Поттер на выбывание

       2 июля 2020 г. Англия, Лондон, Министерство магии Следуя за аврорами, которые, чуть подталкивая его в спину, пошли к площадке аппарации волшебной платформы, Гарри обдумывал сложившуюся ситуацию. Хорошо ещё, что умница Альбус сообразил увести своих брата и сестру. По крайней мере, дети могут пойти в Блэк-хаус, а там безопасно. Вдруг всё затянется, а так они хотя бы поедят. После пробуждения и с восстановления Родового камня, то есть и постоянной подпитки магией для эльфа, Кричер стал довольно деятельным, так что, даже если дети не догадаются позвать его сами, тот всё равно их найдёт. Несложно было догадаться, что инициатива этого ареста исходила от Артура Уизли, который совсем недавно стал Министром Магии. Всё же Уизли когда-то были крепкой и дружной семьёй, которую Гарри так хотел иметь. По крайней мере, во время его юности примеров лучше не было. Это уже потом, когда они с Нортом познакомились с кланом Нура и другими семьями Японии, ну и он почитал всякие фанфики, где мотивы Уизли ставили под сомнения, в детских впечатлениях насчёт этой семьи появились серьёзные сомнения. Впрочем, как и обо всём его детстве, освещённом в тех книгах. Пусть Альбус и Джеймс избегали этой темы, но, кажется, после войны и смерти Фреда всё в семье Уизли разладилось. Ещё Гермиона когда-то вскользь упоминала, что Артур ушёл от Молли. Это было так удивительно слышать. Впрочем, миссис Уизли была своеобразной дамой и, по мнению Гарри, на своего мужа слишком наседала. Артур вечно витал в каких-то своих облаках и порой вёл себя как большой ребёнок, но, наверное, смерть одного из сыновей его изменила. Или так повлияла победа, как знать. Вполне могло быть, что, чтобы не вспоминать о пережитом, глава семейства Уизли с головой ударился в работу. Всё же после войны в Министерстве должен был быть сплошной бедлам и неразбериха, не хватало проверенных людей и всё такое. А Артур работал в Министерстве довольно давно и был «человеком Дамблдора». За прошедшие двадцать лет Уизли становилось всё меньше: сначала на войне погиб Фред, потом умерла Молли, а не так давно убили Рона и не стало Джинни. О том, что Джинни умерла в тюрьме, Гарри узнал только в Британии перед тем, как пришёл с детьми на кладбище. Он не ожидал увидеть её могилу. Даже думал, что надо побольше разузнать об этом деле и попытаться её освободить, но… Оказалось, поздно. Это было неожиданно болезненно, хотя Гарри считал, что давно живёт своей жизнью и забыл о прошлом, в котором правит балом «другой Поттер». Оставалось только гадать о причинах поступка Джинни, но Норт ставил на то, что от нехватки магии из-за своей Печати Предателей Крови Джинни реально сошла с ума, а детям повезло, что они в тот момент были в школе. Гарри не знал, что и думать, но сам склонялся к тому, что, возможно, в какой-то момент обман «лже-Поттера» был раскрыт, а Джинни, которая всегда была импульсивна, запаниковала. Это даже мог быть несчастный случай или вроде того. По крайней мере, Гарри никак не мог представить, что его подруга подобное спланировала. Норт с этим согласился, и они сошлись на мысли, что присутствовал какой-то фактор случайности, что-то вроде «состояния аффекта» или вроде того. Вполне жизненной была и теория, что на самом деле лже-Поттера, который был значительной шишкой на ровном месте, убил кто-то другой и заставил Джинни взять вину на себя. Как бы там ни было, но после смерти родителей и общественных волнений и скандалов, которые та вызвала, детям должно было быть нелегко в Хогвартсе, в котором настроения студентов меняются от любви до ненависти в один день. Смерть лже-Поттера круто изменила многие жизни. И если Джинни уже было не спасти, то её детям, которых она наверняка очень любила, можно было помочь. Гарри бы помог им и без магии, которая определила, что теперь он родитель Джеймса, Альбуса и Лили. Это было немного странно, но магически и биологически это было так. Вероятней всего, Артур волновался за своих внуков, которых, по его мнению, кто-то пришлый собирается забрать в чужую страну. Гарри был немного удивлён, что Артур не появился раньше. Впрочем, выловить его было почти нереально: даже когда он находился в Лондоне, то был занят обустройством постоянного порта и никуда из Блэк-хауса не выходил. Так что на самом деле оставалось только ожидать встречи на вокзале. — Мы совершим парную аппарацию, — предупредил один из авроров, а затем Гарри перекинули на другую площадку. Он даже чуть растерялся, потому что думал, что они будут где-то в подворотне у телефонной будки или того общественного туалета, в который он однажды имел сомнительное счастье «смыться», но они оказались на крыше здания. — Сюда, — подтолкнул страж порядка, и они спустились вниз по лестничному пролёту, вышли из неприметной двери в углу Атриума и спустились вглубь Министерства, но не на лифте, а коридорами. У одной из статуй Гарри ярко вспомнилось, как здесь развернулось сражение Дамблдора и Волдеморта. Расположение отделов Министерства не слишком отложились в памяти, но авроры привели точно не на второй подземный этаж, на котором находился Отдел Магического Правопорядка, а куда-то на минус четвёртый и завели в неприметную дверь в углу. — Рад вас видеть, мистер… Салливан, — раздался глубокий баритон из массивного кресла, и в сидящем там человеке Гарри с огромным трудом узнал Артура Уизли. Некогда неряшливый и нескладный мистер Уизли, который имел встопорщенные рыжие усы, носил квадратные очки и нелепый твидовый костюм в клетку, полностью сменил имидж. Раньше свои небольшие залысины Артур пытался прятать и зачёсывал на них что-то вроде чёлки, а то и просто натягивал всякие шляпы и колпаки, теперь же волосы были зализаны каким-то составом, так что причёской Артур походил на загримированного Драко Малфоя, который мелькнул на вокзале первого сентября пару лет назад. К тому же «влажный эффект» делал волосы темнее, не такими рыжими, а скорее тёмно-коричневыми. Усов не было, на носу еле заметно поблёскивала тонкая оправа небольших овальных очков, лоб казался больше, и оттого весь вид нового Министра Британии был внушительным и солидным. Взгляд голубых глаз был холоден и никак не вязался с воспоминаниями о вечно затюканном и забитом муже миссис Уизли, ходившем с застывшей маской вины и обиды на лице. — Садитесь, — сделал приглашающий жест Артур, кивком отпуская авроров сопровождения, которые, впрочем, остались за дверями. Гарри прищурился на предложенное кресло. Интуиция и чувства говорили о том, что с этой мебелью что-то не так. В процессе общения с британскими стражами порядка палочку у него забрали и провели короткий обыск с помощью магической лозы. Но не палочкой единой колдует маг, а лоза может обнаружить лишь некоторые узконаправленные вредоносные артефакты. Настроившись на магическое зрение, Гарри понял, что стул это «допросный артефакт», который ослаблял или вовсе снимал ментальную защиту того, кто в него садился. Всё же для использования веритасерума нужно основание, да и стоимость сложного зелья правды сама по себе была немалой, а изготовление — долгим, трудоёмким и требующим в штате Мастера зельеварения высокого класса. Для разговора с пристрастием могло хватить и подобного кресла, чтобы подавить волю и узнать нужную информацию. Если до встречи с Артуром Гарри подумывал о том, чтобы сказать, кто он такой, чтобы успокоить своего в какой-то мере родственника, то теперь его планы изменились. Более того, из-за настройки на магические потоки появилось очень странное ощущение, которое не появлялось очень давно. Настолько давно, что он уже решил, что всё себе придумал или ему внушили. Шрам исчез более двадцати лет назад, когда Волдеморт почти убил его, точнее какую-то часть себя внутри него, но Гарри внезапно вновь ощутил, что его исчезнувшая метка запульсировала внутри. Совсем безболезненно, где-то на краю сознания, но слишком знакомо, чтобы это игнорировать. Как бы странно это ни было, но человек, который изображал Артура, был не Артуром Уизли. И Гарри гадал, как же этого никто не заметил! И тут же находил ответ: он сам предполагал, что смерть сына «встряхнула» главу семьи Уизли. Для всех остальных перемены были не резкие, а плавные, незаметные, растянутые во времени. Ушёл из семьи, поссорился с детьми, и оказывается, что никто ничего и не знает о мистере Уизли. Всё то же самое, как было с лже-Поттером! Тот тоже отдалил от себя друзей, «изменился и взялся за ум после войны», как бы вырос и стал серьёзным. На самом деле мы так мало знаем об окружающих нас людях. Каждый находится в собственном мирке, озабочен своими проблемами, радостями и горестями. Людям обычно не особо интересны другие. Тем более все же «самые умные» и горазды «думать за других» и ловко «объяснять», в чём же причина перемен в любом человеке. Последнее, о чём подумаешь, это «наверное, в него вселился кто-то другой», люди привыкли всё упрощать, особенно в чужой жизни, это своя кажется неимоверно сложной и запутанной, не то что у некоторых. Если Волдеморт каким-то образом вселился в тело Артура Уизли, то это на самом деле был гениальный ход. Похоже, что в этом ученик пошёл по стопам своего учителя и думали они одинаково. Вот только Гарри совершенно не знал, что теперь делать ему. — Садитесь, мистер Салливан, — с нажимом повторил Артур, возвращая Гарри к реальности. — Вы издеваетесь или это какая-то проверка? — процедил Гарри, подражая тону Норта, когда тот был чем-то недоволен. Необходимо было узнать, догадывается ли о его природе Артур-Том, а также прояснить ситуацию насчёт этого «разговора с арестом». — Я подданный другой страны. Известный артефактор, работающий на магический двор Императора. И вы предлагаете мне сесть на это… убожество? Какой жопорукий Подмастерье это делал? Силовые линии и блоки торчат изо всех щелей. Вы вообще в курсе, что нарушаете магическую конвенцию? Я согласился на разговор, но никак не на допросы посредством этого порождения засыпательного дивана и любимой табуретки Годрика Гриффиндора. Кажется, его спич произвёл впечатление, потому что лицо лже-Артура вытянулось от удивления. Увы, будучи в «официальной власти», Волдеморт сам связал себя множеством условностей. Например, законодательным правом и кучей обязанностей. Это только кажется, что Министр может делать, что хочет. Но даже если привели человека в застенки после рабочего дня Министерства, а авроры были из какой-то личной гвардии и полностью преданы, то Гарри будут искать. К тому же дети смогли уйти, а Норт наверняка сам прибудет в Блэк-хаус портом, когда они слишком задержатся и не будут в Осаке вовремя, как договорились. Норт может с боем прорываться в Министерство, всё это потянет международный скандал, и Британия вновь может оказаться в изоляции, как было во времена «Магической войны». Гарри не слишком вникал в политику бывшей родины, но Артур был Министром и до этого и ничего противоправного пока не совершал, наоборот, даже как будто зарекомендовав себя очень честным и порядочным, желающим привести страну к процветанию. Тело Артура было для Волдеморта в какой-то мере клеткой. С другой стороны… Дамблдор на самом деле был не подарок и только играл роль «доброго дедушки», как знать, была бы та магическая война вообще, если бы в своё время Тому не помешали. Всё было сложно. — Хорошо, — достал свою палочку Артур, и Гарри напрягся. С другой стороны, все его измышления могли быть в корне неверными. Вполне могло быть, что хорошим Артур только притворялся, так как был на виду и рядом с ним был Гарри Поттер, самозванец, но кто же это знал. Вёл-то Дамблдор себя вполне по-настоящему. К тому же в новом теле быстро дослужился до Главы Аврората. А потом сам стал Министром. Лже-Поттер сам был сдерживающим фактором, который к тому же знал Артура ещё до… Тут Гарри буквально осенило: а что, если Артур и убил лже-Поттера и подставил свою дочь? Лже-Артур явно был вхож в их дом, и ему доверяли как «человеку Дамблдора». А потом показал своё истинное лицо, отправил Джинни умирать в Азкабан и снова занял кресло Министра. Вот только сличать его уже было некому и не с кем. Гарри уже мысленно обратился к своему неснимаемому щиту, ожидая атакующего заклятья, как лже-Артур испепелил артефактное кресло и на его место встал обычный стул. — Извините, мистер Салливан, — хмыкнул Артур, убирая палочку во внутренний карман. — Я знал, что вы артефактор, хотел, чтобы вы оценили мои неуклюжие попытки тоже что-то создать. Уже удивительно, что вы подумали о том, что это сделано Подмастерьем. — Так это кресло — ваша работа? — удивлённо спросил Гарри, заметив лёгкий румянец на чужих щеках. — Да… Иногда что-то находит, — как будто чуть смущённо ответил лже-Артур. — Это помогает отвлечься… от разного… Кхм. Впрочем, я не хотел вас слишком задерживать. И предлагаю всё же поговорить о деле. — Я слушаю, — Гарри сел на стул, изучая лицо лже-Артура и раздумывая, как же ко всему этому относиться. Волдеморт, который делает поделки… Но Волдеморт ли? Артур точно увлекался чем-то таким, вечно торчал в гараже, разбирая всякие штуки, сам создал ту летающую машину, которую они с Роном так браво разбили о Гремучую иву. Даже шевельнулась мысль, что если Волдеморт как-то захватил часть сознания Артура, то это могло быть как с профессором Квирреллом. В конце концов, метка отреагировала еле-еле… Может быть, он был изначально прав насчёт того, почему изменился Артур, а Волдеморта в нём нет или же… Гарри выдохнул, вспомнив об одном обстоятельстве, которое почти забыл. Артура кусала та гигантская магическая змея! Норт тогда еле вытащил Уизли из Авалона и смог благодаря этому найти антидот к яду, когда змея набросилась и на него. Может, всё дело в этом? И Артур оказался немного заражён магией фамильяра Волдеморта? К тому же… По всем ощущениям магия у Артура, когда тот испепелял своё кресло, циркулировала свободно, словно не было у него никакой Метки Предателя Крови. А значит… Яд часто используется и как лекарство. Возможно, тот укус спас магию Артура, и, почувствовав себя сильным и уверенным, тот и решился разорвать связи с супругой, которая, по идее, должна была начать от него подпитываться… — Я хотел бы узнать ваши мысли по поводу того, почему вы стали опекуном моих внуков, мистер Салливан. Я несколько этим обеспокоен и хотел бы убедиться, что всё имеет законную силу, — прервал череду его размышлений голос Артура. Всё-таки Артура!