Странные танцы
1 мая 2023 г., 16:33
И на миг позабыв, что такое любовь Мы с тобою начнем
Танцы вдвоем, странные танцы
Арина мимоходом взглянула на себя в зеркало и в последний раз оценила себя. — Может, без одежды ты выглядишь лучше? Холодные пальцы провели по такой же холодной поверхности, оставляя напоследок следы отпечатков. Она очень надеялась, что в атмосфере общей разнузданности почувствует что-то и она. Максим уже ждал её около подъезда и подхватил под руку. — С чего ты так скоропалительно решила завалиться на квартиру? — Почему бы хоть раз не пожить как студент? Арина пожала плечами и подставила лицо закатному солнцу. Она переждала день, попрощавшись с глухой волной неудовлетворенности, которую она едва-едва слышала в теле. Максим улыбнулся и поцеловал ее руку. «Может, потому я и не хочу? Он слишком… Аккуратный. Слишком осторожный и галантный. Может, мне нужно как шлюхе? Хотя каждой шлюхе нужна нежность. Что со мной не так?» Арина не отворачивалась от парня, не скрывала ни лица, ни эмоций. Лишь прикусила щеку и едва наклонила голову. Дрожью по телу, холодными мурашками по волоскам, вставшим дыбом на руках. Скучно и надоевше, по заезженной пластике «чтонетакчтонетакчтонетак». А в прокуренной тесной трехкомнатной для народа со всего потока очень тесно для нее, такой внезапно раздувшейся и большой. Ей казалось, что она не помещается в эти стены — они давили и сбоку, и сверху, а веселый смех и пьяные крики со всех сторон только усиливали бег секунд, давящих и спешащих, все быстрее и тоньше. — Хее-ей, — довольная, раскрасневшаяся Катя выхватила ее за руку и подтянула к столу на кухне. — Ты все-таки пришла-а-а. Ну, давай, штрафная! Ты много пропустила. И Арина послушно взяла пластиковый красный стаканчик, будто из декораций к очередной комедии про чирлидерш, выдохнула и опрокинула в себя алкоголь. Противный горький обжигающий вкус прошелся по горлу и растекся теплом. Арина поморщилась и поспешила чем-то заесть — под руку попались чипсы. Но заесть она хотела не алкоголь, а ассоциации. «Как смазка», и закашлялась. Теплая, все еще твердая рука Кати постучала по спине, и подруга, не медля, подставила второй стакан. Голос Макса — громкий и заполняющий все вокруг, был слышен из другой комнаты — встретил друга и зацепился с ним. Катя потянула ее, открывая ногой балконную дверь. И Арина усмехнулась — сейчас будет дешевая драма или комедия. У нее чуйка на такие моменты — она примерно представляла, что будет дальше, а потом выписывала в персонажей. Ведь так легче — выплеснуть на бумагу, сделать слепым себя, перенести на безликого и стать безликим. — Зачем ты притащила Макса? Сидит, не пьет, — Катя пошарила по карманам в поисках чего-то, — Ску-у-учный. У вас и секс такой? Арина повела плечом. Ей захотелось разыграть интересный, пусть и типичный сценарий. «Драма». Что она теряет? Почти ничего. Ей казалось, что терять ей нечего. — У нас с ним не было секса. — Как? — Катя уставилась на нее, приоткрыв рот. Расширенные зрачки будто застыли в одном положении, но еще не приобретали «стеклянности». — Не было, — Арина улыбнулась, чувствуя, как с ее плеч внезапно свалилась вся тяжесть, будто, выронив эти звуки, выдавив слова, она смогла на секунду дышать полной грудью. — Почему? — Я, — Арина прикусила губу, — я просто не хочу. — С ним? — Да. Катя приблизилась настолько, что ее дыхание с запахом мяты и алкоголя оставалось на ее губах. — А целоваться с ним тебе нравится? — А с чем сравнивать? Арина понимала, к чему это ведет. И почему-то сейчас это казалось закономерным, вполне себе даже не предсказуемым, а… Правильным. — Можешь со мной. Мягкие губы прикоснулись к ее и аккуратно застыли в мгновении. Арина плюнула на все и подалась вперед — они пьяные, они подруги, а ей было любопытно. Ей было любопытно почувствовать то, что чувствуют другие после таких выходок — тошноту, головокружение и горькое сожаление. И странной мыслью показалось то, что ей понравилось. Даже сентиментальные парни не целуются так. А Катя — да. Невозможно легко, почти невесомо, накрывая — теплые сухие ладони легли ей на шею и затылок, утягивая дальше. — Я не лесбиянка, — Арина открыла глаза, ловя теплые потоки воздуха губами. Ей не нужно было отдышаться — ей нужно было исчезнуть начисто. — Я тоже, — улыбнулась Катя и провела пальцами по щеке. — Но ведь тебе понравилось? — Вполне, — Арина прислушалась к себе, ловя волну теплой неги, прошедшей от низа живота к груди. — Не бойся, он не узнает, — Катя достала из кожанки сигарету с зажигалкой и посмотрела на подругу. — И не загоняйся. Прими как должное. Арина хмыкнула, отвела глаза. Как должное принять то, что ей понравилось целоваться с той, с кем по сути нельзя больше, чем с тем, с кем она имеет право. И не было ничего странного в том, что это девушка. Было странно, что она узнала об этом только сейчас. — О чем? Арина повела плечом, сбросила негу. — Я сказала вслух?.. Что? — Странно, что ты узнала об этом только сейчас, — Катя выдохнула горький дым и закашлялась. — Что узнала? Арина покачала головой и, опершись на секунду о заваленный барахлом подоконник, вышла. Горячая волна какой-то неопределенной эмоции, больше похожей на ненависть и непринятие одновременно, прошлась по телу. На душной кухоньке, под свет желтой лампочки, опрокинула в себя обжигающий алкоголь. Она не может чувствовать что-то с Максом, уже долгое время притираясь, а с Катей — вот так запросто. Какой-то сюр? Простая жизнь, и Арина это понимала. Но жизнь несправедлива, и ее нужно держать в узде, иначе заведет, и не выберешься. — Пойдем, — нетвердой рукой она схватила за футболку у плеча парня и потащила к ванной. — Куда? — Пойдем, — Арина мотнула головой. — Пока я не передумала, пойдем. Хриплое нечто вырывалось из нее, лизало пламенем пятки, подгоняя захлопнуть дверь, закрыть и приставить стул для надежности. — Что такое, Арин? — широкие ладони легли ей на плечи и помассировали. — Успокойся. Что-то случилось? Арина еще раз посмотрела в его глаза. Может, ей просто нужно было выпить, чтобы чувствовать все острее? — Поцелуй меня. — Что произошло? — Ты хочешь разобраться, что произошло? — злость в ее руках зачесалась, просясь наружу. — Так поцелуй меня! Максим внимательно всмотрелся в ее бледное осунувшееся лицо в последний раз и легко накрыл губы своими. Почти похоже на Катю, но здесь его медлительность раздражала. — Да черт с тобой! Быстрее, чем он бы мог опомниться, Арина неумело и рвано сняла свою футболку, дрожа то ли от холода, то ли от ожидания. Больно не будет — будет пусто и безлико. — Давай поговорим! — Мы поговорим, — согласилась Арина, холодными руками пройдясь по его животу под одеждой. — Обязательно поговорим после того, как ты меня возьмешь. Эхом в голове отдалось разнузданное и пошлое «возьмешь», но и отступать она не собиралась. Как бы из себя героя Макс не строил, а тело, разгоряченное алкоголем и танцами, быстро отозвалось на ее поглаживания. Парни такие простые и легкие на подъем — им она завидовала. Его ли она сейчас хотела или просто самого факта попробовать и получить? И как все равно. — Если ты не в своем уме, мы можем… Бедный мальчик, он так хотел сохранить остатки разума, но тело само подводило — он сдерживался и не мог. Обычная физиология, Арине понятная, но недоступная. Хотеть сейчас — хотела. Без прелюдий, без недомолвок и лишних слов, она села верхом и посмотрела в глаза — замутненные и ожидающие. — Не можем. Или сейчас, или мы расстаемся. Ультиматум, поставленный на кону и в бреду — убедить себя, что может и с парнем, и это просто алкоголь. Страх, поселившийся в груди «а что если» нужно было разрушить — жестко и рваными толчками. Хотеть — хотела. И что-то почувствовала. Максу явно было в кайф — она пыталась контролировать ситуацию, но порезалась о красные нити: он встал со стула и прижал ее к стене в плиточку. Проникновение слишком быстрое, на секунду и в темноту. Не перепил — мозг еще пытался бороться с телом. — Боже, — Арина выдохнула и попыталась извернуться, чтобы поднять футболку под ногами. — Я ухожу. Она не думала, что это сработает с таким правильным и нежным Максом. Она думала, он отойдет и даст пройти. Но широкие ладони схватили за талию и пригвоздили к стене. Кипятком по телу, дрожью и шепотом в голове — хотела. «Видимо, надо как суке, ну и пусть». Она прикрыла глаза, уже понимая, что будет дальше. Что-то теплое вошло в нее, теперь уже плавно, но длилось недолго. Все животные, все до низкого и пошлого — нарастающий темп пробуждал в ней ту волну, которую она слышала. Неверяще, Арина мотнула головой и попыталась поймать ритм, но мысль, обжегшая ее, сломала все. Катя, прошившая голову молнией, ослепившей глаза, ворвалась и снесла волну ожидания оргазма. И ей оставалось посмотреть на пальцы, побледневшие от ее попыток удержаться за скользкую плитку, о которую порезалась красной нитью. Снова. Несколько особо сильных толчков — и Макс отошел, оставив ее на растерзание холодному воздуху. Арина даже не постаралась изобразить подобие стона — попыталась, не вышло, и не будет делать вид, что все хорошо. Немного помятая футболка скрыла красивое тело под белой бесформенностью. — Все хорошо? Арина посмотрела на Макса, кивнула и вышла из ванной. Как в тумане, нашла среди вороха курток свою кожанку, и уже в подъезде, засунув руки в карманы, поняла, что взяла не свою — в ладонь вместо телефона легла помятая пачка. В летнее высокое небо она выдохнула горьковатый дым. До невозможности глупо — опять порезалась, опять понарошку и не всерьез. Пара улиц пронеслась перед глазами отмотанной кинолентой — и снова старая знакомая около качели. Белое платье, прикрывавшее выступающий живот, поднималось легким летним воздухом, играющим тканью. Арина кивнула ей и присела на уже отдавшую ночи тепло деревяшку, раскачивая ногами. Хотелось покричать, но не тревожить кого-то. — Ты в порядке? Арина посмотрела на соседку и прищурилась. Угадывать и писать перса не хотелось. Хотелось просто выпить воды, улечься и упасть в темноту. И не думать. — А вы? Стоите тут в полночь, ждете кого-то. И этот кто-то не идет. — Такое бывает, — девушка улыбнулась. — Но я могу и не ждать, просто хочу встретить с работы. — Кого? — Арина привстала и оперлась о столб. — Мужа? — Пойдем я тебя провожу. Ты сможешь дойти? — Смогу, — Арина хмыкнула и оторвалась от железки. Во рту противно горько. Явно не к лицу и не к состоянию, хотя… Самое то — использовать парня и выбросить, как презерватив, в окно. И вроде бы он был без… — Аккуратнее, — девушка подала платок, и Арина прижала к влажным губам. — Пойдем. Дай мне ключи, я открою… Арина прикрыла глаза и нашарила в кармане джинс металл. Ключи держала всегда при себе. И спасибо привычке. За телефоном — черт с ним, с телефоном. Катя принесет. — Черт, Катя, — огненными вспышками в память раз за разом прошивалась иголка. Нужно было жестко, но мягко с ней, а с ним не выходило. — Потом, — теплый голос поддерживал на плаву, а дверь, открывшаяся со скрипом, отдавшимся внутри черепной коробки, резанула. И еще одной опоздавшей мыслью пришло то, что Арина свет в квартире не оставляла.
