Сквозь камеры и мониторы

Альфис замерла на пороге дома Андайн. Она не могла объяснить, как оказалась здесь, как у неё вообще хватило духу прийти сюда. Но, как только она узнала, что после битвы с человеком капитан королевской стражи слегла с температурой, руки сами собрали аптечку первой помощи, а ноги дошли до Водопадья. Сердце командовало: «Мы должны спасти её!». А голова, похоже, вовсе отключилась, потому что иначе Альфис возразила бы себе, что она вовсе не доктор… в смысле, доктор, но не врач, и что бестактно врываться в чужое жилище, и что там АНДАЙН, и она лежит в кровати, слабая и беспомощная… Сердце сделало выбор за голову. Зажмурившись, Альфис постучала в дверь. В ответ раздалось невнятное мычание, и она посчитала это хорошим знаком. По крайней мере, даже если бы Андайн была при смерти, она всё ещё могла бы чётко указать, в каком направлении стоит удалиться тому, кого она не хочет видеть. В гостиной никого не было, и тогда Альфис решилась на ещё один отважный шаг: заглянула в её спальню. И едва удержалась от того, чтобы всплеснуть руками. Грозная воительница сейчас выглядела просто ужасно: укуталась в одеяло и свернулась на кровати, стуча зубам и дрожа. — Кошмар! — только и могла воскликнуть Альфис, подойдя к ней. Андайн повернулась, вновь пропыхтела что-то неразборчивое. Взгляд у неё был не злой, но невероятно уставший. И сразу как-то позабылись все страхи, всё смущение слетело, как сухая листва с дерева. Осталось лишь жгучее желание хоть как-нибудь улучшить состояние бедной Андайн. — Так, выпрямись, давай измерим температуру, — Альфис приложила ладонь к её мокрому от пота лбу и тут же отдёрнула. — Х-хотя знаешь, это лишнее. Она достала из аптечки марлевую повязку, сбегала на кухню, чтобы смочить её, и приложила к пылающему лбу Андайн. Та совсем не сопротивлялась и, откинувшись на подушки, закрыла глаза. — Нет! Даже не думай умирать! — всполошилась Альфис, и тут Андайн в первый раз заговорила относительно чётко: — Да нет… Чуши не неси… Просто… Но даже сейчас она не смогла сознаться, как ей плохо. Альфис кивнула и вновь убежала на кухню, чтобы поставить чайник на плиту. Вернулась уже со стаканом воды, нашла жаропонижающие таблетки в аптечке и, поднеся лекарство к Андайн, потребовала: — Выпей, будет легче. Та протянула руку к воде, но, взяв стакан, едва не уронила его. Оскалилась, злясь на саму себя, но Альфис тут же села рядом с ней на кровать и осторожно поднесла стакан к её губам, чтобы та смогла запить таблетку. — Тебе нужно пить больше жидкости, — заявила Альфис. — Я приготовлю для тебя чай, он п-полезный и сам по себе, а ещё, потея, ты будешь ох-хлаждаться и терять воду, так что… — Как я буду пить, если я даже кружку удержать не могу, — прошипела Андайн, пряча голову под одеялом. Альфис несмело положила руку туда, где должны были быть её плечи, и утешающе погладила. — Я не уйду, пока тебе не станет лучше, — пообещала она. — Может, у тебя простынет горло, или заболит живот, или будет тошнить… Я не знаю, я не врач! Но я хочу помочь, как смогу. Андайн не ответила и не высунулась из-под одеяла. Через пару минут Альфис всё-таки чуть отодвинула его край, чтобы посмотреть, что с ней, и с облегчением поняла, что та просто провалилась в сон. На кухне засвистел закипевший чайник. Но чай определённо мог подождать, пока Андайн не проснётся.