Глава шестая
11 декабря 2022 г., 10:33
вот прикоснулся к тебе и можно жить дальше 2004
Внутри нас обдало теплом и окутало ароматом кофе и свежей выпечки. И снова играл джаз. В углу кофейни стояла маленькая елка, украшенная крупными серебряными шарами и поблескивающими бусами. — Это все же удивительно, что мы встретились, правда? Я не могу найти этому никакого объяснения. Ты не знал, когда приеду я, и я не знала сама, когда приеду, но в итоге оказалась на вокзале в тот самый момент, когда там был ты. И помимо всего этого, мы не затерялись в толпе, а нашлись. Я правда не отвлекаю тебя от других твоих дел?— проговорила Настя, отряхивая воротник от снега. — Ты меня не отвлекаешь. — И не вынуждаю тебя проявлять любезность? Как твой дорогой друг Геннадий, которого ты так радостно проводил на вокзал? — она засмеялась, когда я помог ей снять пальто. Мы разместились за столиком у окна. — Нет. Вынуждаешь проявлять любезность? — я озадаченно свел брови. — Как ты это представляешь? — Я не знаю. Вдруг в твои планы входило спрятаться от всех своих знакомых и остаться наедине с собой, а я помешала? И телефон ты потерял не случайно, а подсознательно хотел этого? Вдруг? Я задумался на секунду над ответом. — Дело не в том, что я хочу от кого-то скрыться. Дело в том, что я знаю, что нет никого, кому понадобилось бы мое присутствие, если это не касается деловых вопросов. Поэтому не так страшно отказаться от телефона. Если ты знаешь, что на него никто не звонит. — Но ведь это неправда, — прищурилась Настя. Она откинулась на спинку стула и наклонила голову, разглядывая мое лицо, как будто пыталась измерить мою серьезность. — Ты спрашивала, считаю ли я Петербург своим домом. Думаю, я готов сформулировать ответ. Нет, я не считаю его своим домом, хотя очень бы этого хотел. Омск — тоже не мой дом, хотя там я родился, и там же живут мои родители. Выходит, что дом — это нечто большее, чем просто место или геолокация. Дом — это кто-то. Человек, который создает «дом», в эмоциональном смысле, не материальном. Настя некоторое время думала над моими словами, молчаливо глядя в окно, но затем понимающе кивнула, так ничего и не добавив. — Ты считаешь себя одиноким человеком? — Нет, не считаю, — я качнул головой. — У меня есть работа, я занимаюсь интересным делом. У меня есть родители, друзья, коллеги, поклонники. Я не одинокий человек, но чувствую себя одиноким, иногда. Впрочем, это случается с каждым время от времени. Официант поставил на стол две прозрачные кружки и один дымящийся чайничек, после чего бесшумно удалился. — Ты считаешь себя одинокой? Девушка продолжила рассматривать чайник так, будто он мог подсказать ей ответ. Она точно знала, что я задам этот вопрос и начала думать над ответом еще до того, как я его озвучил. — Это случается с каждым время от времени, — она повторила мои слова. Не требуя продолжения мысли, я разлил чай по чашкам, но девушка продолжала размышлять об этом и задумчиво водила кончиком пальца по ободку кружки. — Я думаю, ты прав, — наконец, сказала она решительно и впервые подняла на меня глаза. — Такая простая мысль, но я только сейчас смогла ее применить на себя. Мне всегда казалось, что где-то найдется место, которое станет моим полноценным домом. Это место будет идеальным, соответствовать всем моим ожиданиям, и там я не буду чувствовать себя чужой или лишней, а буду точно на своем месте. Я потратила так много времени на поиски этого места, перебираясь из страны в страну, из города в город. Наконец, улетела на другой континент. Вернулась. Мне казалось, что теперь, здесь, в России, я вдруг осознаю, что все это время это и был мой дом, который я просто не хотела признавать. — Но этого не произошло? Девушка неуверенно пожала плечами. — Пока я посетила лишь два города, впереди ждет Иркутск, но... Теперь мне кажется, что дело вовсе не в месте. Что я зря бегу, и именно этот бег мешает мне найти то, что нужно. — Человека. — Здесь прекрасный чай, — не меняя тона, проговорила девушка, закрыв глаза и сделав большой глоток из кружки. Я улыбнулся, наблюдая за ней. — А я всегда мечтал перебраться в Америку, — признался я. Впервые произнес эту мысль вслух перед кем-то. — Никто об этом не знал, но у меня была такая мечта, еще со времен студенчества. Мне всегда казалось, что там, на другом континенте, есть все то, чего нет у нас. И это почему-то именно то, что мне так необходимо. — В этом есть доля правды. — Но...? — Там нет некоторых вещей, которые есть у нас. И эта нехватка ощущается в разы сильнее, чем желание найти то, чего у тебя нет сейчас. Настя подперла ладонью щеку и наклонила голову. — Ты до сих пор об этом мечтаешь? — Для начала мне бы хотелось найти дом здесь. А позже я задумаюсь о США. Ты жалеешь о том, что уехала? — Нет. Я никогда не жалела об этом. И никогда не буду жалеть. Если мысленно разделить мою жизнь на периоды в зависимости от того, где я находилась и чем занималась, в каждом таком периоде было что-то невероятное, что-то прекрасное, что я никогда и ни на что бы не поменяла. — Это самое главное. В этот момент у моей спутницы зазвонил телефон. Она извинилась и улыбнулась, взглянув на экран. — Да? Да, я уже приехала. Конечно, все в порядке. Нет, еще не заселилась. Нет, все будет в порядке, они держат мой номер. Аня, ты совсем как моя мама! — Настя рассмеялась. — Обо мне она так не беспокоилась, — я прищурился. — Потому что у тебя нет телефона, — шепнула девушка и вернулась к телефонному звонку. — Нет, это Арсений. Нет, я не... Он потерял телефон. Мы встретились случайно, на вокзале. Хочешь побеседовать? — я уже приготовился принять телефон, но Настя пожала плечами и засмеялась. — Как скажешь. Мы еще созвонимся. Пока-пока! И перестань, наконец, беспокоиться, — она положила трубку и заправила за ухо прядь волос. — Кажется, она немного обижена на тебя за то, что до тебя не получилось дозвониться. — Да, пожалуй, об этом я не подумал, — я глотнул чаю. В этот момент в моей голове проскользнула мысль, и я снова взглянул на девушку. — Ты тоже пыталась дозвониться? На секунду Настя удивленно подняла брови, а затем нахмурилась, раздумывая над ответом, и все это за какие-то пару секунд. В конце концов, она с улыбкой откинулась на спинку стула. — Аня дала мне твой номер. Я позвонила однажды, когда только села в поезд до Питера. И кстати, я чувствовала себя неловко. — Неловко? Почему? — Потому что мне показалось, что это глупо, потому что никто уже давно не просит сориентировать в незнакомом городе, когда существует Интернет, и что ты с самого начала не хотел, чтобы к тебе приставали с подобными идеями. — И у тебя сложилось такое впечатление, потому что... — я вспомнил нашу первую встречу в баре. «Я... А... Питер... Да, э-э... Конечно...» — был не самый мой любезный монолог. — Собственно, можешь не отвечать. Я понял. Настя улыбнулась. — Но ты все равно позвонила, — я прищурился. — Но твой телефон был отключен. Тогда я окончательно решила, что это была дурацкая затея. — И после этого мы встречаемся на вокзале. — Представляешь, какое странное стечение обстоятельств? Я заподозрила, что тебя попросила Аня. И не просто попросила, а принудила. — То есть ты только сейчас, в эту секунду, поверила в то, что я нахожусь здесь по своему собственному желанию, а не по чьей-нибудь просьбе? — Нет, я... Может быть. Да. — Что ж, я рад, что мы это прояснили. Выходит, если бы не мой закадычный друг Гена, ты бы сейчас думала, что я полный урод. — Я бы так не думала. — Значит, еще кто похуже. — Нет, я бы так не подумала, правда, — она рассмеялась, опустив взгляд на кружку. Она принялась крутить ее в руках, погрузившись в какие-то мысли, как будто вела диалог в своей голове. Я понял это, потому что знаком с такого рода беседами не понаслышке. — У нее будет головокружение, остановись, — я остановил руки девушки своими и сам удивился тому, что сделал это, так и замерев. — О чем ты думаешь? Настя посмотрела на мои руки, но не выпуталась из них, оставив все, как есть. Помолчав несколько секунд, она встретилась с моим взглядом. — А как же Алена? Имя прозвучало так неожиданно, тем более из уст Насти, которая была так далека от всего, что было когда-то связано с Аленой, что я опешил на несколько секунд. А как Алена? А причем здесь Алена? Как она вообще смогла оказаться в этом разговоре? Как умудрилась впрыгнуть в это пространство хотя бы одним своим именем? — Ты говорил, что тебе не от кого ждать звонков, и что у тебя нет «дома». А твой друг сказал про Алену. — Мы давно не вместе. Гена вспомнил те старые времена, когда я только перебрался в Питер и начинал здесь свою карьеру. Это было много лет назад. Теперь ты еще лучше понимаешь, насколько «тесная» дружба нас связывает с этим парнем. Настя рассмеялась: — Что ж, я поняла. Действительно, закадычные друзья. Она коротко взглянула на меня, а затем с улыбкой стала рассматривать город за окном. На какое-то короткое мгновение она большим пальцем провела по моей ладони, и я не знал, сделала она это машинально или от того, что действительно захотела. Может быть, Настя даже не заметила этого, а мысли ее витали где-то слишком далеко, чтобы отдавать отчет таким мелочам. Но я продолжил рассматривать ее лицо с ощущением, будто эта жизнь наполнилась волшебством.
