Крах и Восход

Мы добежали до корабля, забрались туда. Народу было слишком много. Часть армии пожертвовала собой и спрыгнула. Клео забралась рядом. Руслан превратился в хлыста и полетел по облакам. Эту способность он открыл, в себе недавно, когда мы думали, как переправить, судно, чтобы было легче сделать это. Маркусу я привычным движением наколдовала воздушные крылья. Они летели рядом. Из самой дороги до корабля ч помни только как Мал затаскивал меня на палубу и усаживал в угол, где я не вывалюсь. До меня кто-то дотронулся. Это была Клео. Сида усилителя, или приятное тепло любимого питомца, отрезвили меня. Я увидела, как все стараются и поняла, что сейчас не время расслабляться, не время расклеиваться, жалеть себя и скорбить. Каждый должен быть сильным друг для друга. Я погладила Клеопатру и встала. В ладонях появилась холодная вода, умылась, освежилась, вздохнула и пошла. -Анна! Ты как? - воскликнула Алина. Я кивнула, не в силах говорить, только увидела, как Толя идет к Адрику, всему в крови. Быстро подскочила и взяла за плечо. Когда мужчина посмотрел на меня, покачала головой. Я не говорила, потому что знала, что если скажу хоть слово, расплачусь, упаду в какой-то угол и не стану больше. Багра мертва... Николай... Даже и думать не хочу. Не думай о них, не думай... Я сделала пару глубоких вдохов-выдохов и подошла к Адрику. Его рука была почти оторвана, кусок мяса вырван. Мои руки легли на окровавленную плоть, глаза закрылись и отметины снова засветились синим, ладони тоже. Я почувствовала, как корабль дрогнул. Это Надя увидела своего брата. Толя загородил ей обзор своим телом. Я чувствовала, как под моими руками костная ткань восстанавливается, плоть медленно, по миллиметру в в минуту срастается. Как только мышцы восстановились, я начала наращивать кожу, пустила кровь по артериям, заставляя сердце биться чаще и вырабатывать больше потерянной алой и бардовой жидкости. Вскоре щеки мальчика приобрели цвет, а дыхание выровнялось. Я оторвала окровавленные руки от его. На все про все мне потребовалось около получаса. В это время я не думала о собственных чувствах и горе, поэтому смогла успокоиться и выдавить слова: -Ему нужно поспать, он потерял много крови, организм восстанавливается. Когда проснется, кожа будет сильно зудеть. Поднимите его. - мой голос звучал хрипло и необычайно спокойно. Но у меня чувство было, будто я не разговаривала уже год. Толя послушно приподнял парнишку и я отмыла с помощью своей материи воды его. -А теперь перенеси в другое место. Сухое и теплое. Не дай бог еще простудится. Толя кивнул и аккуратно понес парня в сухой угол. Я поднялась на ноги и осмотрела палубу, увидела Алину и Мала. У нее прокусано плечо, у него прострелена нога. -Решайте между собой, кто первый. Они переглянулись, в их глазах читалось недоумение, но не по поводу того, кто будет первым, а что-то другое. Мал без раздумий сказал : -Алина! -Но ты истекаешь кровью уже час! -Алина, я.. -Не спорьте, прошу.. - вздохнула я и подошла к девушке. Сняла ее вверх и приложила руки к плечу. Рана от зубов ничегои начала стягиваться. Тут было легче. -Шрамы все равно остануться. Эти тени не дают о себе забыть... Алина кивнула. -Ничего, спасибо, Анна. Я вытерла Алину от крови, но мыться всем нам все равно придется. -Замените кто-нибудь его! - попросила я. Когда Мал освободился, я усадила его на скамью и заставила оголить бедро. Приложила руки. -Пуля там. Будет больно. Я потащила ее к себе. Мал пискнул, но закусил какую-то ткань. Он боец, выдержит. В итоге пуля осталась в моей руке. В ее отражении я увидеоа свои остекленевшие глаза. Так вот, почему эти двое так на меня смотрели. Пулю отдала Оретцеву на память, а бедро начала сращивать. Проделала ту же процедуру, что и с остальными, обмыла от крови и оставила. После пошла к краю борта, где бвл хлыст. -Ну как ты, дружок? Он посмотрел на меня умными глазами, показывая, что все впорядке. Маркус был рядом, махал крыльями. Я кивнула, радуясь, что они не пострадали. Проверив всех пошла к началу палубе. -Ты спасла его руку? - остановила меня Надя. Я кивнула. Она улыбнулась. - Спасибо... Я пожала плечами. -Не могла позволить тебе потерять кого-то настолько дорогого. Я села в позе лотоса в начале палубы. -Меня не трогать, - прошептала заклинательница и закрыла глаза. Сосредоточевшись на всем, что вокруг меня, у меня вышло одновременно дуть в паруса, чтобы девочкам было легче и скрывать наш корабль водной дымкой. Спустя какое-то время Давида посетила гениальная мысль: — Что, если ты попробуешь преломить свет? - сказал он Алине. - Иначе и Анна у нас быстро выдохнется. — Каким образом? — Единственная причина, по которой корабль могут увидеть, это потому, что от него отражается свет. Просто устрани блики. — Я не совсем улавливаю ход твоих мыслей. — Да что ты, – пробурчала Женя. — Как камень в ручье, – объяснил Давид. – Преломи свет, чтобы он не попадал на судно. Тогда и видно ничего не будет. — Так мы станем невидимыми? – уточнила Женя. — Теоретически. Она резко сняла с себя сапог и кинула его на палубу. — Давай, пробуй. — Просто… преломить свет? — Что ж, – начал Давид, – возможно, тебе не помешает вспомнить, что не нужно утруждать себя показателем преломления. Просто перенаправь и синхронизируй обе составляющих света одновременно. То есть ты, конечно, можешь начать с магнитного, но это было бы глупо… Алина подняла руку. — Давай остановимся на камне с ручьем. -Просто направь свет, измени его траектортю, - посоветовала я, и все вздрогнули от моего хриплого голоса. Алина так и сделала. Вскоре сапог исчез, а вместе с ним и дно корабля. Когда Алина приспособилась, то ей и напрягаться больше не надо было. Теперь мне можно было не думать о том, чтобы скрывать нас. Руслан сам слал на себя и Маркуса дымку. Мне оставалось только помогать шквальным. В итоге мы просто менялись. Я с Надей, она отдыхала, Надя с Зоей, Зоя со мной, и так по кругу. Мы летели весь следующий день и ночь. На рассвете второго утра перед нами наконец предстал Сикурзой. В полдень мы заметили глубокий зазубренный кратер, обозначавший заброшенную медную шахту, где Николай предлагал спрятать «Выпь». Посреди него находился мутный бирюзовый пруд. Приземление вышло медленным и мягким, но как только корпуса царапнули по поверхности кратера, Надя с Зоей дружно повалились на палубу, я держала корабль, чтобы тот никуда не завалился, и как только он встал, сама позволила себе отдохнуть. Девушки превзошли границы своих возможностей, и хоть их порозовевшая кожа сияла, обе были полностью истощены, хоть даже отдыхали. Мы спустились с трапа, вынося вещи, чтобы разбить лагерь. Толя вынес Адрика, который был, в сознании и радовался наличии руки, но ругался на сильнейший зуд. Я увидела Маркуса, рассеяла крылья, почистила: -Где Руслан? - задала ему вопрос, начиная волноваться. -Как ты это сделала? - спросил Давид. Я вздрогнула. -Расчитала силу, которая может сопротивляться силе притяжения для Маркуса ( F=mg) и сделала клылья, которые по размаху должны быть сильнее этой силы притяжения, создала их из ветра с помощью способностей швального и фабрикатора, чтобы он сам мог ими пользоваться и все. - я отчеканила все, будто на экзамене, с полным равнодушием. -Ого! А у тебя есть форму... - он не успел договорить, его оттащила Женя. -Не приставай к человеку, она и, так устала. Девушка была права. Я валилась с ног. Ко мне подбежал Миша и обнял сзади. Чего чего, но этого я не ожидала. -Что случилось? -Простите! Простите! -За что? -Я отпустил ее, я провел ее, я! -Успокойся! - я упала на колени и прижала его к себе. - Ты что? Ты не виноват! Ты храбрый мальчик, Миша, ты очень храбрый. Он заплакал. Я прижала его еще сильнее. -Но вам было так больно! Вы так кричали. Я знаю, что вам и сейчас больно, и это из-за меня. Его слова щемили грудь и давили на остатки сердца. -Шш... Все хорошо, ты ни в чем не виноват, - я погладила его по щеке и поцеловала в лоб, - Ты очень большой молодец, ты ничего не испугался. -Если бы я не отпустил ее, то она была бы жива.. Я погладила мальчика по щеке и покачала головой. -Ты ничего не мог бы сделать. *** Я направилась в лес, окружавший шахту, после разговора с Мишей. Руслан вернулся и принес улов на ужин. Это то, почему он пропадал. У меня не было сил даже отчитать парня за то, что он так напугал. Так далеко на юге деревья были другими, более высокими и редкими, с красной рыхлой корой. Я увидела Алину, возвращавшуюся к шахте с полной охапкой сухих веток, как вдруг меня охватило странное чувство, что за мной наблюдают. Алина тоже это почувствовала, остановилась передо мной. -Ты чуешь это? Я кивнула. Мы всмотрелись между залитых солнцем стволов. Тишина окутала нас плотным слоем, словно каждое крошечное существо в этом лесу затаило дыхание. Затем я услышала… тихое шуршание. Резко подняла голову к кронам деревьев. Мой взгляд зацепился за мимолетное движение, бесшумное хлопанье тенистых крыльев. На ветках дерева сидел Николай, его мрачный взгляд сомкнулся на мне. Голая грудь пестрила черными линиями, словно тьма раздробилась под кожей. Он где-то потерял обувь, босые ноги цеплялись за кору. Пальцы заканчивались черными когтями. На его руках была засохшая кровь. И возле рта тоже. — Николай? – прошептала я. Он вздрогнул. — Николай, подожди… Но принц взмыл в воздух и, задевая ветки темными крыльями, прорвался через них к ясному небу. Мы с Алиной переглянулись, а эта ситуация снова напомнила о еще неоплаканных, только что нанесенных ранах. Девушка заскулила и прижалась к моей груди. Я поглаживала ее по плечу, успокаивая, пока не пришел Мал и не забрал ее с собой. Я осталась одна и тогда смогла дать волю слезам. Он отнял у меня все! Всех самых близких людей. Багра мертва! Николай-чудовище! Эти мысли врезались в голову. Теперь я одна и могу выплеснуть эмоции. Грусть, тоска и скорбь снова окутали меня. Николай... Человек, которого я вырастила на своих руках теперь может остаться таким навсегда. Снова начали менькать воспоминания, как я качаю его на своих руках. Такого маленького, только родившегося мальчика. Как он вцепился в меня своими маленькими ручками. Потом это, было так часто. Перед глазами стояли воспоминания, как он спустя столько лет делал также от страха и непонимания, что причиняет такую боль, перед тем как перевоплотиться. Багра- женщина, которая вырастила меня - мертва. Возможно от нее даже ничего не осталось, чтобы можно было похоронить, оплакать. Она растила меня, она помогала мне, она была мне как мать. Всегда такая добрая и ласковая. Я вспомнила, с какой нежностью женщина смотрела на меня в последние секунды жизни. Как мягко и ласково гладила живот. Мои руки легли на него сейчас. Это было неосознанно, будто не я, а они сами этого захотели. Мой любимый плевал на меня и на мои чувства. Она сказала, что он полюбил меня и она удивилась. Бред. Не любил он меня. Ни капли. Думал только о себе. Ему нужна кукла, которая будет рядом. Он не пойдет против своего хочу ради меня. Он никогда не выберет меня вместо власти... Но воспоминания все равно оставались. Его нежный шепот, ласковые прикосновения, слова о любви.... Слезы струились из глаз. Не думала, что их так много. Я плакала и плакала. Я была одна. Абсолютно одна. Так я заснула. Меня не пугали ни хищники, ни Николай, ни то, что меня могут забыть. Я просто заснула, перенеся все свои страдания в сон.