Обратная сторона тьмы

Конец апреля выдался теплым, но ветреным. Гермиона неторопливо брела по просторной поляне, на которой набирали краски первые весенние цветы. Ветер трепал ее волосы, в то время как алое зарево заката отбрасывало на ближайший лес ярко-оранжевые тени. Природа оживала под теплыми лучами солнца, трава набирала цвет, а маленькие бутоны соцветий готовились распуститься, приветствуя наступление весны. Зима отступила, но холод, сковавший сердце Грейнджер, никуда не исчез. Она глубоко вздохнула, позволяя терпкому воздуху наполнить легкие. Звенящая тишина, нарушаемая лишь шелестом трав, дарила мнимое успокоение. Здесь, посреди царства природы, будто не существовало ни Пожирателей, ни Ордена, ни трижды проклятой войны. Гермиона некоторое время позволила себе стоять с закрытыми глазами, растворяясь в шуме леса и порывах все еще прохладного ветра. После этого, она вновь открыла глаза и обречённо вытащила из кармана холщовый мешочек. Пора заняться тем, зачем она сюда пришла. Лунная вербена — первая из весенних цветов, что можно было собрать на юге Англии. Маленькие нежно-голубые цветы, покачивающиеся на тоненьких бледно-зеленых стеблях. Растение не было ни дорогим, ни редким, но собирать нужные травы и соцветия для зелий первой необходимости стало своего рода успокоением. Гермиона находила в этом умиротворение, позволяя себе хоть на время отвлечься от горестных мыслей. Еще будучи в своем времени, она сбегала из серых стен министерства на склоны гор и вересковые пустоши и пополняла запасы ингредиентов, вдали от призраков прошлого. Подойдя к первому цветку, она опустилась на колени и с легкостью переломила хрупкий стебелек и, покрутив в руках, убрала в мешок. Затем второй, третий. Методичные отточенные движения и шелест холщового мешочка отвлекли Гермиону и она резко вздрогнула, когда за спиной раздался тихий треск аппарации. Выронив цветы, она соскочила и выхватила палочку, направляя ее на неожиданного гостя. Снейп поднял руки в капитуляционном жесте и шутливо приподнял бровь. — Как ты нашел меня? — выпалила шокированная Грейнджер. — Отследил след аппарации. Гермиона глубоко вздохнула, стараясь выровнять подскочившее сердцебиение. Опустив палочку, она недоверчиво покосилась на Северуса, игнорирующего ее последние недели, и спросила: — Зачем? Северус отвел взгляд, глядя на покачивающиеся вдалеке деревья. Внутри него будто шла немая борьба с самим с собой. Засунув руки в карманы, он посмотрел на нее, чуть прищурившись, и наконец заговорил: — Энтони Роули. Младший брат Торфинна. Он был напуган до полусмерти, когда принял метку, через пару недель после меня. Пойдя по стопам брата и своей семьи, он был словно белое пятно среди Пожирателей. Я знал его со школы. Он был талантлив в зельях и хотел открыть частную лабораторию, занимаясь исследованиями. Только навыки в зельеварении поддерживали его на плаву в нашем кругу. Он был слаб и слишком труслив. Снейп опустил взгляд и подопнул камень на земле, стараясь справиться с бушующими эмоциями. Но его голос продолжал звучать спокойно и ровно, вопреки всему. — Темному Лорду нужно было убрать одного чиновника, очистить путь для продвижения Долохова по карьерной лестнице в Министерстве. Сделать это незаметно и не привлекая внимание было невозможно. Тогда было решено его отравить. Капля яда и никто бы даже не понял, что случилось. Чиновник был стар, легко можно было списать на естественную смерть. Энтони ошибся. Он трясся, как осиновый лист, пока готовил яд, я хотел помочь ему, но Темный Лорд был непреклонен. Это была его проверка. И он ее не прошел. — Что с ним стало? — тихо прошептала Гермиона, прекрасно осознавая, какой будет ответ. — Его убили. Слова повисли в воздухе, словно гильотина. Последние яркие лучи солнца мазнули по бледному лицу Грейнджер и скрылись за горизонтом. От табуна мурашек по коже пробил озноб. — Он был моим другом. Единственным среди всех. Гермиона тяжело сглотнула, несмотря на ровный голос, она видела в его глазах боль. — Любой из нас может ошибиться и это будет стоить нам, в лучшем случае, жизни. Я не этого хотел, когда… — на этой фразе голос Снейпа дрогнул. — Ты спрашивала, на чьей я стороне? На своей. Она поняла его. Не произнеся и слова, он смог дать ей ответ на тот вопрос, что мучал ее последние недели. Буря на сердце улеглась, а корочка льда будто треснула, наполняя душу теплом. Предательские слезы снова защипали глаза. — Спасибо, что поделился, — хрипло прошептала Гермиона, не доверяя собственному голосу. Северус кивнул, очевидно также не доверяя собственному голосу. Нервно запустив руку в волосы, чуть сжал их, стараясь скрыть нервное напряжение. — Я пойду. Не задерживайся здесь. Ночи все еще холодные. Вихрь аппарации унес его, а стайка маленьких птиц с криком вылетела из ближайшего куста орешника. На небе зажглись первые звезды, и Гермиона грустно улыбнулась, глядя в чернеющее небо. Стало легче.

***

Неделю спустя.

Солнце непреклонно близилось к закату. До встречи с Регулусом оставалось не больше получаса. После их поцелуя прошло достаточно времени и отмалчиваться было уже невозможно, ведь всё станет ещё сложнее, если отвергнуть его сейчас. С ужасом Гермиона вспоминала повзрослевшего Блэка, садиста, в чьих глазах она всегда замечала жгучую жажду быть особенным. И о да, он таким был. Но сейчас он отличался от остальных. Его не привлекали смерти невинных, она видела это в момент казни Боунса и поняла из немногословных рассказов. Он защищался, но не нападал, не участвовал в рейдах, но поддерживал политику Темного Лорда. Он будто застыл на перепутье, и от того, на какую чашу весом упадет последняя капля, будет зависеть будущее многих. Слишком молодой, умный, но твердый в своих убеждениях. Она могла бы спасти его. Показать, что мир может быть иным. Однако, что тревожило Гермиону на самом деле, так это то, что этот воспитанный, приятный и добродушный Регулус вызывал внутри тёплые чувства. Она ощущала вину после их поцелуя, но Снейп дал понять, довольно прозрачно, что не ищет романтики. А ей, как ни странно, нужен был кто-то, кого можно обнять и помолчать. И именно Регулус стал этим островком спокойствия в ее жизни. Она боялась до жути взрослого Блэка и не понимала, что сломало юного мальчишку и заставило стать монстром в ее будущем. В ее ли силах было это изменить? И какой ценой? Снова вопросы. И нет ответов. По спине прошёлся холодок, стоило входной двери сотрястись от громкого стука. Поправив на себе платье, разглаживая его на талии в последний раз, Гермиона посмотрела в зеркало: — Ты сама дала ему адрес, нечего теперь дёргаться. Даже для пунктуального Регулуса время было раннее. Но юноша стоял на крыльце с цветами и широченной улыбкой, которая светилась искренностью в ясных серых глазах. Гермиона не собиралась приглашать его, но вариантов было не слишком много. Букет благополучно отправился на кухню, дожидаться её в чайнике, ибо вазы Грейнджер так и не купила. — У тебя здесь мило. И ты выглядишь невероятно. — Спасибо, — тихо выдавила Гермиона, чувствуя нарастающую неловкость. Блэк галантно протянул Гермионе руку, а когда она приняла приглашение, медленно наклонился и легонько поцеловал ее. Мурашки расползлись по всему телу, нервозность сменилось странным приятным чувством, и этот диссонанс вновь напугал ее. Регулус не спешил. Он аккуратно завёл с ней медленный танец, хоть вокруг не было музыки, и они всё ещё находились в узкой прихожей. — Что ты делаешь? — рассмеялась Гермиона. — Наслаждаюсь моментом, — прошептал он ей на ухо, немного отстранился и чуть громче добавил: — На этих приёмах пьют и разговаривают, я давненько не видел, чтобы кто-то танцевал. А мне очень хотелось это сделать с тобой. — Ох… это… что ж… Грейнджер смутилась. — Не беспокойся, тебе в любом случае не грозит моя ужасная компания на весь вечер, — рассмеялся Блэк. — Почему? — У меня есть основание думать, что некоторым людям захочется поближе узнать тебя. Особенно если мы появимся вместе. — Если? — в недоумении пробормотала Грейнджер. — Есть другие варианты? — Белла думает, что ты и Снейп… — Регулус запнулся на полуслове, отводя взгляд. — В любом случае, это не имеет никакого значения. Мысли Беллы иногда несколько… — Безумны? — выпалила Гермиона. — Да, — усмехнулся юноша. — Это отлично описывает мои мысли на счёт кузины. Регулус стеснительно улыбнулся, совсем тихо заговорив: — В совятне не без полярной совы, в моей же две — я и Сириус. Аллегория показалось ей странной. Но заметив улыбку на его лице, она радостно выдохнула: — О, так вы поговорили? — Ну… первые шаги сделаны. Ты была права, всё оказалось не так катастрофически, как я себе представлял. Хотя не без трудностей. — Люди часто придумывают себе причины пострадать. — У нас, однако, особый случай, — горько парировал Блэк. Гермиона хмыкнула. Её глаза поймали дерзость во взгляде парня, и губы сами расплылись в ухмылке: — Что ж, мистер Блэк. Я уверена, ты найдёшь «особый» выход из вашей ситуации.

***

Поместье Селвинов невозможно было сравнить с мэнором Малфоев или домом Лестрейнджей. Готические шпили башен устрашали, в то время как ядовитый плющ закрывал от солнца потемневшие от времени каменные стены. Войдя в холл, Гермиона замерла на мгновение, рассматривая невероятный витраж, отбрасывающий на кафельный пол яркие рисунки, что выводила сама луна. — Пойдём, — тихо шепнул Регулус, нежно проводя ладонью по её талии. Тонкая полоска света из-за приоткрытой двери будто бы приглашала войти на праздник жизни. Лёгкая музыка дарила ощущение уединения, что весьма заметно отражалось по явно увлечённым беседам вокруг. На миг ей даже захотелось улыбнуться. Юные Пожиратели смерти явно любили этот лоск и настроение лёгкой возвышенности. И сейчас, направляясь к напиткам под руку с одним из них, Гермиона ощущала небывалую принадлежность к этому времени, миру и образу жизни. Однако в глубине души именно это чувство устрашало более всего, пересекаясь с мыслью о том, что она явно родилась не в то время. Было так легко и спокойно, будто она действительно на своем месте. Она чувствовала себя свободной. Регулус галантно предложил своей спутнице бокал шампанского. — Вот так удача, я довёл тебя сюда и не дал никому украсть моё сокровище. "Мое сокровище" резануло слух. Гермиона улыбнулась. — Сокровище пока не собирается бежать. Он открыл рот, чтобы ответить, но тут же закрыл его, встретив чей-то взгляд за ее спиной. — Добрый вечер, Регулус. Боюсь, что должен передать тебе приглашение в малый зал. Тебя ожидают. Грейнджер поймала озадаченный взгляд Блэка и поняла, что речь идет лишь о нем. Значит, она останется здесь. Одна. — Не беспокойся, я присмотрю за твоей любовницей. Грейнджер вспыхнула. Регулус смутился. Кашлянув, бросил на Гермиону быстрый взгляд и скрылся в толпе. Она же повернулась к нахальному посланнику, и даже приоткрыла рот от удивления, осознав, кто перед ней стоит. Антонин Долохов собственной персоной. Он мастерски делал вид, будто бы не замечает её изумление, с неподдельным интересом выбирая себе напиток. — Судя по Регулусу, у вас ещё ничего не было. — Это наше личное дело, — отрезала Гермиона. — Вас оно касается в меньшей степени! Эти вопросы и дурацкие ставки на её личную жизнь невероятно выбивали из колеи. Вот только от кого, но от Долохова подобного она не ждала. Он казался равнодушнее остальных. Ему не было дела до глупых игр молодых юнцов. Антонин был умнее и относился к своего рода старшему поколению. Чаще всего она видела его в компании Лестрейнджей и самого Лорда. Долохов усмехнулся. Он погладил пальцами щетину и подарил ей обжигающий взгляд. Темно-зеленые глаза, будто болотная топь, были притягательными и крайне опасными. Легким движением руки он отправил в рот маленькую виноградинку и спросил, не скрывая веселья: — Со Снейпом всё проще, не так ли? Гермиона покраснела. Что за любовные игры? Вляпалась, так вляпалась, как букашка в липкую паучью сеть. Но Долохов не обратил внимания на ее смущение, казалось, больше его интересовал виноград. — Видишь ли, я наблюдал за тобой с самой первой секунды твоего появления. Ты не так проста, девочка. Не играй со мной. — Будто бы вы простейшая руна, — с иронией отмахнулась Гермиона. Разговор ей не нравился. Долохов посмотрел на нее долгим взглядом. Черты его лица были острыми, словно высеченные из камня. Темно-каштановые волосы небрежно обрамляли лицо, а взгляд еще не горел лютой ненавистью. Как там. В ее будущем. — Есть разговор. Внутри всё перевернулось. Перед глазами вновь мелькнул страшный оскал удерживающего её в Отделе Тайн мага. Тот самый тёмный волшебник, который убил Тонкс и Люпина… тот, кто оставил ей тонкий шрам на груди, заставляя плоть гореть адским пламенем… — Конечно. Он кивнул в сторону стеклянной двери, что вела на террасу. Гермиона оглядывалась по сторонам, пробираясь вслед за Антонином, ожидая увидеть чей-то интерес или осуждение, но все были слишком заняты друг другом, а единственный заметивший их человек хмуро наблюдал из дальнего угла комнаты, совершенно не слушая собеседника рядом. Свежий воздух обжёг лёгкие, а голова резко прояснилась, лишь сейчас давая осознать, что в зале распылили что-то запрещённое для подобного расслабления. — Это… — Гермиона возмущённо взглянула обратно на полный зал одурманенных волшебников и замолкла, тяжело хватая ртом воздух. — Всего лишь крупица магии. Снейп отлично справляется с нужной концентрацией, не правда ли? — Долохов сделал большой глоток из своего бокала, опираясь о колонну рядом. Его хитрый взгляд поймал её неуверенность. — О, так он тебе не сказал. Что ж, это между вами, куколка. Мне же нужен твой чистый разум! — Я не смыслю в политике… Вряд ли мой разум вам пригодится. — Тебя бы здесь не было, будь это правдой, — хмыкнул в ответ Антонин. — Видишь ли, мне нужен доверенный человек. Не просто из круга Пожирателей, а тот, кто умеет думать головой и принимать тяжёлые, но правильные решения. — Вряд ли я… — Регулус! — прервал ее Антонин резким взмахом руки. — Нет, девочка, я не предлагаю это тебе. На тебя у Повелителя другие планы. Что не слишком меня радует, но… — Я полукровка, — равнодушно протянула Гермиона. — Меня в любом случае не отправили бы в Министерство. А вот вы уже там, как я понимаю. Долохов внимательно всматривался в неё некоторое время. Кожа Гермионы покрылась мурашками, то ли от прохлады, то ли от нервного возбуждения. Опять взболтнула лишнего. — И кто у нас не смыслит в политике? — тонкие губы тронула усмешка. — Ты ошибаешься, если думаешь, что я стал бы дискриминировать тебя из-за статуса крови. Удивлённо вскинув брови, Грейнджер попыталась взять себя в руки. — Что же вам от меня нужно? — Ты ещё не осознала, да… Долохов выровнялся, медленно подходя к ней ближе. Он был выше ее на целую голову, не смотря на ее внушительные каблуки. Его фигура была крепкой и подтянутой, от него пахло дымом, табаком и почему-то мятой. — Мне нужен Регулус! А с некоторых пор он стал намного интереснее благодаря влиянию одной небезызвестной барышни. Я вижу больше, чем ты думаешь, девочка. Запомни. Он остановился в шаге от неё, рассматривая что-то в зале позади Гермионы. — Мои позиции сейчас весьма шаткие, но у нас с тобой есть много общего. Я говорю лишь об идеалах, которые привели нас обоих сюда. Вот только я, кажется, нашёл свой выход, а ты пока в поисках. — Что вы… — Наслаждайся вечером. И, мисс Бернар, не стоит убивать мелких засранцев на приёме в чужом доме. Это дурной тон. Чары дурмана, — неопределённо махнув рукой, прошептал Антонин. — Лишь иллюзия, но приятная… согласитесь? Заговорчески подмигнув, Долохов обошел ее и вышел с балкона. А стоило Гермионе повернуться туда же, как она осознала смысл его слов. Снейп хмуро смотрел на неё по ту сторону двери, явно ожидая катастрофы. Он легко толкнул дверь и вышел на балкон, ни капли не смущенный происходящим. — Почему ты не сказал мне? — Я сказал, — огрызнулся он, подходя ближе, но явно опасаясь её. — Помнишь, я говорил, что варю всякие… — Сев! Ты мог предупредить меня об этом. Его удивило подобное обращение, но Северус решил, что всему виной беладонна распыленная в зале. — Прости, в следующий раз скажу. — Я… Северус, мы… — Гермиона… — Вот ты где! — радостно воскликнул Регулус, прерывая их на полуслове. Заметив повисшее в воздухе напряжение, он рассмеялся, стараясь сгладить углы — Здесь новая вечеринка? — Я уже ухожу, не беспокойся, — бросил Снейп, наградив Грейнджер многозначительным взглядом. Стоило его тёмной фигуре раствориться в толпе, как Регулус спросил: — Если хочешь, можем уйти. — Нет, всё отлично, — пробормотала Гермиона. На душе стало как-то грустно и одиноко, то ли дурман окончательно выветрился, то ли Северус, к ее огорчению, исчез слишком быстро. — Но я бы прогулялась. В зале жарко. — Идем. Несмотря на мрачность... — хмыкнул Блэк, подставляя ей локоть. — у Селвинов очаровательный сад. Они неторопливо брели по дорожкам вдоль живой изгороди. Ночь была удивительно теплой. Луна освещала сад мягким светом, а в траве мерцали светлячки. — А чем занимается Долохов? Он же в Министерстве? — спросила Гермиона и, очаровательно улыбнувшись, добавила: — Конечно, если это не страшный секрет. — Не секрет, — улыбнулся Регулус. — Он второй заместитель главы отдела магического правопорядка. Гермиона удивлённо выдохнула. Неплохо, для Пожирателя, Долохов умен и явно продвигается в Министерстве не просто так. — Значит, у нас есть свой человек в отделе. Это хорошо! Возможно, реформы и изменения… — Нет, Гермиона. Чтобы добиться продвижения реформ и законов, нужно что-то большее чем второсортное место в пресловутом отделе, — мягко заметил Регулус и чуть потянул ее на себя, сворачивая на другую дорожку. — Кресло Министра? — усмехнулась Грейндежр. — Почему нет? Гермиона опешила. Почему нет… — Но, как… — До этого еще далеко, — мягко прервал ее Блэк. — Скорпин Флэч — глава отдела магического правопорядка наконец решил отправиться на покой. Никто не знает, сколько ему лет на самом деле, но, кажется, он ровесник моего деда. Антонину необходимо занять его место. Это следующая ступень. Грейнджер быстро сложила два плюс два, и слова Долохова обрели смысл. — Кто первый заместитель? — Альфред Котовский. Скользкий тип, он зубами выгрыз себе продвижение… и не сдастся без боя. Спит и видит себя в кресле главы отдела. — А Долохов? Регулус остановился и мягко улыбнулся. Но его глаза оставались серьезными и цепкими, словно раскаленная сталь. — Антонин тоже. Ситуация проясняется. Гермионе пора было начинать действовать.

***

Аппарировав недалеко от Литтл-Хэнглтона, Грейнджер уверенно зашагала по одной единственной проселочной дороге. Деревья вокруг потихоньку оживали, птицы в рощице весело щебетали, а кусты жимолости вдоль обочины дороги начинали зеленеть. Остановившись перед спуском в долину, где уже виднелись крыши скромно населенной деревушки, она свернула направо на широкую, но заросшую бурьяном тропу. Она отлично помнила все, что говорил Гарри об этом месте, и уже через десять минут стояла около небольшого покосившегося домика Мраксов. Несмотря на яркое солнце и кристально чистое голубое небо над головой, хижина выглядела зловеще. Обветшалая хибарка до самых окон заросла мхом. Черепица с крыши давно осыпалась, в стенах дома зияли несколько дыр, а два маленьких окна были почти черные от слоя многолетней пыли. Вокруг непроглядной стеной покачивались заросли засохшей крапивы и репейника. Гермиона повела плечом, стараясь сбросить напряжение, ей до одури не хотелось заходить внутрь, будто невидимая сила выталкивала ее с чужой территории. Стиснув в руке волшебную палочку, она пнула деревянную дверь. Прикасаться к ржавой ручке в виде головы змеи совсем не хотелось. Войдя внутрь, Грейнджер осмотрелась и закашлялась, в воздухе витала пыль, поблескивая в свете пары солнечных лучей, пробившихся сквозь заляпанное грязью окно. Здесь никто не жил уже не одно десятилетие, жалкие остатки мебели еще валялись по углам комнаты, в остальном она была пуста. Старая печь, желтые газетные листы и разбитые банки. Пахло сыростью и гнилью, словно в подвале. Грейнджер прошла во вторую комнату, мало отличающуюся от первой. Груда досок и перекладин свалены в кучу в углу. Камин с разбитой кладкой, погнутая кочерга и железный совок. Гермиона несколько раз обошла две комнатки, так и не найдя ничего примечательного. Единственный целый предмет в комнатушке, что видимо когда-то звалась гостиной, был старый портрет в тяжелой деревянной раме. Коренастый мужчина с короткими жесткими волосами стоял за спиной двух подростков. Квадратная челюсть и маленькие черные глаза делали его похожим на обезьяну. Сходство людей на портрете было феноменальным. Семья. Мальчик лет пятнадцати был точной копией отца, разве что волосы были чуть светлее да темные глаза косили в разные стороны. Девочке на вид не больше двенадцати, У нее были тусклые, безжизненные волосы и некрасивое бледное лицо с грубыми чертами. Глаза такие же тёмные, как и у отца, казались потухшими и так же немного косили в сторону. Мраксы. Марволо, Морфин и Меропа. Гермиона поежилась, казалось, глава семейства смотрит прямо на нее, презрительно и надменно. Как на грязь. Такой взгляд ей был хорошо знаком. Резкое шебуршание за спиной заставило ее непроизвольно дернуться и вскрикнуть. Толстая крыса пробежала вдоль стены и скрылась в одной из щелей. — Тьфу, — девушка выдохнула и покачала головой. — Нужно быстрее заканчивать. Спустя полчаса Гермиона осмотрела весь дом, применила все возможные чары и заклинания, но не нашла и следов перстня. Ничего кроме хлама, мусора и еще пары крыс. — Может, его здесь еще нет, — задумчиво прошептала Гермиона. Она опустилась на корточки и привалилась к стене. Горло щекотало от пыли, хотелось пить и сбежать отсюда к черту. Взгляд снова зацепился за изображение семейства Мраксов. Его обитатели будто посмеивались над жалкими попытками ведьмы. Только сейчас Грейнджер заметила, что толстый слой пыли, что покрывал все вокруг, отсутствовал на портрете. Краска была блеклой и выцветшей, но красноватая деревяная рама была идеально чистой и отполированной, будто только из мастерской. Гермиона резво соскочила и подлетела к портрету. Дерево было холодным и гладким. Она провела пальчиками по резным украшениям, в поисках какого-нибудь тайника или рычага, но безуспешно. Схватившись за углы, потянула ее на себя, в попытке снять, как на пол с тихим звоном что-то упало и покатилось, поблескивая золотом. Перстень с черным квадратным камнем отлетел к груде мусора, а Гермиона не сдержала победоносной улыбки. Вытащив из кармана мешочек из драконьей кожи, она с помощью палочки подняла кольцо, не желая к нему прикасаться. От греха подальше. Что-то тягущее и темное, словно щупальцо, окутало ее тело. Магия пульсировала в воздухе и была грязной, липкой и мерзкой. Грейнджер, изо всех сил борясь с подступающей тошнотой, разглядывала реликвию, зависшую в воздухе. Грани камня были чуть округлые, а в центре выбита гравировка. Дары смерти. Девушка поморщилась, воспоминания из ее прошлого заставили сердце болезненно сжаться. Дамблдор был проклят из-за этой безделушки. Гарри шел на смерть, сжимая чертов камень в руках. Картины прошлого лавиной накрыли сознание. Битва, разрушенный замок, тела детей и металлический запах крови. Вопли, слезы, отчаяние. Лицо Рона, тоненькая струйка крови стекает по посиневшим губам… Крик Молли, поломанное тело Джинни, зеленые глаза, вмиг ставшие красными… Грейнджер зарычала и с остервенением левитировала перстень в мешок, не давая темной магии окончательно выбить ее из колеи. Кольцо могло отравить ее душу или окончательно бросить в бездну отчаяния. Нет, Гермиона не для того прошла в преисподнюю, чтобы вновь поддаться влиянию гребанного крестража. Урок с медальоном она выучила на отлично. Спасибо Рону. С помощью пары заклинаний она быстро создала точную копию перстня, это, конечно, не обманет Темного Лорда, но перестраховаться стоит. Затолкав копию под раму, Гренджер спешно покинула дом. Кольцо в кармане давило вселенской тяжестью. Едва добравшись до дороги, Грейнджер крутанулась на месте и с треском аппарировала прочь. Она не знала, как уничтожить проклятый крестраж, но даже один шажок к большой цели прибавил уверенности.