Зелёное и Красное

Охота в тишине. Трапезы в молчании. Общение глазами. Странная неделя. Но странники подъехали к Селу, очень крупной деревне за высокими стенами, через которые были видны некоторые крыши домов, дым, где-то даже разноцветный пар, через которые сочились разнообразные смеси запахов, непривыкшему человеку ощущать их было отвратно. Молчание было сломано. —Фай, прости меня ещё раз, — произнесла Эриа, но воин отвернулся. — Я не подумала, что это тебя так ранит… — он вздохнул и продолжил смотреть в даль, будто не слыша спутницу. — Хорошо. Может… Не знаю, что сказать… Прости.       Файдэс резко перевёл взгляд на девушку и вдруг широко улыбнулся: —Да ничего страшного! Я уже давно забыл. Просто я очень люблю тишину. —Эй! — натянуто рассмеялась Эриа. — Да ну тебя! —Итак, перед нами Селу. Чем известна эта деревня? —Как-то с алхимией связана?.. —Да. В Селу находится самая большая в Ордарии алхимическая лаборатория, так что очень важно оповестить старосту и главу лаборатории. Разделимся? —Да. Я пойду к главе алхимиков. Чур, я возьму с собой письменное послание. —Ладно.

***

Стража впустила Эриа после коротких дебатов в огромное светлое помещение, разделённое перегородками на шесть отделов. Практически везде кипела работа. Вот новое зелье испустило порцию запаха, который тут же смешался с сотней других. Эриа стало тяжело дышать, она нашла глазами двери, указывающие на кабинет для помощников главы алхимиков и кабинет его самого. Эриа прошла прямиком к нужному ей помещению, провожаемая только взглядами зевак-работников, уставших нагревать отвар. Открыв дверь, посланница увидела спину женщины, поливающей растения. —Карл, я надеюсь, ты хочешь сообщить что-то интересное, — проговорила женщина. —Думаю, вам понравится, — робко произнесла Эриа.       Глава лаборатории обернулась и, усмехнувшись, презрительно спросила: —Кто ты? И что ты тут делаешь? Эриа была удивлена возрастом главы, на вид девушке было максимум двадцать лет. У неё были пухлые губы, небольшой носик, выпуклые большие серые глаза и длинные светлые волнистые волосы, убранные в хвост. Фигуру закрывал халат, но было видно, что девушка отличалась крепким телосложением. —Мне повторить вопрос? —Я — Эриа из Агреди. Я с посланием, — Эриа положила свёрток на стол перед главой. —Хорошо, — произнесла девушка, пожала плечами и, сев, стала открывать послание. —Простите, вы пользуйтесь каким-то зельем от старения? —Это было, достаточно, грубо, — оторвавшись от записей, улыбнулась глава. — Нет. В таком возрасте нельзя занимать пост… главы? —Наверное, можно. Просто я далека от всего этого, — нахмурилась Эриа. —То, что ты выросла в маленькой деревне со своими нравами, не даёт тебе право хамить и общаться со мной, как с ровней, ты меня услышала, посланница? — с расстановкой произнесла глава, в недовольстве выгнув бровь. —Да, — поджала губы Эриа, а когда девушка погрузилась в чтение, подняла брови и покачала головой.       Она внимательно наблюдала за изменением эмоций главы по ходу чтения: это были то радость, то восхищение, то лёгкая грусть, то удивление, но после выражение лица девушки приняло серьёзный вид, и она спросила: —Что делают с посланниками, принёсшими плохую весть?       Сердцебиение Эриа вдруг участилось, но она никак не выказала волнения. —…Я полагаю, благодарят, — ответила посланница. —А с посланниками, принёсшими хорошую весть, тогда что? — посмеялась глава. —Предоставляют еду и кров. —Шикарно! — воскликнула девушка, вскочив с кресла, и захлопала в ладоши. — Потому что весть просто великолепна! Как же давно в Ордарии не происходило ничего масштабного, лет семь?! Только всё какие-то мелкие стычки и протесты.       Эриа нахмурилась, ей хотелось возразить, сказать, насколько семь — это мало, и как ужасна эта весть, но слова комом застряли в горле. —Что ж, теперь познакомимся, — глава жестом попросила подняться Эриа со стула. — Я — Лира из Селу. —Эриа из Агреди, — приняла рукопожатие девушка. —Я являюсь помощницей главы данной прекрасной алхимической лаборатории. Готова заверить тебя, что наша команда приложит все усилия, чтобы сделать противоядие!       Лира взяла Эриа под руку, сунула свёрток в карман халата, затем заперла дверь и повела «хорошего» посланника к одному из отделов. —Как же ты меня обрадовала! Пойдём расскажем второму помощнику о случившемся, — Лира закусила губу и взглянула на Эриа, явно ошарашенную её поведением. —Знаешь, если бы ваша, твоя, радость меня так не озадачивала, она бы вывела меня из себя, — как-то равнодушно произнесла Эриа. —Хм… Предполагаю, почему, — Лира свела восторг с лица, лишь уголки губ говорили о недавнем приступе радости. —Мой Карл не здесь, ребят? — спросила помощница главы, войдя в один из отделов. —Он был в экспериментальной, Лира. —Спасибо, Кэро. Не перегревай отвар, как в прошлый раз, хорошо? —Стараюсь, Лира.       Девушки направились в комнату с табличкой «Экспериментальная». —Стоп! — остановилась помощница у крайнего отдела. — Лепидус, ты опять за своё? Ты же знаешь, что этот плод нельзя чистить простым ножом, ты убираешь множество питательных веществ! —Извини, Лира. Я тебя понял, — пролепетал Лепидус.       Впустив Эриа в экспериментальную, Лира предупредила: —Ничего не трогай, Эриа… Карл!       Эриа нашла глазами фигуру парня, вертевшегося вокруг огромного сосуда с синей жидкостью, он был в помещении один. —Лира, поздравляю, в этот раз ты вовремя, а не как всегда. Я только доделал эксперимент, — медленно произнёс Карл и, оставив сосуд, выпрямился и зашагал к девушкам.       Его внешность невероятно радовала глаз Эриа: чёрные короткие волосы, огромные голубые глаза, в которых можно увидеть небо, а вглядевшись в них, поверить, что небесный жрец существует. Глаза украшали длинные ресницы и чёрные густые брови, нос был небольшим и прямым, а на подбородке взгляд цеплялся за родинку. Всё это на худом овальном лице. Карл улыбнулся, взглянув на напарницу и, о, небо, когда он улыбался своей широкой улыбкой, хотелось смотреть на него вечно, просто хотелось смотреть; и даже если мир начнёт рушиться, радость будет сопровождать смерть, так как последний взор упадёт на него. —Карл из Селу, это Эриа из Агреди. Эриа — Карл, — познакомила Лира. Эриа инстинктивно протянула руку Карлу, всё ещё не в силах отвести взгляд от его лица.

***

—Мама, папа, братец, Аринда, у меня гости, которые сегодня останутся на ночь! — провозгласила Лира, входя домой с Эриа и Файдэсом. — Проходите на третий этаж, я сейчас, — попросила девушка посланцев. —Странная, — тихо произнёс Файдэс, поднимаясь по лестнице. —Просто своеобразная, — улыбнулась Эриа. Поднявшись на третий этаж, гости оказались в очень просторной светлой комнате во весь этаж. Идеально заправленный диван, множество книг в гигантском стеклянном шкафу стояли ровными рядами. Они подходили друг к другу если не по высоте, то по цвету. На широком низком комоде расположились рамки с рисунками людей и зданий и цветок с сухой землёй в горшке, жадно хватающийся за жизнь. Эриа улыбнулась себе в зеркало над комодом и взяла в руки одну из рамок, тут же испачкав пальцы в пыли. Файдэс продолжал гулять по комнате. Он приблизился к двум странным предметам, один из них размером с диван, был укрыт бежевой тканью, другой, рядом, совсем небольшой, как маленькая тумба, чёрной тканью, совершенно не сочетавшейся со светлыми тонами комнаты. Парень хотел смахнуть тёмное покрывало, но в этот момент в комнату вошла Лира с подносом в руках. —Устроимся на ковре или стол к дивану подвинуть?.. — спросила девушка. — Вы не глядите на цвет ковра. Он чистый, посерел немного, конечно, от времени, но тяжело сохранить что-то белым.       На полу появились три тарелки с супом, плошка с лепёшками и кувшин отвара. Эриа и Фай приступили к еде, а Лира смотрела в свою тарелку и улыбалась. —Когда ты не ешь и улыбаешься, глядя на суп, это выглядит странно… и пугающе, — проговорил и даже перестал есть Файдэс. —Ох, нет! Что ты там себе надумал? — засмеялась Лира и хлебнула несколько ложек супа. — Я… просто… понимаете… — девушка вскочила на ноги. — Наконец, снова что-то произошло в этой жизни! Свалились на голову имманиты! — казалось, что Лира была безмерно счастлива, — Наконец-то, и мои алхимические знания могут послужить людям, могут послужить целой стране!.. У войны свои хорошие стороны!       Эриа подавилась супом и закашлялась. —Всё нормально, — заикавшись, заверила девушка. —Прости, — проговорила Лира и, сев, продолжила трапезу. Несколько минут все ели молча.       Эриа отставила пустую тарелку и стала разливать отвар, поглядывая на Лиру, которая доедала суп с каким-то безмятежным, миролюбивым выражением лица. Эриа громко вздохнула и произнесла: —У героев нюх на опасность, которого нет у обычных людей, — размеренно говорила Эриа. — Они чувствуют, когда нужно бежать, когда прятаться, а когда стрелять. Судьба героев никогда не предрешена, но бывает, что они становятся заложниками своих мыслей, — Эриа говорила сквозь боль, но это никак не отражалось на её речи. — Присагира проснулась, потому что учуяла опасность, ощутила роковой час. Она мигом разбудила свою сестрёнку, и вместе герой и его помощница ринулись бежать. Их подгоняли стрелы, но ни одна из стрел не смела воткнуться в спину герою. Девушки бежали долго, так что ноги помощницы стали уже ватными, они ужасно болели и, казалось, что они сейчас откажут, но она смотрела на героя и, впитывая его решимость и силу, бежала дальше. Но тут Приса снова почувствовала опасность и обернулась на злодеев. Нюх, как всегда, не подвёл её. Герой моментально увернулся от стрелы в голову, но девушка также почувствовала запах судьбы. Ей казалось, что судьба сильнее героев. Приса приняла её удар и получила стрелу в живот, когда помощница билась в истерике. Помощница не понимала героя и, наверное, до сих пор не понимает. Но герой всё же продолжил бежать, подгоняемый инстинктом самосохранения. Нюх героя привёл девушек к укромному месту, где герой достойно принял смерть на руках у своей сестры. Помощница рыдала, прощаясь с героем, и снова потеряв контроль над собой, выбежала из укрытия прямо на злодеев. Но их уже не было. Они выполнили свою миссию, они убили героя, а значит им можно восстановить силы, пока не будет готов новый герой! — последнюю фразу Эриа воскликнула с улыбкой. В комнате повисло тяжёлое молчание.       Файдэс мило улыбался, а Лира и вовсе сидела с открытым ртом. За окном бушевал ветер, в комнате тихо шли часы, на нижних этажах семья Лиры о чём-то разговаривала. —Не обращайте внимание, мне просто это было нужно! — натянуто посмеялась Эриа. — Давайте разговаривать теперь на какие-нибудь простые, глупые темы… Присагира, если что, моя сестра. —Фай, ого! — воскликнула Лира, широко улыбаясь. — Да ты оказывается умеешь мило улыбаться!       Файдэс перестал улыбаться, но ухмылка осталась: —Вообще-то да. К чему такие фразы?! И меня зовут Файдэс. —Просто… — протянула Лира, пряча глаза, — по первому впечатлению — на твоём лице, словно отразилась вся ненависть к человечеству. —Я люблю людей, — буркнул Файдэс, а Эриа чуть не захлебнулась отваром. —Это… — Лира снова широко улыбнулась. — Это было обычное сравнение… Я не про людей, а про лицо…       Но дело шло к поздней ночи, и Лира, достав постельные принадлежности, начала стелить на тёплый ковёр место для сна гостей. —Слушай, а что за Карл из лаборатории? Кто он тебе? — спросила Эриа. —Мы с Карлом являемся двумя помощниками главы лаборатории, а по совместительству… лучшими друзьями, — улыбнулась Лира и ушла за постелью для себя.

***

      Прошло, пожалуй, не менее двух часов, как погасли свечи, но Эриа всё лежала с открытыми глазами. Нет, нужно было хоть что-то сделать. Девушка встала, осмотрелась. Неожиданно и Лира подняла голову: —Эриа? Не спится? —Вообще нет. —Если хочешь… Ложись со мной на диван? Тут удобнее заснуть, и здесь мягче.       Эриа посмотрела на пол, на спокойно и как-то мило посапывающего Файдэса и перебралась к Лире, прошептав: —Что-то по тебе не видно, что удобнее.       Девушки некоторое время полежали с открытыми глазами. —Я вот никогда ни с кем не встречалась, — неожиданно разрушила тишь Эриа и усмехнулась.       «Ночью всегда лезут такие странные мысли в голову: порой до абсурда глупые, порой вызывающее и волнующее, а иногда и вдохновляющее. К каким мыслям отнести мою фразу? Наверное, к первым, — думала Эриа. — Да и разве среди всей грязи и крови место таким разговорам?» —А я… — начала Лира, взглянув на девушку, и на миг улыбнувшись, — Я встречалась раньше с самым прекрасным парнем Селу и по внешности, и по характеру, наверное, тоже. Он и умный, и сильный, и красивый, шикарно разбирается в алхимии, отлично обращается с мечом, ещё и хорошо поёт.       Почему-то Эриа от этих слов стало тепло. Лира не очень тёплой ночью, будто источала свет своим голосом. Да и от простых разговоров о чувствах стало вдруг легче. —Я бы хотела его любить, но я никогда не чувствовала ощущение влюблённости. Как люди женятся в четырнадцать лет? Мне надоели наши ласки, и теперь мы… лучшие друзья и коллеги по алхимии. Мой бывший парень — Карл…       В памяти Эриа всплыло лицо с пронзительными голубыми глазами, и на миг девушку, словно разбили на части, но собрали вновь. —Может, любви не существует? —Ты алхимик, тебе об этом размышлять. —Но ведь, в любом случае, любовь — это помутнее сознания, как действие вина или табака, и это же ужасно!

***

—Хочу избавиться от неразберихи в голове, — прошептал Файдэс, следя за путём кометы, — Как-то ненормально загадывать такое, не реальное, — продолжал разговаривать сам с собой парень.       Он вёл беседу о том, как мысли влияют на самого человека, на окружающее его вещи, на события и на существо где-то в Небе. Хоть его размышления слышали только холодные, ещё голые деревья и балкон комнаты Лиры. —Не спится? — приоткрыв дверь, робко спросила Эриа. —Сколько всего может натворить человек, просто задумав что-то? —Настолько много всего, что величие человека — невероятно. —Настолько невероятно величие человека, что тошнит.       Эриа решила перевести тему. —Как ты считаешь, если людям не неловко молчать вместе, что это значит?       Файдэс повернулся к девушке, широко улыбнулся и замотал головой, закрыв руками лицо. Эриа не могла равнодушно смотреть на улыбку парня, и нахмурилась, слегка при этом подняв уголки губ. —Эти люди духовно похожи, — продолжал улыбаться Файдэс. — Или им просто обоим нравится прелестное молчание.       Эриа слегка кивнула и усмехнулась. —Расскажи… немного о небесном жреце, — попросила девушка. —О! — Файдэс улыбнулся. — Небесный Жрец — это людской помощник и царь душ. Он спасает и бережёт людей, если они этого попросят, забирая взамен всего лишь немного энергии, преподнесённой ему в обличие стихов. Но когда человек погибает, его душа переходит во власть Жреца, она долгое время живёт на Небе, пока её энергия не угасает, служа и отплачивая послушанием царю душ, Жрецу. —Небесный жрец помогает всем? —Он старается помочь всем, кто делится энергией, но смысл в том, что энергия человека должна быть чиста. Поэтому нужно любить людей, любить мир, любить животных и растения… Нужно любить. —Просто любить? —Да. Нет. Точнее, да, просто существует несколько правил, несколько непоколебимых истин: любить людей, животных и растения — это первое, не убивать и не воровать — второе, делиться энергией — третье. Всё очень легко. Для кого-то.