Сквозь камеры и мониторы

— В Снежнеграде творится что-то неладное, — лицо Андайн было скрыто шлемом, и голос звучал глухо и грозно. — Я продолжу патрулировать Водопадье, быть может, смогу остановить человека. Но если что-то пойдёт не так… — она осеклась, встряхнул головой, рыкнула: — НЕТ, всё пойдёт как надо! Но ты всё равно собери, кого сможешь, хорошо? — Д-да, — Альфис вздрогнула, когда капитан стражи повысила голос. Пока Андайн не зашла к ней в лабораторию, ящерка была словно в тумане. Не отрываясь, глядела на ужасающее зрелище на экране. По ту сторону камер по подземелью шёл человек. Шёл, даже не глядя на монстров, попадающихся на его пути. Шёл, не стряхивая их прах с рук. И один его вид ввергал Альфис в оцепенение. Но Андайн вновь выручила её, вырвала из гипнотического состояния. Встряхнула и дала чёткие указания — уж это она умела делать лучше прочих. А затем ушла, громыхая доспехами, и её шаги были наполнены той же решимостью, что и поступь человека. Альфис снова осталась одна. Но в этот раз она просто обязана была хоть что-то сделать. Первое, что пришло в голову — опубликовать пост в Монстронете с просьбой собраться у Лаборатории. Пожалуй, гораздо эффективнее было попросить Меттатона сделать объявление в одной из его передач, но робот и так был сам не свой в последнее время. Из-за действий человека он терял аудиторию: никому не хотелось сидеть, развалившись перед телевизором, когда на улице вершился настоящий геноцид. Быстро набрав пост, Альфис, зажмурившись, нажала на кнопку «Отправить». Выдохнула. Уже что-то. Уже на шаг ближе к тому, чтобы исполнить просьбу Андайн. Затем спохватилась: где она спрячет всех тех, кто откликнется? Если человек ускользнёт от Андайн, то его путь будет пролегать как раз через Лабораторию! Да что там все остальные, Альфис и самой нужно спрятаться! Как можно надёжнее… …и глубже. Она бросила взгляд на двери лифта в Настоящую Лабораторию. Их легко можно заблокировать изнутри, а внизу достаточно места, чтобы разместить тех, кто придёт. Но амальгаметы… Холодок пробежал по спине Альфис. Она не боялась, что монстры придут в ужас от вида этих существ или что амальгаметы нападут на монстров. Страх, что мучил её долгие годы, возвращаясь в ночных кошмарах, вновь настиг её сейчас, в самые тёмные для Подземелья времена. Ведь если монстры встретят амальгамет, то придётся объяснять, кто они такие… и вся ложь Альфис вскроется… И, быть может, её выставят за двери Настоящей Лаборатории за всё то, что она совершила. Телефон завибрировал. Альфис, схватившись, открыла новое уведомление. Комментарий к посту-объявлению. «Да уж, не хочется попасть под горячую руку, я уже в пути». Новый комментарий. «Смотрю, намечается жаркая сходка, так что я точно буду там». Душа Альфис дрогнула. Дрожащими пальцами она напечатала в ответ: «Скажите всем, кого увидите, о том, что происходит в Снежнеграде, пусть приходят все». Пускай выставляют. В конце концов, жизни десятков монстров куда ценнее, чем жизнь одной неудачливой королевской учёной, на чьём счету слишком много ошибок. В этот раз никаких ошибок допускать нельзя. Вскоре Лаборатория наполнилась голосами новоприбывших. Все разговоры были о человеке, что сейчас скрывался где-то в лабиринтах Водопадья. — Хоть какая-то польза есть от этого человека, — негромко сказал зелёный монстр в офисном костюме своему огненному коллеге, — благодаря нему не придётся сегодня топать на работу, — он тут же осёкся, когда к ним подошёл монстр с лисьей головой. В его глотке клокотала ярость, и он бы точно влепил пару звонких затрещин несерьёзным товарищам, если бы вовремя не сдержался. — Как вы можете такое говорить после резни в Снежнеграде?! — пылко осадил он их. — Бездельники, вам лишь бы прохлаждаться! — лисья голова повернулась к Альфис, которая оказалась рядом с несколькими брикетами лапши. — Мадам, мы ведь сможем поработать из бункера, не правда ли? — М-м-м… — протянула Альфис и всучила офисным работникам по брикету. — Д-давайте сначала т-туда спустимся… И потом посмотрим… — Как там ребята, в школе, — Фуку Файр, прислонившись к стене, поникла. — Никого нет… А что если они… — Видишь, как хорошо, что мы сбежали с занятий, — пыталась приободрить её подруга, но Фуку качала головой, из-за чего из огненной причёски сыпались зелёные искорки. — Монстрёнок точно вляпается в какую-нибудь историю, — горько произнесла она. Двери Лаборатории раскрылись, и все настороженно притихли. Но это были всего лишь беженцы из Водопадья — моллюски и маленькая птичка. — Едва не зажарились, — посетовал парень-моллюск, с благодарностью принимая от Альфис пару стаканов воды. — Больше можно никого не ждать, остальные попрятались в лабиринтах Водопадья… — он, сделав пару жадных глотков, вздохнул. — Я так надеюсь, что беда обойдёт их стороной. Девушка-моллюск открыла раковину, но лишь чтобы выпить свою порцию, и можно было заметить, что её жемчужное лицо заплакано. Маленькая птичка, нахохлившись, села на монитор компьютера Альфис, который вот уже пару часов как был отключен — впервые за долгие месяцы. Сама же Альфис ещё раз оглядела и пересчитала всех прибывших. Скоро в Лаборатории совсем не останется места. Она тяжело вздохнула и кашлянула, надеясь привлечь внимание монстров. — П-п-п… послушайте! — она повысила голос и тут же замолкла: на неё были обращены десятки пар глаз. — М-мы… мы должны спуститься под землю, так б-безопаснее… Она набрала код, и двери лифта распахнулись. Все разом там не уместились — пришлось по крайней мере раз пять ездить туда и обратно. И, конечно же, каждый раз успокаивать новую группу монстров, столкнувшихся с амальгаметами: — Н-не надо бояться, они безобидны… К-к-кто это? Это… ну-у-у… это неудавшиеся и очень давние эксперименты. Важнее всего, что вас, как и их, никто здесь не найдёт! Монстры настороженно косились на нечёткие контуры бледных фигур. Амальгаметы также не выказали радости от внезапного вторжения. Лимонный Хлеб, Птица-Жнец и морозная амальгамета предпочли скрыться в комнатах, Меморихэда Альфис сама уволокла подальше и опустила в ванну, чтобы никому не взбрело в голову войти с ним в контакт. Лучше всего на монстров отреагировал Эндогини, и вскоре уже носился меж кроватей в большом зале, опьянённый долгожданным вниманием. Альфис боялась услышать вопросы. Но никто и не подумал их задавать. Всех слишком тяготила ситуация на поверхности, чтобы иметь желание вскрыть ту правду, что пряталась здесь, глубоко под землёй. Наконец, оставив последнюю группу, Альфис вернулась в Лабораторию. Времени оставалось всё меньше и меньше. Она нервно набрала номер Меттатона — уже в пятый раз, гадая, почему он не берёт трубку. И на этот раз ей наконец ответили: — Привет, дорогуша, — голос Меттатона будто бы вовсе не изменился, но именно это насторожило Альфис. — Привет. Где ты пропадаешь? Приходи как можно скорее к Лаборатории! — затараторила она. — Ты же знаешь, что произошло в Снежнеграде… — Знаю прекрасно, — перебил её Меттатон. — Но, что бы там ни произошло, это не повлияет на мой график. — Что? Забудь о съёмках! — оторопела Альфис. — Прошу, пожалуйста, я смогу защитить нас… — Я не собираюсь прятаться, — отрезал робот. — Я собираюсь продолжать работать. В тяжёлые времена мои шоу будут нужны монстрам как никогда. Думаешь, я могу их бросить? «И поэтому ты хочешь бросить меня?» — Альфис сжала телефон в лапке, но не смогла сказать этого, слова застряли в горле. Затем она предприняла последнюю попытку: — Хотя бы дай отпуск своей команде, я позабочусь об их безопасности. — Курорт МТТ неприступен, как крепость. И потом, если я продолжаю работать, почему они должны отлынивать? А ещё, — он загадочно помолчал, — я думаю, что смогу и сам их защитить, если придётся. У Альфис похолодело в груди. — Ты же не собираешься сражаться с человеком? Меттатон? Меттатон?! Но он уже повесил трубку. И больше не отвечал на звонки. Время было на исходе. Но Альфис собрала последние остатки мужества, что остались в её маленьком сердце. Пообещала, что будет ждать тех, кто захочет найти убежище у неё в Лаборатории, пока за дверями не возникнет силуэт человека. И она ждала, неотрывно глядя на камеры. Но никто не пришёл.