Неустойчивые игры. Две ступени.

      Семён нерешительно топтался на крылечке и таращился на тачку, но когда Ланд раздражённо гуднул, спустился по лестницам и забрался в салон.       – Очуметь, Сёма, ты наконец-то выглядишь тем, кто ты есть! – восхищёно приветствовал его Келлер.       – Шлюхой, – утвердительно кивнул сам себе Семён.       – Обалденной шлюхой, – поправил Артур. – Трахался когда-нибудь в машине?       Я до вас вообще не трахался.       – С машиной – да. В машине – нет, – ответил Семён уже вслух, тут же теряя всё свое настроение. Похоже, Келлер позвал его только для того, чтобы обновить свою тачку. Хотя чего он вообще от него ждал.       – Хочешь, выебу тебя на заднем сиденье?       – Скучновато.       – Тогда, может отсосешь, пока я сижу за рулем?       – Не охота нагибаться.       – Как насчёт того, чтобы я тебя загнул на капоте?       – Тоже не то.       – А ты что предлагаешь?       – А давай прямо на крыше, стоя во весь рост. Такого даже у тебя не было.       – Ты меня только что мягко послал?       – Хорошо, что ты это понял. А то вечер такой чудесный, грубить не хотелось, – не скрывая горечи в голосе, Семён распахнул дверцу и, выскочив из машины как ужаленный, поспешил скрыться от яростных синих глаз.       Келлер мгновение сидел неподвижно, а потом завел мотор и рванул прочь, пропахав колесами на брусчатке чёрные борозды. Из серой Ауди со стоянки его проводил холодный голубой глаз Окуста. А в зеркале отразилась его кривая усмешка. Удачно он вышел прихватить запасную пачку сигарет из бардачка. Всё получилось даже лучше, чем он мог рассчитывать.              Остальная часть вечера уже не казалась такой весёлой и многообещающей. Димана не было, Келлер по-кретински всё испортил. Семён сидел за столом и сумрачно наблюдал за одноклассниками, вытворяющими пьяное безобразие на танцевальной площадке. Он начинал подумывать, а не стоит ли забить на свои коварные планы и напиться вместе с остальными, уже даже потянулся за бутылкой, но тут же отставил её обратно, потому что к их столу подошёл Окуст. Ничего удивительного в этом не было, по крайней мере для других, за вечер все классы между собой перемешались, а столы сдвинулись. Семён вроде и был рад, что его больше не нужно выискивать глазами в толпе, но что-то во всём этом его насторожило.       Антон сел рядом с Илоной и о чем-то спросил, между ними завязалась беседа. Хотя и это было естественно, они с Келлером и Илоной не то чтобы были друзьями детства, но их семьи, живущие бок о бок на «Дворянском отшибе», дружили с давних времен. Семён снова потянулся за бутылкой и, делая вид, что изучает этикетку, вслушивался в их беседу, но не мог разобрать ни слова из-за царящего вокруг шумного весёлого хаоса. Ему хотелось убавить этот звук до того минимума, при котором можно было бы понять хоть что-то из их разговора, потому что с ним самим Антон вряд ли когда-нибудь заговорит снова.       Окуст игриво вертел в руке стакан, на треть наполненный вишнёвым соком, и потягивал его с таким видом, будто пригубливал бокал Шато Марго на званом ужине. Семён, поглядывая на него украдкой, прятал свою улыбку, ввязавшись в разговор с одноклассником, но всё же его не покидало чувство тревоги.       Антон выглядел непринуждённо и расслабленно, будто и не было никакой повязки. Будто не было боли, терзающей опустошённую глазницу. Будто ничего между ним и Келлером не произошло. Он всё вертел в руках свое «Шато», улыбался Илоне и демонстративно не смотрел в сторону Семёна. Хоть и чувствовал на себе его взгляд. Чем непринуждённей он старался выглядеть, тем тревожней становилось Семёну. Человек, лишившийся глаза, не стал бы кокетничать с подругой парня, который это сделал. И в насмешливой холодной улыбке Окуста он находил подтверждение своим тревожным мыслям.       Чья-то женская рука неожиданно скользнула по рыжему загривку, вызвав мурашки и прерывая его раздумья. Он отвёл глаза от Антона и обернулся. За спиной стояла пьяная счастливая одноклассница с немым предложением в глазах, Семён нехотя поднялся из-за стола, бросил очередной взгляд на их дуэт, перебарывая тревожный звон колокольчиков на подкорках. И нетерпеливо подхваченный под локоть, направился в водоворот танцевальной вакханалии в центре зала.       Играло что-то быстрое и тяжёлое. Панк он или нет, в конце концов. Публику надо развлекать. Пока он предавался всеобщему безумию, звоночки в его голове перестали быть такими громкими, и он, на время синхронизировавшись с остальными в ритмах их пьяной хореографии, перестал оглядываться.       Нарезвившись вместе с остальными до рези в боках, Семён вернулся за стол и запыханно повалился на своё место, залпом осушил стакан сока и только тогда заметил, что вместо Илоны с Антоном напротив него сидят девчонки из параллельного класса.       – А Иля где? – он беспокойно оглядел весь стол, заозирался по сторонам. Если её нет, возможно, вернулся Артур. Но как бы ни искал глазами, ни его, ни её не находил.       – Её Окс забрал. Наша ледяная королева так напилась, что ничего не соображает. На ногах не стоит. Он её домой повез, – между делом сообщила одна из девочек и, подняв с пола синюю блестящую туфлю, демонстративно помахала ею в руке.       Семёна окатило холодом, в голове замутило. Его не было рядом каких-то полчаса. За это время невозможно так упиться, тем более Илоне, которая вообще не употребляет алкоголь. Он бесконечно долгие секунды сидел, парализованный, осмысливая сказанное, а потом ринулся к выходу, забывая свою сумку, свою куртку с телефоном и портмоне. Забывая сказать, чтобы предупредили Артура Келлера. Он даже не понимал, что именно его так встревожило, просто чувствовал, что ничем хорошим это не кончится. Может, потому что знал, каким Окуст может быть опасным, если его разозлить. А Келлер именно это и сделал, разворошил осиное гнездо, а сам уехал, так беспечно оставив Илону одну.       Он выскочил на крыльцо, глазами выискивая серенькую Ауди, и облегченно выдохнул, увидев, что машина всё ещё стоит на месте. Сбежал по ступеням вниз, надеясь, что его опасения беспочвенны. Но машина тут же заурчала и тронулась с места.       Окуст, старательно делающий вид, что возится с замком зажигания, резко завёл тачку, как только в зеркале заднего вида показался вылетевший из ресторана Семён.       Идеально.       Плавно вдавил педаль в пол, вырулив со стоянки, и тронулся с места. Ровно на такой скорости, на которой Семён сумел их догнать и на ходу запрыгнуть к нему на переднее сиденье. Сзади лежала Илона, в своём красивом синем платье с длинным вырезом, обнажающим её белоснежное бедро и длинную ногу. Туфель на ней не было. Ухоженный белокурый хвост развалился, и волосы разметались, скрывая от его глаз бессмысленное выражение её лица. Никакого запаха перегара в машине. Потому что никто из них троих этим вечером к спиртному не притрагивался.