Элен и Георгина

Шаг. Они шли вместе, держась за руки, крепко переплетая пальцы. Каждая думала о настоящем, совершенно не задумываясь о том, что будет там — в будущем — их будущем. Лишь те мгновения, которые перетекали по их венам, словно яд и противоядие, означало лишь одно — они нашли себя. Снова. Где-то в древних книгах написано, что зло — не может быть с добром, а добро — не может быть со злом. Ложь. Обвинение. Вспомните сказание: возлюби ближнего своего! И они это сделали. Плевать на правила внешнего мира. Теперь в их истории — есть лишь они. Мортиша крепко сжимала ладонь блондинки, когда они направлялись к дому. Каждый шаг и душа наполнялась непривычным теплом и уютом, которое Аддамс совсем позабыла. Последние несколько лет, приходя домой, она чувствовала лишь холод, который сжигал её изнутри. И бывшая директриса заметила это, когда черноволосая прижилась к её плечу щекой, стараясь скрыть мелкую дрожь в теле. Когда Уимс открыла дверь в собственный дом, резкий запах алкоголя — поразил обоих. Блондинка густо покраснела, ведь совершенно забыла об этом, а времени проверить квартиру — не было. Женщина стыдливо опустила голову, не смея перешагивать через порог. Ей казалось, что она упала в глазах Аддамс. Но когда черноволосая потянула её за руку, зовя в дом — она шагнула и забыла абсолютно обо всём, что было раньше в её жизни. Им было снова по шестнадцать. Такие юные и наивные. Никогда не знающие, что такое любовь на самом деле. Уимс следовала за ней, а Мортиша освещала ей путь. От неё всегда пахло смертью. Приятной смертью. Когда не страшно умирать, а ласковые руки зовут в мир иной и ты охотно идёшь. И Лариса шла, не обращая внимания на других, которые обходили Фрамп стороной. Это нельзя было назвать простой дружбой, связью или привязанностью. Это ощущение не поддаётся логичным объяснениям. Оно лишь расползается по телу, как змея, но не кусается и убивает, а греет и успокаивает. Она была моим домом, в который я хотела приходить. Уимс не знала, что делать. Она ощущала себя подростком, но судя по реакции Мортиши — она разделяла это чувство в полной мере. Но молчания не было. Были лишь ласковые касания, когда они вновь переплели пальцы, медленно опускаясь на пол. Ноги не выдерживали такие чувства, да и разум тоже. Они сидели на холодном полу, смотря вперёд и наслаждались желанной тишиной. Без лишних мыслей, людей, голосов. — Так необычно, правда? — тихо спросила Мортиша, рассматривая черты лица блондинки. — Никогда не ощущала себя дома, как дома, — призналась бывшая директриса, опуская голову на плечо черноволосой. — Словно, какая-то деталь вернулась на место, складывая пазл. Мортиша молчала, ласково поглаживая заметные костяшки на чужой руке. Она чувствовала и понимала Ларису, словно на место возвратилась давно забытая связь. Женщина положила свой подбородок на голову Уимс, глубоко вдыхая пряный запах яблок и корицы, с нотками алкоголя. Пара сидела долго, размышляя о вселенной и о том, что они будут делать. — Может, по чашке чая? — предложила блондинка. — Было бы неплохо согреться после дождя. Да и принять ванную — тоже бы хотелось. — О, да, конечно, — ответила черноволосая, выходя из транса. — Я не против. — Тогда нам следует подняться. Мортиша поднялась первая, подавая руку другой женщине. Уимс охотно её протянула, растягивая губы в привычной улыбке. Когда они шли на кухню, то блондинка заметила, что чёрные волосы слегка запутались из-за грозы. Она коснулась их, пытаясь расчесать пальцами запутавшиеся пряди, Аддамс резко остановилась, обернувшись и вопросительным взглядом пронзая тело Ларисы. — Твои волосы запутались из-за дождя, — пыталась объяснить она, неловко показывая пальцем. — Я совершенно не… — она замолчала, когда черноволосая приложила палец к её губам. — Я просто не ожидала, — выдохнула Мортиша, когда по телу прошлась заметная дрожь. — Мне стоило тебя предупредить. — Нет, это мне стоило предупредить тебя, что волосы — самая чувствительная зона моего тела. И твои прикосновения вызывают у меня совершенно не ту реакцию, которую ты ожидаешь, Лара, — губы расплылись в кошачьем довольстве, вызывая румянец на щеках высокой женщины. — Но если ты сделаешь это ещё раз, думаю, я не смогу удержаться и поцелую тебя, высасывая душу, словно дементор. — Я обязательно сделаю это ещё раз, — ответила высокая женщина, целуя руку Аддамс. — Я и не сомневаюсь, милая. Это заставило обеих громко рассмеяться, но в голове у бывшей директрисы засел план: вновь дотронуться до волос черноволосой, чтобы добиться той реакции, которую она теперь ожидает. Добравшись до кухни, Уимс быстро набрала чайник и поставила его на плиту, смотря на Мортишу, которая разглядывала комнатку. Для неё это казалось чем-то другим. Она привыкла к тёмным тонам, но почти всё в доме блондинки было светлым. — Всё хорошо? — женщина волновалась. — Да. Просто непривычно находится в светлой комнате. — Ты можешь пока принять душ, а там мы можем уйти в мою спальню. Там не так светло, да и чай удобнее пить будет. — Это первая причина почему я полюбила тебя, — подметила черноволосая, подходя ближе на несколько шагов. — Ты всегда заботилась обо мне больше, чем об остальных. — Я не могла по-другому. Ты — богиня моего сердца, — Уимс «незаметно» провела пальцами по шелковистым волосам. — Это намёк? — поинтересовалась она, вставая на носочки. — Да. Мортиша коснулась её губ. Ресницы блондинки затрепетали, отдаваясь приятной лихорадкой по телу. Она закрыла глаза, положив руки на талию черноволосой, притягивая ближе к тебе. Мягкие губы касались других множество раз, пока черноглазая не запустила руку в светлые локоны и, не прижалась сильнее. Аддамс целовала ласково, без лишней страсти, которую она так обожала. Лариса могла поклясться, что её тело уходило в другое измерение, но она совершенно не хотела заканчивать этот поцелуй. Когда Мортиша отстранилась, на её бледных щеках был слегка заметный румянец. — Это называется «поцелуй дементора?» — решила подразнить Уимс, облизывая верхнюю губу. — Вкус вишни, — протянула она, довольным голосом. — Сладкая. — Ты меня в могилу сведёшь, — буркнула черноволосая, отводя смущённый взгляд. — Только при условии, что нас похоронят вместе и в одинаковых гробах, — предложила блондинка. — Это обязательное условие, дорогая. Уимс немного поразмыслила. Она хотела ещё поцелуй. Ещё раз попробовать эти великолепные губы. Она наклонилась, чтобы взглянуть в чёрные глаза и ухмылка заиграла на её лице. — Теперь эти прелестные и сладкие губы принадлежат мне, — заявила бывшая директриса, аккуратно быднув Аддамс в лоб. — Интересно, у всех вампиров такие идеальные губы или только у тебя? — Только у меня, — ответила женщина, возвращая на место чеширскую улыбку. — Тогда я готова целовать их целую вечность, — она закрепила свои слова тем, что вновь поцеловала Мортишу, аккуратно запуская ладони в чёрные волосы. — Ты моя смерть, Лара, — она ответила на поцелуй, обвивая шею высокой женщины. — А ты моя жизнь. От блондинки пахло крепким алкоголем, но это лишь подбивало сделать их поцелуй небрежным. Аддамс была готова отдать всё, чтобы убрать эти алкогольные мешки под глазами Уимс. С каждой секундой, поцелуй переходил в что-то большее, но они вовремя отстранились, не желая раньше времени переступать черту. В это время раздался скрипучий свист чайника. — Покажешь мне ванную комнату? — спросила Мортиша, большим пальцем стирая помаду на чужой щеке. — А то мне бы не помешало смыть всю грязь, накопившуюся за сегодня. — Надеюсь, я не вхожу в число этой грязи? — блондинка взяла её за руку, выводя из кухни. — Нет, ты входишь в число моей ходячей смерти, — ответила Аддамс, бросая на неё зоркий взгляд. — Что-ж, думаю, это привилегия мне подходит, — ответила женщина, открывая дверь в ванную. Когда Мортиша прошла в внутрь, она удивилась. Тут всё было обложено серой плиткой, а свет был приглушён. — Вон там лежат полотенца, — блондинка указала на шкафчик. — А все средства стоят на полочке в самой ванной. Если что-то надо будет — зови. — Мне нужна будет помощь с платьем, — женщина повернулась к ней спиной, указывая на бегунок. Уимс поняла намёк и нежно коснулась спины, начав тянуть бегунок вниз. Взору открывалась бледная кожа и она не удержалась, оставляя там теплый поцелуй. Мортиша приятно вздрогнула, когда поняла, что поцелуи не прекращаются. Когда блондинка расстегнула платье, то она отстранилась, осознавая, что оставила множество отметин на коже от помады. — Я не удержалась, — неловко призналась женщина, пытаясь стереть отметины, но лишь сильнее размазала их. — Бля. — Не переживай. Скоро я тоже тебе отметины оставлю, — усмехнулась черноволосая, оборачиваясь к ней. — Иди и готовь чай. Дальше я сама справлюсь. Женщина скрылась за дверью, позволяя Мортише раздеться до конца. Каждая теперь занималась своими делами, позволяя мыслям заполонить голову. Аддамс стояла под прохладным душем, стараясь снизить нарастающее возбуждение из-за прошлого поцелуя. Уимс готовила свой фирменный чай: ломтики яблока и палочка корицы. Он помогал расслабиться после тяжелого дня. Им снова по шестнадцать. Такие молодые. Но каждый замечал, что между ними есть связь, которую нельзя разорвать. Даже если кто-то из них умрёт, другую половинку будет тянуть в землю, лишь бы найти там своё успокоение. Мортиша читала про такую связь в древних книгах. Раньше за такое сжигали на костре, как древних ведьм, но кто-то считал, что это связь — была послана всевышним ради благополучия людей. Но шли времена, а эта связь навеки осталась запретной. Никто больше не пытался тянуться к тем, кто был им предназначен на самом деле. Выходили замуж, рожали детей, умирали в полном одиночестве, хотя рядом лежало тело. Годы шли, менялись люди, поколения, но связь так и называлась запретной. Лишь храбрецы могли показывать её у всех на виду, за что были обезглавлены либо жестокого наказаны. Всевышний создал Адама и Еву. Значит, женщина должна быть с мужчиной. Это грех, пытаться обмануть всевышнего. Ложь. Всевышний хотел, чтобы все были счастливы, а остальное уже придумали люди. Но они не верили и снова закрывали великие книги, не желая читать истину своими глазами. Мортиша закрыла глаза, напрягая нюх, чтобы уловить пряной запах яблок. Её желудок издал умирающий стон, давая сигнал о том, что она жутко голодна. Женщина вылезла из ванной, обматываясь двумя длинными и тёплыми полотенцами. Потом вышла из ванной и направилась прямиком на запах. — У тебя тут вкусно пахнет, — промурчала Аддамс, усаживаясь на стул. — Ты проголодалась? — спросила блондинка, разливая чай по стаканам. — Можешь пока пойти переодеться, я приготовила тебе в спальне длинную рубашку и новый комплект нижнего белья. А потом, мы поужинаем. — А где находится спальня? — Прямо по коридору. Если не найдешь, позови меня. Мортиша ушла, а Лариса принялась доготавливать стейк. Запах специй стоял теперь по всему дому. Женщина быстро нашла комнату. На кровати лежала чёрная длинная рубашка, а рядом комплект нижнего белья. У неё было время рассмотреть спальню, но она не стала. Была жутко голодна. Аддамс быстро переоделась и повесила полотенца на стульчик. Единственное, что она заметила — это стоящий кактус на тумбочке. И теперь черноволосая обязана спросить, кто этот маленький дружок. Когда Мортиша обратно вернулась на кухню, то еда уже стояла на столе, а желудок вновь болезненно сжался. — Садись и ешь, пока горячее, — Уимс выглядела до жути довольной. — Спасибо, а то мне кажется, я сейчас умру от голода, — жаловалась Мортиша. Лариса знала, что у вампиров голод ощущается более болезненно , чем у оборотней и чаще проявляет себя. Она была безумно рада, когда нашла в морозилке кусочки стейка. — Тут стейк без полной прожарки и с кровью? — черноволосая облизнула губы, подвигая тарелку ближе к себе. — Всё для тебя, дорогая, — она могла видеть с каким желанием Аддамс поедает пищу. — Могу приготовить ещё, если надо. — Нет, нет, думаю, одного мне вполне хватит, — пробурчала она, запивая чаем. — Вкусно? — спросила бывшая директриса, усаживаясь на стул. — Очень вкусно, — женщина вытерла рот сухой салфеткой. — Не думала, что буду есть что-то с таким зверским аппетитом. Мы, вампиры, поглощаем всё довольно быстро. — Как и оборотни, — Уимс подмигнула, когда всего двумя укусами поглотила целый стейк. — Удивительная вещь и очень полезная. — Нам всегда будет о чём поговорить, — Мортиша устало потянулась, прикрывая рот рукой. — Пошли спать? — предложила блондинка. Аддамс кивнула и устало поплелась за голубоглазой. Когда они пришли в спальню, то черноволосая тут же плюхнулась на кровать, лицом утыкаясь в мягкое одеяло. Лариса усмехнулась, переодеваясь в лёгкую сорочку. — Вампиры так быстро устают? — женщина аккуратно подвинула к себе тело, уложив голову Мортиши себе на грудь. — Я предпочитаю ночной образ жизни, но сегодня, видимо, исключение, — черноволосая положила руку на талию Уимс и прижилась сильнее. — У меня это чередуется. Иногда сплю днём и гуляю по ночам, иногда наоборот. — Я обожаю луну. Ты на неё похожа. Такие же светлая и яркая, — осознанно говорила Фрамп. — Хочу, чтобы наше первое свидание прошло именно под луной. — Мы теперь вместе и сможешь осуществить абсолютно всё, что пожелаем, Тиш, — женщина поцеловала её в макушку. — А теперь спи. — Нет, погоди, — прервала Мортиша, вспоминая. — Что это за кактус? — Ты говоришь о Мории? — Скорее всего. Других кактус я у тебя не видела. — Недавно приобрела, чтобы спальня не пустовала. Я удовлетворила твой интерес, дорогая? — Вполне. Мортиша уткнулась носом ей в шею, медленно погружаясь в сон. Уимс никогда не чувствовала себя настолько счастливой, как сейчас.