Стража Рассвета

— Серана? — удивился Ам’Арес. — Что… Что ты тут делаешь? — Знаешь, я бы очень не хотела сюда приходить, но альтернатива меня устраивает ещё меньше. Мне нужно с тобой поговорить, пока твой друг совсем не потерял терпение, — Серана кивнула в сторону озлобленного Израна. — Это важно, так что, пожалуйста, выслушай меня. Это… это насчёт меня. И Древнего свитка, что был погребён вместе со мной. — Вижу, ты даже принесла его с собой, — Ам посмотрел на свиток, лежащий на столе. — Так что с тобой не так? — Причина, по которой я оказалась там, в крипте… по которой свиток попал ко мне… — Серана замолчала и опустила взгляд. — Говори уже! — чуть ли не крикнул Изран. — Изран, ты не видишь, что ей тяжело говорить об этом? Прояви ты хоть немного… Скажем такта. — Тяжело говорить? Такта проявить к ней? Она — вампир! Бесчувственный зверь, кровожадная тварь. Я уже проявил много терпения, позволив ей находиться здесь, а ты ещё говоришь мне о такте, и что она способна о чём-то переживать?! — Изран, я в форте недавно и ещё не проникся к тебе верностью, как к своему командиру, а ты знаешь, на что способны мои когти. Ты тоже хочешь знать, зачем здесь Серана, но эта ругань только ухудшит её состояние. Так что заткнись пожалуйста и дай ей собраться с мыслями. Лицо Израна стало слега ошарашенным. Он удивился, поняв, что Ам’Арес способен даже на такую дерзость в таком безвыходном для него положении, в случае худшего развития событий. Но Изран решил всё же быть посдержанней. Серана, слышавшая короткий спор, слегка усмехнулась, увидев лицо Израна. Она продолжила свой рассказ: — Спасибо, Ам’Арес. Так вот… Всё, как и всегда, сводится к моему отцу. Думаю, ты понял, что он не самый хороший человек, даже по вампирским меркам. Но он не всегда был таким. Это началось с его обращением. А потом он нашёл пророчество, которое окончательно затуманило его разум. — Что за пророчество? — Пророчество о тирании солнца. Отца особенно зацепила та строчка, где говорилось о том, что вампиры смогут не бояться солнца. Это ему и нужно. Так вампиры захватят мир. Это стало для него… Да нет, это просто безумие. Все силы он тратит на поиски нужных для пророчества вещей. Сделать вампиров практически неуязвимыми — великий соблазн для того, кто считает себя их повелителем. Вот, нам с мамой не очень нравилась идея войны со всем Тамриэлем, так что мы попытались его остановить. Итогом стало моё заточение мамой в той крипте вместе с этим свитком. — Ты очень рисковала, придя сюда. — Да, рисковала. Но есть в тебе что-то такое… Я думаю, тебе можно довериться. Надеюсь, я не ошиблась. — А какое это имеет отношение к нам? — спросил Изран. — Ой, извини, я думала, тут собрались охотники на вампиров, и им станет полезна информация о вампирском заговоре с целью захватить мир. Как жаль, что я ошиблась, — Серана заметила улыбку Ама, направленную к её умелому сарказму. — Мы должны убедить остальных, что ты на нашей стороне, — сказал Ам. — Я буду само красноречие. — Подождём с убеждением, Ам’Арес, — притормозил его Изран. — Мы выслушали, что она хотела сказать. А теперь скажи мне, почему я не должен убить кровопийцу сейчас, на этом месте? — Кроме того, Изран, что она может ещё много чего нам рассказать и сделать для нас, она — вампир. И мне кажется, что она сможет помочь нам со своими силами высшего вампира. — Ну ладно, хорошо, — нехотя ответил Изран. — Пускай остаётся, но, если что-то вытворит, отвечать будешь ты. Слышишь меня? — добавил он, обращаясь к Серане. — Не вздумай чувствовать себя гостем, это не так. Ты материал. Инструмент. Но не заставляй меня пожалеть о моей терпимости, потому что, если ты это сделаешь, то расплачиваться придётся твоему другу. Всё ясно? — Да, спасибо за тёплый приём. Я припомню тебе это в следующий раз, когда проголодаюсь. — Так, ты не скажешь, что в этом свитке? — Честно говоря, Ам’Арес, я сама точно не знаю. Я знаю только то, что в нём часть пророчества. Отец, кажется, догадывается, что там написано, хоть я и не представляю, откуда. Может, гадалка нашептала… мы должны опередить его в поисках, чтобы пророчество не сбылось. Но есть одна проблема… — Нужная нам информация в свитке, а его нам самим не прочесть, — закончил Ам. — Именно. — Есть идеи на этот счёт? — Ну, я знаю, что только жрецы Мотылька способны прочесть Древние свитки. Но также я знаю, что они все в Сиродиле, за пол континента отсюда. А ещё, что они учатся годами, чтобы читать эти свитки. — Да уж, трудная задача, мягко говоря. — На самом деле, не очень, — снова присоединился к разговору Изран. — Я слышал о том, что совсем недавно в Скайриме объявился какой-то жрец из Сиродила. Возможно, это тот, кто вам нужен. — Правда? Ты случайно не знаешь, где он может быть? — Нет. И своих людей на его поиски я тратить не стану. Если хочешь найти его, то тебе самой придётся искать. Поспрашивай тех, кто имеет дело с путешественниками: трактирщиков, возчиков и подобных. Но рассчитывай только на себя. — Не будь таким… Не глупи, Изран. Одной ей не справиться. — Да? И что же ты предлагаешь? Отправить с ней людей? — Я сам пойду, людей своих оставь в покое. — Тогда удачи, — Изран вышел за дверь и уставился в место за ней, где должна быть стена. — Ам’Арес, иди сюда. Один. Кровопийца пусть подождёт. — Что там? Ам вышел за дверь вслед уже уходящему Израну, и сзади, сбоку, его окликнул голос. Голос Мьол: — Привет, Ам. — Мьол, привет… Ты что подслушивала? — Да, извини, но я не могла не подслушать. Я слышала всё и… Ты можешь… Ну… Идти без меня, если хочешь. То есть, нет, я хочу с тобой путешествовать, но не в этот раз. Ты не обижаешься? — Нет, Мьол, конечно, нет. Если ты так хочешь, то пожалуйста, я не заставляю тебя идти со мной, — Ам призадумался и продолжил. — Ты абсолютно всё слышала? — С самого начала. То есть, я шла буквально, наступая тебе на пятки и с самого начала разговора стояла у двери. — Хорошо, тогда ты знаешь, что Серана теперь наш союзник… — Эта идея мне не очень нравится, — прервала Мьол. — Ты уверен, что ей точно можно доверять? Ты не помнишь, как она вела себя с нами по дороге к Волкихару? — Нет, Мьол, я помню. Но Серана не такая, как остальные вампиры. Она притворялась перед нами для самозащиты. И да, я ей верю. Как тебе сейчас, верю. — Ну хорошо, Ам. Так зачем ты начал про Серану? — Я хотел бы тебя попросить убедить стражей, что она действительно на нашей стороне. Ты слышала, как Изран к ней относится, и я уверен, он и пальцем не пошевелит для того, чтобы самому убедить в этом своих людей. Я верю ей и верю тебе. Верю, что ты сможешь убедить остальных в её добрых намерениях. Но… могу я на тебя положиться? — Чёрт, да, Ам, — искренне улыбнувшись сказала Мьол и обняла Ама. — Я сделаю, что смогу. — Спасибо Мьол. Мне нужно ещё немного поговорить с Сераной, так что… — Да, иди, конечно. — Только не подслушивай. — Ха, не буду, не буду. А ты не будь параноиком. Ам зашёл в комнату дознаний. Серана сидела на стуле и царапала кинжалом что-то на деревянном столе. Она увидела Ама и кивком пригласила его сесть рядом. Он сел и первый начал: — Как ты пронесла кинжал? Разве тебя не обыскали? — Обыскали, но плохо. У этого орка слишком грубые ладони, чтоб нащупать такой маленький кинжал. Там за дверью — это была та женщина, что была с тобой в крипте? — Эх, ты тоже подслушивала? — В отличии от неё, не специально. Мой вампирский слух меня подставил, — улыбнулась Серана. — Спасибо, что попросил свою подругу заступиться за меня, я ценю это. Но я не уверена, что это понадобится… если ты согласишься. — Соглашусь на что? — Понимаешь, я… слишком долго была одна. Там в крипте, хоть я не ощущаю этот отрезок времени, в детстве, по возвращению в Волкихар. И здесь я вряд ли смогу с кем-то сдружиться или хотя бы поговорить. Даже с твоей Мьол. Понимаешь меня? Я… можно я пойду с тобой? — Э… Ну, хорошо, конечно, давай. Я не против. Только почему именно я? — Ну… Ты хотя бы можешь выслушать меня… — И? — О втором пока не буду. Есть идеи, где искать таинственного жреца? — Когда речь заходит о жрецах, которые едут из одной провинции в другую, проезжая при этом пол континента, мне приходит в голову лишь одно место, куда мог ехать этот жрец. — И куда же? — В коллегию Винтерхолда. На пути к Винтерхолду. Тундра. Туман застилал дорогу через огромную болотистую, холодную равнину. В источниках желто-зелёной воды лежали кости мамонтов, которых здесь пасли когда-то великаны. Теперь они переселились западнее, к Вайтрану. Сквозь туман Серана еле различала паслён и оранжевую лозу. Ам’Арес ехал верхом на Тенегриве. Серана сидела за его спиной, разглядывая то небо, то паслён. — Ам’Арес, ты давно был в коллегии? Если вообще был там? — Серана, для начала ответь ты мне. Ты ведь не собираешься добровольно отказываться от моей компании? — Ну, конечно. Мне довольно интересно с тобой. — Тогда, думаю, тебе будет проще называть меня просто Амом. Все друзья меня так зовут. Да и это просто удобней. — Хорошо, Ам. Я-то всё думала, когда я заслужу от тебя звание друга. Ам промолчал. «Да, с моим именем не проделать такой операции, чтоб оно звучало так мило» — подумала Серана. — Ну? Ответишь на мой вопрос? — Я был в коллегии в последний раз пару лет назад. А лет 5 назад меня выбрали архимагом… — Правда? Ты не рассказывал. — Я много чего тебе не рассказывал. Кстати, ты что-нибудь знаешь о Древних свитках? — Ну, почти ничего. Знаешь, я имела дело только с одним, и то пролежала с ним в крипте неизвестно сколько веков. А валяясь со свитком в обнимку, знаний о нём не наберёшься. — Если бы я тебя совсем не знал, то подумал бы, что это просто слова, но мне кажется, ты хочешь просто узнать меня получше. — С чего ты это взял? Нет, то есть… Ну, это так и есть, ты интересен… Мне интересно узнать о тебе побольше… Бал, да как ты узнал? Пока я спала, изобрели магию чтения мыслей? — Нет, — Ам усмехнулся. — Я просто наблюдателен. Ты сказала, что «валяясь со свитком в обнимку, знаний о нём не наберёшься», а ты во время ночёвки всё жалась ко мне во сне. Да и сейчас пытаешься взяться за мой торс. — Не правда, — Серана отдёрнула руки от торса Ам’Ареса. — Твои наблюдения… Это совпадение, только и всего. Мне ночью холодно было, а сейчас я просто рассматриваю твою броню. — Если отмазка про броню ещё сгодится, чтоб перехитрить ребёнка, то та в которой тебе было холодно совсем бред. Забыла, что ты вампир? — Той ночью было холоднее, — смущённо отнекивалась Серана. — Ладно, сделаю вид, что проглотил наживку, — Ам говорил с кокетливой улыбкой. — Ам, я хоть и вампир, но могу обидеться. И могу припомнить, что коза, что ты зарубил для нас, была в возрасте, и её кровь была не очень вкусной. — Ладно, всё. Молчу, — недолгое молчание. — Так что ты хотела узнать обо мне? — Ам! — прошипела она. — Ну да, хотела. Но для начала… Вот, слушай. Моё детство было не очень радужным, хоть я и жила в замке. В семье уже тогда, когда я была совсем маленькой, не было единства. Мать всё время ругалась с отцом по любому пустяку, а отец даже не пытался предотвратить ссор, а только способствовал их появлению. В итоге никто не занимался моим воспитанием. Я росла сама по себе с ощущением полного одиночества. Я таскала крыс из канализации, думала, они будут хорошими питомцами, но Вингальмо узнавал об этом и всегда отбирал их. Я плакала, просила его их оставить, жаловалась отцу, но никто меня не слушал. В конце концов мать вспомнила, что у неё есть дочь и решила всё же заняться моим воспитанием, но мне тогда было уже двенадцать, воспитывать поздновато, так что она решила просто быть рядом. Заполнить моё одиночество, но и это у неё не очень получилось. Хотя я с теплотой вспоминаю, как мы проводили время в её саду. Она учила меня смешивать травы, варить отвары… Знаний у меня от неё накопилось, как у профессиональной травницы. Например, ты знал, что если растереть немного сока паслёна и лепестки драконьего языка, смешать со смальцом, то получится мазь, притупляющая боль? Вероятнее всего ты знал. Я много чего ещё могу рассказать об этом периоде, но пока что скажу, что закончился он, когда мне стукнуло девятнадцать. Как оказалось, родителям давно была предоставлена честь стать высшими вампирами, но они решили подождать, пока я не подросту. А потом нас всех обратили. — Не расскажешь, как это было? — Нет, Ам. Пока нет. Прошу расскажи что-нибудь и о себе, пожалуйста. — Хм, с чего бы мне начать? — Расскажи про своё детство. Каким оно было? Ты знал своих родителей? — Мне кажется, моё детство было лучше твоего. Ну или точно не хуже. Родом я из Эльсвейра. Это на юге от Сиродила. Там полно таких, как я, каджитов. Это родина моей расы. Я до сих пор вспоминаю тёплые пески этих бескрайних пустынь. Но это все хорошие воспоминания об этом месте. Остальное… Помнишь мы встретили группу из пяти каджитов, когда шли к Волкихару? — Да, помню. Какие они всё-таки милые. — Это был каджитский караван. Бродячие торговцы. Но это только в Скайриме они ходят такими маленькими группами. Здесь им не особо доверяют, да и каджитов не так много в Скайриме. Так вот в Эльсвейре это были настоящие бродячие города. До нескольких сотен каджитов в одном караване. Десятки, сотни обозов и сложенных переносных шатров и торговых палаток. Но были и небольшие деревушки около оазисов. Я как раз из такой, но большую часть детства провёл в караване. А знаешь, почему? Мои родители были… законченными наркоманами. Они только и думали, как бы заполучить новую дозу скумы. Я еле помню их образ. Он туманный, и совсем не вызывает хороших ассоциаций. Только злость и обиду, и вот почему: как-то раз, через деревню прошёл небольшой караван, и родители потащили меня с собой, к знакомому торговцу. Я был тогда ещё совсем котёнком, не могу сказать, сколько мне точно было лет. Эти… звери… обменяли меня на бутылку скумы, — в этот момент Ам почувствовал, как Серана уже смело обнимает его и кладёт голову ему на плечо. — Я не знал, что со мной будет у этого торговца. Но он оказался лучше моих родителей. Нет, он не стал мне отцом, максимум — учителем жизни. Он пытался обучить меня и торговому ремеслу, но я всегда всё портил. В итоге он сказал мне, что я смогу уйти от него, когда почувствую, что смогу сам себя прокормить. Я чуть не пошёл по стопам родителей, когда мне было десять. Ты видела мой шрам под глазом. Его мне оставил другой каджит, с которым я подрался за миску лунного сахара, из которого гнали скуму. В ходе драки сахар рассыпался, а я понял, насколько низко тогда опустился. Но мой оппонент опустился ещё ниже: он пытался сначала собрать сахар, но потом просто начал слизывать его вместе с песком. Это выглядело так жалко и отвратительно, что у меня отбило всё желание пробовать и лунный сахар, и саму скуму. Ну, как-то так и прошло моё детство. — Мне жаль, что так вышло с твоими родителями. — Тебе-то чего жалеть. Не ты их подсадила на скуму. — Твоя история мне всё равно кажется страшнее моей. Меня родители не продавали… — Но игнорировали. Мне кажется, что это ещё хуже. — Ну, мы явно не узнаем, что хуже. — Говоришь, броня моя понравилась, да? — уже с усмешкой сказал Ам’Арес, поворачивая голову в сторону Сераны. — Заткнись, не то укушу, — грубо, но с улыбкой ответила Серана и крепче прижалась к Аму. — Ты очень тёплый, прям как настоящий котик. — Ха, на моё лицо взгляни. — Ой, а я и забыла уже. Вы такие человечные. Ну… То есть… эх… — Для таких звериных морд? — Я хотела сформулировать это получше, но да. Приблизительно так. — Это ты ещё не слышала, как говорят обычные каджиты. Я-то избавился от эльсвейрского акцента за семь лет жизни здесь, но другие каджиты не стараются. Кстати, раз мы затронули тему рас, то не скажешь, кто ты по расе? А то черты лица норда, но рост точно не подходит. — Хм, я приберегу это на потом, — короткое молчание. — Подожди, ты сказал семь лет? Ты так недавно здесь живёшь? Как ты попал в Скайрим? — Я расскажу на обратном пути, куда бы он нас не вёл. — Эх, ну ладно. Ам? — Да, Серана? — Я вздремну немного у тебя на плече, ты не против? — Конечно, нет. Приятных снов. — Спасибо, Ам. Через несколько минут Серана засопела и Ам’Арес повернул голову, чтоб посмотреть на неё. «О, Ситис, какая же она всё-таки красивая. Эти маленькие клыки, еле торчащие из-под губ такие… милые. Она так хорошо пахнет… Взяла что ли парфюм из Волкихара? Только вот, что это за запах? Лиловый горноцвет? Колокольчик? Лаванда? Да, точно она, но… что-то ещё. Хм… Не могу понять. Но чувствую терпкий и сладкий запах вина. Какое необычное сочетание. И такое… Чарующее» — думал Ам, пока ехал. Он наконец повернул голову обратно на дорогу, продолжая ощущать запах духов вампирши. Коллегия магов в Винтерхолде. Была метель. Здесь она была чаще, чем в других районах Скайрима, ведь это самый северный город провинции. Серана видела из-за спины Ама город Винтерхолд. Точнее то, что от него осталось. Она была здесь лишь однажды, когда ездила сюда с отцом и матерью по каким-то их делам. Это было уже после того, как мать стала уделять ей больше времени, но до её обращения. Тогда Винтерхолд был величественным городом, даже более значимым, чем Виндхельм. Коллегия занимала место в центре города, а сейчас… Город предстал состоящим из нескольких каменно-деревянных домиков с соломенными крышами, причём стоял он у огромного обрыва, ведущего в морскую пучину. Сама коллегия находилась на огромной скале, торчащей на десятки футов из воды, и находящейся в доброй сотне футов от берега. Здание коллегии оставалось столь же величественным, каким его и запомнила Серана. Невероятная архитектура для тех времён. Двор, образованный кольцом из колон высотой в семьдесят футов, которое замыкается на основном здании коллегии, а расходится на входе во двор. По бокам от входа во двор были две башни, входящие в линию кольца. Основное здание имело форму цилиндра, а ближе к центру двора из здания выходил цилиндр поуже, но выше футов на сто. В этой башне был огромный витраж в форме перевёрнутой пятиконечной звезды с глазом в центре. К коллегии вёл каменный мост, словно сделанный лучшими резчиками по камню, по проекту лучших архитекторов. Но мост выглядел так, будто сейчас обвалится. Что можно было сказать и о самой коллегии. «Нет, да он просто не может не обвалиться прямо сейчас! Это невозможно. Он просто не может висеть в воздухе вот так… Или может?» — думала Серана. — Ам? А как… Это магия, да? — Как коллегия и мост до сих пор держатся? Да, конечно, это магия. — Что здесь случилось? Я помню Винтерхолд совсем другим. — Великий обвал. Большая часть города ушла под воду. Многие местные жители до сих пор винят магов в случившемся. Думают, что если коллегия не обвалилась, то это точно их вина. Сами маги думают, что обвал стал следствием извержения красной горы в Морровинде. Так или иначе, Винтерхолд всё равно уже не такой великий город, как раньше. — А маги? Что ты сам думаешь о магах здесь? — Нынешние маги — точно не те, кто мог бы стать организаторами обвала… Брр, Тенегрив, приехали. Оба слезла с коня. Серана смотрела на мост, не переставая думать, что он обвалится в любую минуту, но слова Ама немного поубавили этот страх. Немного. Ам думал вступить на мост, но притормозил. Он обернулся, и подошёл к Серане, протягивая руки к её лицу. Серана резко вдохнула воздух, приоткрыла рот и взглянула в глаза Аму, её зрачки расширились почти до правильных кругов, она почувствовала какое-то странное чувство, что уже испытывала, находясь рядом с ним. Когда Ам почти коснулся её лица, она потянула свои руки к его рукам и слегка дотронулась до запястий. Но Ам просто поправил её капюшон и сказал: — Я бы не хотел, чтоб тебя раскрыли, так что натяни капюшон пониже и опусти голову. Твои глаза могут выдать тебя. — Х… Хорошо, Ам — Серана убрала свои руки резким движением и смущённо опустила взгляд. — Что такое? — Нет, ничего… Просто… Пойдём уже, а? — Да, идём, я поведу. «Да что же это такое?! Почему я так странно себя веду, я не понимаю. И что за ощущение? Непонятно. Такое… Словно жар льётся по всему телу… Какой жар, Серана? Ты же вампир! Да, но всё равно… что же это…» — Серана думала об этом, пряча лицо под капюшоном и смотря на Ама, идущего впереди. Ворота из прутьев, ведущие во двор коллегии, сами по себе открылись, пропуская путников внутрь. Каменная тропа отходила как во внутрь кольца, так и сразу к главному входу. Но на этой дороге, по центру двора, стояла большая статуя архимага Шалидора, основателя коллегии. Перед ним был небольшой колодец с голубоватой жидкостью внутри, из которой бил в небо луч синего света. Маг словно создавал этот луч, или наоборот удерживал его. Его одежда будто развивалась на ветру. Из здания коллегии навстречу каджиту и вампиру вышла женщина, одетая почти, как маг со статуи. Только капюшона не было в принципе, а на мантии было полно рун и повязок. Сама мантия была фиолетовой. Женщина сказала: — Приветствую, архимаг! Ты наконец-то вернулся? — О, Мирабелла, я же просил обращаться ко мне просто по имени. — Ладно, Ам’Арес. — Ну что ты стоишь? Иди сюда, — маги обнялись. — Рад тебя видеть, Мирабелла. Что нового? — То, что ты не представляешь мне свою спутницу. Кто она? — Это Бьянка, — соврал Ам. — Она изучает древние книги, и знания древних народов. Я решил позволить ей взглянуть на библиотеку коллегии. — Раз это твоё решение, как архимага, то я сообщу об этом Урагу… — Не надо, он сам узнает, когда мы придём к нему. Лучше давай уже зайдём внутрь, а то моя спутница уже замёрзла. Правда, Бьянка? — Очень. Они вошли. Зал был высокий, круглой формы, с колодцем по центру, точно, как на улице. Из него так же бил луч синего света. В зале было несколько магов, говорящих друг с другом или практикующих заклинания. — А теперь расскажи уже, что нового? — Из нового много чего, но остальные сами тебе расскажут. Я только сообщу, что… Толфдир умер пару лет назад. — Чёрт, жаль. — Если что, на могилу ты его не попадёшь. Мы хороним наших в море, ты ведь помнишь? — Да, помню. Спасибо, что сообщила. — Ладно, не будем о грустном. К тебе уже идут, так что я… — Ам’Арес! — прозвучал громкий и хрипловатый или слегка клокочущий голос каджита в мантии, как у Мирабеллы, только синего цвета. — Сколько лет… — Дж’Зарго, рад тебя видеть, — они пожали друг другу лапы. — Я думал, ты никогда не вернёшься! С твоего последнего визита, я освоил школу Восстановления. Твои слова о том, что если я хочу стать великим магом, то я не должен зацикливаться только на школе Разрушения, пошли мне на пользу. — А что насчёт других моих советов? — Ам улыбнулся старому другу. — О-о-о, Ам’Арес — протянул Дж’Зарго. — Я слушал все твои советы, но я понимаю, о каком ты спрашиваешь сейчас. Да, я его услышал, и знаешь, что? — Ну не томи, говори же! — Ам говорил с задором. — Мы с Брелиной очень сильно сдружились. Слишком хорошо… — Дж’Зарго говорил мечтательным, влюблённым голосом. — Правда? Да ну, ты врёшь! — Нет, Ам, это действительно так. — Ничего себе! Я не думал, что мой совет относительно твоего расизма по отношению к данмерам приведёт тебя… Да я просто думал, что ты станешь терпимее относиться к Брелине, а ты вон как! — Да, Ам. Спасибо, что переубедил меня. Если бы не ты, я бы никогда бы не признал Брелину хорошим магом, а тем более никогда бы не понял, что тёмные эльфийки просто прекрасны. А особенно она. «Интересно, у всех каджитов такие странные улыбки? Нет, точно не у всех. Хоть улыбка Ама и странновата, мне кажется, она очень обаятельной. Эх, как я надеюсь, что он соврал про магию чтения мыслей» — Серана думала об этом и не заметила, как слегка приподняла голову, чтоб лучше видеть не только каджитов, но и остальных магов. — Ну и как тебе с тёмной эльфийкой? Тебя не смущают её красные глаза? — Ам, а глаза твоей спутницы тебя не смущают? — Дж’Зарго заметил глаза-щёлки, выглядывающие из-под капюшона Сераны. Серана резко спохватилась и натянула капюшон пониже. — Дж’Зарго, не надо, прошу… — Я просто хочу знать, как получилось то, что ты путешествуешь с вампиром? — Дж’Зарго говорил тихо, чтоб только Ам’Арес его слышал. — Я не могу рассказать тебе всего, друг, но поверь, она не опасна. Она помогает мне, а я ей. Мы здесь только ради одного, чтобы выяснить, не проезжал ли здесь жрец Мотылька? — Ам, я не буду тебе мешать, но, пожалуйста, не подвергай коллегию такой опасности. Я знаю о вампирах меньше, чем ты, но я всё равно не доверял бы им на твоём месте. Меня сейчас беспокоит только безопасность Брелины. — Я не буду подвергать вас опасности, обещаю, Дж’Зар. Так тебе известно что-нибудь о жреце? — Он проезжал здесь. Заходил к Урагу. Дальше спрашивай у него. — Спасибо… — Ам. Если она что-то вытворит, извини, я сделаю, что должен. — Я знаю. Потому мы и друзья. Серана стояла, прижавшись к стене и наклонив голову вниз. К ней подошёл Ам. Она не знала, чего ожидать. Ам завёл её за дверь, на лестницу, ведущую в библиотеку. Серана стояла, таращась то на пол, то на Ама. Неожиданно для неё самой Ам обнял её, прижав её голову к груди. — Как, Серана? Как он заметил? — Я… Я задумалась, прости, Ам… — Серана, я… Пожалуйста, будь внимательней. Нам нельзя вызывать подозрений. Делай то, что сделала бы Бьянка. Но не сильно вживайся в роль. — Я поняла, Ам, — в этот момент Серана пожалела, что сама не умеет читать мысли. Они поднялись по лестнице и оказались в зале библиотеки. Как и большинство комнат в коллегии, библиотека имела круглую форму. В дальнем её конце стоял стол, за которым сидел орк, Ураг гро-Шуб. Рядом сидела старушка, тоже маг. Оба сидели в оранжевых мантиях. У орка была седая борода, что не свойственно обычным оркам, умирающим в боях молодыми. — О, кто явился, — голос Урага был клокочущим, звонким и грубым одновременно. Он говорил размеренно и тихо. — Меня предупредили, что вы придёте. — Эх, Мирабелла. Вечно она делает всё по-своему. Здравствуй, Ураг, мы к тебе по делу. — Да, я знаю. Колетта, покажи Бьянке книги древних народов. — Пойдём, деточка, — обратилась к Серане старушка. — Я покажу тебе некоторые книги и свитки. — Да, пойдёмте, пожалуйста, — Серана отошла за стеллаж вместе с Колеттой. — Ураг, это не все дела, ради которых я здесь, — продолжил Ам. — Да? И что ж это за дела? — Ты правда разговаривал со жрецом Мотылька? — Ха, чистейшая. Знаешь, я и сам не сразу поверил, что это действительно жрец Мотылька, но он столько знал о Древних свитках, что сомнения быстро улетучились. А зачем ты про него спрашиваешь? — Мне нужно знать, что он искал и куда поехал. — А зачем тебе это? — Надо, Ураг. Скажи, пожалуйста. — Ну, он искал Древние свитки. А конкретно, свиток «Солнце». Причём был он какой-то беспокойный, словно от этого его жизнь зависит, а его спутник был очень подозрителен, прятал лицо под капюшоном. Я не смог помочь ему в поисках, а он тихо так сказал, что собирается в деревню Драконий мост. Собственно, больше я ничего не знаю. — Когда это было? — Хм… Неделю назад, не больше. — Спасибо, Ураг, мне пора, прощай. — Нет, до свидания. — Бьянка! Нам пора. — Да, я иду. Спасибо, Колетта, что показал мне записи фалмеров, но мне надо идти. — Возвращайся, деточка, когда надумаешь. Ам повёл Серану не вниз по лестнице, а в соседнее крыло, в комнату архимага. Комната так же была круглой, у стены уставлена стеллажами с разными ингредиентами. В центре комнаты росло дерево, что удивило Серану. Это был златолист. Над ним висели в воздухе источники света магического происхождения, конечно. Ам сразу залез в сундук у кровати и достал оттуда какое-то полотно. Он быстро пошёл обратно, только жестами подзывая Серану за собой. Она шла, не понимая, что делает Ам. Они спустились в главный зал и Ам’Арес отыскал Мирабеллу. — Мирабелла, — начал он. — Ты фактически выполняла обязанности архимага при архимаге Савосе Арене и выполняешь их при мне. Я редко здесь бываю и не знаю, когда здесь буду в следующий раз. Потому, я думаю, что ты будешь архимагом намного лучше, чем я. Так что вот — мантия архимага, амулет и головной обруч. Теперь ты архимаг, поздравляю! — Ам’Арес улыбнулся. — Я… Эм… С-спасибо, Ам! Я так тебе благодарна! — Ты лучшая из нас. Ты это заслужила. — Тебе всегда здесь рады, Ам, не забывай об этом. — Я буду помнить, но нам пора. — До свидания, Ам, Бьянка. — До встречи, Мирабелла, — отозвалась Серана. Ам и Серана вышли из коллегии, перешли мост, сели на Тенегрива и отъехали от Винтерхолда на достаточное расстояние до того, как заговорили. — Ты неплохо вжилась в роль, Серана. — О, спасибо. Ну, ты знал, что я хорошо притворяюсь. — Ты правда читала фалмерские книги? — Ну как читала, еле понимала написанное. Хотя та старушка вообще ничего не понимала. — Не удивительно, фалмерский уже давно никем не используется. Она спрашивала, почему ты в капюшоне? — Ха, спрашивала… Это мягко сказано! Она прямо допытывалась до меня. Пришлось соврать, что я получила ужасный шрам в ходе эксперимента, и стесняюсь своего лица. А ты что-нибудь узнал? — Да. Это был действительно жрец Мотылька. Но есть проблема. — Какая? — Возможно, нас опередили слуги твоего отца. — Что?! — Ураг сказал, что жрец чего-то страшился, а его спутник прятал лицо под капюшоном. Прямо как ты. — Но ведь это мог быть и не вампир. — Да, но надо быть готовыми. Ещё Ураг сказал, что жрец искал свиток «Солнце». Тебе это что-нибудь говорит? — О, Бал… — Что такое? — Это… тот свиток, с которым я проспала в крипте. — Ситис, нам нужно торопиться! Придётся скакать галопом. Если во всём Скайриме такая погода, то доберёмся до Драконьего моста, куда поехал жрец, недели за три. Держись за меня, Серана. Особая информация: В библиотеке коллегии хранилось множество старинных книг, включающих как те, что хранили в себе магические знания, так и те, что не должны хранится в других местах. Например, книги, которые ещё до конца не перевели, или даже не могут перевести. Фалмерские книги — одни из них. Благодаря трудам Колсельмо Маркартского удалось перевести некоторые, но не до конца, а для некоторых книг словарь Колсельмо оказался бесполезен, так как они были зашифрованы, а не только написаны на фалмерском. Они крайне тяжело поддавались переводу и Ураг с командой библиотекарей крайне редко пытались перевести ещё хотя бы строчку. Волею судьбы старая Колетта дала Серане именно такую книгу, и девушка сумела кое-что прочесть. О таинственном месте, со святилищем верховного бога, прекрасной долине, озере, уходящем вглубь на многие километры. Настолько глубоком, что неизвестно, кто в нём может обитать. Около Драконьего моста. Ам и Серана сидели в кустах. Они высматривали охранников пещеры. Незадолго до этого, прибыв в Драконий мост, они расспросили стражников о жреце. Те сказали, что жрец и правда проезжал, и указали, куда он поехал. Дальше по дороге они нашли брошенную повозку с макулатурой и мёртвым возчиком. Из него была высосана кровь. Серана тогда учуяла её, а Ам заметил следы, источающие этот запах. По ним они прошли до пещеры. Около неё не было никого. Никто не охранял вход. Вампиры думали, что никто не осмелится заявиться к ним, но ошиблись. Ам, на всякий случай пригнувшись, пошёл первым. Подойдя к пещере, и убедившись, что точно никого нет, он подозвал Серану. Вместе они вошли в пещеру, Ам взял в одну руку Бритву Мерунеса, а в другой сотворил заклинание Заморозки, поскольку только оно не давало свечения. Серана лишь готовилась сотворить заклинание Молнии, единственное из обыкновенных, что она умела вызывать. Оба хорошо видели в темноте. Шли по коридору пещеры, переглядываясь. Серана порой вздрагивала, слыша голоса из дальнего конца пещеры. Голоса не только вампиров, но и жреца. Они вышли к огромному гроту, в котором были подобные руины тем, в которых была заточена Серана. По дну грота тёк ручей, заглушающий многие звуки. На дне, на ближнем берегу ручья, бродили несколько гончих смерти. В замке Волкихар много таких было. Именно Серана сообщила это название Аму. — Так, я сейчас разберусь с гончими, а ты пока подожди здесь. — Нет, Ам. Я могу помочь. — Не сомневаюсь, — Ам посмотрел ей в глаза, — но пойдёшь, когда я дам сигнал. Ясно? — Ну, ладно. Ам достал из-за спины Соловьиный лук, снял колчан и положил его на землю, достал одну стрелу. Натянул тетиву и выстрелил в одну собаку. Та заскулила и упала, истекая чёрной дымкой, а вторая успела среагировать и бросилась на Ама. Он же быстро обратил её в ледяную скульптуру и оставил так стоять. Он бросил лук, прошёл дальше, держа в руке Бритву. Прислушался. Услышал шаги приближающегося вампира, судя по звуку, тот был с мечом. Вампир, судя по одежде, слуга клана Волкихар, выбежал из-за скалы и замахнулся изогнутым, желтоватым клинком, метясь в шею Ам’Аресу. Тот парировал удар кинжалом. Отступил. Вампир снова попытался ударить, но встал в открытую позу. Ам с лёгкостью перехватил занесённую руку с мечом и нанёс удар кинжалом в грудь. Вампир, босмер в прошлом, соскользнул с кинжала и упал, ещё чуть живой. Ам услышал шаги ещё двоих. Сначала выбежал один, с таким же мечом в одной руке и красной дымкой — в другой. За ним второй, но только с дымкой. Первый был не готов к удару, и Ам резким ударом перебил ему сонную артерию. Второго он дезориентировал ударом когтей по лицу, взявшись за его плечо запрыгнул ему за спину и вонзил в неё Бритву. Внезапно за спину Ама ударило заклинание Молнии, и он услышал протяжный стон вампира, умирающего от разряда. Его шагов он заранее не услышал. Это Серана спасла его. Ам отыскал её взглядом, но она уже подбегала к нему. — Только не говори, что-то вроде: ты должна была идти по сигналу и бла-бла-бла, — Серана попыталась спародировать грубоватый голос Ама. — Я и не собирался. Ты правильно сделала, спасибо. — Эй, вы там! — раздался голос одного из вампиров. — Выходите, псы смертные! Мы знаем, что вы там! Мы не собираемся вас щадить, не рассчитывайте на это! Максимум быстрая смерть! — Что будем делать? — Есть идея. — Какая? Ам выглянул из-за скалы. Тут же прилетела стрела, и он еле от неё увернулся. — Ты с ума сошёл?! — возмутилась Серана. — Ты цел? — Да, не задели. Я увидел их. Там около двенадцати, но восемь стоят плотно, и у меня есть ещё одна идея. Ты этого ещё не видела, так что все вопросы потом. — Что?.. Ладно, потом, так потом. Если это поможет нам, то делай, что задумал. — Тогда… — Ам сотворил какое-то заклинание, и его окутала зеленоватая оболочка. Он глубоко вдохнул и начал произносить непонятные Серане слова. — Йол… — Ам выбежал из-за скалы и в него прилетела стрела, но отскочила от зеленоватого барьера, и Ам закончил. — Тор Шуль! Серана правда никогда такого не видела. Словно следуя за выкриком Ам’Ареса, появилась широкая огненная струя, поджигающая вампиров, стоящих в кучке. Серана не слышала их криков не потому что была удивлена тем, что сделал Ам, а потому что криков и не было. Вампиры умерли на месте, их испепелило до состояния обгоревших скелетов. — Помогите! — крикнул старый человек в серой мантии, стоящий под куполом, сотворённым вампирами. — Я могу помочь! Расколите кристалл! Серана услышала и осмотрелась. Увидела кристальную пирамиду на постаменте и метнула в неё Молнией. Кристалл рассыпался в песок, а барьер исчез. Мужчина в мантии сотворил заклинание Огня в обе руки и начал жечь одного из вампиров. Во второго ударила Молнией Серана. В эти же мгновенья Ам’Арес метнул в одного вампира Огненную стрелу. Другой, уже последний к тому времени, применил заклинание Сангвинис Вампирис на Ама. Каджит, чуть покачнувшись, всё же подпрыгнул к вампиру и в развороте рубанул Бритвой по шее дрожащего от страха вампира. Он сумел перерубить ему шею наполовину, до позвоночника. Вампир, с безвольно повисшей головой, ещё пытался применять заклинание, но четно. Ам опустился на одно колено, пытаясь отдышаться. Заклинание вампира отняло много сил. Он посмотрел налево, в сторону, где должны были быть Серана и маг. Серана подошла к Аму, взяла за плечи, пытаясь поднять. Маг стоял в стороне. — Ам, ты в порядке? Похоже он слишком много успел взять. Ам показал ладонью на своё горло. Помотал головой. — Что с тобой? Ты не можешь говорить? Ам кивнул. — Почему? Можешь объяснить на пальцах? — Ему нельзя говорить, он не просто не может, — вмешался маг. — А ты откуда знаешь? И кто ты? — Он тебе сам всё расскажет минут так через десять. Может меньше, может больше. А кто я? Сначала скажите вы: вы тоже вампиры, не так ли? — Он — нет, — Серана посмотрела на Ама, ещё стоящего на коленях, — а вот я — да. — Я так полагаю, вы здесь не для того, чтобы что-то у меня выпытывать? — Смотря, кто ты. — Я Дексион Ивик — он коротко поклонился. — Ты жрец Мотылька? — Значит, вы за мной… — Не волнуйся. Мы не собираемся тебе вредить. Твоя помощь нужна Страже Рассвета. — Ха, а ты-то откуда знаешь, упыриха? — На этом слове Ам оскалил клыки, но был пока слаб. — Ты что это, в Стражи записалась? — Не официально, а вот он — Страж. — Хм, хорошо. И что ж вам от меня нужно? — Прочесть Древний свиток. — Понятно. Им вот, — Дексион указал на тела вампиров, уже превращающихся в прах, — тоже нужно было прочесть свиток, только сначала найти его. Для чего ж вам его читать, позвольте спросить? — В нём может быть то, что поможет предотвратить войну между вампирами и людьми, но если эта информация попадёт в руки к моему отцу, то это может стать началом войны, — Серана окончательно помогла Аму подняться на ноги. — Эх, ладно. Я пойду с вами, но при условии, что, когда всё закончится, свиток вы отдадите мне. — Только когда всё закончится, — согласилась Серана, после одобрительного кивка Ама. — Тогда пойдёмте уже отсюда. Жуткое это место. Серана подобрала Бритву Мерунеса с пола и вставила в ножны на поясе Ам’Ареса. Кинжал ей показался знакомым, она решила как-нибудь расспросить о нём. Через тридцать минут медлительной ходьбы они дошли до Тенегрива. Было солнечно, и Серане пришлось надеть капюшон. Жрец сразу пошёл отвязывать второго коня от повозки с мёртвым возчиком. Ам’Арес облокотился о небольшую скалу. Серана подошла к нему и взялась обеими руками за его левую руку. Прижалась ближе. — Всё хорошо? Уже можешь говорить? — нежно спросила она. — Да, только тихо, — он говорил шёпотом. — Тебе что-нибудь нужно? — В седельной сумке, в небольшом сундучке, достань оттуда пузырёк с малиновой жидкостью, принеси мне. — Да, конечно, — Серана быстро пошла за зельем, отыскала и вернулась. — Вот, держи. — Спасибо, — Ам выпил зелье, поморщился. — Это и правда гадость… Зато безотказная. — Что ты выпил? — Я мог заразиться. Это поможет мне не стать вампиром. — Поняла, — Серана снова села рядом с Амом. — Я догадываюсь о том, что ты сделал в пещере. Это был ту’ум? Ты Довакин? — Да, прочла где-то? — Да, я читала о таких, как ты. Я и не думала, что встречу Довакина. Что это был за крик? — Если простыми словами, его можно назвать Огненным дыханием. Я знаю достаточно криков, но этот, среди боевых, мой фаворит. — А что остальные? — Я просто реже ими пользуюсь. Я даже разделил их у себя в голове на «крики», «крики средней громкости» и «шёпоты». Некоторые ту’умы не нужно выкрикивать, и они требуют меньше времени на восстановление связок. После шёпотов я восстанавливаюсь за несколько секунд, просто отхожу от магии драконьего языка. — Интересненько. Тебе уже лучше? — Да, намного. Горло уже почти не болит. — Ам? — Да? Серана посмотрела ему в глаза. Чуть приоткрыла рот. — Нет, ничего — она отвернулась от Ама. «В другой раз. Не сейчас. Проблем не должно возникнуть. Только вот опять это чувство жара. Есть ли для него название?» — Серана не ошибалась, название было. — Эй, Стражи! — воскликнул Дексион. — Мы отправляемся или как? — Да, отправляемся, — Серана спешила с ответом. Она всё же немного расстроилась из-за своей робости. Запрыгнула на Тенегрива с помощью Ама, и они втроём отправились обратно в форт. Форт Стражи Рассвета. — И всё-таки я должен знать, почему среди вас вампир. — Это не так важно… Дек-си-он? Я верно говорю? — переспросил Изран. — Да, верно. Ладно, не важно, так не важно. Не хочу тратить время попусту. Где тот Свиток, что я должен прочесть? — Я сейчас его принесу, — Изран поднялся на второй этаж и спустился со свитком. — Вот. Что тебе нужно для прочтения? — Хмм… Дай подумать… Кровь девственницы, язык младенца и морская вода. А если серьёзно, я не травник, мне не нужно ничего, — Дексион взял Свиток в обе руки, — кроме сосредоточенности. Так что вы все, — он указал на нескольких Стражей, собравшихся вокруг него, включая Ам’Ареса, Серану и Мьол, — не мешайте мне. Жрец Мотылька медленно моргнул и глубоко вздохнул. Он медленно начал разворачивать Свиток. А дальше он погрузился в некий транс. Стражи ожидали подобного, но представление всех отличались друг от друга. Серана думала, что у Ивика закатятся глаза. Мьол ожидала чего угодно, вплоть до того, чтобы ловить жреца по потолку. Но всё оказалось куда проще. Жрец просто округлил глаза, его зрачки сузились. Он не моргал. Что-то нечленораздельно бормотал. Видно было, как под мантией напряглись его старые мышцы, словно он мог упасть в любую секунду, и только это держало его на ногах. Но через пару минут он упал на колени выронил Свиток. Ам быстро свернул Свиток, чтоб никто не увидел, что в нём. К Дексиону подошёл Изран и присел возле него. — Что ты там увидел? — спросил он. — «Среди детей ночи появится властелин страха. В эпоху борьбы, когда драконы вернутся в царство людей, тьма смешается со светом, а ночь и день станут единым целым.» Там, кажется, было что-то ещё, но… ах, не всё я усмотрел. Но есть ещё кое-что: я увидел ещё два Свитка, они как-то связаны с этим пророчеством. — Что это за Свитки? — спросила Серана. — Кровь… и… и Дракон. Афс-с… — Жрец начал тереть руками глаза и потерял сознание. Пока Изран отдавал распоряжение, отнести Дексиона в лазарет, Мьол прокрутила в голове название Свитков ещё раз, а потом обеспокоенно глянула на Ама. Тот заметил это и еле заметно кивнул ей. Серана тоже вспоминала, откуда ей знакомо название одного из Свитков. — Вы представляете, где искать эти Свитки? — обратилась Мьол к Аму и Серане. — На счёт Крови, я ничего не могу сказать. — Ответил Ам. — Зато я могу. Но об этом в дороге поговорим, Ам, — Серана наконец вспомнила, откуда она знает название Свитка Кровь. — Да, Серана, ты права. Сразу в путь. Мы провели здесь день, нет смысла терять время дальше. — Удачи вам, — сказала Мьол. — Ам, подожди меня, пока во дворе, мне нужно поговорить с Мьол. Ам попрощался с Мьол и вышел. Серана же встала поближе к Мьол. — Спасибо, Мьол, что всё же замолвила за меня словечко. Я заметила, что часть Стражей стали относиться ко мне хотя бы нейтрально. Как я могу тебя отблагодарить? — Просто… не дай Аму натворить глупостей. Я знаю, он может. — Обязательно. Ещё раз спасибо, Мьол, — Серана улыбнулась ей, но Мьол не ответила, а развернулась и ушла. Серана слегка замялась, но затем просто накинула капюшон, вышла на улицу, села на Тенегрива вслед за Амом и поехала с ним из долины форта. — Так, куда мы едем сначала? — Ты что-то говорила про Свиток Кровь. Не расскажешь поподробнее? — К сожалению, нет. Только то, что нам придётся найти для начала мою мать, так как Свиток может быть у неё. А что насчёт другого? Небось нам придётся побегать за ним по двемерским крепостям? В своё время двемеры хранили при себе некоторые. — Нет, — усмехнулся Ам, — но ты почти угадала. Свиток Дракон находится в Маркарте. — Где? — В Маркарте… Ох, точно. Этот город построен на двемерских руинах. Очень красивый город. — Хм, это несколько меня заинтересовало… Так, а откуда ты знаешь, что Свиток там? — Это долгая история, и расскажу я её по дороге, но если вкратце… Я сам его там оставил.