование, слуги невольно замирают, а мать смотрит на него с тем самым мягким выражением, которое говорит: «Вот сейчас будет самая романтичная часть». Много лет назад, возвращаясь с далёкого континента вместе со своей молодой супругой, отец попал в шторм. Небо потемнело так резко, будто его накрыли чёрным бархатом. Волны вздымались выше мачт, ветер рвал паруса, а рифы, скрытые под водой, разодрали днище корабля. Дерево трещало. Матросы кричали. Море решило продемонстрировать характер. И вот в этот момент, когда всё выглядело как финальная сцена трагедии, вода внезапно стала светиться. Мягким, перламутровым светом, будто кто-то подлил в бездну лунного сияния. Из глубины поднялись силуэты. Не карикатурные красавицы с фарфоровыми лицами и кокетливыми улыбками. Нет. Существа древние, холодные, внимательные. Их глаза, по словам отца, были цвета глубины — такие, в которых отражается небо, но никогда — человек. Прекрасно. Морская делегация на фоне апокалипсиса. Очень вовремя. Русалки не бросились спасать корабль из сострадания. Они наблюдали. Оценивали. Взвешивали. Когда стало ясно, что пассажиры — не безымянные торговцы, а люди с титулом и потенциалом, море вдруг стало… послушным. Волны расступились, судно перестало крениться, словно его подхватила невидимая ладонь. Корабль вывели из рифов. Без ветра. Без усилий. Да, конечно. Немного магии — и логистика решена. Почему бы не делать так всегда? Позднее отца пригласили в подводный дворец. Он описывает его так, будто это было нечто за гранью воображения: стены из коралла, своды, мерцающие мягким жемчужным светом, прозрачные занавесы из водорослей, колышущиеся в потоках воды. Подводный Версаль. Только без сухих полов и с риском утонуть. Владыка морского народа оказался существом холодным и расчётливым. Он не просил помощи. Он предлагал союз. Русалкам нужен был выход к наземным рынкам, торговым путям, влиянию. Людям — их жемчуг. Магические жемчужины рождаются лишь в «Русалочьих водах» и добываются, разумеется, самими русалками. Они усиливают заклинания, входят в состав лекарств, противоядий, косметики и алхимических смесей. Если у вас болит голова — поможет жемчуг. Если вас отравили — тоже жемчуг. Если вы хотите выглядеть на пять лет моложе — угадайте. Сделка была заключена. С тех пор Дом Вирсавия стал официальным посредником между морем и сушей. Богатство пришло постепенно — не как внезапный дар, а как тихий прилив, который незаметно поднимает уровень воды, пока ты не обнаруживаешь себя по колено в роскоши. Когда на закате стены нашего поместья отливают перламутром, мать говорит, что это благословение моря. Я же смотрю на этот свет и думаю: Русалки не делают ничего просто так. Ну что-то я углубилась в пересказ истории Отца. Мать — аристократка из «ДОМА» Света соседнего континента. Высокая, изящная, с мягкой улыбкой. В её голубых глазах всегда светится искренность. Иногда я смотрю на неё и думаю: Как в этом мире вообще можно быть настолько доброй? Это против правил. Брат — Яков Вирсавия. Гордость семьи. Его силы пробудились в одиннадцать. По этому случаю устроили торжественный приём и ритуал «освещения души». Освещение — звучит красиво. На деле — магическая вспышка, крики и архимаг с лицом человека, которому не заплатили сверхурочные. Мне сказали, что девушек это ждёт позже. Я посмотрела на брата, который неделю потом ходил бледный и молчаливый, и подумала: Можно я останусь без магии? Спасибо. В целом — мы живём спокойно. Богато. Закон нас уважает. Народ не ненавидит. Почти идиллия. Почти. — Мэриам, почему ты снова здесь? Все твои ровесники уже в оранжерее! — запыхавшаяся мать в розовом платье подбежала ко мне. Разумеется. Где же ещё мне быть, как не среди десятилетних мини-аристократов, обсуждающих налоги на зерно? Я не отрывала пера от дневника. Почерк — идеальный. Настроение — нет. — Можно я просто посижу в саду? Разве Яков не должен приветствовать гостей? Он же будущий глава Дома. Пусть тренируется. Я морально на пенсии. — Дорогая, сегодня прибыл сам граф Вилард с сыном. Ты знаешь, Яков уже перерос детский зал… Ах да. Детский зал. Это то самое место, где дети ведут себя как взрослые, а взрослые делают вид, что это мило. Я подняла на неё взгляд из-под лобья. — Даже если мне десять, это не значит, что мне интересны мои сверстники. Особенно когда мои «сверстники» мыслят как начинающие дипломаты с амбициями разрушить мир. — Ну один вечер. Сыну Вилардов тоже десять. Он наследник «ДОМА» Ночи… О, прекрасно. Магическая аристократия Тьмы. Что может пойти не так? — Да, я помню. Мы поставляем им жемчуг для противоядий. Я должна действовать в интересах бизнеса семьи. Эту фразу я слышала столько раз, что действительно могла бы вышить её на подушке. Или выгравировать на фамильном гербе. «Вирсавия: улыбайся ради прибыли». Минус быть дочерью влиятельного Дома? Каждое слово — инвестиция. Каждый взгляд — стратегический ход. Каждый шаг — потенциальный союз или оскорбление. Даже если ты просто чихаешь — это уже политическое заявление. Иногда мне кажется, что если я споткнусь, это вызовет экономический кризис. — После приёма библиотека на месяц будет полностью в твоём распоряжении, — тихо добавила мать. Вот оно. Контрольный выстрел. Библиотека. Месяц. Тишина. Я почувствовала, как моя внутренняя сопротивляющаяся взрослая женщина медленно складывает оружие. Шах. И очень вежливый мат. Ладно. Ради книг я готова временно быть милой наследницей Света. Оранжерея сияла так, словно солнце решило остаться внутри неё навсегда. Под высоким стеклянным куполом медленно гас вечерний свет, отражаясь в позолоченных подсвечниках и хрустальных люстрах. От их блеска слегка рябило в глазах, а в воздухе густо висел аромат свежей выпечки, карамели и сахарной пудры. С виду — почти сказка. На деле — стратегический детский саммит. Зал был заполнен детьми из высокопоставленных «ДОМОВ» и простых аристократических семей. Миниатюрные версии своих родителей: те же осанки, те же отточенные улыбки, те же внимательные взгляды, скользящие по залу в поисках выгодных знакомств. В десять лет я бы хотела обсуждать книги или глупости. Они обсуждают поставки зерна и влияние при дворе. Как мило. Детский банкет больше напоминал утончённое чаепитие с политическим подтекстом. За кружевными салфетками скрывались колкости, за вежливыми комплиментами — расчёт. Более влиятельным — улыбки и восторги, менее значимым — тонкие уколы и холодное равнодушие. Меня это раздражало. Не потому что я была выше этого — нет, просто слишком хорошо понимала механику происходящего. — Молодая госпожа, Мэриам Вирсавия! Голос дворецкого прозвучал чётко и торжественно. Разговоры стихли. Взоры обернулись ко мне. Реверансы, поклоны — идеально выверенные, будто отрепетированные. Если бы они знали, что внутри этой милой десятилетней девочки сидит женщина, которой уже надоели корпоративные приёмы… — Приветствую всех в поместье Вирсавия «ДОМА» Света. Надеюсь, угощения придутся вам по вкусу. Наслаждайтесь. Фраза, выученная до автоматизма. Я произносила её с той же интонацией, с какой когда-то подписывала типовые договоры. Никто, конечно, не замечал. Для них это просто обязательная часть декорации. Я прошла мимо длинного стола со сладостями — пирожные, политые глазурью, кремовые тарталетки, фрукты в сахаре. Запах был настолько густым, что начинал казаться удушающим. Если я ещё раз увижу пирожное в форме лилии, я сама превращусь в демона Ночи. Я устроилась в дальнем углу, откуда можно было наблюдать за происходящим и при этом не участвовать. — Вы как всегда немногословны, Леди Мэриам! Передо мной возникла Клариса. Пепельные волосы аккуратно уложены, золотые глаза сияют живым интересом. В ней всегда было что-то солнечное — лёгкость, искренность, почти наивная восторженность. — Клариса, рада вас приветствовать, — я позволила себе чуть более тёплую улыбку, чем обычно. Мы познакомились на моём шестом дне рождения — грандиозном празднике, после которого я три дня восстанавливалась морально. Родители решили, что нам «следует подружиться». Так и вышло. Она говорила — я слушала. Она мечтала — я анализировала. Она верила в сказки — я уже знала, чем они заканчиваются. Странно, но именно в этом и заключался баланс. — Уже видела сына герцога Виларда? — Клариса, едва понизив голос, оглядела зал с блеском в глазах. — Клара, вы удивительно нетерпеливы, — я чуть склонила голову, позволяя себе тонкую усмешку. В её сознании идея «выйти замуж за прекрасного принца» занимала центральное место. Стоило появиться новому мальчику с титулом — и разум временно покидал её юную голову. — Почему ты всегда такая? Разве тебе не интересно с ним встретиться? Говорят, он очень красив. Конечно. В десять лет красота — решающий фактор для стратегического союза. Особенно если он наследник Дома, владеющего демонической магией. — И не стоит забывать, что «ДОМ» Ночи славится… весьма специфическими способностями, — невинно добавила я. — Вот вечно ты всё портишь, — Клариса насупилась и слегка толкнула меня в плечо. Я тихо усмехнулась. Нет, Клара. Я не порчу. Я просто читаю между строк. А ты пока читаешь обложку. И всё же, глядя на её сияющее лицо, я невольно подумала, что, возможно, её способ смотреть на мир куда приятнее моего. Жаль только, что этот мир редко оправдывает такие ожидания. Пока мы обсуждали загадочного наследника «ДОМА» Ночи, в центре зала внезапно образовалось оживление. Детская толпа расступалась, перешёптывалась, вытягивала шеи. Похоже, прибыл виновник всеобщего воодушевления. Я коротко кивнула Кларисе и направилась вперёд — долг хозяйки никто не отменял. Она, конечно же, последовала за мной, стараясь выглядеть одновременно непринуждённо и впечатляюще. Получалось… трогательно. Пробравшись через ряды юных аристократов, я остановилась перед ним и сделала безупречный реверанс. — Добро пожаловать, господин Деймон. Клариса и остальные синхронно повторили движение, словно нас заранее репетировали. — Леди Мэриам, — он слегка склонил голову. Спокойный. Уверенный. Без суеты. Десять лет, говорите? Интересно, где тут скрыта кнопка «нормальный ребёнок»? Я уже набрала в лёгкие воздух, чтобы произнести свою неизменную фразу о «надеюсь, вы насладитесь банкетом» и исчезнуть, как Клариса внезапно наклонилась ко мне и прошептала: — Боже, только не это! Я едва заметно усмехнулась. Предательство. Прямо в момент побега. — Чаю? — всё же вежливо предложила я. — Нет, благодарю. Я бы хотел осмотреть поместье. Это возможно? Вот это было неожиданно. Осмотреть? Ты что, инспектор? Или просто ищешь стратегические слабости? — Разумеется. Предлагаю начать с сада, — я указала в сторону выхода из оранжереи. Честно говоря, мысль покинуть этот сахарно-золотой аквариум казалась спасением. Мы направились к выходу, и я заметила, как Клариса бросила на меня взгляд — полувопросительный, полунадеющийся. Ах да. — Леди Клариса прекрасно разбирается в цветах и редких сортах роз. Уверена, она расскажет вам куда больше, чем я. Если уж развлекать важного гостя, то не моими лекциями о книгах и истории магии. Выпускаю на поле тяжёлую артиллерию — Болтливый Козырь. — С удовольствием, — неожиданно легко согласился Деймон. О, он быстро ориентируется. Оставив оранжерею на попечение дворецкого и прислуги, мы втроём вышли в сад. Свежий вечерний воздух коснулся лица, и я наконец смогла нормально вдохнуть. На мгновение меня накрыло странное ощущение — будто эта сцена уже когда-то происходила. Те же аллеи, тот же мягкий свет фонарей, те же силуэты впереди. Дежавю. Глупости. Просто слишком много романтики для одного вечера. Клариса с энтузиазмом рассказывала о редких сортах лилий, о ночных орхидеях и бабочках, которые появляются только в сумерках. Деймон слушал внимательно, временами оборачиваясь, чтобы убедиться, что я иду следом. Простая вежливость голубых кровей. Я же с лёгкой улыбкой наблюдала за происходящим. Клара старалась изо всех сил — поправляла прядь волос, чуть замедляла шаг, говорила мягче обычного. Он ей определённо понравился. И в этом было что-то удивительно милое. — Леди Мэриам, — внезапно обратился ко мне Деймон, — я слышал, что поставки жемчуга в этом году были задержаны из-за шторма. Я даже не сразу поняла, что он говорит со мной. — А? Да… — я моргнула. — Но разве это подходящая тема для прогулки по саду? — Надеюсь, восстановление кораблей не сильно отразилось на вашем Доме? Я уставилась на него с лёгким недоумением. Прекрасно. Вечер, цветы, романтическая аллея… и разговор о финансовых убытках. — Это немного ударило по нашим доходам, но всё давно улажено. Почему в десять лет его интересуют морские перевозки и экономические последствия шторма? В моём детстве главной трагедией было опоздать к началу любимого сериала. Какие поставки? Какие финансы? — Рад это слышать, — спокойно ответил он. Я едва сдержала вздох. Да ты маленький переговорщик. Осталось только подписать договор и скрепить печатью. А где-то впереди Клариса продолжала вдохновенно рассказывать о бабочках, совершенно не подозревая, что её прогулка уже превратилась в деловую встречу. После очередной паузы, неловкой и затянувшейся, сад наполнился только голосом Кларисы. Она вдохновенно рассказывала о бабочках — тех самых редких, которые появляются лишь в сумерках и садятся исключительно на белые лилии, как будто у них есть вкус и социальный статус. Деймон слушал вежливо. Даже слишком вежливо. — Слышал, вы интересуетесь литературой, — внезапно обратился он ко мне. О нет. Он возвращается. Сейчас будет стратегический ход номер два. — В свободное время я предпочитаю проводить время в библиотеке, — ответила я спокойно. На самом деле «в свободное время» означало «при любой возможности сбежать от людей». — В следующем году пробудятся мои силы. По этому поводу будет устроен… — Приём, — перебила я, не удержавшись. — Да, я слышала. Наша семья приглашена. К чему вы ведёте? Аристократы никогда не говорят прямо. Они будто получают удовольствие от медленного разворачивания мысли, как от торжественного вскрытия конверта. Деймон слегка улыбнулся. — В поместье Вилард находится библиотека, не уступающая королевской. Думаю, вам было бы интересно её посетить. Вот оно. Приглашение через книги. Это что, новая форма детского флирта? «Приди ко мне, я покажу тебе свои редкие тома»? — Это весьма любезно, — ответила я, сохраняя лицо. И в следующую секунду он снова повернулся к Кларисе, словно ничего не произошло. Я моргнула. Так. Подождите. Это была деловая встреча или тизер к будущему альянсу? Клариса сияла так, будто уже примеряла фамилию Вилард. Мы шли всё дальше по аллее. Каменные дорожки мягко отражали свет фонарей, в кронах деревьев шуршал ветер, воздух становился прохладнее. Я держалась позади «голубков», позволяя им идти рядом. Пожалуйста, не держитесь за руки. Мне и так хватает драматургии. И тут мои туфли решили, что пора добавить сцене реализма. Я замедлила шаг и облокотилась на мраморную колонну. — Мэриам, ты в порядке? — Клариса тут же подлетела ко мне. — В полном, — я улыбнулась. — Просто мои ноги решили устроить протест против вечерних экскурсий. — Леди в порядке? — Деймон нахмурился. Да-да, срочно вызывайте лекаря. Жертва светского мероприятия. — Всё хорошо. Здесь рядом фамильный дуб. Я его видела столько раз, что могу провести экскурсию с закрытыми глазами. Леди Лавкор с удовольствием продолжит. Это был идеальный план: дать им пространство и спасти свои ступни. — Конечно, — Клариса подмигнула мне с таким выражением лица, будто я только что вручила ей подарок судьбы. Я проводила их взглядом. Нет, я не разыгрывала великомученицу. Я правда устала. Сняв туфли, я тихо застонала от облегчения. — Поместье Вирсавия — это целый материк, — пробормотала я себе под нос. — Кто вообще придумал осматривать его вечером? Экскурсия «Выживи и не упади»? Я подняла глаза к небу, где между ветвями мерцали первые звёзды. И вдруг мысль пришла — сначала смешная. А что если Клариса выйдет за него замуж? В этом мире всё происходит быстро. Пара совместных прогулок — и родители уже обсуждают приданое. Я хихикнула. — Клариса Вилард… Надеюсь, она хотя бы пригласит меня на свадьбу. Смех прозвучал чуть громче, чем следовало. И тут он оборвался. Клариса. Лавкор. Деймон Вилард. Свет. Ночь. Священный дуб. Моё сердце споткнулось. Стоп. Картинки начали складываться слишком правильно. Слишком логично. Слишком… по сюжету. Дежавю. Сцена в саду. Первая встреча. Я медленно выпрямилась. — Только не это… — пробормотала я. — Дуб! Я не понимала, откуда взялась эта паника, но тело уже двигалось быстрее мысли. Босиком я сорвалась с места, не чувствуя ни гравия под ногами, ни ветвей, царапающих кожу. Священный дуб вырос впереди тёмной громадой. Под ним — Клариса и Деймон. — Клари…! Она обернулась. И в этот момент я увидела это. Не вспышку. Не явное заклинание. Что-то тонкое. Почти незаметное. — Мэ-Мэриам?.. — растерянно произнесла она. Сердце ухнуло вниз. Ей нельзя там стоять. Я не знала почему. Не могла объяснить. Но знала — с такой же уверенностью, с какой знаешь, что огонь обжигает. — Отойди! — крикнула я, уже бросаясь вперёд. И в ту же секунду тень дрогнула.