Поттер на выбывание

       15 февраля, 2010 г. Шотландия, Королевский госпиталь «Форт Валлей» — Милнгави Гарри смотрел в боковое окно, провожая взглядом необычно-скруглённое белое здание госпиталя, в котором он содержался почти двенадцать лет. Машина выехала на трассу. Гарри не отвлекал Снейпа от дороги, про себя восхищаясь тем, что профессор освоил вождение. Было любопытно, оснащена ли машина какими-нибудь волшебными прибамбасами, наподобие того памятного «Форда», на котором они с Роном врезались в гремучую иву, решив догнать на летающем авто Хогвартс-экспресс, но спросить постеснялся. Теперь он взрослый, и вести себя как ребёнок, докучая глупыми вопросами, казалось неправильным. К тому же Гарри сложно было представить непринуждённый трёп о чём-либо с профессором Снейпом, который, когда они сели в «Ровер», успел «сбросить» с себя личину Невилла. Предложение звать его «Гарри» вместо «Поттера» уже было на грани. В прошлом Снейп бы испепелил его взглядом за такую наглость. Но сейчас… не испепелил. — Я живу в пригороде Глазго — посёлке Милнгави. Удобнее иметь небольшой дом на тихой сонной улочке, без соседей снизу и сверху. Рядом — трасса, по которой я мог достаточно быстро ездить к тебе и на работу, — нарушил молчание профессор, когда Гарри весь извёлся, не зная, как начать разговор и стоит ли его начинать. Тем более его интересовало не просто «что будет на ужин», а темы вроде «как мне жить дальше». — А где вы работаете? — искренне заинтересовался Гарри. — В Каледонском университете Глазго. Там есть кафедра естественных наук. Я преподаю химию и биологию, заодно имею доступ ко многим ингредиентам лаборатории и саму лабораторию. Гарри живо представил профессора Снейпа, который варит зелье в пробирках и ретортах, как доктор Франкенштейн. Иногда он подглядывал через щёлку в комнату Дадли, когда кузен смотрел телевизор, и тот фильм запомнил очень хорошо. Профессор хмыкнул и коротко улыбнулся. — Слишком громко думаешь, Гарри. Ты же знаешь, что я легилимент и, кажется, учил тебя закрывать свои мысли. — Простите, сэр, — смутился он. — Ты ещё очень слаб, — задумчиво продолжил Снейп. — Твой магический фон пока не стабилизировался и не выровнялся. Даже не знаю, когда ты сможешь использовать чары посущественней арсенала первого-второго курсов. Защиту сознания тебе точно надо будет восстанавливать заново. Кхм… Просто… — Снейп искоса посмотрел на Гарри и вздохнул. — Я могу читать мысли тех, у кого нет защиты сознания и кто находится достаточно близко. Даже без применения чар. Никогда этим не злоупотреблял, можешь мне поверить, знать, что о тебе думают люди, приятного мало. Но когда образы или мысли слишком яркие и чёткие — это происходит непроизвольно. Такой вот Дар. Гарри тоже вздохнул, вспомнив прежние уроки по защите сознания у Снейпа. А потом, когда сказанное Снейпом откровение до него дошло, чуть не подавился воздухом, вспомнив все свои мысли по поводу профессора на младших курсах. Это получается, что… Что Снейп всегда знал, что он про него думает?! Думает всякие гадости, злится и ненавидит. От накатившего стыда было чувство, что его бросили в кипяток. Этот человек двенадцать лет его выхаживал, а до этого защищал в память о матери, был шпионом с риском для жизни, а он… — П-простите, — только и смог выдавить Гарри. — Я… Я так и не сказал вам спасибо за всё, что вы… — Не стоит, — отозвался Снейп. — Прошлое прошлому. Нет нужды его ворошить и что-то усложнять. Как и благодарить меня. Я сделал это не ради вас, а ради себя, так что вы мне ничего не должны… Гарри. В салоне разлилось вязкое молчание. Гарри переваривал сказанное и думал о том, что Снейп снова как будто хочет казаться хуже, чем есть. А «ради себя» означало, что профессор до конца выполнил обещание, когда-то данное Лили Поттер. В сердце внезапно кольнуло мыслью, что если Снейп так любил маму… теоретически, если бы они с ней сошлись, он мог бы стать его сыном. Сыном Снейпа! Называл бы его отцом… А если бы мама выжила после нападения… то, может, и отчимом. Мало ли, вдруг они бы сошлись. Голова от таких мыслей закружилась. Правильно Снейп не хотел говорить о прошлом. Если начинать это обсуждать, перебирать возможные варианты, то и правда… всё будет сложнее некуда. — Так значит, вы продолжаете преподавать? — через пару минут осторожно спросил Гарри, решив замять поднятую ранее тему. — Пришлось немного перепрофилироваться, но в основном — всё то же самое. Только студенты повзрослее и поумнее, — хмыкнул Снейп, поддержав беседу. — Я занимаю не последнюю должность на кафедре, и в моём полном распоряжении одна из лабораторий. Комнатку, бывшую чем-то вроде кладовой, я расширил пространственной магией, но для этого пришлось попотеть. Так что там я варю зелья и храню часть ингредиентов. Дома у меня тоже есть лаборатория, дающая доход от продаж зелий в магическом сообществе Глазго. Зарплата на кафедре неплохая. Я сам составляю расписание занятий, так что мог приезжать к тебе в госпиталь по вторникам и четвергам почти на половину дня. Ещё и выходные. По сравнению с работой в «Хогвартсе» — рай земной. — Не сомневаюсь, — с некоторым стыдом вспомнив свои проступки, так живо описанные в книгах Роулинг, пробормотал Гарри. Он искоса рассматривал профессора Снейпа, снова отмечая, что по сравнению с его школьной порой тот стал выглядеть куда лучше. Бледное лицо казалось вполне здоровым. Не то чтобы Снейп стал как-то особо красив, румян или вроде того, но в тот день, когда Гарри видел его в последний раз в той прошлой жизни, кожа Снейпа была похожа на желтоватый старый пергамент, а под глазами темнели мешки, явно вызванные недосыпом. Чёрные волосы, которые раньше висели сосульками, поразили ещё в их первую встречу блеском, опрятностью, ухоженностью и отсутствием какой-либо седины. Простая и относительно спокойная жизнь, похоже, пошла Снейпу на пользу, ведь правда уже взрослые студенты простые люди и малолетние волшебники, которые постоянно норовят позатейливей самоубиться — это совершенно разные весовые категории! Тем более, что Снейп — преподаватель университета с удобным графиком работы, вряд ли у него есть ночные дежурства, как в школе-интернате, где он был ещё и деканом факультета. От рассеянных мыслей Гарри отвлёк указатель на городок, о котором упомянул профессор. Через пару минут на дорожном кольце они свернули с автомагистрали направо и въехали в посёлок, который напомнил Литтл-Уингинг. Улочки с мощёными каменными тротуарами и аккуратно выстриженной зелёной оградой. Чуть припорошенные снегом кирпичные дома, увитые плющом. Площадки с газоном и разбитые садики. Снейп проехал вглубь улицы, пересёк несколько авеню и остановился возле небольшого дома со вторым этажом-мансардой. — Мы приехали? — спросил Гарри, чтобы что-то сказать. Дом выглядел совершенно обычным и правда походил на тот, что стоял на Тисовой улице. — Да, — коротко бросил Снейп, вытаскивая ключ из зажигания. — Выйдешь сам или тебе помочь? — Я сам, — Гарри неприятно было быть беспомощным. Пока он отстёгивал ремень безопасности и тупил, как выйти и где тут ручка, Снейп достал его сумку из багажника и распахнул дверцу автомобиля. — Точно не нужна помощь, Гарри? — мягко спросил профессор, и стало стыдно за своё детское упрямство, но он всё равно помотал головой. — О, здравствуйте, Норт! — громко раздался женский голос. Удачно покинув машину, Гарри увидел довольно симпатичную блондинку лет… ну, наверное, сорока: выглядела женщина примерно на возраст Петуньи Дурсль, когда Гарри видел тётю в последний раз. — Здравствуйте, мисс Симпс, — кивнул Снейп блондинке, которая перебежала улицу, чтобы с ним поздороваться. — Я же просила называть меня Трейси, — надула накрашенные губки женщина, с интересом поглядывая на Гарри. — А это что за симпатичный молодой человек с вами, Норт? — Это мой младший брат — Гарри Салливан, — представил его Снейп. — Ох, неужели это тот самый брат, который сильно болел и лежал в больнице несколько лет? — приоткрылся рот мисс Симпс. Гарри удивила подобная осведомлённость, и на это была лишь одна причина: «Трейси» была соседкой. Из тех соседок-домохозяек, которые всё про всех знают, вроде его тётушки Петуньи. А если Снейп живёт в этом доме почти десяток лет, то и о его «брате» соседи в конечном итоге могли узнать: кто-то что-то увидел, услышал и сделал соответствующие выводы. И всё же, когда Снейп сказал, что Гарри его брат, по спине пробежали мурашки. — Извините, мисс Симпс, Гарри нужен отдых и покой, — вежливо, но категорично сказал Снейп, закругляя любопытную соседку, которая явно желала пообщаться. — Понятно, — протянула с игривой интонацией эта Трейси, отчего Гарри вспомнилась Лаванда Браун в период встреч с Роном «Бон-боном», может, потому, что эта блондинка тоже строила глазки профессору, как бы странно это ни выглядело. — Приятно было познакомиться с вашим братом, Норт. Гарри?.. — Э… Мне тоже приятно, мисс Симпс, — выдавил Гарри. — Трейси, милый, зови меня Трейси, — снова улыбнулась соседка какой-то голодной улыбкой, отчего Гарри вспомнил уже про Амбридж. — Я рада за тебя. — Э… Спасибо. Они со Снейпом прошли по садовой дорожке и вошли в дом. Гарри не знал, чего ждать от обиталища «Ужаса Подземелий», но точно не готов был увидеть совершенно обычную гостиную в английском классическом стиле. Со светло-серым ковром на полу, кремовым мягким диваном и креслами в комплекте, мебелью из морёного дуба, книжными полками и камином. На одном из кресел лежал мягкий на вид почти белый плед. Места немного, просто и уютно. — Я покажу твою комнату и примусь за обед, — как показалось Гарри, немного неловко сказал Снейп. — Это, конечно, не дом на площади Гриммо, но я расширил пространство на втором этаже, куда не могут зайти магглы. — Что? — удивился он. — Нет-нет, я просто удивился, что вы живёте в таком обычном доме, — глупо хихикнул Гарри, понимая, что его явно просочившееся из мыслей недоумение было истолковано неверно. — Я жил в чулане под лестницей до одиннадцати лет, так что небольшие помещения меня даже успокаивают. В них ты как бы всё контролируешь. — Так про чулан — это правда? — удивлённо приподнялись чёрные брови. — Мне казалось, что в книге об этом было написано для того, чтобы… Эм. Усилить героичность и страдания, что ли. — А… Нет. Это правда, — пожал плечами он. — Но потом меня поселили в комнату. Говорить о прошлом не хотелось. Прошлое говорило о том, что у него забрали его будущее. И сейчас даже настоящее казалось зыбким и шатким, словно тонкая жёрдочка, перекинутая через бурлящий поток. — Идём, Гарри, — Снейп направился к лестнице, ведущей на второй этаж.

* * *

— Ох, в больнице я мечтал о стейке! — уплетая ужин за обе щёки, признался Гарри. — Очень вкусно! Вы потрясающе готовите, сэр! — В зельеварении и кулинарии много общего, — ответил Снейп, довольно улыбнувшись, в который раз поразив Гарри самим фактом улыбки. — Запахи, пропорции, необходимые ингредиенты и точность рецептуры. Впрочем, я считаю, что несколько улучшил пару рецептов. Так. И по поводу твоего «сэр». Мы всё-таки уже не в школе. Да и будет странно, если ты назовёшь меня так перед соседями. «Норт», или «профессор», или «Снейп». Лучше сразу перейти на неформальное общение сейчас, чтобы в дальнейшем не было конфузов и глупых разоблачений. — Так значит, «Норт»? — спросил Гарри, соглашаясь, что перестроиться ему будет непросто и «конфуз» вероятен. — Норт, — кивнул Снейп, снова улыбнувшись. — Норт… ты дома? — звякнули ключи и хлопнула входная дверь в гостиной. И Гарри с удивлением услышал женский голос. Лицо профессора застыло в нечитаемой маске, превращая его из «Норта» в «профессора Снейпа, декана Слизерина» и «Ужас подземелий». — Вкусно пахнет… Ой, — на кухню, в которой они ужинали, цокая каблуками, вошла симпатичная девушка в облегающем платье до колена. Рыжие волосы были красиво уложены в открывающей шею причёске. В её руках Гарри заметил бумажный пакет с надписью «кондитерская Марты Стар». Было похоже, что неизвестная девушка приехала к себе домой, раз воспользовалась ключами. Или не совсем к себе, а, скажем, к любовнику. Хотя «Снейп» и «любовник» в одном предложении как-то с трудом составлялось, но кто этих женщин разберёт. В общем, в голове Гарри со скоростью света промелькнула ещё куча разных мыслей, образуя кашу. — Здрасьте, — только и смог выдавить он, еле проглотив кусок стейка, который чуть не застрял у него в глотке.