Гиперосмия

      Минхо никогда не думал, что он может быть таким страстным в постели. Джисон так на него смотрел, так двигался под ним, так крепко прижимался всем телом и, главное, так невероятно пах, что Хо просто сходил с ума от остроты ощущений. Оказывается, когда запах омеги не раздражает, и ты не стараешься дышать через раз, чтобы не раздражаться, секс становится просто улётным. А может, это Джисон, его самый потрясающий омега.       — Это был лучший секс в моей жизни! — пробормотал Джисон, почти потерявший сознание от приятных ощущений.       — Это был единственный секс в твоей жизни, — заржал Минхо и, с удивлением даже для себя, произнёс, — хотя в моей жизни действительно лучший.       — Серьёзно? — удивился Джисон.       — Ты не поверишь, я и сам с трудом верю, но с неопытным тобой и кучей подготовительной возни, которую пришлось проделать, мне правда снесло крышу так сильно в первый раз. Никогда не понимал всей этой ерунды с общим запахом, особенно когда в мой проникала приторная сладость, но с тобой это так круто — чувствовать твой запах на себе, и мой на тебе. Я впервые рад своему разборчивому носу, для меня же всё пахнет острее, чем для других, и это всегда только мешало. Но я нашёл тебя, благодаря этому, а теперь ещё и открыл для себя просто фантастические ощущения во время банального секса.       — Эй, вообще-то всё должно быть наоборот — это ты должен был открывать мне фантастические ощущения и спрашивать о них, а не сам делиться, — пробурчал Джисон, — но я соглашусь, никогда такого не испытывал и хочу снова.       — Без проблем. Мне кажется, я готов сутками заниматься сексом с тобой.       — Сутками не надо— Чан нас вытащит принудительно из кровати. И вообще, как нам сообщить ему о наших отношениях? Он не решит, что я подвёл его?       Минхо тяжко вздохнул, кажется, секс марафон откладывается.       Мрачный Чан смотрел на них обоих очень сурово. Джисон ещё крепче вцепился в руку Минхо, но тот не собирался прийти на помощь, ведь они решили, что лучше Хану самому поговорить с другом, а Хо так, (трусливая) моральная поддержка.       — В общем, мы, типа, прости Чан, я не хотел, но любим и…       Чан тяжело вздохнул и закатил глаза, утратив всю напускную мрачность.       — Да все знают, расслабься. Минхо давно пахнет тобой. У альф обоняние конечно слабее, но не до такой же степени. А про вашу совместную ванну в течку я даже вспоминать не хочу.       — И нормально? Ты не злишься? Не запретишь? — постарался сильно не покраснеть Джисон, тоже вспомнив этот крайне неловкий для всех момент.       — Я не… Почему ты так меня боишься, Сони? Конечно, я не могу тебе запретить. Да и не хочу — мы оба знаем, как тебе тяжело было. Я очень переживал, что ты так и не сможешь забыть тот случай и довериться альфе. И Минхо я тоже доверяю, но, конечно, если он накосячит, то проблем огребёт. Я не отвечаю за свои действия и Чанбина, если он тебя обидит, — грозно посмотрел на упомянутого альфу лидер, — но, думаю, что тебе желательно или обуздать ревность, или получить метку. Иначе не только наша группа вскоре сложит два и два.       — Я не боюсь тебя, просто переживаю — ты же мой лучший друг. Спасибо за поддержку. Группа в курсе? — испугался омега.       — Ну, они точно считают вас парочкой геев, не уверен спалился ли ты именно как омега.       — Ну вот же блин, — грустно пробормотал Джисон.       — Это не надолго, ты не думай. Минхо практически с дебюта пахнет тобой, но поскольку запахи не особо выразительные, то все было более или менее, не отличить особо. Но вот теперь, после течки, ты пахнешь несколько слаще. Если они ещё не поняли, то скоро точно дойдёт и до них.       — Ставить метку из-за этого разве не глупо? Типа, как вынужденно пожениться, — неуверенно пробормотал Минхо.       — Ты не хочешь? — неуверенно спросил Джисон. Он конечно понимал, что они ещё встречаются совсем мало, но звучало как-то обидно.       — Я-то очень хочу, едва сдерживаюсь — ты же единственный мой вариант не стать геем и заниматься фантастическим сексом до конца жизни, — Джисон возмущённо пихнул альфу, не ожидая такого ответа, — но у тебя совсем нет опыта с другими, кроме травматического, как ты поймёшь, что я единственный?       — Мне никогда никто кроме тебя даже не нравился. Ты вызвал мою, не хило так задержавшуюся, течку. Какие ещё доказательства, что ты тоже единственный для меня, тебе ещё нужны? — буркнул недовольно Джисон, его обижало такое откровенное недоверие Минхо.       Альфа ласково посмотрел на Хана, осознав нелепость своих сомнений (от Хёнджина поди заразился неуверенностью в неопытном партнёре), и потянулся за поцелуем к любимому омеге, чтобы стереть все сомнения.       — Фу! Да блин, ну что же это такое?! Оставьте это а, только не при мне, пожалуйста! Я едва ванную пережил, у меня до сих пор травма и желание выколоть себе глаза, — заорал Чан.       Парни оторвались друг от друга и смутились, ведь они совсем забыли про лидера.       Группе рассказать всё же пришлось. Джисон очень боялся их реакции и обвинений. Но ещё больше он переживал, что правда выйдет наружу не от него, и уже от такого предательства будет сложно отмыться, он порушит все их карьеры. Он даже убедил Чана, что уйдёт из группы, если парни не согласятся на совместный секрет. Ибо подводить кого-то он больше не хотел. Он как-то внезапно осознал, какому риску их всех подвергает. Минхо его поддержал и заверил, что их отношения никак не поменяются, будет он в группе или нет. Джисон всё равно расстраивался. Он хоть и доверяет Минхо, но кто будет присматривать за его альфой и отгонять обнаглевших омег?       Внезапно, Хёнджин возмущался дольше и громче всех.       — Серьёзно?! Ты столько мозги мне ебал со своим возможным гейством, а сам встречаешься с омегой и ничего не сказал? — не обращая никакого внимания на Джисона, услышав новости, заорал альфа, глядя на напряжённого Минхо, стоящего рядом с омегой.       — Блин! Как так получилось? Стыдоба, я же за советами по сексу между альфами к тебе приходил! — Феликс тоже не мог поверить, что у Минхо хватало совести научить сомнительной теории.       — Ты... Да блядь, Феликс! Ну нахрена? Почему ты такой?! — у Хвана не хватало воздуха и слов, чтобы громче заорать уже на своего альфу.       — Какой такой? Самый лучший и желанный? Ну да, мечта любого альфы, только не твоя похоже. Ты же сказал, что не будешь учить сексу? Я пошёл к единственному гею, которого хорошо знал! — тоже завёлся и проорал в ответ Ликси, снова с обвинением в глазах уставившись на Минхо, игнорируя Джисона.       Хёнджин относился к Феликсу слишком трепетно и осторожно, совершенно не торопил события, типа. Но Ликси такого не понимал и только сильнее сомневался. Другие альфы на Хвана больше не вешались, однако Ликси всё равно очень переживал. Слова о том, что он нежеланный партнёр для альфы, сильно его задевали. Дурацкий Хван якобы так волновался, что встречается с кем-то таким совершенно неопытным, но при этом сам никак не менял ситуацию в сторону решения проблемы с невинностью. Его альфа постоянно оправдывался, что боится разочаровать, что хочет, чтобы Ликси был уверен, что готов на отношения с альфой. Но похоже, тот сам не был ни в чём уверен. Феликс считал, что это Хёнджин какой-то закомплексованный неуверенный в себе гей, а никак не он, готовый даже на открытые отношения. Минхо говорил, что Хвану надо время поверить, что его любовь взаимна, и тот скоро созреет, но как этому наглому псевдо-гею теперь верить?       Минхо только закатывал глаза на возмущения друзей. Он же дорамы смотрел и порно, чтобы понять, как это всё там работает, получше некоторых в гействе разобрался.       — Я, да блин, не это имел ввиду, озабоченный девственник-тупица! — завозмущался Хёнджин. Конечно, он понимал, что слишком осторожничает, но слишком боялся поторопиться и не оправдать ожиданий. Пусть он и считал бывшего мудаком, но и в себе сомневался, ведь может это он сам виноват, может с ним не так хорошо, как он думает.       — Это ты — опытный тупица с комплексами! — вернул оскорбление раздражённый Ликси.       — Так, мы, кажется, отвлеклись, — проворчал Сынмин, влезая в разговор, устав ждать, когда эти двое наорутся. Он не выглядел недовольным и сильно удивлённым, только как-то оценивающе посмотрел на Джисона, — значит, ты решил всем признаться, что омега?       — Ага, ну, не всем, только группе, — покраснел Хан, стараясь не обращать внимание на громко выясняющих отношения с Минхо друзей.       — Ладно, — пробормотал Чонин, — ты хочешь уйти в группу к омегам?       — Что? Нет!       — Но зачем тогда сообщаешь нам эту информацию, да ещё так официально? — удивился Сынмин.       — Вам совсем всё равно?       — Ну, это вроде как и не новость, ты же не сильно маскировался, — закатил глаза Чонин.       — Вы знали? — завопил Джисон.       — Вы с Минхо очень наивные, если думаете, что хорошо шифруетесь. Это только Хёнджин и Феликс, занятые своими разборками, ничего не поняли. У вас практически один запах, пусть даже не сладкий, но вполне ощутимый, — пожал плечами Сынмин.       — Мы давно подозревали. Минхо тебя вечно украдкой нюхал, а ты его без конца метил, трудно не заметить, — ухмыльнулся Чонин.       — Но я даже сам решил, что просто по альфам! — недоверчиво уставился на них Минхо.       — Ну, ты как-то не особо похож на гея, — неуверенно пробормотал Чонин.       — А я, значит, похож?! — возмутился Хёнджин, краем уха услышав разговор и перестав сверлить взглядом Феликса.       — Да! — хором ответили все.       — И чем же, блин?       — Не хочешь на мне жениться, как самый настоящий пидорас, — тихо брякнул Ликси.       — Так вы не против, хранить мой секрет? — неуверенно спросил Джисон, перебивая вновь начавшиеся разборки. — Если правда выйдет наружу, группа пострадает, — сник он.       — Правда всё равно когда-нибудь выйдет, — пожал плечами Сынмин. — Так какая теперь разница? Будешь ты в группе или покинешь её сейчас — огребём одинаково сильно.       — Например, когда ты залетишь, — захихикал Чонин.       — Эй! Я, между прочим, ответственный альфа, дети только после свадьбы! — возмутился Минхо.       — Свадьба только после окончания контракта, — влез Чанбин.       — Какая свадьба? Какие дети? — испугался Джисон. Ему ещё, между прочим, даже метку не пообещали.       Хёнджин продолжал недовольно смотреть лишь на Феликса, мысленно обещая тому разборки. Ликси съёжился, но взгляд выдержал, не менее упрямо глазами выражая протест.       — Плевать на то, что ты омега, Джисон. Кому это вообще интересно? Лично меня Минхо бесит намного сильнее — псевдо-гей тоже мне. Не вздумай больше подходить к Ликси со своими знаниями, почерпанными из дорам и сомнительной порнухи!       — Так ты всё же научишь меня заниматься сексом? — неожиданно громко воодушевился Ликси.       — Фу, — заорали все.       — Да, блин, ну вот опять! Держите себя в руках, не здесь же! Мой кабинет — это свободная зона от вашего гейства или недо-гейства, — проворчал на них Чан.       — Валите уже все отсюда, — буркнул наблюдающий за ними Чанбин. — Что с вами не так, придурки? Почему все серьёзные разговоры с группой выходят какими-то нелепыми? Вы можете мозг сначала включать, а потом уже рот открывать?       — В любом случае, я рад, что чувствительный нос Минхо и пол Джисона больше не проблема. Думаю, Сынмин прав — уже поздно метаться. Джисон с Минхо созреют когда-нибудь до метки, и тогда даже никах нарушений нам не предъявят, скандал удастся обуздать, — подвёл итоги Чан и выпроводил всех своих глупых детей из кабинета устраивать разборки где-нибудь в другом месте.