Ты мой второй семпай

Насколько бывает судьба страшно подшучивает над человеком и отбирает у него то, без чего обычные люди не представляют свою повседневную жизнь, будь то работа, учеба, любимое хобби, увлечение или та же старенькая, но дорогая сердцу книжка, почивающая между больших, толстых, новеньких сборников с не менее захватывающими историями. Но Аято бы не согласился с этим правилом. Иногда приобрести что-то бывает во много раз больнее и страшнее чем потерять. Причем приобрести сразу, с самого рождения. *** Все знакомые сказали бы с точностью до нулевых, Аято счастливый и желанный ребенок в своей семье. Он, в отличии от младшей, с рождения вел себя как все дети, радовался победам и подаркам, проявлял интерес к жизни, всегда стремился к самопознанию и совершенству себя в разных науках и направлениях. Джокичи не мог нарадоваться, что хотя бы сын не имеет отклонений и психологически здоров. Аято не вызывал ни малейшего подозрения на склонность к апатии и прочим ментальным дефектам. Воспитанный, умеющий правильно вставить слово в разговор, прийти в трудную минуту на выручку; бесподобная харизма, чувство такта, блеск и лоск в одежде, соблазнительная мордашка, пронзительный горячий взгляд, что заводил девчонок, стоило только им посмотреть на юношу, - и это был не полный список его достоинств и преимуществ над остальными парнями. Чем не жених? Подруги Риобы частенько шутили. "Уведут красоту твою, не найдешь" - на что она усмехалась, украдкой кивая гостям и угощая новой кружечкой чая, пока те не расходились. Аято всегда присутствовал на домашних мероприятиях, превратившихся по стечению обстоятельств в целый ритуал, заканчивающийся похвалой хозяйки дома, ее славного работящего мужа и их, выращенного совместным трудом плода, который каждая хотела сорвать для своей дочурки. Парень тогда спокойно помогал матери принимать гостей: приносил угощения на подносе, убирал со стола мелкий мусор, молча, с холодным равнодушием слушая сладкие речи дамочек про то, какой он хорошенький, да удаленький богатырь уродился. О его сестре никто в такие минуты не вспоминал, она превращалась в невидимку, блекла на переливающимся фоне веселья, людских утех и что бы никому не мешать и не портить настроение своей хмурой гримасой, уходила поспешно в комнату, запиралась там до самого вечера. Тогда, во всем идеальный Аято, зажимал какую-то бумажку между пальцев, почтительно кланялся гостям. Лицо его оставалось улыбчивым, зрачки блестели и чуть ли не горели от желания скорее покинуть своеобразный "курятник". Никто, обольщенный приятной компанией, не замечал изменившейся ауры в очах парня, продолжая щебетать о насущном, а вот Аиши старшая чутко ощущала настроение сына. Риоба была отнюдь не дурой, и прекрасно понимала какие странности окружают ее милого мальчика. Аято она не мучила долго в душном обществе, отпускала раньше, обосновывая это тем, что справится сама с посудой и его помощь больше не требуется. Юный яндере быстро убегал на второй этаж к сестре, без спроса врывался к ней в комнату под предлогом "якобы такой игры", где правила были известны и понятны лишь ему, прыгал резво на кровать сестренки и начинал ее жадно обнимать и целовать в щечки, пока та не осознавала с чего старший братик, откровенно говоря, так себя странно ведет. Однако на это внимание она особого не обращала, лишь делала вид, что такое развлечение ей нравиться. Ведь это нормально, когда брат проявляет заботу к своей сестре? Разве нет? *** Аяно шла по школьному коридору, как всегда мрачно оглядывая учеников, болтающих на разные темы со своими друзьями. Она хотела перед уроками найти Таро и попытаться хотя бы заговорить с ним, если у нее это вообще получится сделать, шансы опять встать в ступор, сжаться и начать придурошно улыбаться росли при каждом новом шаге к объекту обожания, похоже сегодня не ее день, впрочем как обычно, ничего нового. Аиши в старом репертуаре поплелась с бездушным взглядом в класс после тысячной неудачи показаться во всей красе перед семпаем. Насколько жгло сердце при мысли, что она никогда не признается ему в своих чувствах. Грустная гримаса украшала лицо до того момента, пока не раздался смачный визг одной из задир. Все кто был поблизости встрепенулись и побежали на голос, а затем раздались повторные вопли ужаса, консулы пришли на шумиху и тоже встали в ступор. До последнего держалась Аяно, не желающая узнать, что все-таки случилось, но стадный инстинкт заставил ее оторвать зад от стула и пойти за остальными. Жуткая картина ждала девчушку. На полу лежало окровавленное тело ее милого Таро, кто-то перерезал ему горло ножом, оружие лежало около него, тоже замызганное в алой жидкости. По телу внезапно прошел сильный болезненный импульс, Аяно застыла как вкопанная, не веря ни глазам, ни слуху, что такое могло вообще произойти с ее спасителем от глухой тьмы в сердце. В глазах скопилась влага, последние задатки живых чувств, голову ударило чем-то тяжелым и она свалилась в обморок, не удержавшись на подкосившихся ногах. Очнулась она уже в медпункте на кушетке. Рядышком сидел обеспокоенный Аято, придерживая ее за холодную ручку. - Ты в порядке? Ты так сильно грохнулась. Я испугался, что у тебя может быть сотрясение мозга, - парень наклонился к личику сестры и томно прошептал. - Не волнуйся, я с тобой, тебе нечего боятся, - он прижал к себе дрожащие тельце. - Пока ты лежала, полиция уже совсем разобралась и арестовала преступницу. Убийцей была Саки Мию, на ноже нашли ее отпечатки пальцев. Новость Аяно не утешила, что теперь с того, что ее арестовали? Таро Ямада уже не вернуть этим к жизни и она останется навсегда с наполовину выключенным сознанием. Ей никто больше не сумеет помочь, абсолютно никто. Придется жить как она жила до встречи с семпаем, а точнее существовать. Зачем только Саки понадобилось убивать Ямаду? И была ли это вообще она? Вдруг ее кто-то подставил? Аяно задумалась и стала выстраивать логический мостик. Саки Мию никогда бы никого не убила, зная ее характер, значит можно сделать предположение, что убийство было на руку совершенно левому человеку. Для чего и зачем потребовалось устранять Таро? Может быть он нравился какой-то девочке, а у той девочки был тот, кто любит ее? Вполне логично, Аяно поступала так же со своими соперницами. Только вот кто совершил подобное преступление оставалось загадкой. - Со мной все нормально, - бездушным, словно у робота голосом, произнесла Аиши, встала с кровати и взглянула на серьезного брата. Тот как ни в чем не бывало смотрел умиротворенно на младшую, даже слишком спокойно, будто убийство его совсем не трогало. Он же нормальный?.. Почему тогда он даже не опечален или хотя бы долю не напуган? - Вот и славненько, пойдем сегодня на обед вместе? Посидим на крыше. Ты кстати забыла свое бенто на кухне, дурашка, я взял его с собой, - он подошел к ней и приобнял с заботой за плечи. - А еще я прихватил твое любимое печенье, думал тебя порадовать. - Прости, я скорее пойду к фонтану, мне... нужно побыть одной, - Аяно не хотела огорчать брата, он очень старался сделать ей приятно, только вот ей было все равно, она просто делала вид, что рада вниманию с его стороны. Убрала осторожно руки со своих плеч и пошла приведением в сторону класса. Аято прожигал спину внимательным, острым взглядом, двинулся незаметно за ней следом, дабы она не уличила брата в шпионаже. Аяно на странность пропустила свой кабинет и удалилась в туалет, туда вход парню был запрещен, что очень усложняло задачу сталкерить, но не все же время ей там сидеть, скоро урок как ни как. Придется караулить, хотя занятие это весьма глупое. Куда она уже от него денется? Правильно, бежать некуда, да и не к кому, у нее практически нет друзей, кроме своего семпая она никого не замечала, даже иногда забывала о Аято, что сильно бесило и раздражало. "Глупенькая сестренка, ты будешь со мной и Таэко тоже будет моей! Она женой, а ты моей вдохновительницей, но я постараюсь сделать все возможное, что бы тоже получила от меня удовольствие, ахахаха~ Вы только мои!" - яндере-кун закрыл ладошкой рот, ненормально посмеиваясь. Бархатистый распевчатый баритон окатил коридор, на него пришла Аканэ и оглянулась, увидела парня с обольстительной ухмылкой и глазами цвета сапфиров, способных покорить сердце любой девушки, и только сдержала румянец, сложив вместе ладошки. - Аято Аиши, скоро начнется урок, тебе стоит поспешить в класс, - тактично произнесла она с милой сладкой улыбкочкой. - Оу, скоро занятия? Как же я не уследил за временем, спасибо Аканэ за предупреждение, - он послал ей воздушный поцелуй в знак благодарности и пошел неспеша на третий этаж. После уроков он отслеживал Аяно по этажам, предугадать где она могла шастать было невозможно, поэтому приходилось бегать туда-сюда по территории школы. Наконец он застал сестру около фонтана, здесь до недавней поры сидел Таро с книжечкой. Девушка стояла на коленках, облокотившись на бортик фонтана и уткнувшись в него носом. На том месте виднелась лужица от слез, они стекали с гладкой поверхности и падали на землю, а сама девушка тихо всхлипывала. Аято взяла не то злоба, не то жалость к сестре. Злоба от того, что она оплакивала до сих пор Таро, а жалость от сострадания к ней, ведь она возможно точно так же любила своего семпая. Но первое преобладало над ним больше, поэтому он решился на безумство. Слишком долго терпел и мучался с ней. Взял из медпункта шприц, наполнил его снотворным, украденным из шкафчика и затащив обманом неразумную сестренку в подсобку, вколол ей резко в шею снотворное. Аяно не успела и пикнуть, как сон сморил ее. Тело обмякло, Аято взял сестру на ручки с умилением разглядывая ее привлекательные черты лица. - Ох ты моя лапочка, ничего, я смогу о тебе позаботится, ты никуда не убежишь от меня, моя ненаглядная, ахахах, ~ он соприкоснулся губами с ее и положил тело девушки в чехол для контрабаса. Благо он вступил в музыкальный клуб и ему было позволено брать от туда некоторые вещи. Дома ширнуть сестре снотворное ему было бы гораздо сложнее, тогда при нем она претворялась бы нормальной и сразу смогла бы атаковать его острыми, колющими предметами вроде ножей или вилок. Так просто бы с ней он не справился, она доставила бы ему кучу геморроя, а так Аяно сейчас находилась в уязвимом для него состоянии. Взял осторожно ношу на плечи и быстрым шагом направился во свояси с удовлетворенным видом. В подвале Аято крепко привязал сестру к стулу, стянул крепко узлы на запястьях, надел на глаза повязку. Еще ничего не соображающая яндерка слабо задергалась в оковах веревки, когда очнулась, простонала, чем сподвигла брата на поцелуй с языком. Аято осторожно проводил по зубкам и деснам, а затем отстранился спустя минуту. Как же она выглядела беспомощно и привлекательно в такой позе. - Аяночка, надеюсь тебе понравится твоя новая жизнь, ты будешь теперь моей, а потом у тебя появится подружка, Таэко. С этого дня ты под моим контролем, я не позволю никому забрать тебя, ты мой второй семпай, ~ Вдруг в этот момент Аяно стало все понятно, кто являлся настоящим убийцей, почему брат... если после такого его можно назвать братом... всегда испытывал с рождения эмоции и взрослые ничего не заподозрили, он никогда не притворялся и не был здоровым, просто он ловил эмоции от нее и испытывал чувства благодаря ей. Аиши ничего не могла произнести, настолько шок с горем поразили ее и выдавить нормальную речь при таких условиях не получалось. Через ткань просочились слезы. Он, тот кого она считала хорошим, посмел отнять у нее самое дорогое и не капли не раскаивался за совершенное. Неожиданно она ощутила физическую боль, Аято ударил ее по щеке за эти крохотные соленные капельки. Она не издала ни звука, только поморщилась. - Я знаю о ком ты тоскуешь, забудь о нем, забудь обо всем, думай лишь обо мне, слышишь? Тогда я не буду тебя бить, - сменился добрый голос Аято на противное мерзкое рычание, наполненное агрессией. Он коснулся покраснения на щеке и прижал подбородок Аяно к себе. - Смысла в твоем горе я больше не вижу, ты должна принять свою участь, я постараюсь сделать все, что бы ты была счастлива, а пока просто молчи и улыбайся мне, - яндере-кун отстранился от дрожащей от ужаса сестры, покрутил в руках ножичек и направился к выходу. - Я скоро вернусь с ужином, не скучай моя дорогая и помни, ты никуда от меня не денешься...