Где мой нормальный сюжет?!

Поместье Вилард, за неделю до происшествия Сталь звенела о сталь. Деймон наносил удар за ударом по тренировочному манекену, будто тот был виновен во всех его бедах. Лезвие рассекало воздух, мышцы горели, дыхание сбивалось — но боль внутри груди не отступала. — Милорд, прибыл Архимаг, — раздался голос дворецкого. Деймон резко остановился. Капли пота стекали по вискам. Он убрал меч в ножны и накинул плащ, скрывая обнажённый торс. Даже если внутри всё горит, внешне он обязан выглядеть безупречно. Войдя в кабинет, он бросил на Малкольма раздражённый взгляд. — Ты рано. — Я ощущаю дежавю, — усмехнулся Архимаг. — Почти как в поместье Вирсавия. — Мне невыносимо больно, — сухо перебил его Деймон и опустился в кресло. — Будто в груди всё полыхает. Сарказм Малкольма остался без ответа. — Как давно? — архимаг уже набирал в шприц розоватую жидкость. — После бала стало хуже. Деймон закатал рукав, оголив предплечье. Игла вошла под кожу — привычно, холодно. Малкольм провёл ладонью над его грудью, активируя магию. Воздух слегка задрожал. Он что-то быстро записал в тетрадь. Наступила тишина. — Как там Мэриам? — внезапно спросил Деймон. Малкольм поднял на него взгляд. — С каких пор тебя интересует её состояние? Деймон отвёл глаза. — С тех самых пор… После бала. Коридор. — Мне совершенно не интересно, что с ней, — холодно бросил Деймон, а в глазах вспыхнуло алое пламя. — Хорошо. Но ты должен выслушать меня, — спокойно ответил Малкольм. Спустя десять минут объяснений — Что ты пытаешься сказать? — Деймон остановился посреди комнаты. Малкольм сложил руки за спиной. — Симпатическая магия крайне сложна. Чтобы овладеть её аспектами, требуются годы тренировок. В древности шаманы обладали большим авторитетом, чем архимаги. Часто они становились наставниками магов. Он сделал паузу. — Особенно в ДОМЕ Ночи. Их сила нестабильна. Опасна. Требует особого контроля. Деймон нахмурился. — К сути. — Шаман и маг создавали связь. При ней часть силы носителя блокировалась и хранилась в теле шамана. Это позволяло снизить нагрузку. В комнате повисло тяжёлое молчание. — Мэриам… забрала часть моей магии? — медленно произнёс Деймон. Он прошёлся по комнате. — Скорее всего, — кивнул Малкольм. — Другого объяснения я не вижу. Он задумался. — Но остаётся вопрос: как она смогла создать связь в столь юном возрасте? Шаман становится наставником лишь к тридцати годам. Душа должна окрепнуть. Иначе её разорвёт. Деймон остановился. — И что это значит? Малкольм сжал переносицу. — При создании связи шаман синхронизирует поток боли мага. Чтобы предотвратить перегрузку. Он резко поднял голову. — Поэтому она чувствует то же, что и ты. Тишина стала оглушительной. — То есть… — голос Деймона стал хриплым. — Боль, которую я испытываю… не из-за неё? — Нет. Слово прозвучало чётко. — Ты бы испытывал её в любом случае. Более того… — Малкольм помедлил. — Она, вероятно, уменьшила её вдвое, забрав часть на себя. Деймон медленно опустился в кресло. — Ты уверен? — Почти. Но мне нужно поговорить с Архиепископом Дома Ночи. Он знает больше о древних связях. В глазах Малкольма мелькнула надежда. В глазах Деймона — нечто гораздо более опасное. Осознание. Настоящее. Поместье Вилард — Ну так как, Малкольм? Ты мне ответишь? — Деймон повторил вопрос, не сводя с него взгляда. Архимаг медлил. — Зачем спрашивать, если и так знаешь. Так же, как и ты. — Поэтому и спрашиваю, — тихо произнёс Деймон. Почти шёпотом. И отвёл глаза. Малкольм вздохнул. — Она сильнее, чем кажется. Можешь не переживать. Я даю ей сильные обезболивающие. — Да, — горько усмехнулся Деймон. — Те самые, которые ни черта не помогают. Он тяжело выдохнул и посмотрел на архимага с укором — без злости, но с усталостью. Малкольм не ответил. Лишь резко захлопнул свой чемоданчик. Покинув поместье Вилард, он направился прямо в храм Дома Ночи. Аудиенцию ему дали немедленно. Высокие своды храма утопали в полумраке. В воздухе витал запах ладана и старой бумаги. — Здравствуй, сын мой, — голос Архиепископа разнёсся под куполом. — Слышал, тебя интересует история шаманов. Он не тратил время на вежливости. — Да, — осторожно начал Малкольм. — Одна из моих подопечных владеет симпатической магией. Мне нужно больше информации о древних связях шамана и мага. — Что именно тебя интересует? — старик приподнял бровь. — Не трать моё время. Начни с истинного вопроса. Малкольм выдержал его взгляд. — Магия связи шамана-наставника и мага. Архиепископ медленно кивнул. — Такое больше не практикуется. Слишком много рисков. — Я знаю. В хрониках говорится, что некоторые шаманы злоупотребляли связью и крали магию учеников. Старик тихо рассмеялся. — Ты всё читаешь в книгах, мальчик? Было пару случаев. Но вор всегда умирал. Магия Ночи не терпит предательства. Он сцепил пальцы. — Шаман и маг заключали контракт. Связывали души. Чувствовали один поток энергии. Иногда наставнику приходилось забирать часть силы ученика, чтобы облегчить обучение. Но душа — хрупкая материя. А чужая магия в неподготовленном теле… убивает. Малкольм сглотнул. — Мог ли наставник ощущать боль мага? Архиепископ прищурился. — Некоторые ощущали. Но это был не столько физический урон, сколько поток энергии. Неприятно. Очень. Малкольм опустил взгляд на свои пальцы. — Понимаю… — Ты хочешь сказать, что стал свидетелем подобной связи? — голос старика стал внимательнее. — Не совсем, — тихо ответил архимаг. — Похоже, моя ученица случайно провела обряд… будучи ребёнком. Архиепископ молчал. — По всем источникам, такой уровень доступен только высшим шаманам. Ребёнка бы разорвало, — продолжил Малкольм. — Я не понимаю, как это возможно. Старик медленно вздохнул. — Правила написаны кровью. Но душа — не формула. Даже самый сильный воин может быть слаб духом. И самый хрупкий ребёнок — носить внутри нечто великое. Он внимательно посмотрел на Малкольма. — Ты правильно сделал, что пришёл. Наступила тяжёлая пауза. — Архиепископ… — голос Малкольма стал жёстче. — Можно ли разорвать эту связь? Вот он. Главный вопрос. Старик задумался. — Есть способы. Малкольм напрягся. — Но? — Но они опасны. — Я просто хочу прекратить её страдания! — не выдержал Малкольм. — Успокойся! — резко оборвал его Архиепископ. — Эмоции не помогут. Он поднялся со своего места. — Я знаю о двух способах. Первый — самый радикальный. Малкольм побледнел. — Избавиться от одного из носителей. Слова упали в тишину тяжёлым камнем. — Второй способ… — старик сделал паузу. И в его глазах мелькнуло сомнение. Поместье Вирсавия — Это… шутка? — я даже не сразу поняла, что произнесла это вслух. После инцидента с выбросом энергии прошло два дня. Два дня, в течение которых Малкольм носился вокруг меня с видом человека, пытающегося удержать вулкан крышкой от чайника. Он использовал всё — зелья, печати, молитвы, иглы, заклинания — и в конце концов заявил, что энергия «чуть не разорвала меня изнутри». Прекрасно. Просто прекрасно. Когда я наконец пришла в себя, потребовала объяснений. И правда оказалась… разочаровывающе банальной. Я глубоко ошибалась, думая, что Малкольм знает мой главный секрет. Что он в курсе всей этой изначальной истории. Что он понимает, почему всё идёт так криво. Нет. Он просто хотел воспользоваться вторым способом, который предложил Архиепископ. — Есть секретное заклинание, — начал он осторожно, — которым владеют лишь искренне влюблённые целители. Грегор мог бы исцелить тебя… Я уставилась на него. — Что? Пауза. — Я что, попала в диснеевскую сказку? — медленно произнесла я. — Сейчас ещё скажешь, что «поцелуй истинной любви» активирует древнюю печать? Малкольм моргнул. — Мэриам, я серьёзно— — Исцелить? Думаешь, это вирус? Простуда? Аллергия на магию Ночи? — голос сорвался на крик. — Чем дольше я живу в этом мире, тем меньше в нём логики! Малкольм, не беси меня! Он растерянно водил глазами из стороны в сторону, словно пытался поймать мои слова в воздухе и собрать обратно. — Н-но… — Забей, — я резко махнула рукой. — Что ещё сказал Архиепископ? Он сглотнул. — Есть другие способы. Но о них знают только в Хютте — шаманском поселении на севере. Церковь поддерживает связь, но они ведут отшельнический образ жизни. Вот. Вот это уже звучало как что-то реальное. — Прекрасно. Едем в Хютте. Решение далось мне пугающе легко. Малкольм неодобрительно посмотрел на меня. — Это не так просто. Тебе нужно официальное приглашение от Магистра Хютте и одобрение Архиепископа. Я посмотрела на него так, будто он только что сообщил мне, что для входа в библиотеку нужна дверь. — Так в чём проблема? Через некоторое время я получила приглашение в резиденцию Архиепископа Дома Ночи. Старикашка оказался удивительно милым. Проницательным. И, что самое важное, не истеричным. К моей просьбе отнеслись серьёзно. В тот же вечер в Хютте отправили письмо с прошением о моём визите, краткое описание «проклятия» и зачарованный кристалл с образцом моей энергии. Через неделю пришёл ответ. «Леди Мэриам Вирсавия! Мы с большим удовольствием одобряем ваш визит в Хютте. Вам предлагается обучение у лучших шаманов нашего поселения. Через неделю прибудет Мастер Сигурд Пирсон для сопровождения Вас, как почётного гостя Хютте.» Малкольм сиял. Архиепископ сиял. Я почти сияла. Почти. Потому что дома меня ждала другая сцена. — Я против! Только через мой труп! — матушка металась по комнате, как генерал перед проигранным сражением. Отец молча сверлил Малкольма взглядом. — Госпожа Вирсавия, это временно, — пытался объяснить архимаг. — Вашей дочери нужна помощь извне. — Временно?! Обучение длится минимум два года! Ей уже шестнадцать! Она не помолвлена! Она угробит молодость, разгадывая магические ребусы, а потом останется старой девой! Этого ты хочешь для неё, Малкольм?! Иногда я забываю, что в этом мире дочь — это инвестиционный проект с ограниченным сроком годности. Главная цель? Выгодно выдать замуж. Логика? Отсутствует. — Мэриам. Я хочу поговорить с тобой наедине, — голос отца разрезал шум. Все замолчали. В кабинете было тихо. — Сядь. Я подчинилась. — Ты должна понимать, что своим решением ставишь под удар свою мать. Наше общество чтит традиции ДОМОВ. — Я понимаю, отец, — я опустила голову, готовясь к приговору. Он медленно сложил руки. — Брак — это сделка. Сделка должна приносить выгоду обеим сторонам. Если сделка невыгодна — её расторгают. Простая экономика. Он посмотрел на меня. И уголок его губ дрогнул. Я замерла. Он… поддерживает меня? Ничего не сказав, я поклонилась и вышла. В дверях меня ждали Малкольм и мать. — Фиона, — спокойно произнесла я, — скажи дворецкому подготовить карету. Завтра мы едем в поместье Вилард. Отправьте официальное письмо о визите. Малкольм поедет со мной. Остальных прошу не беспокоить меня до официального заявления. Я развернулась и ушла. Заперевшись в комнате, я долго сидела в темноте. Отец дал понять: все средства хороши. Мне нужен брак без коммерческой выгоды. И рычаг влияния. Аристократы — не подходят. Грегор — уже вычеркнут. Малкольм — откажется. Остаётся… Деймон. Я уставилась в потолок. Боже. Я даже не могу нормально поговорить с этим человеком, а собираюсь предложить ему… что? Фиктивную помолвку? Почему я сразу не наладила отношения с главными героями? Почему я не подумала об этом раньше?! Так. Соберись. Твоя цель — спокойная жизнь. Без боли. Без магии. Без абсурда. Значит, придётся играть по-крупному. Утро следующего дня — Мэриам, что с тобой? — архимаг встретил меня у кареты с подозрительным прищуром. — Ахаха… Да всё прекрасно, — соврала я так неубедительно, что даже лошадь упряжки посмотрела на меня с сомнением. Всю ночь я не спала. Я репетировала. Переписывала в голове речь. Меняла интонацию. Продумывала аргументы. В какой-то момент я даже попыталась представить, как это звучит со стороны. Получилось либо трагично, либо как брачное объявление в дешёвой газете. Фиона утром героически пыталась вернуть моему лицу признаки жизни. Пудра. Холодные компрессы. Чай. Ещё чай. И снова чай. Честно, если бы нервозность лечилась ромашкой, я бы уже была просветлённым монахом. До поместья Вилард — час езды. Я рассчитывала поспать. Конечно же, нет. Всю дорогу я просто нервно пялилась в окно, наблюдая, как мелькают деревья, и думала: Может, сбежать? Может, сказать, что перепутала адрес? Может, сделать вид, что это экскурсия? Нет. Поздно. Поместье Вилард — Леди Мэриам, вас ожидают в библиотеке, — главная горничная встретила нас без тени эмоций и проводила к месту аудиенции. Я ожидала увидеть что-то мрачное. Готические арки. Чёрные свечи. Черепа на полках. Может, ворона на подоконнике для антуража. Вместо этого — обычная библиотека. Просторная, аккуратная, с тёплым светом и внушительными стеллажами. Мне даже стало неловко. Вот и живи теперь со своими стереотипами, Мэриам. Дом Ночи — не значит дом вампиров. Да, их представители носят тёмные одежды, да, атмосфера немного более сдержанная, но поместье всего лишь чуть темнее нашего. Не гробница, не замок злодея. — Господин, гости прибыли, — горничная распахнула двери. — Добро пожаловать, леди Мэриам, — Деймон встал и поклонился. — Герцог Вилард, — я сделала реверанс. Стоп. Это ощущение… — Тоже ощущаете дежавю? — он слегка хмыкнул. — Да… есть такое, — я прошла внутрь и села в предложенное кресло. — Наша первая встреча. Только ролями мы немного поменялись. Шесть лет назад. Оранжерея. Чай. Неловкость. — Точно, — я улыбнулась. — Теперь вам нужно предложить мне чай… — А вы захотите осмотреть поместье… Мы почти одновременно произнесли эти фразы. Атмосфера разрядилась. Я даже удивилась. Он понял, что я нервничаю? Или это просто совпадение? Вот ведь… умеет же, когда хочет. Малкольм за спиной выглядел так, будто спрашивает взглядом: «Я вам не мешаю?» Да, Малкольм. Немного. Но потерпи. — Да, поместье я бы с радостью осмотрела, — я окинула взглядом библиотеку. Масштабы впечатляли. Полки уходили вверх почти до потолка. — Думаю, у нас ещё будет время, — Деймон мягко вернул разговор в нужное русло. — Вы же не для этого сюда приехали? Вот и всё. Момент истины. Я почувствовала, как сердце подпрыгнуло к горлу. Соберись. Ты репетировала это всю ночь. Ты умная. Ты стратег. Ты не идиотка. — Гхм… Да. Пауза. Вдох. — Герцог Деймон Вилард, прошу… станьте моим мужем! Сказала. Громко. Очень громко. Настолько, что эхо в библиотеке решило повторить за мной. Тишина. Абсолютная. Малкольм где-то сзади, кажется, перестал дышать. Я мысленно хлопнула себя по лбу. Браво, Мэриам. Можно было ещё в трубу объявить. Или барабаны позвать.