Поттер на выбывание

       25 мая 2020 г. Англия, Лондон, Министерство Магии — Господин Министр, — как всегда, со странным удовольствием обратился Перси Уизли, — к вам проситель. Это Билл. Уильям Артур Уизли. Ваш старший сын. Артур, а это имя ему нравилось гораздо больше, чем «Том», чуть нахмурился и кивнул. — Попроси его подождать десять минут, сначала мне нужно подписать кое-какие документы, — распорядился он. — Хорошо, господин Министр, — подобострастно улыбнулся личный секретарь. Перси был умным парнем и, в отличие от остальной семьи Уизли, которая досталась Артуру в придачу к захваченному телу, давно разобрался в субординации и оказался весьма полезен. Почти четверть века назад Артура Уизли «укусила змея Тёмного Лорда», и с тех пор новый Артур спокойно жил, посмеиваясь над потугами Альбуса Дамблдора его победить. Кто бы заподозрил в «тихом Артуре», забитом сварливой женой и с семьёй с огромным количеством детей, самого Волдеморта, который ждал своего часа несколько лет? И, собственно, дождался. Правильно: никто. После «битвы за Хогвартс», которая ознаменовала конец магической войны, Артур собственноручно избавился от некоторых слишком рьяных и сумасшедших своих последователей, объединил все свои осколки души, сбрил ненавистные усы, развёлся с этой свиноматкой-Молли, ушёл из уродской Норы и начал политическую карьеру. Сам по себе Артур Уизли был неплохим приобретением: чистокровный, высокий, крепкий, ещё не старый. В процессе захвата и перерождения удалось выжечь все метки Предателя Крови и восстановить магическое ядро таким, какое оно должно было быть, так что и магически сильный. «Человек Дамблдора», который нравился и консерваторам из-за своей чистокровности, и новым «революционерам», которые, выпучив глаза, бежали исполнять последнюю волю «Святого Альбуса». Знали бы они, как далеко не свят их почивший предводитель. Впрочем, даже книжка Риты Скитер, которой Артур подкинул немного ниточек, не смогла полностью очернить «Величайшего Светлого Волшебника»: очень уж этому препятствовали последователи Альбуса и, конечно же, его главная марионетка — Гарри Поттер. Тем не менее, Артур планомерно работал над своим образом и плавным его изменением. В двухтысячном году Артур выиграл выборы у Кингсли Шеклболта, который после «победы над Тёмным Лордом» объявил себя временным Министром Магии. Артур быстро нейтрализовал оппонента, выпустив наружу правду о происхождении «исполняющего обязанности Кингсли». О, а там было много чего. Позор чистокровной семьи, чей отец вынужденно женился на чернокожей магичке откуда-то из Зимбабве. Дело житейское: мировой чемпионат по квиддичу, много эля, открытые палатки и манящая экзотика. А потом на пороге дома Шеклболтов появляется эта ведьма с младенцем и толпой полуголых родственников в бусах. Самое забавное, что Шеклболты в период колонизаций занимались работорговлей с Чёрного континента, а теперь заимели такого Наследника. Закономерно, что поддержки Кингсли не получил и даже его бывшие соратники отвернулись от него, стараясь скорей занять побольше тёплых местечек и оттереть Шеклбота от руля. Припомнили и его бездействие, и то, что войну, по сути, выиграли дети. Гарри Поттер тоже этому посодействовал и поддержал кандидатуру Артура. Всё же собирался жениться на его «дочке», кажется, не зная, что они с Молли расстались и из «семьи» Артур ушёл. Впрочем, с учётом того, что Молли сама не горела трубить про это на всю округу и очень долго скрывала их развод, всё сложилось весьма удачно. А на гибели одного из сыновей Артура удалось неплохо устроить избирательную кампанию. «Скорбящий отец, который решил, что такого больше не должно повториться». Два срока Артур был у руля, но к две тысячи десятому всё изменилось. Подрос этот выкормыш Дамблдора — Гарри Поттер, который потихоньку набирал мощь и прикарманивал власть. На полную катушку использовал свой статус Героя, раскручивал эти книжонки, позировал репортёрам. Тогда Артур решил, что вступать в конфронтацию с «зятем», который был женат на его «дочери» — Джиневре Уизли, — не имело смысла. Поттер был любимчиком всех магов Британии и других стран. Да даже магглы знали его имя. В любом случае в тот год, когда Гарри Поттер баллотировался, за него бы проголосовали единогласно. Открыто бодаться с таким соперником было бы глупо: можно слишком многое потерять. За свою долгую и богатую событиями жизнь Артур научился выжидать и действовать осторожно, исподволь, а то и как его «учитель»: чужими руками. Гарри ценил его и сразу после своего избрания назначил своим заместителем, выражаясь фигурально, даже не подозревая, какого василиска пригрел на груди. Два срока подряд, то есть почти десять лет Гарри Поттер был Министром Магии. Артур был рядом и узнал очень многое о своём «зяте», и чем больше узнавал, тем больше видел в нём верного ученика ненавистного Дамблдора: те же методы, те же замашки, те же фразы. К счастью или к сожалению, Гарри Поттер не успел дожить до своего триумфального падения. Артура, который приготовил изящную ловушку с выдуманными самим же Поттером «Новыми Пожирателями Смерти», опередила Джинни Уизли. Эта «родная дочь» весьма негативно относилась к Артуру, не в силах простить то, что он ушёл от её визгливой мамаши, но зато в один прекрасный осенний вечер избавила от всех проблем, заавадив своего муженька. В благодарность, что «дочурка» всё сделала сама, Артур, который был и главой Визенгамота, назначил ей самое мягкое наказание за подобное преступление: пожизненное заключение. Впрочем, некоторое его попустительство и негласная поддержка травли не позволили Джинни слишком надолго задержаться в Азкабане. В итоге «дочь» прожила совсем недолго и, к счастью, не помешала нормально баллотироваться. Очередной образ «скорбящего отца» вновь не подвёл. Так что несколько дней назад Артур выиграл выборы на пост Министра Магии и стал полноправным Министром в третий раз, а не просто «исполняющим обязанности». И естественно, стоило случиться этому событию, как потекли «просители» из «родной семьи». Какое облегчение, что их с каждым годом становится всё меньше и меньше. — Отец?.. — в кабинет заглянул «старшенький». Уильям Уизли. Его, по крайней мере, было легко отличить от всех остальных рыжих отпрысков. В своё время Фенрир здорово украсил шрамами лицо Билла, так что тот хорошо ладил с гоблинами и почти не высовывался из недр «Гринготтса», в котором работал. Из всех «детишек» Артура Уильям, пожалуй, был самым деловым и самым уродливым. Они практически не встречались. Разве что на обязательных мероприятиях в честь «Победы над Тёмным Лордом». В остальное время все «контакты с семьёй» проходили через Перси: тот рассылал необходимые подарки на праздники, писал записки о том, что Артур занят важными государственными делами. В конце концов от него отстали, и никто никуда не ждал и не стремился общаться. Всё перешло в деловое русло, и каждый Уизли знал своё место. Даже удивительно, что через столько лет очередной сын напросился на личную встречу, а не решил свои мелкие проблемы через брата, не докучая никому. — У тебя пять минут, после я отправляюсь на совещание, Уильям, — сухо сказал Артур. — Я хочу получить опеку над Джеймсом, Альбусом и Лили. Помоги мне в этом, — попросил «старший сын». — Над кем? — удивился Артур, вычленив одно из имён, которое ненавидел всем сердцем. — Над детьми Гарри и Джинни, — уточнил Уильям. — Твои внуки: Джеймс Сириус Поттер, Альбус Северус Поттер и Лили Луна Поттер. — Ясно, и при чём здесь я? — искренне не понял Артур. — Забирай их, если тебе так хочется. — Я не могу. У них есть опекун. Совершенно посторонний человек, который хочет увезти детей, — Уильям нахмурился и наклонил голову так, что стал похож на быка. Явно демонстрируя упорство. — Посторонний человек не может стать магическим опекуном, — сказал прописную истину Артур. — Только крёстный. — В том-то и дело. У них есть крёстные, у всех, кроме Джеймса. Рон, если ты помнишь, умер. Он был крёстным Джеймса. Но наследство… и дети. Признаюсь, я сам отчасти виноват. Это я нашёл этого Гарри и рассказал ему о детях. Хотел, чтобы он отдал опеку над детьми нашей семье. Но он отказался, — совершенно непонятно забубнил «старший сын». — И почему? — слегка заинтересовался Артур. Ему подобное было непонятно: кому вообще нужны чужие дети? Он рос в приюте, и на его памяти оттуда никого не забирали в семьи. Они никому не были нужны. Разве что в качестве бесплатной рабочей силы или девчонки — разным извращенцам, которые устраивали их в бордели, но это точно не в счёт. — Он не сказал, сказал, что не может, и всё. Что-то связано с магией, он не уточнил, — ответил Уильям. — Он артефактор из Японии, хочет забрать детей туда. — Если всё законно, то не знаю, чем я могу тебе помочь, Уильям, — сказал Артур, потеряв интерес. — Или ты предлагаешь мне нарушить закон? — Нет, но… — слегка смутился «старший сын». — Может быть, это и незаконно. Точно неизвестно. Если ты позволишь неизвестному мошеннику забрать своих внуков без проверки, то это может плохо сказаться на твоей репутации. В конце концов, ты не только Министр Магии, но отец и дедушка. Артур хмыкнул, изучая некрасивое лицо «сына», который вполне выдержал его взгляд. К сожалению, прочесть мысли, чтобы узнать мотивы «отпрыска», не удалось: Уильям был женат на вейле, а те умели защищать своих. — Хорошо, я поручу разобраться в этом вопросе, — сказал Артур, впрочем, сильно сомневаясь, что дети Гарри Поттера кому-то сдались. Зачем? Повлиять на что-то через этих детей невозможно: Поттер сгинул, впрочем, по наблюдениям Артура, его «зять» не особо любил своих детей. Скорее считал их приложением к Джинни. Сам Артур никогда непосредственно не общался со своими «внуками», держал дистанцию практически ото всех из прошлой жизни его тела. Да и после того, как он отправил «собственную дочь» в Азкабан, вряд ли у кого-то останутся иллюзии по поводу его сентиментальности. Внуков у Артура было много, он даже не знал точно, сколько их. Тремя меньше — потеря невелика. К тому же Перси говорил, что Поттеры успели растранжирить всё своё состояние, а значит, за душами этих детишек не было ни кната, чтобы у кого-то была охота о них заботиться. Что-то кроме этого Уильяма никто из Уизли не прибежал просить за детей, да и у «старшего сына», скорее всего, тоже были какие-то скрытые мотивы или он знал что-то, что не знают другие. В конце концов, ободрённый обещанием, Уильям покинул кабинет, но Артур отчего-то всё не мог вернуться к работе. Что-то его сильно смущало, но он не мог понять, что именно. Законы магии едины для всех. Когда-то, когда это его волновало, он изучил вопрос магического права и всё про усыновления и прочее. Когда-то ещё в школе у него теплилась надежда, что он кому-то будет нужен. Но… никто не смог бы забрать детей себе просто так, не имея прав. Разве что Дамблдор провернул финт с Гарри Поттером, определив к родственникам, пользуясь тем, что посадил Сириуса Блэка в тюрьму. Но чтобы при дееспособных крёстных и мёртвых родителях кто-то иной имел больше прав, чем они… Что-то за этим крылось. Артур прикрыл глаза и прокрутил в голове разговор с «сыном» ещё раз. Уильям сказал, что Гарри — артефактор. Может быть, смущает имя? Но «Гарри» — имя распространённое. Пожалуй, не популярней «Тома» или того же «Билла», но всё же… Впрочем, само по себе странно, что в обход крёстных и родственников этот Гарри получил права на детей. Что, если всё взаимосвязано? Возможно, этот Гарри создал какой-то артефакт, который позволяет манипулировать судьбами? С чего-то же Джинни Уизли, которая была по уши влюблена в Поттера, внезапно убила мужа и не смогла сказать на суде ничего вменяемого. Гарри Поттер был известен всему миру и, наверное, и в Японии тоже. Как знать, не решил ли этот Гарри-артефактор испытать какое-то своё творение на известном маге. Артур как никто другой знал, какие сюрпризы порой приносит судьба и как связывает совершенно чужих людей. Его с Поттером связало Пророчество, и было сложно противиться глупому мальчишке. Как знать, может быть, расплатой за изменение судьбы Героя стала привязка к его спиногрызам? С этим на самом деле стоило разобраться… — Перси, пригласи ко мне Главу Аврората, — распорядился Артур, снова обдумывая сложившуюся ситуацию.