Разрушенный мир

      Утром им так и не удалось поговорить. Фрэнк как ни старался, но не мог подгадать минуту, когда они останутся наедине. Сначала вокруг бегали вежливые и всегда готовые помочь санитарки, потом до машины сопровождали солдаты имперской армии, а внутри их транспорта они узнали, что до самой столицы их спутником будет раненый офицер, направляющийся в штаб армии. Фрэнк только вздыхал и старался незаметно посматривать на Тео, пытаясь отгадать его мысли. Но парень был спокоен, немного грустен и очень замкнут. Вернулся тот Тео, которого он впервые увидел той давней ночью на искандерском перроне. Он снова казался безучастным, если не равнодушным, но вежливо отвечал на все вопросы, сам же не стремился участвовать в беседе.       Они быстро и с комфортом добрались до поезда, где пересели в отдельное купе. Офицер предупредил их, что они отослали в столицу известие о том, что Мидлтон и его спутник найдены и скоро прибудут домой, так что по приезду наверняка их ожидает сердечный прием. Фрэнк только фыркнул, он слишком хорошо знал свою семью, чтобы на это рассчитывать. Офицер оказался достаточно интересным спутником, и они остались вполне довольны совместными разговорами, пока коротали время в дороге. Как только поезд остановился, и пассажиры покинули теплые уютные купе, их сразу оглушил гомон сотни голосов. На вокзале царило настоящее столпотворение. Поезда прибывали и уезжали, а сотни человеческих тел сновали туда-сюда. Служащие вокзала, носильщики, работники эвакуации, служба охраны и конечно огромная масса прибывающих, отъезжающих и их провожающих вертелись одной огромной юлой. Огромное готическое здание вокзала — идея безумного мастера, воплощенная в металле — подавляло. Незнакомые запахи и звуки ошеломляли, заставляя почувствовать себя маленьким и незначительным, растворяли собственную личность в безумной толпе. Вот и Тео растерялся, впервые оказавшись в столь многолюдном месте. Он опасливо вжал голову в плечи и пораженно вертел головой. Он не сумел удержать маску равнодушия, и теперь на его лице поочередно отражалась каждая из эмоций: страх сменялся удивлением, непонимание уступало место восторгу. Фрэнк усмехнулся, его поведение было вполне обычной реакцией провинциала на столичную суету. Здоровой рукой он взял его под руку и уверенно потащил сквозь человеческую массу к выходу.       Они почти добрались до массивных ворот вокзала, оставалось пройти последний величественный холл, как вдруг вперед вышел седой человек и, радостно улыбаясь, направился прямо к ним. Фрэнк замер, тяжело вздохнув. Тео бросил на него обеспокоенный взгляд.       — Началось, — пояснил он свое поведение, — а я все же надеялся, что обойдется без встречи.       — Это так плохо? — спросил парень. — Это все-таки твои родственники, они наверняка переживали. Фрэнк усмехнулся.       — В данный момент нас встречает отнюдь не родственник. Это всего лишь секретарь моего отца.       Тео с интересом перевел взгляд на пожилого мужчину, что уже подошел к ним. Окинув их взглядом, он деликатно приобнял Фрэнка за плечи.       — Фрэнки, как я рад, что ты жив, — проговорил он вместо приветствия, — твои отец и брат так переживали за тебя. Они очень хотели приехать тебя встретить, но дела компании не отпустили.       Фрэнк немного смутился, также легонько отвечая на объятие. Не привык он видеть у своего старого наставника столько теплых эмоции.       — Антуан, не стоило так переживать. Лучше скажи, как там остальные? Добрались без приключений? Мужчина отошел от него на шаг, увлекая к выходу, а дальше на стоянку машин.       — Да, Старик всех довез в целости и сохранности, на поезд не успели только вы двое. Это же и есть тот самый молодой человек? — теперь его пронзительный взгляд метнулся в сторону юноши. Но Тео уже пришел в себя и теперь лишь равнодушно кивнул головой, подтверждая свою причастность к произошедшему.       — Да, знакомьтесь, — наконец решил их представить Мидлтон, — Антуан, это Теодор. Тео, это секретарь моего отца, один из самых влиятельных людей в компании, а также мой старый наставник, фактически этакий дядушка, который воспитывал меня с детства, мистер Антуан Дрорис. Старик пожал протянутую ему руку.       — Я уже наслышан о вас, молодой человек. Рад, наконец, познакомиться наяву.       Фрэнк отметил, как при этих словах Тео поежился, пробурчал, что тоже рад знакомству, и ушел в себя, полностью уйдя в созерцание улицы. Тем временем они дошли до машины, Фрэнк занял переднее сиденье, а Тео устроился на заднем, припав к стеклу, как только машина покинула стоянку вокзала и выехала на заполненные улицы Столицы.       А посмотреть было на что. Огромные высотные здания соединялись между собой подвесными мостами и ажурными переходами, причудливо переплетаясь, они образовывали настоящие металлические джунгли. Впечатление металлического леса усиливали украшения на зданиях, выполненные из металла разных цветов — там были и бронзовые цветы, и серебряные листья, и чугунные звери. В лучах дневного солнца металл искрился и сверкал, превращая город в запутанную волшебную паутину. И в этой паутине жили люди.       Тем временем разговор в машине продолжался. Антуан рассказывал последние новости компании, иногда упоминая других представителей семьи Мидлтонов, но Фрэнк не мог отделаться от ощущения, что его старый наставник хитрит и явно заговаривает ему зубы. Его подозрение еще сильнее укрепилось, когда они неожиданно свернули с пути, ведущего к его дому.       — Антуан, ты забыл повернуть, — заметил Фрэнк. Он не собирался сегодня что-нибудь посещать, кроме своего дома.       — Мы едем в правильном направлении, Фрэнк.       — Нет, мы едем ко мне домой, — Фрэнк начинал злиться, он слишком устал за последние дни, почему его просто не оставят в покое? Седой старик упрямо поджал губы.       — Твой отец настоял на том, чтобы тебя сегодня обязательно осмотрели в больнице, ты ведь ранен. Позже я отвезу тебя домой, но не раньше, чем тебе разрешит врач. Я предполагал твою негативную рекцию, потому решил сразу не говорить.       — Антуант, отвези нас домой! — Фрэнк повысил голос. — Меня уже осмотрел врач, со мной все в порядке. Единственное, что мне нужно, так это отоспаться в собственной кровати.       — А еще тебе нужно успокоить нервы, — жестко заметил старик. Мидлтон вздохнул, стараясь сдержать свой гнев.       — Хорошо, меня отвезешь в больницу, а Тео — ко мне домой. И не стоит устраивать суеты вокруг нас.       — Компания уже все знает про мистера Вишну, в том числе и про его обман. Этот вопиющий факт, когда посторонний решился воспользоваться столь знаменитым и властным именем для своей выгоды, заслуживает наказания. Но принимая во внимание тот факт, что один из членов семьи Мидлтонов взял на себя обязанности по его опеке, мистер Мидлтон-старший проявил снисходительность. Он решил помочь молодому человеку в новом для него месте, то есть довести долг семьи до конца. Компания предлагает взять на себя восстановление всех потерянных бумаг, оформление статуса беженца, в результате чего вам, мистер Теодор, будет оказана материальная помощь, а также размещение в студенческом общежитии колледжа святого Мартина. Собственно сам колледж готов вас принять на бесплатное обучение. — Старик сделал многозначительную паузу, давая время оценить всю щедрость поступка Мидлтона-старшего. — Впрочем, вы от всего можете отказаться.       На какое-то время в машине повисла тишина. Фрэнк изумленно смотрел на Антуана и пытался переварить услышанное. Он считал, что это его обязанность заняться устройством дальнейшей жизни Тео, а теперь его лишали этого права. Его судьбой решили распоряжаться другие. Причем кто? Люди, которые его в глаза не видели. Сильные мира сего решили поиграть с ним, как с куклой, облагодетельствовать мимоходом только на том основании, что эти несколько недель в Искандере он незаконно носил фамилию Мидлтонов.       — Нет, — тяжело обронил Фрэнк.       — Что? — переспросил Антуан, настороженно поглядывая на него.       — Тео будет жить со мной, по крайней мере пока не оформят документы и материальную помощь. Если он решит съехать, то только по своей воле. И он поступит в тот колледж, какой посчитает нужным, а не в третьесортное учреждение весьма сомнительного типа. Благие боги, да ведь репутация этого колледжа трещит по швам! Антуан усмехнулся:       — Ты забываешь, что во всех остальных колледжах за образование приходится платить.       — Мне все равно, я оплачу, — решительно ответил мужчина.       — Да что ты несешь.! — зло зашипел Антуан. Их перепалку прервал Тео.       — Мистер Дрорис, поблагодарите от моего имени мистера Мидлтона-старшего. Я принимаю его помощь и понимаю, насколько щедро и великодушно было с его стороны решить помочь мне. Завезите меня, пожалуйста, в колледж. Я ведь так понимаю, именно туда мы и направляемся?       Его голос был спокоен и тверд. Фрэнк замолчал, пытаясь понять, почему же Тео решился согласиться на предложение отца и чем его не устраивает совместное проживание с ним.       — Да, вы правы, именно туда мы и едем, — подтвердил старик, — завезу вас в колледж, директор уже предупрежден. А потом доставлю Фрэнка в больницу. Фрэнк усмехнулся.       — Значит, вы с отцом уже успели все спланировать, так? Антуан слегка пожал плечами, показывая, что не понимает сути его претензий.       — О чем ты говоришь? Из чего ты делаешь проблему? Вместо того, чтобы наказать этого подростка за подделывание документов и незаконное использование чужого имени, мы помогаем ему устроиться в новой жизни. Компания не благотворительная организация все же.       Фрэнк устало откинулся на спинку сиденья.       — Нам вообще не нужна помощь компании.       — Нам? — переспросил старик. — О чем ты говоришь, Фрэнк? Ты — Мидлтон, кто тебе этот мальчик?       — Он… — Фрэнк замялся, не сразу найдя ответ, действительно, а кто же для него Тео? — Он мой друг.       Фрэнк сразу понял всю неправильность этих слов. Тут же пришло осознание, что только что допустил самую большую ошибку в своей жизни. Тео не друг, они никогда не были друзьями. С заднего сиденья послышался судорожный выдох, словно кто-то задержал надолго дыхание, а потом разом выпустил воздух, вспомнив, что надо дышать.       — Но никто не мешает тебе помогать своему другу, — прокомментировал его фразу Антуан, — вы многое пережили, это всегда сближает. Но что подумают люди, если молодой человек поселиться у тебя? Не хватает только, чтобы начал распространяться слух, что он действительно один из Мидлтонов. А семье вовсе не нужно пятно, тем более вымышленное, на своей репутации. Простите, мистер Вишну, но вы тоже должны нас понять.       — Я все понимаю, — тихо проговорил Тео, — даже больше, чем вы представляете. И абсолютно не в обиде. Наоборот, я очень благодарен за помощь.       — Видишь, Фрэнк, молодой человек намного сознательней тебя. Сколько раз я говорил тебе думать головой. А, вот мы и приехали, — из окна автомобиля было видно весьма потрепанное здание с многочисленными большими окнами и резной дубовой дверью. — Дальше справитесь, мистер Вишну? Вам всего-то надо найти директора, а дальше он вам все расскажет.       — Конечно, спасибо, -Тео взялся за ручку двери, — прощай, Фрэнк.       Он вышел, решительно зашагав в сторону колледжа. Милдтон дернулся вперед, сердце сжалось при виде худенькой фигурки, удаляющейся от них все дальше, но выскочить из машины уже не успел, Антуан быстро вернулся на дорогу и встроился в поток машин. Фрэнк всю оставшуюся дорогу до больницы молчал, отвернувшись к окну. Анутан пытался его расшевелить, задавая вопросы про их приключения, но Фрэнк отвечал односложно, разговор явно не клеился. Старик перестал его дергать и всю дорогу до больницы кидал на него подозрительные взгляды. Машина уже остановилась у ворот большого белого здания, чьи шпили, отделанные металлом, уходили многочисленными стрелами в серую небесную ввысь. Фрэнк уже дернул ручку двери, когда услышал сетования своего старого наставника:       — Что ты делаешь, мальчик мой? Не пугай меня. Отпусти этого юношу, у него своя жизнь, у тебя — своя. Вы как две реки, у каждой свое русло, не стоит пытаться выйти из берегов, иначе вода затопит все вокруг. Ты всегда был верен компании, так и дальше храни ей верность. И позвони отцу, думаю, он скажет тебе тоже самое.       Фрэнк выдохнул, подавляя в себе вспышку раздражения. Какого черта они решили, что могут управлять его жизнью и решать, как и с кем ее прожить? Он всю жизнь всегда что-то делал для компании — учился, стажировался, работал. Долг компании превыше всего! У него давно зрело глухое недовольство. Кажется, теперь была последняя капля. Мидлтон развернулся к собеседнику и спокойно сказал:       — Антуан, я тебя отпускаю на сегодня. Я сам пройду врачей, а после доеду домой на такси. Передавай отцу мой привет.       Он вышел, не дожидаясь ответа. Оставалось пережить пару часов в руках людей в белых халатах, и он наконец окажется дома в первые за последние пол года. Родной дом встретил его тишиной и темнотой. Френк в задумчивости остановился на пороге, не веря, что снова у себя дома, где каждый угол и каждый предмет был до боли знаком. Вот только после его долгого отсутствия огромный слой пыли покрывал все вокруг. Мужчина усмехнулся, на мгновение ему показалось, будто он попал в волшебный замок спящей красавицы. Что ж, настала пора его пробуждать.       Прежде всего он открыл окна, убрав тяжелые металлические жалюзи, что надежно защищали дом от любого постороннего проникновения. Работать одной рукой, слегка помогая пальцами второй, было затруднительно, но не невозможно. А следующим его шагом было подключить телефон и вызвать бригаду домашних уборщиков. Это были старые знакомые Фрэнка, он не раз обращался к ним за помощью после своих командировок. Ребята были толковые и дело знали, дальше необходимого нос свой не совали, да и Фрэнк не забывал посматривать все же. Так что через два часа дом сиял чистотой и уютом.       Оставшись один, Мидлтон сначала испытал невероятное чувство облегчения, такое бывает всегда, после завершения какого-либо дела. Но это ощущение оказалось недолговечным. Он опять вспомнил Тео. Ему не хватало его язвительных комментариев, милой улыбки и теплых рук. Впервые собственный дом не мог дать ему чувство покоя. Тишина казалась чересчур давящей, а одиночество слишком острым.