Ты мой второй семпай

Аято вернулся с миской супа в подвал спустя два часа. Он с вожделением взглянул на тихую сестру, которая успела устать сидеть в одном и том же положении. Кожа в местах, где она была перетянута веревкой, покраснела, ножки мило дрожали в коленках, а ткань на глазах успела промокнуть. Аяно похоже не сдержала слез, когда брат ушел на верх в теплую комнату. - О, моя милая сестренка, я же сказал тебе прекратить думать о том глупом мальчишке или ты плакала, потому что тебе страшно сидеть тут одной в темноте? Моя заинька, все хорошо, братик рядом, - Аято подошел к согнутой девушке и поставил миску на столик. Взял ее за щечки и поцеловал в губки. - Ну все, тише, я принес тебе покушать, если ты будешь хорошей малышкой, то я тебе сделаю приятно, ~ Аяно молчала, не реагируя на слова старшего, только подняла голову и ей пришла безумная идея проверить, что он сделает с ней, если она не станет его слушать. Яндерка совсем уже отчаялась и не верила в спасение, да и в какое спасение? Ей уже ничего не поможет, от смерти ее разлучают только дверь подвала и веревки. Пробить себя ножом, поджечь, отравить мышьяком, сброситься с крыши или порезать вены, да так, чтобы кровь брызнула фонтаном из-за большого давления, - столько много различных вариантов покончить с собой придумала она, умирая душевно в одиночестве. Было бы здорово погибнуть от рук, убивших ее возлюбленного, получилось бы тогда очень красиво и трагично. - Открывай ротик, ~ Аято приблизил ложку с едой к губкам сестры, но та продолжала игнорировать его, надеясь как можно скорее выбесить. - Я сказал открывай ротик, - более строже произнес парень. Не получив никакой реакции, он безумно ухмыльнулся. - Хочешь поиграть в плохую девочку? Ну, ладно, уговорила, буду более с тобой груб, ~ яндере-кун резко придавил коленкой между ног девушке и та пискнула от боли. В эту секунду содержимое ложки оказалось у нее на языке. Аяно проглотила сладковатый суп, послевкусие оказалось довольно странным, будто бы Аято изменил мамин фирменный рецепт. - Ммм, люблю, давай еще ложечку, - он насильно стал кормить сестру, хоть та сопротивлялась. Постепенно Аяно чувствовала странное тепло в области живота, как она начинает ерзать на стуле и непроизвольно кряхтеть. Это было совершенно необъяснимое, странное, необузданное ощущение, голова слегка кружилась, а во рту собиралась густая слюна, которую приходидось постоянно сглатывать. Аято наблюдал за сестрой, помогал принять новое состояние. Водил пальцами по животику вверх вниз, разогревая страсти младшей. Полез под юбку, оттянул резинку трусиков и резко отпустил, послышался хлопок и Аяно резко простонала, наклонив голову вперед. Яндере-кун снял с глаз младшей повязку и та встрепенулась, увидев обнаженное мускулистое тело брата. Все это время он находился перед ней голым и не просто так. Аято взял ее за хвост и прошептал на ушко. - Я же сказал, что сделаю тебе приятно, если будешь хорошей девочкой, но ты вела себя несносно, поэтому я вынужден тебя наказать, ~ Аято отпустил волосы девушки, которая покраснела, как помидор и вытащила язычок от вида красивого рельефного торса. Похоже парень положил ей волшебную таблетку в суп, поэтому вкус отличался. Яндере-кун язвительно посмеялся над возбужденной девочкой, изводя ее сильнее перед более изощрёнными утехами, сегодня она познает и боль, и удовольствие. Он все еще играл с ее панцу, оттягивая резинку и отпуская, сильнее и сильнее, так, что она начала вскакивать и стонать от приятной эмульсии по телу, в итоге Аято развязал ей ноги и пододвинул таз в перед, делая таким образом, что бы она сидела на краю. Зафиксировал в таком положении и под ее заинтересованный взгляд, приспустил нижнее белье, но юбку задирать не стал, пускай мучается в догадках куда он лезет. Проник сначала одним пальцем, а потом и вторым. Низ окатило неприятной болью, будто в него вонзали меч и разрубали плоть напополам. Аяно громко простонала, подвал окатило возбуждённое эхо. Яндере-кун погладил коленку девушки и сделал "ножницы" , так чтобы хорошенько ее размять. - Ты такая узкая, ~ посмеялся над сестрой Аято, если она сейчас так извивалась от простой естественной процедуры, то что могло с ней произойти позже, когда в ход пойдут другие принадлежности. - А-аято, - издала ломко девушка и тот шире улыбнулся, вытащил пальцы и посчитал, что лучше ее заткнуть пока она не отбила у него все желание продолжать, взял из ящика веревку, сунул ей в рот и туго затянул, обеспечивая ей возможность только скулить. - Будь потише, хорошо малыш? ~ вопрос был риторическим, конечно она сделает все в таком состоянии, что он прикажет. У нее сейчас мало вариантов под воздействием препарата. Она уже течет, провоцирует и стонет. Похоже ей уже приятны его действия, мышцы расслаблены и в них течет покой с наслаждением. Нет, слишком мало, слишком слабо, нужно набавить обороты и разогреть не только переднюю часть, но и заднюю. Аято постепенно развязывает Аяно, берет на руки, а та, как наивная дурочка, обнимает его за шею, жмется к теплым плечам, обвивая ослабевшими ножками торс. Таблетка продолжает действовать. Яндерка освобождает губы от тугой удавки. Тихо, преданно смотрит в глаза своего старшего братика, такого привлекательного и сексуального, кладет подбородок на плечо и соблазнительно шепчет. - Т-Таро... ~ за это она получает сильный увесистый шлепок. Она догадывается как можно позлить Аято и получить достаточно "сладенького". - Таро... люблю тебя, ~ - Сейчас ты у меня получишь, ты же этого добиваешься? ~ Аято приходит в комнату, садится на кровать и кладет Аяно к себе на коленки. Аято достает розовые наручники из тумбочки, очищает от коротенькой юбочки себе проход, подгибает ножки, готовая фуршетный столик, поглаживает медленно ягодицы в кружевных черных панцу, таких развратных, созданных для особых случаев. Яндерка пускает слюнки, робко мнется на паху, а потом лезет к нему и надавливает. - Дай сюда ручки, - он силой заводит девушке запястья за спину, сковывает их вместе. - Т-Таро... мой семпай, я люблю тебя, ~ она сама держит ножки в коленках, не утруждая парня "заботится" о ее состоянии. Аято выжидает паузу, изначально не применяя кнут, а "кормя" девушку пряниками и гладит ее, снимает последний элемент одежды - школьную блузку. Грудь не настолько большая, но для жаркой ночки пойдет. Глаза безумно, с аппетитом, смотрят на тонкую талию, пальцы сжимают упругую ткань трусов, а внизу встает при легких покачиваний сестры на его коленках, что с такой жаждой хочет быть отодранной. Он бьет для затравки по заду кулаком, разжимает руку и проделывает все тоже самое ладонью, слышит тихий стон и жаждет еще. Берет с полочки декоративной ошейник, одевает для красоты на шею. - Скули, - приказывает строго яндере-кун и стягивает с нее нижнее белье. Открывается прекрасный вид на покрасневшую кожу. Яндерка послушно мычит, выгибается в спине, чуть ли не плача и наконец получает очередной шлепок, потом еще и еще, Аято бьет с умеренной силой, но его бесят последние слова сестры про Таро. Она вот-вот может заиграться и остаться голой, привязанной на всю ночь к батарее с игрушкой внутри себя, которую парень настроит до предела. Зад горит, на нем остается красный след, но и этого ему не достаточно, хоть Аяно уже находится в экстазе, стонет и просит повторной добавки. Аято решает освободить ей руки. Шум в голове становиться не выносимым, в сердце просыпается маниакальный тиран и жуткий собственник, но при этом ему хочется оставаться в образе. Яндере-кун целует покалеченные места, осторожно ведёт кончиком языка по гладкой поверхности и слышит смешки, конечно, для нее это щекотно. Он целует булочки, царапает их и берет девушку за волосы, прижимает к столу и нагибает раком, вставляет в задний проход и делает грубые толчки, бьёт гулко по бедрам. Кладет руки на грудь и сжимает соски, потом поглаживает тело до талии и оставляет красные полосы пальцами. Аяно не прекращает стонать, ощущая боль, но и при этом животное удовольствие. Вскоре старший вновь меняет ее позу, кладет спиной на стол, закидывает ножки на плечи и делает жестко толчок в щель, с доминированием целует мокрые от слюны губы. - Аяно, скажи мое имя, - просит тихо парень и получает заветное. - Аято, мой старший братик, - Аяно закидывает голову и открывает рот, туда уже лезут два пальца и она их кусает, присасывает и чувствует себя на седьмом небе от счастья. Яндере-кун более спокойнее заканчивает и уже с заботой закутывает в одеяло, прижимает горячо к себе и нежно-нежно целует. - Ты мой второй семпай, если тебе тяжело забыть о Таро, то я готов делать тебе приятное каждый вечер, - парень улыбается более искренне, зарывается в черные локоны носом и засыпает.