Сквозь камеры и мониторы

Едва слышный писк, от которого у Альфис пробирает дрожью всё тело, а рука сама тянется к телефону. Это не будильник — её режим настолько непостоянный и сломанный, что ей проще поставить таймер на шесть-семь часов. И звук у него противный, на одной ноте, бьющий по ушам — такой, чтобы Альфис точно проснулась. Гулкое клокотание воды в чайнике, шуршание пакетика растворимой лапши и шорох насыпаемого в кружку растворимого кофе. «Утро» у неё всё такое — растворимое, в полусонном, почти бессознательном состоянии проведённое, исчезающее из памяти к вечеру и точь-в-точь повторяющееся на следующий день. Акцентами врываются в него стук ложки о стенки кружки и собственное сдержанное хлюпанье — Альфис ест лапшу быстро и неаккуратно, не заботясь о манерах. Не во дворце же Азгора она завтракает, в конце концов. Гул вентиляторов и лёгкое потрескивание электричества. Альфис знает, что нехорошо держать сразу пять приборов включенными в одну розетку, но сделать вторую всё никак руки не дойдут — это ведь придётся просить о помощи строителей из Ядра, договариваться с ними, отрубать свет во всём доме и при свечах возиться с кабелями, надеясь, что она не перепутала синее с красным. Проще уж дождаться, когда само всё выйдет из строя: «как убьют, так и приходите». Стук пальцев по клавиатуре — клавиши отскакивают мягко и глухо, а пробел шлёпает звонко, разрывая слова. Но это, к сожалению, не новая программа, а запрос в монстронет — Альфис ищет новые серии аниме-онгоингов, которые выкачивает с человеческих сайтов, чтобы затем, надев наушники, уйти мыслями из лаборатории, оказавшись в другом мире. А когда серии заканчиваются, она возвращается обратно в тихую лабораторию, протяжённо гудяющую на низкой ноте — этот шум стал так привычен, что Альфис вовсе не обращает на него внимания. Иногда так хотелось, чтобы эту гулкую тишину разорвало взрывом. Чтобы вновь с фанфарами и возгласами фанатов ворвался Меттатон, чтобы пришла Андайн, от смеха которой стены ходили ходуном, чтобы Папирус вновь заглянул и принялся расспрашивать про новую машину-головоломку, чтобы хоть кто-нибудь из Жаркоземья хотя бы случайно забрёл к Альфис, ошибившись дорогой. Чтобы хоть кто-нибудь… Хоть кто-нибудь вырвал её из молчания — главного звука одиночества.