Tempora mutantur

Пока отец-основатель Джерико медленно плавился под музыку нетленного Вивальди, на другом конце небольшого городка Тайлер судорожно соображал, что делать с Ксавьером. Галпин совершенно не помнил момент своей трансформации и то, как в беспамятстве бродил по топям в округе Невермора, ведомый голосом «хозяйки». Но Тайлер отчётливо помнил тот миг, когда увидел, как к Ксавье подбирается это, и всё его тело словно вспышкой поразило, а «их» с Хайдом сознание стало вновь «его». Он впервые был безумно рад тому, что в его жилах текла кровь Хайда и что раны на шее свернувшегося в его руках в позу эмбриона Торпа больше не кровоточили, но всё ещё были уродливым напоминанием о том, что Галпина не оказалось рядом, чтобы защитить то единственное, что ещё удерживало его мир на плаву… — Ты как… принцесса?.. — как можно тише и мягче спросил шатен, обнимая трясущегося парня так, чтобы не навредить ему, но при этом отчётливо дать понять, что Тайлер здесь, с ним, что художнику больше ничего не сможет навредить. — В.в порядке… всё хорошо… — пытаясь не стучать зубами от того, что всё его тело колотило в послешоковом состоянии, бодрился парень. — Оно… мертво?.. — Да, — прижавшись губами к покрытой ледяной испариной лбу медиума, успокаивающе сказал Тайлер. — Я… я видел что-то подобное этой… хрени. — Наконец взяв себя в руки, но при этом не стремясь покинуть тёплых объятий шатена, Ксавье оглянулся через плечо на развалившуюся полусгнившую ярко-алую тушу без головы. — Во сне… Оно точно так же вопило, а ещё эта вонь… Галпин, хоть и был сейчас по пояс голым, да и то, что осталось от изорванных джинс с натяжкой можно было бы назвать короткими бриджами, но всё же грел самим своим присутствием, а ещё пылающей, словно огненное цунами, аурой. Чувствуя эти окутавшие художника с головой волны, Ксавье всё же смог справиться с внутренней дрожью и привести дыхание в норму. — Ты не говорил, что кошмары вернулись, — немного растерянно, пытаясь подавить внезапно нахлынувшую обиду на художника за недоверие, произнёс Тайлер. — Не хотел тебя грузить… Теперь Тайлеру явственно стало понятно, откуда эти мешки под глазами и ещё больше ставшие выпирать рёбра. Он снова пытается справляться со всем в одиночку. А Тайлер как дурак радовался, что всё у них прекрасно. — Ксавье, давай договоримся… — внезапно совершенно серьёзным голосом начал Галпин. — Если тебя что-то будет беспокоить — то ты поделишься этим со мной, лады?.. — А сам-то ты не сильно спешишь рассказывать, чем вы так заняты с Аддамс… Это ведь не только того случая с Роуэном касается, — немного насупленно профырчал в шею Тайлеру медиум. — Она думает, что во всём виноват Хайд, и ищет его… Хорошо, давай начистоту. — Сказав это, Тайлер тяжело вздохнул, а потом чуть отстранил от себя Торпа, чтобы заглянуть ему в глаза, которые всё ещё блестели от остатков слёз и были слегка припухшими. — Узнав о том, что Уэнсдей поступила в Невермор, я сильно струхнул… Ну, типа… Она будет где-то рядом с тобой, а ты только о ней и говорил, и я подумал, что будет лучше, если я спроважу Аддамс куда подальше. Но сейчас она больше не представляет никакой опасности… для нас. — От Уэнсдей так просто не избавишься. — Наконец на лице Торпа появилось некое подобие улыбки, с чуть приподнятыми уголками губ. — Но она всё ещё может раскрыть твою сущность… — Обещаю, я буду осторожнее, а ты… Я всё ещё не услышал конкретного ответа. — Всё так же выжидающе Галпин пытался считать эмоции на лице художника. — И типа… Это не только твоих снов касается. — Целовать меня тебе это не мешало… — по-доброму усмехнулся Ксавье, но, увидев серьёзный взгляд кофейных глаз, закатил глаза, уткнувшись лбом в плечо Тайлера. — Прости, что не сказал сразу… И ты тоже мне давно уже нравишься. Блиин… Не заставляй говорить внезапно такие смущающие вещи… — Ты такая прелесть, когда краснеешь… — ещё раз поцеловав целомудренно художника в лоб и чуть задерживая при этом губы на его влажной коже, на выдохе смеясь простонал Галпин. — Идём, расскажешь, что ты видел. Мягко потянув брюнета за руку, при этом поддерживая другой своею рукой Ксавье за талию, Тайлер помог тому подняться на ноги, а затем они оба скрылись в недрах старой мастерской. Уже будучи укутанным в плед и с врученной дымящейся кружкой горячего чая, пока Тайлер обрабатывал оставшиеся следы от трёх глубоких порезов на шее художника, Торп рассказал ему и о странной «картине», и о всех тех, кто стал жертвами якобы Хайда. Он также не стал скрывать от парня и то, что видит себя на этом холсте, что сразу же очень сильно напрягло Тайлера. Слишком много совпадений… Ещё и тот альбом, найденный на месте преступления. В свою очередь Тайлер рассказал Ксавье о всех найденных уликах Донована, о которых сын шерифа узнал в ходе слежки за отцом и за полицейскими сводками, к базе которых у него был доступ. Про случай с альбомом Тайлер тоже упомянул, при этом видя, как лицо художника приняло ещё более бледный оттенок. — Кто бы это ни сделал, он и на шаг к тебе не подойдёт. Пусть только попробует, и я вырву ему глотку, а потом вставлю через ж. — Чувствую себя полнейшим слабаком… — отставляя наполовину опустевшую кружку с чаем на барную стойку, сказал с досадой на самого себя Ксавье, пока Тайлер, потянувшись, поправлял съехавшие с худых осунувшихся плеч края пледа. — Ты не слабак… Ерунду не говори, просто эта тварь появилась внезапно, да ещё и пыталась прикинуться мной, — без единой капли сарказма или ехидства спокойно отозвался Галпин, а затем провёл раскрытой ладонью по чуть влажным прядкам волос на самой макушке Ксавье, слегка поглаживая их. — Надеюсь, я не так уродлив, как эта образина, иначе не видать мне звания самого главного красавчика среди упырей этого леса. Я ведь красавчик?.. Поигрывая бровями, Тайлер постарался хотя бы немного рассмешить медиума, что у него всё же получилось. На самом деле, Тайлер был сейчас очень зол: в первую очередь на себя, а уже во вторую на то, что, как бы ему ни хотелось это признавать, но он совершенно не имел никакого понятия, откуда взялась эта хрень и что ещё можно было ожидать от всего этого. Сны Ксавье всегда были кристально честны с медиумом и правдивы, поэтому то, что художник видел и себя в числе жертв, приводило Тайлера внутренне в ужас. Теперь Хайд внутри него отказывался отходить от Ксавье на сколь-нибудь значительное расстояние. Его пара была ранена и напугана, отчего зверь внутри выл побитым волком, скребя о внутреннюю поверхность рёбер. Уже ближе к ночи, переодевшись, Тайлер проводил Ксавье до Невермора. Пытаясь не погнуть старые, покрытые местами следами эрозии прутья кованых ворот академии, Тайлер смотрел на одинокую удаляющуюся фигуру художника, а внутри всё равно всё было неспокойно. Решив, что в таком состоянии ехать домой он явно не хочет, шатен вновь вернулся в самую безлюдную часть леса, размышляя над решением их проблемы и не спеша прогуливаясь по сырой опавшей листве. Вдруг до его слуха донеслись звуки шагов. Развернувшись и осмотрев всё пространство вокруг себя, Тайлер заметил промелькнувший силуэт примерно в двадцати-тридцати метрах от себя. Фигура была частично скрыта трухлявыми стволами деревьев и перемещалась очень медленно. На тёмном фоне леса очень хорошо была заметна светлая одежда, в которую был одет человек. Бесшумно ступая по наименее шелестящим местам, подросток стал приближаться к неизвестной личности, при этом прячась за деревьями. Когда до неизвестного любителя погулять в безлюдной чаще леса оставалось метров пять, Тайлер, прибегнув к своим способностям Хайда, принюхался, а уже хорошо привыкшие к темноте сумерек глаза выцепили очертания худенькой женской фигуры. Неизвестная фигура оказалась мисс Валери Кинботт — единственный на всё Джерико психотерапевт. Женщина, одетая в белый плащ и чёрные кожаные перчатки, неспешно прогуливалась у самого края давно засохшего болота и что-то высматривала в кустах. Тайлера поразило то, как спокойно женщина перемещалась по местности, в которой ещё недавно был убит и истерзан лесник. Найдя что-то вытянутое и похожее на трупик какой-то пушной зверюшки, наподобие хорька, психотерапевт убрала свисающий в её руках трупик в средних размеров портфель за спиной, вызвав гримасу отвращения на лице наблюдающего за этим действием Галпина. Нет, ну у каждого могут быть свои тараканы в голове, но просто милый образ обворожительной и кроткой женщины в голове Тайлера никогда не ассоциировался с любителем мертвечины. Что же, парень ещё раз для себя убедился, что в Джерико нормальных людей априори не могло быть… И даже самый психически уравновешенный по долгу рода своей деятельности человек оказался с особенностями. Он уже расслабился было и усмехнулся замашкам этого «ангела», но вдруг Тайлера вновь пробрала волна странного чувства, напоминающего по ощущениям одновременно и леденящий кровь ужас, и спирающую дыхание невероятную злобу, и эта дикая смесь разила нестерпимым запахом гниющей плоти… И это точно было не от почившего неизвестной смертью суслика в портфеле мисс Кинботт. Должно быть, из-за событий, произошедших этим днём ранее, или просто из-за Хайда, что был настороже уже несколько часов, но парень даже не успел понять, в какой момент он уже летел, перепрыгивая с одного трухлявого ствола на второй, в своей полутрансформированной форме Хайда на стремительно и с диким рёвом приближающегося к испуганной женщине монстра. Да сколько же этих тварей развелось в их захолустье?.. Увидев, как два безобразных истошно вопящих монстра сцепились в почти что равной схватке, Валери оцепенела от ужаса, вжавшись в поваленную корягу и закрыв свой рот рукой. Чудовище, будучи выше и крупнее верткого Хайда, пару раз попыталось скинуть того со своей спины, но Тайлер, обвив короткую и жилистую шею неизвестной твари ногами, со всей силы вцепился в его голову, а затем, выкрутив руки, со всей силы дёрнул их на себя, выкручивая по кругу остов шейных позвонков монстра до мерзкого звука трущихся между собой костей и открывающихся мышечных тяжей под бледными кривыми пальцами Хайда. Издав предсмертный вопль, истекающее собственной уже давно сгнившей чёрной жижей, когда-то бывшей кровью, оно повалилось наземь, а на Тайлера неизвестно откуда напрыгнула фигура, похожая на огромного белого волка с несколькими хвостами. Скинув животину с себя больше на инстинктах, нежели целенаправленно, Хайд стал обходить по кругу подбежавшего и закрывшего собой испуганную Валери волка. По сравнению с Хайдом он был почти что в два раза меньше, но его громкое и предупреждающее рычание разносилось повсюду. Волк не нападал, а только выжидающе прожигал фигуру перемещающегося относительно поваленного дерева со спрятавшейся в его корнях Кинботт своими ярко-синими, горящими в темноте глазами, готовый рвануть и вцепиться в горло Тайлеру в любой момент. Почувствовав точно такое же дикое желание защитить дорогого человека, чувство, исходящее от оскалившегося и замершего в оборонительной стойке белого волка, Тайлер мысленно постарался успокоиться, вспоминая голос Ксавье, которым он обычно разговаривал с Хайдом, и это внезапно помогло ощутить связь своего разума и тела монстра. Совсем медленно, но заметно тело бледнокожего чудовища стало приобретать человеческие черты. Не спуская взгляда с выпрямившегося волка, на морде которого исчез оскал, Тайлер примирительно поднял руки перед собой ладонями вверх. Где-то на самой периферии его разума ехидно прозвучала мысль о том, что ещё пару таких внезапных встреч в его размеренной и скучной жизни — и у Галпина может закончиться гардероб, ведь он вновь стоял посредине леса в лохмотьях от совсем недавно выданной Торпом футболки и однобоких изодранных бриджах. — Я не причиню вреда… — медленно и доходчиво сказал парень, а затем, указав на истекающий гниющей жидкостью труп, добавил чуть тише: — Я всего лишь хотел спасти мисс Кинботт… Повернув морду в указанную парнем сторону, волк прищурился, взвешивая что-то в голове, а затем очертания огромной белой псины стали перетекать в высокую фигуру Ларисы Уимс. Ещё несколько секунд вглядываясь в спокойно наблюдающего за ними парня, она плавно развернулась полубоком и приобняла подругу за плечи, всё так же в случае подвоха готовясь обратиться в любой момент. — Сколько раз я просила тебя не бродить одной?.. — больше от собственного испуга, нежели действительно злясь на женщину тихо обратилась к той Лариса. — Нигде не ранена?.. Нужно поскорее убираться из этого проклятого леса… Сказав это, женщина бережно, хоть и всё ещё взволновано помогла подняться подруге, а затем, осмотрев труп напавшего на Валери чудовища, что смердел на всю округу, вновь нахмурила свои светлые брови и обратилась к Тайлеру не терпящим ослушания тоном: — Вы, молодой человек, тоже идёте с нами.

***

В паре километров от мастерской Ксавье: — Шериф… взгляните… — услышал Донован, отгибая края жёлтой предупредительной ленты и приближаясь к старым обломкам давно канувшей в лету истории основания Джерико. — Бедняга изодран и почти что полностью обескровлен… Склонившись над замершим в животном ужасе остывающим трупом бездомного, шериф Галпин даже понятия не имел, с чем им пришлось столкнуться. Все эти байки про монстров теперь имели вполне реальные доказательства. Ни один медведь не мог бы оставить настолько глубоких следов, и это старый охотник знал наверняка. — Разошли всем постам, чтобы начинали патрулировать окрестности. Мы вводим комендантский час для всех жителей Джерико. — Сказав это, Донован добавил чуть тише, так, чтобы услышала только Салли: — Поганцев из Невермора это тоже будет касаться. Завтра я нанесу официальный визит мисс Уимс. — Шеф, тут что-то есть, — протягивая мужчине взятый специальными перчатками, не смазывающими следы отпечатков, старый, местами потрескавшийся во время падения фотоаппарат, сказал один из офицеров, до этого успевший осмотреть округу в поисках возможных оставленных преступником улик. — Хорошо, я заберу это с собой. Салли, найди мне срочно место, где всё ещё осталось оборудование для проявления фотографий. Пакуйте его, ребята…