Поттер на выбывание

       1 сентября 2020 г. Япония, о.Окинава Книги не врали: в школу Махотокоро детей на самом деле забирали гигантские буревестники. Птицы были магически оснащены чарами и чем-то вроде сёдел, так что свалиться детям не грозило. Когда чёрные точки на горизонте пропали, Гермиона вздохнула и почувствовала, как Драко взял её за руку. Она посмотрела на Малфоя и в который раз удивилась, насколько круто поменялась её судьба за каких-то несколько месяцев. В начале школьных каникул к ним в коттедж нагрянул Джеймс Сириус Поттер и его опекуны, в которых с трудом, но всё же узнавались профессор Северус Снейп и… друг её детства Гарри Поттер. Не тот, кто вырос в сурового Министра, а другой, более мягкий, улыбчивый и умеющий наслаждаться жизнью. Вот уж точно «жизнь накладывает свои отпечатки». В тот день в гостях Гермионы и её детей был Драко Малфой, и благодаря ему вообще удалось приоткрыть завесу этой тайны и избавиться от непреложных обетов. Иначе за любые движения или слова касательно Салливанов можно было расплатиться жизнью. После короткого визита Джеймса и его опекунов Гермиона с Драко и детьми отправились в Париж, в Диснейленд, и, пока дети развлекались, они с Малфоем перебирали варианты, как же так получилось, пытаясь разгадать загадку. Драко всегда был умён, в школе неформально они вечно соперничали за оценки, и Малфой злился, что всегда был вторым в рейтинге. Общие тайны объединяют. А когда делишь их с умным человеком… Гермиона рассказала Малфою о своём побеге из Британии и о том, как на ритуал поиска Гарри у неё появились две координаты: в Британии и Японии. И о том, как она впервые встретила Салливанов. Самой правдоподобной оказалась версия с хроноворотом. Она сама работала с этим артефактом, и у него имелась куча ограничений. Драко вообще сообщил, что их должны были все уничтожить, но когда она рассказала свою теорию, то тоже с ней согласился. Вспомнив досконально события того второго мая во время битвы за Хогвартс, Гермиона предположила, что, когда они с Гарри разделились после смерти Снейпа, тот нашёл в кабинете директора не только воспоминания, из-за которых он должен пасть от руки Волдеморта, но и хроноворот. И, скорее всего, под впечатлением от увиденного, ощущая раскаяние из-за того, что они практически бросили профессора умирать, решил его спасти. Даже по книгам сообщалось, что тела же так и не нашли, и до конца не было ясно, кто же поджёг Визжащую хижину. Гермиона добивалась оправдания Снейпа посмертно и прекрасно знала, что на кладбище героев похоронили пустой гроб. Адское пламя сжигает всё до костей. От Винсента Крэбба тоже не нашли ничего, кроме пепла. Они предположили, что Гарри отмотал время назад в тот жуткий день, второго мая тысяча девятьсот девяносто восьмого года. Так как Гермиона пользовалась хроноворотом, то помнила, что артефакт защищён. Если вдруг попытаешься заговорить сам с собой или о чём-то предупредить, то впадёшь в ступор, а защитные дезиллюминационные чары тебя прикроют во избежание временных коллапсов. Вполне могло быть, что, толком не разобравшись и зная об артефакте лишь поверхностно, из одного-единственного раза, когда они спасли Сириуса и Клювокрыла, Гарри сделал что-то не так. Технически в определённый отрезок времени Гарри был в двух лицах. Если один из них, например, тот из будущего, который вернулся в прошлое, отправился и был «убит» Волдемортом раньше, чем истекло время по хроновороту? Возможно, получилась какая-то временная петля или даже сам по себе артефакт повредился: всё же то, что было с ними, никак не подходит под определение «обычные повседневные дела», которые и только которые рекомендовалось решать с помощью хроноворота. Возможно, из-за смерти во время действия артефакта Гарри и смог воскреснуть, но при этом у него остался магический двойник, который спас Снейпа. Двоим «героям» было слишком тесно в Британии. Да и Поттер-министр мог вообще не знать, что у него есть он сам, живущий где-то параллельно, и не желающий больше отдуваться за ужасы войны. Поэтому второй Гарри сменил фамилию и просто сбежал вместе с профессором Снейпом искать счастье где-то в другом месте и чтобы не мешать своей «второй половине» устанавливать порядки. Гермиона признавала, что сама при такой ситуации тоже бы поступила похожим образом. Не стала бы нервировать друзей и родных, которые бы начали искать способы обратно соединить её или что-нибудь в таком роде. Всё же часть её жаждала знаний, путешествий, каких-то приключений. Она могла с чистой совестью оставить Британию, Поттера и даже Рона, чтобы не смущать их выбором. И уехать. Тем более, что у Гарри был компаньон по мечтам. А с профессором Снейпом и Гермиона бы не отказалась куда-нибудь махнуть. Драко, например, и не имея раздвоения, примерно так и сделал. Сбежал из Британии, хотя какое-то время пытался там жить, но в конце концов не выдержал давления, постоянных подозрений, насмешек, обысков. Не чувствовал себя в маноре, который стал словно проходной двор, в безопасности. Это уже не было домом, в котором его семья может укрыться и ничего и никого не бояться. Драко не хотел, чтобы его сын учился в Хогвартсе и его там травили дети Уизли или кто-то ещё. Не хотел, чтобы его ребёнок жил в страхе. И Гермиона его понимала. Эти события, разгадки тайн и понимающий человек словно вернули Гермиону к жизни. Она снова дышала полной грудью и словно сошла с рельсов, с накатанной колеи, перестала ощущать пустоту, которая образовалась после смерти Анри и многих других некогда дорогих ей людей. Возможно, просто воздух Парижа такой волшебный и пронизанный определёнными флюидами, но в последний вечер в столице, уложив намаявшихся детей, они с Драко гуляли, встречали рассвет на берегу Сены и целовались, как подростки. Рози и Хьюго остались у бабушки и дедушки, а Гермиону внезапно накрыл бурный роман. Она всегда считала Малфоя холодным, как рыба, но… под маской ледяного принца Слизерина кипели нешуточные страсти. А потом в гости к Гермионе всё же пришёл Гарри и рассказал, что дело было не в хроновороте, хотя теория показалась ему вполне жизнеспособной. Гарри даже немного непонятно посмеялся, что «можно написать фанфик». Впрочем, магический двойник точно в истории присутствовал, и было ясно, как же так вышло с детьми. Гермиона признала, что её непреложный обет десять лет назад был необходимостью и Гарри был прав насчёт этого. Тогда она и правда могла наворотить дел и подставить его и профессора Снейпа. Сначала между ней и Гарри ощущалась некоторая неловкость, но… потом со старым другом стало так легко, весело, беззаботно. Гермиона рассказала об Анри и про Драко… О своих детях, своей жизни. — Перебирайся в Японию. Серьёзно, — вдруг предложил Гарри. — У твоих детей есть защитные артефакты. Можно подучить язык, но пока пользоваться магическим переводчиком. Я сам его сделал для своих. У нас с Нортом есть связи, устроим тебя… Да и вообще нам бы самим не помешала толковая помощница, а у тебя прекрасный опыт работы в библиотеке Альпийской Гильдии. — Я… не знаю… — смутилась Гермиона от такого предложения, но сердце сделало кульбит. — Между прочим, Норт хотел предложить Малфою тоже переехать в Японию. Норт — Мастер Зельеварения и Целительства. И уровень целительства в Японии на порядок выше, чем европейский. Есть чему поучиться… — хитро улыбнулся Гарри. — До сих пор не могу поверить, что Малфой стал целителем… — Думаешь, он согласится? — заложила прядь волос за ухо Гермиона. Она не знала, что между ними с Драко происходит. Было это что-то серьёзное или это просто желание не быть одному и найти человеческое тепло и поддержку. Слишком мало они встречались, слишком много тем обходили. — Я не знаю, Гермиона, — улыбнулся Гарри. — Но мне кажется, что если ты согласишься, то и он тоже. Я сделал стационарный портал в Блэк-хаусе. Значит, ты сможешь временами бывать здесь, навещать родителей. — Вообще-то, я совсем нечасто это делаю, — призналась Гермиона. — Из-за работы получается только вместе с детьми в каникулы. Мама и папа всегда рады внукам, но со мной… Думаю, это последствия того стирания памяти. Они понимают, что я их дочь, но… наверное, просто этого больше не чувствуют. Поэтому я чувствую себя там чужой и сокращаю визиты до вежливого минимума. А Рози и Хьюго они обожают… Но вообще предложение заманчивое, я подумаю… А потом было объяснение с Драко, который пришёл к ней вечером весьма мрачный и весьма воодушевился, когда узнал о предложении Гарри. Гермиона поняла, что Малфой очень хотел бросить всё и поехать следом за нашедшимся крёстным. Возможно, потому, что родных ему людей на свете осталось слишком мало. Люциус Малфой умер в Азкабане, так и не дождавшись суда. Расследования, что же случилось, не проводили. Нарцисса Малфой сильно сдала после смерти супруга и умерла, когда Скорпиусу было четыре года. После этого Драко с семьёй перебрался во Францию. А затем у него умерла жена от какого-то застарелого проклятия, которое, возможно, навесили ещё в Британии. Прошло более двадцати лет, но их обоих преследовали потери и призраки войны. Они вроде бы сражались по разные стороны баррикад, по крайней мере, вначале, но понимали друг друга. Малфой сказал, что у Скорпиуса, кроме Рози, не было друзей в школе. Но ради счастья сына Драко был готов оставить ослепившую мечту уехать на другой конец света и попробовать начать жить заново. Узнать что-то новое. Постигать другие грани колдомедицины. Что он в любом случае хочет начать жизнь заново, но только если в этой жизни будет Гермиона… Дети вполне спокойно восприняли тот факт, что будут жить в другой стране, покинут Шармбатон и должны влиться в новую школу. «Главное, все вместе», — важно заметила Рози, и Гермиона даже заподозрила, что это дети решили свести их вместе: слишком уж гладко и складно всё вышло, и никто из троих детей не был против их отношений с Драко. В конце августа они воспользовались порталом в Блэк-хаусе и окунулись в новую жизнь в магической Японии. А сейчас провожают детей в новую магическую школу, до которой добираются на птицах. — Насколько я знаю, учебный год здесь начинается в апреле? — спросил Драко у Гарри. — Ничего, что они отправились в школу в сентябре? — Да, сейчас у них второй триместр после летних каникул, — согласился Гарри. — Местные студенты уже учились два с половиной месяца. Но я сам про детей узнал лишь в апреле. Да и забрать их из Хогвартса не представлялось возможным. Мы смогли договориться с директором Махотокоро. Это практикуется для редких иностранцев. Их зачислили на первый, третий и пятый курсы, чтобы программа была похожей и они подучили язык. Так что ничего страшного, если начало учёбы они пропустили. Программа будет им частично знакома, и этим всё компенсируется. — Я прочитала, что можно видеться с детьми не только на каникулах. Есть какой-то график, только я ещё не так хорошо знаю японский, чтобы точно понять, что имеется в виду, — сказала Гермиона. — Да, в основном на море царит хорошая погода, бури здесь только пару месяцев в году, — кивнул Гарри. — В остальное время детей можно забрать с Окинавы на выходные. Их также доставляет стая буревестников. В какой-то очерёдности, чтобы за один заход. Через неделю младшие курсы, через неделю старшие курсы или по какой-то договорённости, если дети разных возрастов. Надо предварительно согласовывать график, что ты точно заберёшь ребёнка и знаешь, когда и во сколько он прибудет. — Поэтому многие волшебники, у которых есть дети, живут на Окинаве или снимают здесь дома, — дополнил Норт Салливан. — Кстати, на самом деле остров гораздо больше, чем на картах магглов, просто больше чем на четыре пятых скрыт. Гермиона поначалу с трудом сдерживалась, чтобы не звать бывшего профессора Северусом Снейпом, но в конце концов привыкла и к новому имени. — И у нас на Окинаве есть дом, — сказал Гарри. — Но мы его купили чуть раньше… Просто для отдыха. Пойдёмте туда: можно наконец выдохнуть, немного передохнуть и отметить поступление детей в магическую школу Японии. Они пошли вдоль магического пляжа, с которого стартовали гигантские буревестники. — Кстати, Гермиона, тебе, наверное, будет интересно, что в Японии официально полное равноправие магических рас, так что у нас в соседях ёкаи. Мы неплохо общаемся. — Ёкаи — это же что-то вроде вампира? — уточнила Гермиона. — Ну… не совсем. Ёкаи разные, далеко не все пьют кровь. Точней, те, что пьют кровь, чаще всего живут за вратами Ифуядзака, в стране Изумо. Либо носят специальные метки и амулеты для замещения жажды крови. Тут с этим серьёзно и Договор соблюдают с обеих сторон. Большинство ёкаев или их полукровок едят вполне обычную еду, иногда питаются эмоциями или какими-то определёнными чувствами. Тут много оборотней, почти все имеют человеческий вид, но не зависят от фаз луны или тому подобного. Охраняют природу, ну и всё такое. Ещё есть каппа. Это водный дух. Один из них, мой знакомый, живёт у самой воды… Мы вместе в Оммёдо учились, классный парень. А как на сёрфе катается, закачаешься! Он научит и подстрахует… Гермиона слушала, как Гарри разливается соловьём, и улыбалась, чувствуя себя невероятно счастливой, а ещё, что Япония открывается совсем с иной стороны и полна загадок. Начать новую жизнь никогда не поздно. Главное — не испугаться сделать верный шаг. Она вспомнила, какими глазами смотрел Скорпиус на ритуал усыновления и удочерения, который накануне отъезда детей в школу провёл Гарри с подстраховкой Норта. Гарри тогда сказал, что по-японски приёмного отца можно звать по имени и добавлять «отоо-сан», а Скорпиус спросил, как по-японски следует называть приёмную мать. Тогда сердце Гермионы сжалось от невыносимой нежности, а Драко посмотрел на неё так, что закружилась голова. Мысленно Гермиона летела с детьми на волшебных буревестниках, которые несут их через океан к новым знаниям и новым приключениям. Странные родственные связи образовались у Джеймса, Альбуса, Лили да и Рози с Хьюго и Скорпиусом, но если связь крепкая и искренняя, то какая разница, кто кому и кем приходится? Чужой ребёнок может стать своим, чужой человек может стать родителем. Главное — понять, принять и укрепить эту связь. Держаться и не оборвать.