Разрушенный мир

      Весь следующий день прошел в беготне. Для начала с утра пришлось заявиться в главный офис компании, встретится с вечно занятым отцом и старшим братом. Гарри радостно вскочил, завидев брата. Не смотря на большую разницу в возрасте, братья были достаточно близки и неплохо ладили. Гарри всегда ругал своего младшего братца за несерьезность, называя его капустной головой, но всегда прикрывал от отца все его шалости. Сейчас Фрэнк чувствовал, что оправдывает свое нелестное прозвище как никогда.       — Фрэнки, как хорошо, что ты вернулся живой и относительно здоровый! — брат внимательно оглядывал его, подмечая и темные круги под глазами, и руку на перевязи, и уже побледневшие следы драки на лице. — Еще вчера хотел к тебе заехать, да Марта не пустила, сказав, что после дороги ты будешь безумно уставшим и нечего тебе мешать отдыхать. Как ты, брат?       Фрэнк улыбнулся, пытаясь заверить, то отлично себя чувствует. Видно новость, что младший Мидлтон приехал в офис, быстро разлетелась, так как в кабинет старшего сына влетел Мидлтон старший и так же принялся оглядывать-ощупывать своего младшего ребенка. Первые десять минут только и разговоров было, какое счастье, что ему удалось сбежать и выжить. Но Мидлтон-старший не был бы одним из самых авторитетных руководителей компании, если бы забывал про дела. Довольно скоро разговор перетек в рабочее русло.       — Фрэнки, тебе конечно дадут отдых после всего пережитого, — начал отец, — но не рассчитывай, что он будет долгим. Война опять набирает обороты, и Империя пока отступает, значит, у нас снова есть территории потенциальной эвакуации. Я понимаю, что тебе сейчас совсем не захочется вновь отравлять в очередную командировку, но у нас не хватает толкового управляющего персонала.       Фрэнк отрицательно покачал головой.       — Какая командировка, отец? Я еле унес ноги оттуда, с меня еще не сошли все синяки, а рука так и вовсе непонятно через сколько заживет, и ты хочешь, чтобы я через неделю-другую уже отправился в новое пекло?       — Нет, там не будет никакого пекла, — стал заверять Мидлтон-старший, — на этот раз мы все четко просчитаем. Свернем эвакуацию и отзовем сотрудников за несколько дней до начала военной операции. Ты сам не первый год в этом деле и должен помнить, что такие случаи у нас единичны. И если уж говорить начистоту, так во всем, что с тобой приключилось, виноват только ты. У Фрэнка от удивления округлились глаза:       — Что? Отец невозмутимо продолжил:       — Все из-за этого мальчишки. Мне прекрасно известно, что ты опоздал на поезд из-за него. Тебе стоило спасаться самому, а не гоняться за каким-то аферистом по всему городу, который, к слову сказать, нарушив всю производственную дисциплину, отсутствовал на своем рабочем месте. Фрэнк вскочил со своего места, едва сдерживая свой гнев:       — Ты не был там! Ты совсем не знаешь ни этого парня, ни того, что там происходило! Так и не смей судить!       — А ты не смей кричать на отца!       Гарри поспешил успокоить спорщиков. Сколько он помнил, их совместные разговоры всегда заканчивались одинаково. Отец и Фрэнк были очень похожи, но упорно отказывались это признавать.       — Успокойся, Фрэнк, отец излагает факты так, как они видятся со стороны. Это нормально, что у тебя есть иная точка зрения. Если у тебя есть претензии, то можешь просто сказать, необязательно кричать на весь мой кабинет. Фрэнк перевел взбешенный взгляд на брата.       — Вы хотите, чтобы я все высказал? Да я всю жизнь только и заявлял одни свои претензии, но меня никто никогда не слушал. Вы хотите, чтобы я руководил очередной эвакуацией? Но вы хоть понимаете, во что это выливается? Вы спасаете человеческие жизни, но вместо этого обрекаете их на длительное существование в невыносимых условиях. Когда в последний раз вы были в вагонах? Или на заводах, где люди сутками отрабатывают свой мифический долг компании? А вы видели их истощенных детей? Вам было бы полезно выходить из своих кабинетов и думать о чем-то еще, помимо уничтожения конкурентов и все возрастающей прибыли. Можете так и передать это совету акционеров. Отец и брат молчали, медленно переваривая услышанное.       — Я устал от этого. Больше никаких эвакуаций, — тихо закончил Фрэнк и встал, направляясь к двери из кабинета.       — Ты так каждый раз говорил, но потом обязательно передумывал. Просто не спеши, Фрэнк, — попробовал переубедить его Гарри.       — Нет, теперь это точно конец.       Фрэнк вышел, даже не хлопнув дверью. Ярость прошла, уступив место раскаянию за свою несдержанность. Но от сказанных слов Фрэнк вовсе не собирался отказываться. Как и от своего счастья.       После офиса мужчина сразу отправился в колледж, надеясь встретить Тео и поговорить с ним. Однако его ждало разочарование. Ему сказали, что юноша сразу приступил к занятиям, и ему настойчиво не советовали прерывать урок, чтобы просто с ним поговорить. Фрэнк согласился подождать окончания лекций, но только зря прождал больше часа. Выяснилось, что сразу после звонка Тео куда-то сбежал, не явившись ни в класс, ни в общежитие. Кто-то из его новых сокурсников вспомнил, как парень заявлял, что хочет отправиться посмотреть на город. В расстроенных чувствах Фрэнк уехал. Помотавшись целый день по городу, решая мелкие, но тем не менее важные дела, он вечером опять заскочил в общежитие колледжа, но Тео там так и не появился.       Фрэнк вернулся домой уставшим и злым. День выдался явно неудачным. А потому, когда раздался неожиданный звонок в дверь, пошел открывать, проклиная все на свете и крича, что убьет своего старшего братца, ибо некому еще надоедать ему в столь поздний час. Но к его удивлению на пороге застыл радостный Сержио.       — Дружище… — Фрэнк против воли расплылся в улыбке.       — Как я рад, что вы спаслись. Безумно за вас переживал, — сказал Сержио, обнимая друга и заходя в дом. — А где Теодор? Фрэнк разом погрустнел.       — Он в колледже святого Мартина. Туда определил его мой отец сразу после нашего возвращения.       — И ты позволил? — удивился Сержио.       — А что мне оставалось делать, если он сам согласился?       — Ну не знаю, сказать, что ты его любишь, а потому хотел бы, чтобы он жил вместе с тобой, — выпалил Сержио как ни в чем не бывало. Фрэнк второй раз за день едва не задохнулся от удивления и возмущения.       — Как…?       — Как я понял это раньше тебя? — усмехнулся Сержио. — Да стоило только на вас посмотреть, чтобы понять, что ты к мальчишке совсем не ровно дышишь. Еще скажи, что у тебя голову не сносило в его присутствии, и ты совсем не ревновал.       Мидлтон провел друга на кухню, достал из старых запасов бутылку коньяка и не спрашивая плеснул в два бокала. Один поставил перед другом, второй выпил сам залпом. Огненная жидкость сразу опалила пищевод, на мгновение вызвал вспышку дезориентации, но тут же покоренным драконом улеглась в желудке. Фрэнк повторил, и только после этого продолжил.       — Я слишком долго шел к осознанию собственных чувств. Я хотел его отчаянно, злился на себя. Называл себя извращенцем. Думал, что это пройдет, как только окажусь дома. Но не прошло, наоборот, я скучаю по нему. Я так привык, что он всегда рядом. Я хочу видеть его каждый день, заботиться о нем, разговаривать с ним. Рядом с ним я наконец почувствовал себя нужным. Но теперь я могу это все потерять. Сержио слегка нахмурил брови и переспросил:       — Потерять? Почему?       — Да потому что сам его оттолкнул! Представляешь, он сам пришел ко мне ночью в больницу, сказал, что хочет быть со мной, а я не ответил. Я струсил, Сержио! Я сразу начал думать, как отнесется к этому моя семья и общественность, ведь он еще только закончил школу. И мне стало страшно. И позже я назвал его всего лишь другом. Другом, понимаешь? Когда на самом деле я таковым его не считал ни минуты. Я столько всего наделал…       Фрэнк устало опустился на маленький диван. Сержио с участием похлопал его по спине, призывая не отчаиваться, и стал успокаивать.       — Не убивайся так, парень в тебя влюбился и обязательно поймет и простит. Ситуация конечно тяжелая, но не критичная. Надо просто подумать, что теперь делать.       Мидлтон неожиданно улыбнулся, вот только улыбка поучилась какая-то хитрая. От нее у Сержио мурашки побежали по спине.       — Теперь, когда я знаю, чего хочу, составить план совсем не трудно.       — Что ты задумал, Фрэнк?       — Добиться, чтобы Тео был со мной. И если ты мне поможешь, то у меня все получится. Друг вздохнул, вот опять какой-то безумный план. Но отказаться он не сможет, как и всегда.       — Что там у тебя?       Фрэнк на несколько секунд задумался, хорошенько обдумывая пришедшую ему в голову мысль.       — Все просто, — начал он. — У меня складывается ощущение, что не только Тео не хочет меня сейчас видеть, но ему и запрещают. Возможно, сам директор колледжа проинструктирован от моего отца на этот счет. Так что ко мне он ни за что не выйдет. Но вот если ты прибудешь от имени Мидлтона-старшего и заявишь, что тот желает лично поговорить с молодым человеком, то никто не посмеет тебе запретить его забрать. Вот только отвезешь ты его ко мне.       Сержио кивнул, показывая, что все понял.       — Но ведь это не единственное, что ты задумал?       — Нет, но остальное я сделаю сам.